§ 58. Гражданская честь. Умаленіе чести

Честью — existimatio — называется оцѣнка нашей личности. Честь бываетъ внутренней, поскольку она основывается на нашемъ собственномъ чувствѣ, и внѣшней, когда она опирается на уваженіе общества.

— 153

благодаря возвышенію надъ общимъ уровнемъ увеличиться, но она мо­жетъ и умалиться путемъ такого же пониженія. Подобное умаленіе чести встрѣчается преимущественно въ области публичнаго права.

Случай умаленія чести, основанный на законѣ, составило въ древнемъ Римѣ лишеніе способности бытъ свидѣтелемъ и призывать таковыхъ. По праву XII таблицъ такому лишенію подвергался вся­кій, кто, будучи привлеченъ въ качествѣ свидѣтеля при заключеніи формальной сдѣлки, впослѣдствіи уклонился отъ дачи показаній на судѣ ^[426]). Intestabilis былъ неспособенъ давать свидѣтельскія показа­нія, точно также какъ и требовать свидѣтельскія показанія для себя, а потому онъ и не былъ способенъ къ составленію завѣщанія. Позднѣйшіе законы угрожали лишеніемъ указаннаго права и за дру­гіе проступки. По праву юстиніанову ему подвергались только лица, осужденныя за составленіе пасквилей.—Современному праву этотъ, институтъ вообще чуждъ ^[427]).

Сверхъ того римляне знали, главнымъ образомъ, два рода ума­ленія чести, именно безчестіе — infamia, такъ наз. infamia juris новѣйшихъ писателей, и позорную славу—turpido, которую новые юристы называютъ infamia facti.

1. Infamia основывается на кодексѣ чести, установленномъ пра­вомъ-, онъ опредѣляется разъ навсегда шаблоннымъ образомъ.

Происхожденіе безчестія по большей части ищутъ въ римскомъ обычномъ правѣ. Однако обычное право само по себѣ не могло вы­работать такого множества детальныхъ нормъ.

въ своемъ эдиктѣ относящіеся сюда случаи. Въ особенности это произошло съ правомъ постулировать, т. е. съ правомъ выступать и ходатайствовать на судѣ отъ чужого имени, другими словами—вы­ступать въ качествѣ судебнаго представителя ^{[429] [430]). Случаи безчестія благодаря ихъ воспріятію въ преторскій эдиктъ прочно устано­вились}

По идеѣ своей всякое умаленіе чести предполагаетъ низмен­ныя наклонности и должно такимъ образомъ зависѣть отъ оцѣнки даннаго случая. При римской же infamia все опредѣлено внѣшнимъ типическимъ образомъ. Это представляется на первый взглядъ и суровымъ, и несправедливымъ. Весь однако же институтъ infamia не мало способствовалъ поддерживанію въ Римѣ внѣшней порядочности и несомнѣнно содѣйствовалъ развитію честности и солидности въ дѣловыхъ отношеніяхъ.

Новѣйшіе писатели различаютъ безчестіе посредственное— infamia mediata—и непосредственное, infamia immediata.

а Посредственнымъ считается безчестіе, которое пріурочено къ судебному приговору, но не является прямымъ послѣдствіемъ безчестнаго поведенія.

Такое безчестіе прежде всего было послѣдствіемъ осужденія въ judicium pnblicnm, т. е. за проступокъ, запрещенный народнымъ закономъ

Infamia навлекалась далѣе личнымъ осужденіемъ за четыре

важныхъ частныхъ деликта, именно разбой, кражу, обиду и обманъ, равно какъ и осужденіемъ въ порядкѣ чрезвычайнаго уголовнаго про­цесса—judicium extraordinarium—за тѣ же проступки. Выкупъ отъ наказанія на основаніи частнаго соглашенія не избавлялъ виновнаго отъ безчестія ⁸).

Наконецъ, безчестнымъ становился и тотъ, кто довелъ дѣло до осужденія въ судебномъ порядкѣ по обязательствамъ изъ товари­щества, опеки, довѣренности и поклажи, а въ классическомъ правѣ и по fiducia.

Если вмѣсто отвѣтчика въ гражданскомъ процессѣ выступалъ представитель — procurator, то infamia не наступала: procurator не становился безчестнымъ, такъ какъ онъ приговаривался только, какъ представитель, представляемый же избѣгалъ iufamia въ силу того, что приговоръ относился не къ нему лично, а къ представителю. Прибѣгая такимъ образомъ къ процессуальному представительству, римляне обходили суровый законъ ^І0).

Ъ Часто безчестіе являлось непосредственнымъ послѣдствіемъ извѣстныхъ фактовъ независимо отъ предварительнаго судебнаго при­говора. Если заходилъ споръ о наличности подобныхъ фактовъ и они были признаны судомъ, то этимъ констатировалось только су­ществованіе безчестія, которое здѣсь не являлось послѣдствіемъ су­дебнаго приговора ^1]).

