§ 3. Отражение системы уголовных наказаний в типовых санкциях и в санкциях статей Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации

В первой главе работы был определен критерий качества системы уголов­ных наказаний — соответствие требованиям справедливости, а также обозначены четыре уровня ее отражения, включая типовые санкции, лежащие в основе клас­сификации (категоризации) преступлений, и санкции статей Особенной части УК, устанавливающие наказание за конкретное преступление.

Между системой санкций и системой наказаний существует жесткая связь, благодаря которой в санкции включаются только те наказания и в тех размерах, которые установлены системой наказаний¹. Прямая связь проявляется и в том, что наказания в санкции располагаются от наименее к наиболее строгому, в зависи­мости от расположения в «лестнице» наказаний, которая определена в ст. 44 УК, что обеспечивает реализацию общих начал назначения наказания. Санкции статей Особенной части УК тесно связаны с типовыми санкциями, так как на их основе определяется категория преступления, поэтому вопросы построения санкций ста­тей Особенной части УК и типовых санкций, лежащих в основе классификации преступлений, будут рассматриваться автором во взаимосвязи.

Изучению уголовно-правовых санкций в теории уголовного права всегда уделялось достаточно внимания, разработке правил их построения посвятили свои труды ряд авторов советского периода^{[289] [290]. Но проблема санкций актуальна и сегодня. Так, А. И. Коробеев пишет: «В настоящее время теоретические основы}

конструирования санкций уголовно-правовых норм еще в недостаточной мере разработаны. Правилом скорее является неадекватное отражение санкцией уго­ловного закона характера и степени общественной опасности запрещаемого дея­ния»¹. В работах последних лет также освещается этот вопрос^{[291] [292].}

Опираясь на изучение специальной литературы, содержание принципа справедливости, приходим к выводу, что о справедливости санкций статей Осо­бенной части УК РФ можно говорить при соблюдении следующих условий: 1) ес­ли в санкциях реализована возможность выбора наказания благодаря их альтерна­тивности; 2) если содержащиеся в них наказания соответствуют характеру и сте­пени общественной опасности совершенного деяния как с точки зрения уголовно­го закона (с учетом типовых санкций, лежащих в основе классификации (катего­ризации) преступлений), так и с точки зрения обыденного правосознания; 3) они внутренне согласованы; 4) возможность назначения равного наказания за разные по категориям преступления допускается только в исключительных случаях, при наличии оснований для применения специальных правил назначения наказания, разрешающих выход за границы наказания (например, при применении ст. 64 УК РФ), или устанавливающих иные границы наказания в зависимости от обстоя­тельств дела (например, ст. 62 УК РФ). Рассмотрим, как каждое из перечисленных условий соблюдается в санкциях статей Особенной части УК.

В теории уголовного права выделяют санкции уголовно-правовых норм и санкции статей УК РФ^[293]. Санкция уголовно-правовой нормы по содержанию шире санкции статьи уголовного закона, так как в санкции статьи Особенной части УК РФ наказание за совершение деяния, образующего конкретный состав преступле­ния, описывается лишь частично. Воссоздание полной санкции за совершение

конкретного преступления всегда требует обращения к тем или иным нормам Общей части УК РФ. В работе автор будет отталкиваться от санкций статей Осо­бенной части УК РФ, учитывая тот факт, что некоторые статьи имеют деление на части, каждая из которых имеет свою санкцию^[294].

Итак, первым условием, при соблюдении которого санкция будет считаться справедливой, является ее альтернативность. УК РФ в Особенной части насчиты­вает 809 санкций. Наиболее распространенными являются альтернативные санк­ции — 580 (71,7% от общего числа санкций).

Включение в санкции статей в качестве единственно возможного наказания лишения свободы можно было бы объяснить категорией преступления, предпо­ложить, что законодатель, желая, чтобы виновный претерпел максимальные пра- воограничения совершив тяжкое и особо тяжкое преступление, исключил воз­можность назначения иных наказаний. Однако более подробный анализ единич­

ных санкций с лишением свободы опровергает высказанное предположение. Да, как правило, такие санкции установлены за особо тяжкие (71) и тяжкие (114) пре­ступления, однако в 39 случаях речь идет о наказании за преступления средней тяжести, а в двух — небольшой. Наиболее широко санкции только с лишением свободы представлены в главе 24 «Преступления против общественной безопас­ности» (53 санкции), второе место занимает глава 25 «Преступления против здо­ровья населения и общественной нравственности» (25 санкций), третье — глава 33 «Преступления против военной службы» (23 санкции).

В 93 случаях лишение свободы стоит в альтернативе с принудительными работами. Так, лишение свободы в альтернативе только с принудительными рабо­тами стоит в санкциях за преступления небольшой тяжести в 4 случаях, средней тяжести — в 49 случаях, за тяжкие преступления — в 34 случаях. В одном случае альтернативу лишению свободы составляет только арест (ч. 1 ст. 283). Фактиче­ски в УК РФ из 809 санкций действительно альтернативными являются 483 санк­ции — 60,3%, так как арест не введен в действие и составить альтернативу литтте- нию свободы не может, а принудительные работы, во-первых, введены в действие частично, а во-вторых, за совершение тяжкого преступления могут быть назначе­ны при условии его совершения впервые. При наличии в системе 13 наказаний та­кая ситуация с альтернативностью санкций не может быть оценена положительно, тем более что значительная часть безальтернативных санкций устанавливает на­казания за преступления небольшой и средней тяжести. В 27 санкциях штраф как основное наказание выступает в альтернативе только с лишением свободы, т. е. реально у суда есть возможность выбирать лишь между штрафом и ли­шением свободы.

Отсутствие возможности выбора наказаний, а также ограниченность выбора только двумя наказаниями, особенно это касается преступлений не­большой и средней тяжести, противоречит, во-первых, принципу справедли­вости, поскольку он требует при назначении наказания учитывать целый ряд обстоятельств. Однако при наличии в санкции только одного наказания или двух это требование нивелируется, так как фактически возможность индиви­

дуализации наказания сводится только к варьированию размера наказания. Во-вторых, логике построения законодательного материала. С одной стороны, законодатель для обеспечения индивидуализации и дифференциации наказа­ния расширяет перечень наказаний в ст. 44 УК РФ, а с другой — сводит на нет весь потенциал системы уголовных наказаний, включая в санкции статей Особенной части УК РФ ограниченное число наказаний. Таким образом, пер­вое условие, свидетельствующее о справедливости санкций, — возможность вы­бора наказания за совершенное преступление, при наличии почти 40% безальтер­нативных санкций, — не выдержано, что требует более внимательного изучения санкций и дополнения их иными наказаниями.

