§ 59. Отношеніе юридическаго лица къ лицу физическому.

1. Кромѣ отдѣльныхъ индивиду мовъ извѣстную самостоятельную правоспособность могутъ имѣть и тѣ или иныя организаціи, встрѣ­чающіяся въ человѣческомъ обществѣ.

Виды юридическихъ лицъ суть корпораціи—соединенія лицъ ²), далѣе установленія, т. е. организаціи съ государственнымъ харак­теромъ (Anstalten), и, наконецъ, заведенія (Stiftungen), т. е. имущества, предназначенныя для полезныхъ цѣлей. ^[444]

Особое положеніе занимаютъ юридическія лица съ публичнымъ характеромъ, т. е. государство и связанныя съ нимъ организаціи съ самостоятельною личностью, каковы, напр., православная церковь въ Россіи, католическая и евангелическая церковь въ различныхъ государствахъ съ ихъ организаціями. Остальныя юридическія лица суть частныя ^[445]).

2. На юридическія лица принято смотрѣть какъ на субъекты вымышленные. Идея о фикціи проходитъ красною нитью черезъ литературу еще со времени постглосаторовъ и имѣетъ послѣдовате­лей вплоть до настоящаго времени ^[446]). Въ особенности по мнѣнію Савиньи, первоначальное представленіе о личности совпадаетъ съ понятіемъ о человѣкѣ, ибо всякое право существуетъ только ради человѣка. Этому первоначальному представленію соотвѣтствуетъ фор­мула: всякій отдѣльный человѣкъ и только онъ одинъ правоспосо­бенъ. Однако изъ утилитарныхъ цѣлей въ видѣ исключенія право­способность распространена и на субъекты, допущенные путемъ чис­той фикціи. Въ силу этого они и являются лицами юридическими, т.

Долгое время старались построить теорію юридическихъ лицъ на такой фикціи. Въ новѣйшее время именно это ученіе подало поводъ къ попыткамъ отрицать всю теорію юридическихъ лицъ. Такъ, въ особенности Бринцъ открылъ походъ противъ понятія объ юридическомъ лицѣ. По его мнѣнію, говорить о фиктивныхъ ли­цахъ—ошибка, ибо въ этомъ заключается признаніе, что здѣсь на­стоящаго лица не существуетъ, такъ какъ фингированное лицо лицомъ всетаки считаться не можетъ. Все, чтб не существуетъ, не можетъ имѣть и правъ. Далѣе, вымыселъ пе можетъ имѣть воли, а безъ «воли и волемочія» не существуетъ права, безъ способности же имѣть волю нѣтъ и правоспособности. Въ дѣйствительности мы здѣсь имѣемъ дѣло только съ имуществомъ, предназначеннымъ для извѣстной цѣли (Zweckvermogen), т. ѳ. съ имуществомъ, никому не принадлежащимъ, служащимъ однако для извѣстныхъ цѣлей.

Въ такомъ имуществѣ оказываются собственность безъ собственника, права требованія—безъ вѣрителя, долги—безъ должника, однимъ сло­вомъ: безсубъектныя права ^{[447] [448] [449]).}

Своими доводами Бринцъ въ значительной степени разрушаетъ нездоровую идею о фикціи, но существо юридическаго лица этимъ все же не объясняется.

Предположеніе, что первоначально личность была присуща лишь человѣку, несогласно съ исторіей. Слѣдуетъ скорѣе признать, что юридическое лицо самобытно и существуетъ уже на первыхъ ступеняхъ развитія государства и права,.

Въ Римѣ съ древнѣйшихъ временъ народъ какъ таковой имѣлъ юридическую личность, а по его образцу—и общины и корпораціи, которыя вели свое начало отъ временъ Нумы и Сервія Туллія ^к).

Въ самомъ дѣлѣ, въ обществѣ есть потребность пріурочивать имущественную правоспособность не только къ отдѣльнымъ людямъ, но и къ соціальнымъ организаціямъ.

161

ями. Только такимъ путемъ и эти послѣднія получаютъ возможность служить на пользу общества.

Юридическія лица, конечно, не являются чѣмъ-то тѣлеснымъ, но изъ этого не слѣдуетъ, чтобы они не существовали. Правильнѣе признать ихъ представленіемъ, но вовсе не фикціей, чтб далеко не одно и то же; ибо фикція присоединяетъ что-нибудь къ данному фактическому составу, чего нѣтъ на самомъ дѣлѣ, представленіе же объ юридическомъ лицѣ подводитъ нѣчто дѣйствительно существующее подъ соотвѣтствующее этому понятіе. Понятіе общины, напр., обни­маетъ собой людей и территорію, поставленныхъ въ опредѣленную взаимную связь. Такое представленіе соотвѣтствуетъ дѣйствительному положенію вещей; оно является не плодомъ фантазіи, какъ прежде ду­мали, а результатомъ разсудка, пользующимся общимъ признаніемъ ⁸).

Такимъ образомъ юридическое лицо не есть фикція\