Непосредственное безчестіе между прочимъ было пріурочено къ позорной отставкѣ отъ военной службы ¹²), ко многимъ проступ­камъ противъ половой нравственности, именно къ одновременному обрученію съ двумя лицами, равно какъ и къ двоебрачію ^І3), къ несоблюденію вдовой траурнаго года ^и), къ профессіональному за-

⁸) 1. 4, § 5 и слѣд. Р. h. t. 3. 2; 1. 14. D. eod. См. Savigny, стр. 176; Marezoll, стр. 134 и слѣд.

³⁾ Gajus Inst., IV, § 182; 1. 6, § 5, 1. 7. D. h. t. 3. 2.

’°) 1. 6, § 2. D. h. t. 3. 2.

“) Непосредственлое безчестіе постигало жену, изобличенную въ нарушеніи супружеской вѣрности. Ulpianus libro 1 ad legem Juliam et Papiam, 1. 43, § 12. D. de ritu nuptiarum,-23. 2 гоноритъ: si deprehensa quidem sit, damnata autem non sit, notata erit? ego puto, etsi absoluta sit post deprehensionem, adhuc tamen notam illi obesse debere, quia verum est eam in adulterio deprehensam, quia factum lex, non sententiam notaverit.

‘») 1. 2. D. h. t. 3. 2.

^,3) 1. 13, § 2. D. h. t. 3. 2. ⁿ) 1. 8 и слѣд. D. h. t. 3. 2.

15 6 —

нятію сводничествомъ и, наконецъ, къ поступленію на сцену ^[431]). По доюстиніанову праву и объявленіе конкурса надъ несостоятельнымъ должникомъ имѣло послѣдствіемъ безчестіе ^[432]).

Безчестіе, разъ оно наступало, продолжалось уже всю жизнь. Только помилованіе со стороны сената или императора—in integrum restitutio—могло возвратить честь ^[433]).

Безчестіе закрывало доступъ къ почетнымъ должностямъ ^[434]). Кромѣ того оно составляло препятствіе къ вступленію въ бракъ съ лицомъ неопороченнымъ ^[435]) и влекло за собою лишеніе права ходатайствовать передъ судомъ за третьихъ лицъ. По имперскому нотаріальному уставу—Notariatsordnung—1512 года безчестіе имѣло своимъ послѣдствіемъ неспособность къ занятію должности нота­ріуса ^{[436] [437] [438] [439]).}

2. Наряду съ infamia ставилась turpitudo, т. е. позорная слава, основанная на постыдномъ образѣ жизни. Turpitudo измѣ­ряется индивидуальными моментами и прекращается съ улучшеніемъ и съ возстановленіемъ общественнаго положенія.

Наличность turpitudo опредѣляется усмотрѣніемъ суда.

Назначеніе persona turpis наслѣдникомъ даетъ братьямъ и се­страмъ завѣщателя, которые были бы его ближайшими наслѣдниками по закону, право оспаривать завѣщаніе, если они не получили своей обязательной законной доли. Римскій законъ исходитъ здѣсь изъ того соображенія, что наслѣдодатель, обходя своихъ ближайшихъ родственниковъ, наносить имъ вообще оскорбленіе, усиливаемое съ его стороны предпочтеніемъ ИМЪ подобной безчестной ЛИЧНОСТИ Это—единственное послѣдствіе turpitudo, установленное закономъ.

Не подлежитъ сомнѣнію, что infamia была рецепирована въ Германіи; законы старой имперіи предполагали дѣйствіе безчестія и опредѣляли новые случаи infamia и ея послѣдствія Однако

рецепція не распространялась на всѣ отдѣльные случаи, указанные въ римскомъ правѣ; въ частности, германское право никогда не знало infamia, какъ непосредственное послѣдствіе осужденія по искамъ изъ договоровъ ²³).

Германскій имперскій уголовный кодексъ совершенно устранилъ безчестіе ²⁺), установивъ лишеніе правъ на гражданскую честь со­гласно германскимъ правовымъ понятіямъ, несовмѣстимымъ съ рим­скимъ институтомъ ^{[440] [441]). По германскому уголовному кодексу лишеніе почетныхъ правъ представляется добавочнымъ наказаніемъ за про­ступки, о которомъ должно быть особо постановлено въ приговорѣ уголовнаго суда. Это лишеніе почетныхъ правъ при однихъ пре­ступленіяхъ прямо предусмотрѣно закономъ, при другихъ оно за­виситъ отъ усмотрѣнія суда [442]). По общему правилу назначеніе его допускается лишь на извѣстный срокъ. Главнѣйшими послѣд­ствіями лишенія почетныхъ правъ являются неспособность къ за­нятію\' государственныхъ и общественныхъ должностей и къ поль­зованію другими политическими правами, неспособность къ опекѣ и къ свидѣтельству при составленіи формальныхъ актовъ и нѣкоторыя ограниченія въ области права товариществъ [443]).}

Turpitudo, какъ фактическое умаленіе чести, осталось не­тронутой.

Различіе въ правоспособности въ зависимости отъ вѣроисповѣ-

даній, установившееся въ римскую христіанскую эпоху, пе удержа­лось въ Германіи, а въ новѣйшее время совершенно исчезло ²⁶).