В качестве второго условия названо соответствие содержащегося в санкции наказания характеру и степени общественной опасности совершенного деяния как с точки зрения уголовного закона (установленной в нем категоризации преступ­лений), так и с точки зрения морали, правосознания. Ведь неслучайно на протя­жении не одного столетия исследователи¹ при рассмотрении проблем, связанных с наказуемостью, особо подчеркивают, что за каждый вид преступления должен быть определен вид наказания в зависимости от степени общественной опасно­сти, за менее опасные преступления нельзя назначать такое же наказание, как и за наиболее опасные. Справедливо замечает по этому поводу О. А. Михаль: «Пред­ставляется, что построение санкций статей в УК не должно быть основано на субъективных началах, оно должно задаваться научно аргументированными пре­делами категорий преступлений, правильно отражающими характер и степень общественной вредности тех или иных групп преступлений»^{[295] [296].}

В статье 15 УК РФ законодатель попытался провести классификацию пре­ступлений, дифференцированно отразив величину их опасности в размере и виде наказания, определив типовые санкции за разные по категориям преступления. Та­кая типовая санкция, считает Н. Г. Кадников, является формализованным критери­ем классификации преступлений, выражающим в сжатой и конкретизированной форме тяжесть преступлений определенного вида через размер и вид наказаний¹. Л. Н. Кривоченко указывает, что каждой категории соответствуют специфические критерии: материальный — характер и степень опасности и формальный — типо­вая санкция. Поэтому санкция должна иметь строго очерченные пределы, позво­ляющие считать ее однозначным формализованным критерием для классификации преступлений^{[297] [298].}

Итак, в зависимости от характера и степени общественной опасности выде­ляется четыре категории преступлений: небольшой тяжести, средней тяжести, тяжкие и особо тяжкие^[299].

лучила неоднозначную оценку в теории уголовного права. В. В. Питецкий обра­щает внимание на то, что теперь к числу преступлений небольшой тяжести отно­сятся привилегированные убийства (ч. 1 ст. 107, ч. 2 ст. 108), взяточничество (ч. 1 ст. 290) и другие достаточно распространенные преступления¹. В связи с новой редакцией ч. 1 ст. 56 УК РФ за эти преступления, совершенные впервые, лишение свободы может быть назначено только при условии наличия отягчающих обстоя­тельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ. Такой акт гуманизма, считает он, по от­ношению к убийцам и взяточникам представляется весьма сомнительным. Ю. Е. Пудовочкин также дает отрицательную оценку изменению объема катего­рии преступлений небольшой тяжести. По его мнению, увеличение верхней гра­ницы наказания в данном случае ничем не обусловлено, не имеет под собой ре­альных социально-правовых и криминологических аргументов, которые основы­вались бы на репрезентативных исследованиях. Наказание в виде 3 лет лишения свободы является весьма суровой санкцией, не соответствующей степени общест­венной опасности преступлений небольшой тяжести. Выделение этой категории преступлений было обусловлено желанием законодателя обособить группу пося­гательств, которые либо не требуют реакции в виде лишения свободы, либо до­пускают лишение свободы, но в исключительных случаях, руководствуясь при этом не столько соображениями исправления преступника, так как применитель­но к исследуемым ситуациям он не обладает большой опасностью и стойкими криминогенными качествами, сколько соображениями общей превенции. Призна­ние же преступлениями небольшой тяжести всех деяний, за которые установлено максимальное наказание в виде 3 лет лишения свободы, нивелирует эту идею^{[301] [302].}

Н. Ф. Кузнецова, напротив, считала, что в вопросах категоризации преступ­лений давно назрела необходимость пересмотра устоявшихся традиций^[303]. Л. Д. Гаухман говорил о необходимости исключения из норм Особенной части

УК РФ всех санкций и переносе их в Общую часть. Для этого он предлагал выде­лить 15-25 и более категорий преступлений и установить санкцию за совершение каждой из этих категорий¹. А. Д. Чернов предлагает все преступления подразде­лять на преступления небольшой опасности, средней опасности, опасные, особо опасные и исключительной опасности^{[304] [305]. Н. Ф. Кузнецова в рамках совершенство­вания категоризации преступлений рассуждала о необходимости выделения уго­ловного проступка. При этом предлагала предусмотреть санкции за уголовные проступки в пределах 3 лет лишения свободы, мотивируя это тем, что за преступле­ния, наказуемые до 3 лет лишения свободы, приходится почти треть норм УК РФ[306].}

Еще в советские годы ряд теоретиков и практических работников предлага­ли выделить из круга преступлений «уголовные проступки». Впервые о необхо­димости именовать малозначительные преступления уголовными проступками высказался М. Д. Шаргородский^[307]. В. И. Курляндский отстаивал точку зрения о необходимости исключения из УК РФ преступлений небольшой общественной опасности и создании на их основе категории проступков, которые рассматрива­лись бы уже как непреступные правонарушения, влекущие применение установ­ленных законом мер административного или общественного воздействия^{[308] [309]. Неко­торые авторы даже считали возможным объединить их в кодексе уголовных про- ступков . В современных исследованиях все чаще звучат предложения о выделе­нии категории «уголовный проступок»[310], однако те обоснования, которые приво­дятся в поддержку такого решения, весьма спорны.}

За рубежом в ряде стран на законодательном уровне осуществлена класси­фикация уголовно наказуемых деяний на виды (см. пр ил. 5). В основу такого де­ления положен формальный признак — типовая санкция. В США все посягатель­ства (как правило) делятся на преступления и нарушения. Преступления, в свою очередь, подразделяются на фелонии, мисдиминоры и малые мисдиминоры. УК ФРГ выделяет два вида преступных деяний: преступление и проступок. Статья 13

УК Испании делит все уголовно наказуемые деяния на тяжкие, менее тяжкие пре-

1

ступления и проступки и т. д.

Как показано во второй главе работы, деление преступлений на различные категории не новелла для современного российского уголовного права, так как по­ложения о категориях преступлений были известны как дореволюционному уго­ловному законодательству России, так и постреволюционному. Несмотря на то что в истории уголовного права России предпринимались попытки деления пре­ступлений на виды в зависимости от общественной опасности совершенного дея­ния, все они были далеки от совершенства, та категоризация преступлений, кото­рая была представлена в ст. 15 УК РФ, на момент принятия уголовного закона яв­лялась весьма прогрессивной. Вместе с тем сегодня накопился целый пласт про­блем, связанных с категоризацией преступлений и адекватным отражением обще­ственной опасности преступлений в типовых санкциях, поэтому правы авторы, считая что категоризация преступлений требует пересмотра.

