Реальные или номинальные остатки?

и г =/« (*!«. ••¦> ¦*.«> ..., х„а, Ма) (5.5)

Он пытается показать, что эти номинальные остатки составляют связующее звено между товарными и денежным рынками и это обеспечивает определенность абсо-лютного уровня цен.

Чтобы выявить, существует ли в этой модели единственный и устойчивый уровень цен, проведем такой же эксперимент, как в разделе 4.4. Предположим, что при сущесівующем наборе абсолютных и относительных цен хозяйство находится в состоянии равновесия; иначе говоря, при этих ценах не возникает избыточного спроса или предложения товаров. Допустим теперь, что при сохранении всех других параметров неизменными произошло равнопропорциональное изменение денежных цен

на все товары, скажем они удвоились. В этом случае реальная стоимость ресурсов, имеющихся у субъекта, снизится: реальная стоимость запаса товаров не изменится, но реальная стоимость денежных остатков упадет. Даже если на полезность оказывают влияние не реальные, а номинальные суммы денег, имеющиеся у хозяйственных субъектов в конце периода, это изменение реальной стоимости первоначальных денежных остатков должно отразиться на их поведении. При высоком уровне цен деньги не уйдут так далеко, как при более низком. Если лицо желает закончить период с такой же суммой номинальных остатков, какой был бы при более низком уровне цен, ему следует потребить меньше товаров. Тот же, кто хочет сохранить потребление на прежнем уровне, должен будет закончить неделю с меньшей суммой номинальных остатков.

Мы можем предположить, что при новом, более высоком уровне цен лицо хочет потреблять меньше товаров и хранить большие номинальные остатки, чем это было бы до повышения цен.

Эти соображения можно проиллюстрировать рис. 5.10,

где по вертикальной оси отложены номинальные, а не реальные денежные остатки.

Бюджетной линией отдельного лица является АВ, поскольку первоначальный запас товаров равен Gs, начальные номинальные денежные остатки — М°, а уровень цен таков, что одну единицу товаров можно обменять на 0А/0В денежных остатков. При такой бюджетной линии равновесие хозяйственного субъекта достигается в точке Е1: равновесный спрос на товары равен GD1 и желаемый запас номинальных денежных остатков — Мт. Предположим, что если объединить всех участников обмена, то хозяйство будет в равновесии, так как избыточный спрос на товары первого субъекта уравновешивается избыточным предложением товаров другим лицом (то же верно и в отношении избыточного предложения номинальных остатков первым участни-ком).

Следовательно, фундаментального результата, доказывающего, что абсолютный уровень цен является полностью определенным, можно достигнуть, предположив, что хозяйственный субъект стремится иметь в конце периода определенную сумму не реальных, а номинальных денежных остатков. На первый взгляд это серьезно подрывает вывод о важности эффекта реальных остатков. Однако Мейних (Meinich, 1964) показал, что этот анализ не устраняет эффект реальных остатков. В действительности этот эффект является составной частью исследования, ибо он не требует, чтобы реальные остатки входили в качестве аргумента в функцию полезности. Эффект реальных остатков Патинкина определяется как «влияние на спрос изменений в реальной стоимости начального запаса денег». В приведенной выше модели Ллойда абсолютный уровень цен стабилен благодаря действию двух факторов. При сохранении неизменными первона-чального запаса товаров и запаса номинальных остатков изменение уровня цеп приводит к изменению как реаль-ной стоимости начальных денежных остатков, так и относительной ценности номинальных остатков к това-рам. Изменение спроса, вытекающее из изменения цен, связано с обоими этими факторами-изменением реаль-ных остатков и изменением относительной ценности номинальных остатков. Следовательно, в модели Ллойда наблюдается «влияние изменения . реальной стоимости начальных денежных остатков на спрос», так что эффект реальных остатков здесь присутствует.

Подобный вывод не должен вызвать удивления, поскольку в модели любого типа эффект реальных остатков выводится скорее из бюджетного ограничения, чем из функции полезности.

Мы можем, следовательно, заключить, что вместо демоне і рации того, что эффект реальных остатков не обязательно присутствует в денежном хозяйстве, модель, сконструированная Ллойдом, показывает, что этот эффект может существовать даже в том случае, когда лицо стремится к определенному уровню не реальных, а номинальных остатков.

Необходимо тем не менее заметить, что, несмотря на наличие эффекта реальных остатков в модели Ллойда, влияние денег здесь проявляется иначе, чем в модели Патинкина. Важное различие возникает в случае, если рассматривать рост номинальных остатков, сопровож-дающийся равноиропорциональным увеличением абсо-лютного уровня цен. Поскольку в модели Патинкина это изменение не ведеї к изменению реальных остатков, первоначального запаса товаров или относительных цен (включая меновое соот ношение между реальными остатками и іоварами, коюрые, по определению, равно единице), то оно не оказывает влияния на равновесный спрос на товары. Напротив, в модели Ллойда подобное изменение влияет на равновесие, поскольку изменение уровня цен означает изменение менового соотношения между номинальными остатками и товарами (изменение наклона бюджетной линии), так что новое равновесие достигается при более высоком спросе на товары.

Различия можно видеть на рис.

Начнем с бюджетной линии АВ и вообразим, что номинальные денежные остатки отдельною лица увеличились за счет дара, свалившегося к нему с неба, тогда как абсолютный уровень цен также возрос в той же пропорции. Несмоіря на эти перемены, бюджетная линия останется на прежнем месте, поскольку первоначальные реальные остаїки и первоначальный запас товаров не изменились. В результате равновесие осталось в точке Е1

и спрос на товары не изменился. Что же касается модели Ллойда, представленной на рис. 5.12, где на вертикаль-ной оси отложены номинальные остатки, это изменение обсіоятельсів приводит к перемещению бюджетной линии из положения АВ в положение А\'В\'. Такой сдвиг происходит потому, что реальная стоимость денежных остатков отдельного лица остается без изменений. Соответственно лицо, которое использовало весь бюджет для поіребления, могло бы продолжить потребление О В товаров, но эти товары теперь можно продать по более высоким ценам. Таким образом, если бы весь бюджет был использован для приобретения номинальных осіат- ков, то лицо могло бы получить не О А, а О А\' номинальных ост а і ков . В результате точка равновесия данного лица может передвинуться из Е1 в Е2, а здесь спрос па товары выше, чем до изменения.

Из этого примера видно, чю поведение лица в модели Ллойда отражает наличие денежной иллюзии. Его поведение по отношению к реальной переменной-спросу на товары -находится под влиянием номинальной переменной (т.е. исходных номинальных денежных осіатков) даже в том случае, когда изменение этой номинальной переменной не сопровождается каким-либо изменением исходных реальных переменных, например исходных

реальных осіатков. Модель же Патинкина, напротив, предполагает отсутствие денежной иллюзии. В результате деньги не нейтральны в модели Ллойда. Изменение одного только номинального количества денег не могло бы вьізваїь в ней равнопропорционального изменения абсолютного уровня цен (оставив тем самым неизменной реальную переменную М/р в состоянии нового равновесия) без юг о, чтобы не повлиять на другую реальную переменную - равновесный спрос на товары.