В первую очередь, это должно коснуться верхних границ наказания за раз­личные категории преступлений, так как не обнаруживается никакой закономер­ности при их установлении в типовых санкциях. В рамках первой и второй кате­гории преступлений диапазон максимального наказания 2 года, между второй и третьей — 5 лет, между третьей и четвертой — 10 лет. Некоторые авторы говорят о том, что каждая ступень должна иметь интервал в 4-5 лет, именно он определя­

ется ими как оптимальный для ограничения произвола суда¹, как «шаг» при кате­горизации преступлений^{[311] [312]. Можно найти и другие предложения[313] о возможных верхних границах наказания для каждой из категорий преступлений, однако при этом не приводятся убедительные аргументы, обосновывающие переход от одной категории преступления к другой.}

Внимание диссертанта привлекла позиция О. А. Михаля, что нижнюю гра­ницу наказания при категоризации преступлений необходимо определять, исходя из среднего арифметического всех минимальных санкций определенной катего­рии, а верхний предел — исходя из среднего арифметического максимальных санкций. В итоге он приходит к выводу о том, что в связи с заметным смягчением санкций по сравнению с первоначальной редакцией УК РФ границы наказаний за преступления небольшой тяжести должны находиться в диапазоне от 2 месяцев до 1 года лишения свободы, средней — от 1 года лишения свободы до 5 лет, тяж­кие преступления — от 5 до 10 лет^[314]. Поддерживая и развивая приведенную пози­цию, поскольку автор достаточно аргументированно приводит основания перехо­да от одной категории к другой, а также учитывая то обстоятельство, что некото­рые исследователи также исходят из того, что оптимальной при категоризации преступлений является ступень в 4-5 лет, считаем необходимым продолжить ка­тегоризацию преступлений и выделить еще пятую категорию. Тогда диапазон на­казания в виде лишения свободы в типовой санкции за четвертую категорию бу­дет составлять от 10 до 15 лет лишения свободы, а за пятую — от 15 до 20 лет лишения свободы, либо пожизненное лишение свободы. При этом сама категори­зация преступлений также будет представлять собой «лестницу» с примерно рав­ными ступенями, где исключение составит только первая категория. При уста­новлении максимального наказания в виде лишения свободы на срок до одного

года в типовой санкции для преступлений первой категории им будет предан не­сколько обособленный статус, поскольку к ним будут отнесены такие деяния, ко­торые либо вообще не требуют назначения лишения свободы, либо допускают его назначение, но в исключительных случаях, особенно в свете ограничений, уста­новленных в ч. 1 ст. 56 УК РФ для назначения лишения свободы. Такое обособ­ленное положение, как представляется, также позволит «примирить» сторонников и противников введения уголовного проступка.

Используемая сегодня терминология для классификации преступлений вво­дит в заблуждение относительно ее содержания. Так, законодателем выделена ка­тегория преступлений средней тяжести. Исходя из названия, типовая санкция за данный вид преступлений должна занимать среднее положение — если максимум лишения свободы установлен в ст. 56 УК РФ в 20 лет, то типовая санкция за пре­ступление средней тяжести должна устанавливать до 10 лет лишения свободы, в то время как на самом деле верхняя граница лишения свободы за названную ка­тегорию умышленных преступлений составляет 5 лет, т. е. фактически это одна четвертая от возможного максимального размера. Что свидетельствует о необхо­димости изменения не только содержания типовых санкций, но и наименования категорий преступлений.

Учитывая изложенное, предлагаем, во-первых, выделять преступления наи­менее тяжкие, менее тяжкие, тяжкие, более тяжкие и наиболее тяжкие. При такой терминологии тяжкие преступления займут среднее положение, а дальнейшая гра­дация будет осуществлена посредством терминов «менее» и «более». Во-вторых, установить следующие верхние границы лишения свободы в типовых санкциях: для наименее тяжких преступлений — до 1 года; для менее тяжких — до 5 лет, для тяжких — до 10 лет, для более тяжких — до 15 лет, для наиболее тяжких — до 20 лет или пожизненное лишение свободы. Но такое изменение верхних гра­ниц наказания в типовых санкциях не должно проводиться в отрыве от иных ин­ститутов, норм и положений уголовного права, проводимой нашим государством уголовной политики, реальной судебной практики. Изменение границ наказания в типовых санкциях и новая категоризация преступлений потребует, во-первых, пе­

ресмотра санкций всех преступлений и перераспределение их по иным категори­ям, во-вторых, пересмотра ряда институтов уголовного права, поскольку катего­рия преступления влияет на: признание рецидива преступлений и определение его вида (ст. 18 УК РФ); назначение отдельных наказаний (ст. ст. 48, 53¹, 56 УК РФ); назначение наказания за неоконченное преступление (ст. 66 УК РФ); назначение наказания при рецидиве преступлений (ст. 68 УК РФ); назначение наказания по совокупности преступлений и совокупности приговоров (ст. ст. 69-70 УК РФ); освобождение от уголовной ответственности (ст. ст. 75-78 УК РФ); освобождение от наказания (ст. ст. 79-83 УК РФ); погашение судимости (ст. 86 УК РФ) и др.

Подчеркнем, что при построении типовых санкций должна быть определена не только верхняя, но и нижняя граница наказания. Некоторые ученые пишут по этому поводу: «Формулировки частей 2-5 ст. 15 УК, казалось бы, дают основание думать, что диапазон сроков лишения свободы между преступлениями небольшой и средней тяжести должен находиться в пределах более 3, но не более 5 лет, меж­ду преступлениями средней тяжести и тяжкими преступлениями — более 5, но не более 10 лет»¹. Но современный законодатель, определяя типовую санкцию за ту или иную категорию преступления, говорит только о верхней границе наказания (за исключением преступлений средней тяжести, совершаемых по неосторожно­сти, а также особо тяжких преступлений, где обозначена только нижняя граница наказания). Такая позиция законодателя неоднократно критиковалась в работах ученых в области уголовного права^{[315] [316]. И это неслучайно, поскольку категоризация преступлений и определение типовой санкции для каждой из них напрямую влия­ет на построение санкций статей Особенной части УК РФ. Отсутствие нижних границ наказания в типовой санкции привело к тому, что и при определении нака­зания за конкретное преступление в санкции статьи (части статьи) Особенной части УК РФ, законодатель также использует этот прием и, как правило, говорит}

о наказании без указания на его нижние границы, предполагая, что в таких случа­ях следует руководствоваться границами, установленными в Общей части УК РФ для конкретного наказания. В результате возникает ситуация, когда при формаль­ном отнесении деяния к числу преступлений с более высокой общественной опасностью (так как категория преступления определяется по верхней границе наказания в виде лишения свободы) фактически правоприменитель имеет воз­можность назначить наказание в пределах иных категорий преступлений, которые характеризуются меньшей общественной опасностью. Например, основной состав торговли людьми (ч. 1 ст. 127¹ УК РФ) наказывается лишением свободы на срок до 6 лет, т. е. является тяжким преступлением. Фактически за него может быть на­значено наказание такое же, как и за преступление небольшой тяжести, так как минимальный срок лишения свободы в ст. 56 УК РФ определен в 2 месяца и при отсутствии нижней границы как в санкции статьи Особенной части УК РФ, так и в типовой санкции законодатель вправе назначить любой срок лишения свободы в пределах от 2 месяцев до 6 лет. Наиболее яркими примерами, демонстрирующими сбой системы, когда типовая санкция относит деяния к категории особо тяжких преступлений, а фактически за его совершение может быть назначено наказание в пределах всех четырех категорий, являются: а) санкция ч. 4 ст. 111 УК РФ — на­казание до 15 лет лишения свободы с ограничением свободы на срок до 2 лет ли­бо без такового; б) санкция ч. 1 ст. 356 — наказание до 20 лет лишения свободы. Не уходит названная проблема и в тех случаях, когда законодатель в санкции ста­тьи обозначает не только верхнюю, но и нижнюю границу наказания. Так, основ­ной состав убийства (ч. 1 ст. 105 УК РФ) наказывается лишением свободы на срок от 6 до 15 лет. То есть, это особо тяжкое преступление, а диапазон наказания за­трагивает типовые санкции двух категорий преступлений — тяжких и особо тяж­ких.

Исходя из степени общественной опасности проводится дифференциация составов преступлений на основные, квалифицированные (особо квалифициро­ванные), привилегированные. Но при современном построении санкций статей Особенной части УК РФ такая дифференциация утрачивает смысл, делая систему

наказаний нестабильной. Так, квалифицированный состав торговли людьми (ч. 2 ст. 127¹) наказывается лишением свободы на срок от 3 до 10 лет, это тяжкое пре­ступление, а диапазон наказания затрагивает две типовые санкции — за преступ­ления средней тяжести и тяжкие, аналогичная ситуация наблюдается и в санкции за особо квалифицированный состав (ч. З ст. 127¹), где предусмотрено наказание от 8 до 15 лет. Получается, что за квалифицированный и особо квалифицирован­ный составы торговли людьми может быть назначено равное наказание, так как нижняя граница особо квалифицированного состава ниже верхней границы ква­лифицированного. В санкциях же без указания нижних границ ситуация еще бо­лее усугубляется. Так, санкция ч. 1 ст. 111 предусматривает наказание до 8 лет лишения свободы, ч. 2 ст. 111 — до 10 лет лишения свободы, ч. 3 — до 12 лет лишения свободы, ч. 4 ст. 111 — до 15 лет лишения свободы. При таком построе­нии реально назначенное наказание по своей строгости может не соответствовать ни категории преступления, ни виду состава преступления (например, если при совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, будет назначено 6 лет лишения свободы).

Высказаны разные точки зрения о путях решения названных проблем. Так, по мнению А. О. Михлина, «характер наказания должен соответствовать характе­ру преступления (объекту посягательства). Если ущерб причиняется собственно­сти, то необходимы наказания имущественного характера, что вполне идет в рус­ле возмездности»¹. В. А. Никонов предлагал сообразно категоризации преступле­ний построить и систему наказаний, выделив 4 категории наказаний под каждую категорию преступлений: не имеющие большой строгости, менее строгие, стро­гие, особо строгие^{[317] [318]. Аналогичную позицию высказывает и В. И. Зубкова[319]. Ряд}

ученых¹ говорят о недопустимости исключения нижних границ наказания в санк­циях статей Особенной части УК РФ.

Выходом из сложившейся ситуации видится, в первую очередь, уточнение на уровне закона нижних границ наказания в типовой санкции для каждой катего­рии преступлений, так как наблюдается прямая и непосредственная связь между типовыми санкциями, лежащими в основе категоризации преступлений, и санкциями статей Особенной части УК РФ. «Справедливость выражается, в том числе, и в установлении правильной категорийности преступлений»^{[320] [321], — пишет А. А. Мамедов. От того, насколько четко будут определены границы наказания в типовой санкции для каждой категории преступлений, будет зависеть и справед­ливость наказания конкретных преступлений. В. В. Питецкий правильно замеча­ет, что при категоризации преступлений в ст. 15 УК РФ нарушено одно из основ­ных правил классификации, в соответствии с которым одно и то же явление не может быть принадлежностью различных классов. По существующей категориза­ции, с учетом установленных пределов санкций, реально совершенное преступле­ние, «оцененное» судом в 2 месяца лишения свободы, может быть преступлением и небольшой тяжести, и особо тяжким[322].}

При определении в типовых санкциях ст. 15 УК РФ не только верхней, но и нижней границы наказания каждая из категорий преступлений будет наказывать­ся в строго ограниченных пределах. Другие авторы^[323] также говорили о необходи­мости указания в ст. 15 УК РФ не только на максимальные, но и на минимальные границы наказания. Е. В. Епифановой был проведен опрос научных сотрудников учебных заведений и практиков Краснодарского края по вопросу о том, надо ли

устанавливать минимальную и максимальную санкции в каждой категории пре­ступлений в ст. 15 УК РФ (75 человек). Результаты опроса таковы: положитель­ный ответ дали 50% теоретиков, 90% работников прокуратуры, 95% следовате­лей, 25% адвокатов, 30% судей. То есть не только теоретики, но и правопримени­тель нуждается в конкретизации положений УК РФ о категориях преступлений¹. Результаты проведенного диссертантом опроса показали, что большинство респон­дентов считают необходимым при определении категории преступления обозна­чать не только верхнюю, но и нижнюю границу наказания (68% — 136 человек).

Анализ зарубежного уголовного законодательства свидетельствует, что в ряде стран при определении категории уголовного правонарушения указывается не только верхняя, но и нижняя граница наказания. Или используется другой при­ем — для менее тяжких уголовных правонарушений определяются иные виды на­казаний, не применимые для более тяжких (например, УК Норвегии, УК Швейца­рии, УК Франции, УК ФРГ, уголовное законодательство США, УК Беларуси, УК Узбекистана, УК Австрии, УК Бельгии и др.), что позволяет исключить возмож­ность назначения равного наказания за разные по характеру и степени общест­венной опасности деяния.

Исследователи высказывают мнение, что установив нижние и верхние гра­ницы наказания в типовых санкциях, необходимо построить санкции статей Осо­бенной части УК РФ в пределах категорий преступлений^{[324] [325]. Эта позиция заслужи­вает поддержки, но полагаем, что речь должна идти не только об основных, но и квалифицированных (особо квалифицированных) составах. Так, можно предло­жить законодателю сгруппировать квалифицирующие признаки и определить, на сколько ступеней они повышают степень общественной опасности основного со­става, с учетом этого строить и санкции статей Особенной части УК РФ. Напри­мер, исходить из того, что совершение преступления группой лиц по предвари­тельному сговору повышает степень общественной опасности преступления на}

одну категорию, а организованной группой — на две. Однако проблема группи­ровки квалифицирующих и особо квалифицирующих признаков требует глубоко­го самостоятельного исследования, которое выходит за рамки данной диссерта­ции, поэтому высказанное предложение не может претендовать на завершенную идею и имеет целью лишь обозначить проблему, положить начало дискуссии.

Говоря о четких границах наказания при категоризации преступлений, не стоит забывать и о таком негативном последствии наличия «безграничных» санк­ций, как потенциальная криминогенность. «...Заложенные в нормах широчайшие полномочия должностных лиц органов правосудия могут провоцировать их пре­ступное поведение. Часто эта криминогенность, исходя из должностного положе­ния субъектов, которые могут ее использовать или подпадать под ее влияние, од­новременно является криминогенностью коррупционной... Нормы УК о назначе­нии наказания негативно-криминогенно могут воздействовать и на другие группы населения, самые широкие по своему составу... Коррупционное поведение долж­ностных лиц предполагает наличие двух сторон коррупционной сделки — кор­рупционера и лиц, которые оплачивают его коррупционное поведение»¹. Б. Я. Гаврилов пишет: «Границы уголовно-правовых санкций, в пределах которых судом может быть назначено наказание, должны быть обозримыми, чтобы не пре­вращать судейское усмотрение в судейский произвол»^{[326] [327] [328]. О необходимости умень­шения диапазона между минимумом и максимумом наказания одного вида гово­рит и В. А. Никонов1. С критикой неопределенных санкций, санкций с большим разбегом выступали как дореволюционные, так и современные исследователи[329].}

Проблема построения типовых санкций не исчерпывается только установ­лением четких границ наказания для каждой из категорий преступлений. Это свя­зано с тем, что законодатель в качестве еще одного критерия классификации пре­ступлений выделил форму вины. Это приводит к тому, что неосторожные престу­пления, даже наказуемые лишением свободы на срок до девяти лет (например, ч. 6 ст. 264 УК РФ), относятся к преступлениям средней тяжести, так как тяжкими и особо тяжкими в соответствии со ст. 15 УК РФ могут быть только умышленные деяния. Помимо нарушения правил формальной логики, правил классификации явлений, о чем говорят в своих работах исследователи^{[330] [331], такая регламентация так­же не согласуется с опытом зарубежных стран, так как за рубежом (прил. 5) в ос­нову классификации положен только один критерий — объем наказания, проти­воречит критерию качества системы. Получается, что совершение преступления, заслуживающего, по мнению законодателя, весьма строгого наказания (сравнимо­го с наказанием за убийство и захват заложника), по верхней границе практически вдвое превосходящего заявленную категорию для умышленных преступлений, может повлечь для виновного целый ряд «льгот», включая возможность освобож­дения от уголовной ответственности, лишь в силу принадлежности к категории средней тяжести. Эта проблема может быть устранена посредством исключения в ст. 15 УК РФ указания на форму вины. Тогда неосторожные преступления будут подпадать под первые три категории преступлений, так как в санкциях статей Особенной части УК РФ за неосторожные деяния наказания свыше 10 лет лише­ния свободы не предусмотрено.}

Говоря о соответствии наказания характеру и степени общественной опас­ности совершенного деяния с точки зрения обыденного правосознания, следует привести данные о количестве осужденных по категориям преступлений в 2016 г. (рис. 2).

■ небольшой тяжести ■ средней тяжести ■ тяжкие ■ особо тяжкие

Рис. 2. Распределение осужденных по категориям преступлений в 2016 г.

В 2016 г. было осуждено 740 380 человек, из них: за совершение особо тяж­ких преступлений — 40 628 человек (5,5% от общего числа осужденных), за со­вершение тяжких преступлений — 160 481 человек (21,7%), за совершение пре­ступлений средней тяжести — 175 024 человека (23,6%), за преступления не­большой тяжести — 364 247 человек (49,2%). К реальному лишению свободы бы­ли осуждены 206 134 человека, из них: к пожизненному лишению свободы — 94 человека, что составило 0,04% от общего числа осужденных к лишению свобо­ды, на срок свыше 10 лет — 8071 человек (3,9%), на срок свыше 5 до 10 лет вклю­чительно — 32 138 (15,6%), на срок свыше 3 до 5 лет включительно — 43 433 (21,0%), на срок до 3 лишения свободы включительно — 120 796 человек (58, 6%)^[332] (рис. 3).

Если анализировать с точки зрения соответствия реально назначенного на­казания категории преступления, то получается, что к наказанию свыше 10 лет и более строгому (что соответствует категории особо тяжкого преступления) были

■ до 3 лет лишения свободы включительно

■ свыше 3 до 5 лет включительно

■ свыше 5 до 10 лет включительно

■ свыше 10

■ пожизненное лишение свободы

Рис. 3. Распределение осужденных к лишению свободы по срокам наказания осуждены лишь 8165 (включая осужденных пожизненно) человек, что составляет 20,1% от общего числа лиц, совершивших особо тяжкие преступления. Аналогич­ная ситуация наблюдается и по другим категориям преступлений, т. е. при факти­ческом назначении наказания суды, как правило, назначают наказания, которые по своему размеру подпадают под иные категории преступлений. Более того, ис­следователи обращают внимание на то, что невозможно проследить зависимость между наличием смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств по делу и выбором судом конкретного срока наказания¹. Такая картина характерна не толь­ко для 2016 г. Так, в одной из своих работ^{[333] [334] автор приводит сходные данные о су­димости за 2012 г. Другие исследователи[335] также обращают внимание на четко просматриваемую тенденцию в судебной практике к снижению сроков лишения}

свободы, назначаемых осужденным. Статистические данные за 2015 г. показали, что за совершение особо тяжких преступлений лишь 21,3% осужденных было на­значено лишение свободы свыше 10 лет¹.

Безусловно, это спровоцировано, в первую очередь, недостатками законода­тельства, о которых говорилось выше, — слабой проработкой типовых санкций по категориям преступлений, которая ведет к отсутствию системности при построе­нии санкций статей Особенной части УК РФ. Но возникает вопрос, почему суды в большинстве своем назначают наказание, несоответствующее категории преступ­ления, может быть, санкции некоторых статей сильно завышены. М. М. Бабаев, Ю. Е. Пудовочкин отмечают, что даже поверхностный анализ концентрации уго­ловных наказаний в санкциях статей уголовного закона свидетельствует о пере­оценке лишения свободы как практически единственного наказания и, соответст­венно, о недооценке иных видов уголовных наказаний^{[336] [337]. В нашей стране нередко наказуемость преступлений определяется исходя из политических соображений. Так, политика борьбы с коррупцией привела к тому, что особо квалифицированный вид получения взятки (ч. 6 ст. 290 УК РФ) наказывается так же, как и простое убийство (ч. 1 ст. 105 УК РФ), т. е. жизнь человека в России оценивается наравне с интересами государственной власти. Нарушение правил дорожного движения, по­влекшее по неосторожности смерть потерпевшего (ч. 3 ст. 264 УК РФ), наказывает­ся максимально до пяти лет лишения свободы, а убийство, совершенное в состоя­нии аффекта (ст. 107 УК РФ), — до 3 лет лишения свободы, т. е. неосторожное преступление при равных последствиях, вопреки логике, наказывается строже.}

«Цена» преступления не задана свыше, не рассчитана подобно математиче­ской формуле. Она, как и цена на товар, основана на «издержках» — последстви­ях преступления, объективно причиняющего ущерб общественным отношениям, оцениваемых участниками «сделки» субъективно, ведь ни одна конкретная уго­

ловно-правовая санкция не имеет под собой практически никакого рационального обоснования, кроме практики ее применения¹. В связи с этим, представляется возможным предложить законодателю при определении наказаний в санкциях статей Особенной части УК РФ использовать опыт США, когда законодательная оценка общественной опасности преступления была проведена с опорой на су­дебную практику. Так, принятию Федерального руководства по назначению нака­заний 1987 г. предшествовала работа специальной комиссии в течение двух лет, проанализировавшей средние показатели по наказаниям вынесенным федераль­ными судами по каждому преступлению за последние пять лет, и на основе этого вывела средний показатель, которым следует руководствоваться судье при опре­делении наказания за конкретно совершенное преступление^{[338] [339]. Развивая приведен­ную идею, считаем необходимым на основе реальной судебной практики, с уче­том общественного мнения, анализа ценности охраняемого объекта, вывести средний показатель наказания по каждому составу преступления, в том числе его квалифицированных и особо квалифицированных видов, и с учетом этого скор­ректировать отнесение его к той или иной категории преступлений.}

В качестве третьего условия справедливости санкций была названа их внут­ренняя согласованность. Однако анализ санкций статей Особенной части УК РФ такую согласованность не показал: во-первых, виды наказаний в санкции и их ко­личество весьма разнятся; во-вторых, внутри санкций не наблюдается взаимосвя­зи между включенными в них наказаниями. Так, отсутствует какая-либо зависи­мость между сроком лишения свободы и сроками (размерами) альтернативных наказаний. В ряде санкций лишение свободы и принудительные работы указаны в одинаковых размерах (например, ч. 2 ст. 114, ч. 1 ст. 126, ч. 1 ст. 142 и др.). Но так не во всех санкциях. Например, принудительные работы на срок до 5 лет в санк­ции ч. 1 ст. 127¹ УК РФ стоят в альтернативе с лишением свободы на срок до 6 лет, в санкции ч. 2 ст. 128 УК РФ — в альтернативе с лишением свободы на срок

до 7 лет, ч. 1 ст. 162 УК РФ — в альтернативе с лишением свободы на срок до 8 лет, а ч. 1 ст. 164 УК РФ — в альтернативе с лишением свободы на срок до 10 лет. То же самое можно сказать и о других наказаниях. Так, при наказании в виде лишения свободы на срок до 2 лет размеры штрафа как основного наказания варьируются от 80 тыс. рублей (ч. 1 ст. 158 УК РФ) до 500 тыс. рублей (ч. 2 ст. 141¹ УК РФ). В статье 128¹ УК РФ, как основной, так и квалифицированный составы преступления отнесены законодателем к категории преступлений не­большой тяжести, лишение свободы ни в одной санкции не предусмотрено, при этом размер штрафа как основного наказания в ч. 5 статьи достигает 5 млн руб­лей.

Отсутствует какая-либо взаимосвязь между размерами внутри одного нака­зания. Так, штраф имеет три способа исчисления — в абсолютном денежном вы­ражении, в размере заработной платы или иного дохода осужденного за опреде­ленный период и в величине, кратной стоимости предмета или сумме коммерче­ского подкупа, взятки или сумме незаконно перемещенных денежных средств и (или) стоимости денежных инструментов. В санкции ст. 136 УК РФ размер зара­ботной платы или иного дохода осужденного за период от 1 года до 2 лет соотне­сен со штрафом в абсолютном денежном выражении от 100 до 300 тыс. рублей, а в ч. 1 ст. 178 — от 300 до 500 тыс. рублей. Нередко в квалифицированных и особо квалифицированных составах при увеличении срока лишения свободы размер иных наказаний не меняется — в ч. 3 ст. 175 срок лишения свободы увеличился с 5 до 7 лет, а срок принудительных работ остался прежним. И такие случаи не единичны.

И последнее, автор не увидел логики при включении дополнительных нака­заний, в их сочетаемости с основными, определении их в качестве обязательных или факультативных. Так, в ряде санкций дополнительное наказание является бо­лее строгим, чем основное (например, ч. 1 ст. 29I^і УК РФ), количество дополни­тельных наказаний в некоторых санкциях «зашкаливает» (так, в ч. 3 ст. 174 до­пускается возможность назначения трех дополнительных наказаний), при нали­чии нескольких основных наказаний возможность присоединения дополнитель-

ного предусмотрена только к одному из основных или выборочно (ч. 1 ст. 263 УК РФ), в основных составах предусматривается дополнительное наказание, а в ква­лифицированных — нет (например, ч. 2 ст. 263 УК РФ), наказание как основное и как дополнительное установлено в одинаковых размерах (ч. 2 ст. 238 УК РФ) и т. д.

Для обеспечения внутренней согласованности санкций предлагается, во- первых, как в типовых, так и в санкциях статей Особенной части УК РФ при оп­ределении размеров наказаний исходить из того, что наказания, имеющие сроч­ный характер, соотносятся с лишением свободы 1:1. Такое предложение будет со­гласовываться и с позицией самого законодателя, который в ряде случаев исполь­зует формулировку «лишение свободы на тот же срок» в сочетании с принуди­тельными работами (ст. 106), с ограничением свободы (ст. 107), с исправитель­ными работами (ч. 1 ст. 109). Тем самым будет решена и проблема излишней аль­тернативности санкций. Так, например, при установлении верхней границы ис­правительных работ в 5 лет (о чем будет сказано ниже), при заданном соотноше­нии оно сможет быть включено только в санкции статей за наименее и менее тяж­кие преступления (с учетом предложенной терминологии). При этом в типовой санкции описать все виды наказаний, которые могут быть назначены за опреде­ленную категорию преступлений с указанием верхней и нижней границы, так как именно от типовой санкции будет отталкиваться законодатель при построении санкций статей Особенной части УК РФ.

Во-вторых, исходя из установленной зависимости, скорректировать макси­мальные и минимальные границы срочных наказаний в Общей части УК РФ, что­бы соотношение лишения свободы и иных наказаний было четко выдержано и ук­ладывалось в рамки типовых санкций по отдельным категориям преступлений. В частности, предлагается верхнюю границу исправительных работ повысить до 5 лет, а принудительных до 10 лет.

В-третьих, поскольку штраф — это единственное наказание, не имеющее срока, его размеры «привязать» к категориям преступлений. Однако дифферен­циацию проводить (с учетом высказанного ниже предложения о сохранении двух видов штрафа) только в части такого способа исчисления, как в размере заработ­

ной платы или иного дохода осужденного, так как при исчислении штрафа в ве­личине, кратной стоимости предмета или сумме коммерческого подкупа либо взятки, такая «привязка» к категориям является излишней. Это связано с тем, что размер взятки (коммерческого подкупа) влияет на дифференциацию ответствен­ности в рамках статьи Особенной части УК РФ (например, 10-кратный размер взятки в значительном размере будет составлять свыше 25 000 руб., а в крупном — свыше 1 млн 500 тыс. рублей). Учитывая изложенное, предлагается установить штраф: 1) за наименее тяжкие преступления — в размере заработной платы или иного дохода осужденного от двух недель до двух месяцев, или до десятикратной суммы коммерческого подкупа или взятки; 2) за менее тяжкие преступления — в размере заработной платы или иного дохода осужденного свыше двух месяцев до полутора лет, или до десятикратной суммы коммерческого подкупа или взятки; 3) за тяжкие преступления — в размере заработной платы или иного дохода осу­жденного свыше полутора до трех лет, или до десятикратной суммы коммерче­ского подкупа или взятки; 4) за более тяжкие преступления — в размере заработ­ной платы или иного дохода осужденного свыше трех до пяти лет, или до десяти­кратной суммы коммерческого подкупа или взятки.

В-четвертых, хотя обязательные (общественные, с учетом предложенного ниже наименования) работы и имеют срок, но, в отличие от иных видов наказа­ний, они исчисляются не в годах и месяцах, а в часах. В связи с этим, их соотно­шение определить: 1 год лишения свободы равен 100 часам общественных работ, но тогда, чтобы выдержать заложенную пропорцию, верхнюю границу общест­венных работ увеличить до 500 часов.

В-пятых, при построении типовой санкции за наиболее тяжкие преступле­ния (наказуемые свыше 15 лет лишения свободы) исходить из того, что деяния, отнесенные к данной категории, следует наказывать самыми строгими наказания­ми, к числу которых относятся лишение свободы и пожизненное лишение свобо­ды, поскольку более мягкие наказания, в том числе и штраф, даже в максималь­ных размерах, не могут обеспечить реализацию требований справедливости.

В-шестых, при включении в санкции статей Особенной части УК РФ до­полнительных наказаний руководствоваться требованиями, установленными в ст. 45 УК РФ. Для исключения возможности назначения дополнительного наказа­ния более строго, чем основное, в статьях Общей части УК РФ, регламентирую­щих конкретные виды дополнительных наказаний, описать, к какому основному наказанию оно может быть присоединено.

Можно возразить, что анализ санкций статей (частей статей) Особенной части УК РФ без привязки к объекту посягательства является неполным, что при анализе санкций сквозь призму объекта посягательства может обнаружить­ся некая система распределения наказаний в санкциях. С. Иншаков и В. Каза­кова проанализировали диспозиции конкретных составов преступлений и формирование санкций за них (пытаясь установить закономерность использо­вания самого строгого наказания — лишения свободы и самого мягкого нака­зания — штрафа) по всем главам УК РФ и пришли к неутешительному выво­ду: «Следует констатировать, что в действующем УК РФ зависимость между преступлением и наказанием бессистемна. Отсутствуют какие-либо правила и механизм определения вида и размера наказания»¹. Не нашли связи между на­казанием и категориями преступлений, наказанием и объектом преступлений и М. М. Бабаев, Ю. Е. Пудовочкин^{[340] [341]. Поэтому корректировка санкций должна проводиться, в том числе с учетом значимости охраняемого объекта.}

Четвертое условие построения справедливых санкций — допущение воз­можности назначения равного наказания за разные по категориям преступления только в исключительных случаях, при наличии оснований для применения спе­циальных правил назначения наказания, разрешающих выход за границы наказа­ния (например, при применении ст. 64 УК РФ) или устанавливающих занижен­ную верхнюю границу наказания в зависимости от обстоятельств дела (например, ст. 62 УК РФ). Для реализации этого условия, помимо необходимости построения

санкций статей Особенной части УК РФ в пределах типовых санкций, опреде­ляющих категории преступлений, необходимо также исключение из ст. 15 УК РФ введенной в декабре 2011 г. ч. 6, допускающей возможность при наличии смяг­чающих наказание обстоятельств и при отсутствии отягчающих наказание об­стоятельств изменение категории преступления на менее тяжкую.

С учетом изложенного ст. 15 УК РФ можно представить в следующей ре­дакции:

«Статья 15. Категории преступлений

1. В зависимости от характера и степени общественной опасности деяния, предусмотренные настоящим Кодексом, подразделяются на наименее тяжкие пре­ступления, менее тяжкие преступления, тяжкие преступления, более тяжкие пре­ступления и наиболее тяжкие преступления.

2. Наименее тяжкие преступления — это деяния, наказуемые общественными работами на срок до ста часов, либо исправительными работами на срок до одно­го года, либо принудительными работами на срок до одного года, либо штрафом в размере заработной платы или иного дохода осужденного до двух месяцев, или до десятикратной суммы коммерческого подкупа или взятки, либо лишением свобо­ды на срок до одного года.

3. Менее тяжкие преступления — это деяния, наказуемые общественными работами на срок свыше ста до пятисот часов, либо исправительными работами на срок свыше одного года до пяти лет, либо принудительными работами на срок свыше одного года до пяти лет, либо штрафом в размере заработной платы или иного дохода осужденного свыше двух месяцев до полутора лет, или до десяти­кратной суммы коммерческого подкупа или взятки, либо лишением свободы на срок свыше одного года до пяти лет.

4. Тяжкие преступления — это деяния, наказуемые принудительными рабо­тами на срок свыше пяти до десяти лет, либо штрафом в размере заработной пла­ты или иного дохода осужденного свыше полутора до трех лет, или до десяти­кратной суммы коммерческого подкупа или взятки, либо лишением свободы на срок свыше пяти до десяти лет.

5. Более тяжкие преступления — это деяния, наказуемые штрафом в размере заработной платы или иного дохода осужденного свыше трех до пяти лет, или до десятикратной суммы коммерческого подкупа или взятки, либо лишением свобо­ды на срок свыше десяти до пятнадцати лет.

6. Наиболее тяжкие преступления — это деяния, наказуемые лишением сво­боды на срок свыше пятнадцати до двадцати лет, либо пожизненным лишением свободы».

Итак, анализ типовых санкций и санкций статей Особенной части УК РФ позволил выявить, что: 1) несмотря на внесенные изменения, около 40% санкций по-прежнему остаются безальтернативными; 2) при построении типовых санкций, лежащих в основе категоризации преступлений, нарушено одно из основных пра­вил классификации, в соответствии с которым одно и то же явление не может быть принадлежностью различных классов; 3) в санкциях статей Особенной части УК РФ нарушена системность как при определении количества наказаний, стоя­щих в альтернативе, так и при их сочетании, а также при включении в санкции дополнительных наказаний; 4) нет взаимосвязи между установленными в санкци­ях статей размерами наказаний и типовыми санкциями, лежащими в основе кате­горизации преступлений, а также объектом посягательства; 5) реальная судебная практика демонстрирует сбой системы при назначении наказания, так как факти­чески только около 20% осужденных назначается наказание, соответствующее ка­тегории преступления. Еще больше этот сбой усугубляется предоставлением су­дам возможности изменения категории преступления.

Изложенное позволяет сделать вывод, что как типовые санкции, так и санк­ции статей Особенной части УК РФ построены произвольно, с нарушением тре­бований системности и справедливости. Это приводит к дезорганизации системы уголовных наказаний по критерию качества, поскольку как типовые санкции, так и санкции статей Особенной части УК РФ не могут обеспечить назначение нака­зания, соответствующего характеру и степени общественной опасности содеянно­го. Для преодоления дезорганизации системы уголовных наказаний по названно­му критерию на уровне отражения в типовых санкциях и в санкциях статей Осо­

бенной части УК РФ диссертант считает необходимым внести следующие пред­ложения.

Во-первых, все безальтернативные санкции статей Особенной части УК РФ преобразовать в альтернативные. Корректировку санкций проводить с учетом значимости охраняемого объекта.

Во-вторых, изложить ст. 15 «Категории преступлений» в новой редакции с выделением 5 категорий преступлений: наименее тяжкое, менее тяжкое, тяжкое, более тяжкое, наиболее тяжкое. В типовых санкциях указать все наказания, кото­рые могут быть назначены за каждую из категорий преступлений, с обозначением не только верхней, но и нижней границы наказания.

В-третьих, как в типовых, так и в санкциях статей Особенной части УК РФ при определении размеров наказаний исходить из того, что наказания, имеющие срочный характер (кроме общественных работ), соотносятся с лишением свободы 1:1. Для общественных работ установить следующее соотношение с лишением свободы: один год лишения свободы равен ста часам общественных работ. Мак­симальные и минимальные границы срочных наказаний, с учетом предложенной зависимости, скорректировать в Общей части УК РФ, чтобы соотношение лише­ния свободы и иных наказаний было четко выдержано и укладывалось в рамки типовых санкций по отдельным категориям преступлений. В частности, предлага­ется увеличить верхнюю границу общественных работ до 500 часов, исправитель­ных работ — до 5 лет, принудительных работ — до 10 лет. Поскольку штраф — это единственное наказание, не имеющее срока, его размеры (при исчислении в размере заработной платы или иного дохода осужденного) установить в зависи­мости от категории преступлений.

В-четвертых, при построении типовой санкции за наиболее тяжкие престу­пления исходить из того, что деяния, отнесенные к данной категории, следует на­казывать самыми строгими наказаниями, к числу которых относятся лишение свободы и пожизненное лишение свободы, поскольку более мягкие наказания, в том числе и штраф, даже в максимальных размерах, не могут обеспечить реализа­цию требований справедливости.

В-пятых, при включении в санкции статей Особенной части УК РФ допол­нительных наказаний руководствоваться требованиями, установленными в ст. 45 УК РФ. Для исключения возможности назначения дополнительного наказания более строгого, чем основное, в статьях Общей части УК РФ, регламентирующих конкретный вид дополнительного наказания, описать, к какому основному нака­занию оно может быть присоединено.

В-шестых, исключить из ст. 15 УК РФ ч. 6, допускающую возможность при наличии смягчающих наказание обстоятельств и при отсутствии отягчающих на­казание обстоятельств изменение категории преступления на менее тяжкую.

В-седьмых, санкции статей Особенной части УК РФ строить в пределах ти­повых санкций, включая санкции за квалифицированные и особо квалифициро­ванные составы преступлений.

В-восьмых, для приведения в соответствие санкций статей Особенной части УК РФ с потребностями общества на современном этапе, на основе реальной су­дебной практики, с учетом общественного мнения, анализа ценности охраняемого объекта, вывести средний показатель наказания по каждому составу преступле­ния, в том числе его квалифицированных и особо квалифицированных видов. Опираясь на выведенный средний показатель, скорректировать принадлежность каждого состава к той или иной категории преступлений, а также виды и размеры наказаний в санкции.