Правовой режим долей (вкладов, взносов и т.д.) учредителей (участников) корпорации

Наличие уставного капитала, разделенного на доли определенных размеров, является одним из принципиальных отличий общества с ограниченной ответственностью от других организационно-правовых форм юридических лиц.

Размер доли участника общества в уставном капитале общества определяется в процентах или в виде дроби и должен соответствовать соотношению номинальной стоимости его доли и уставного капитала общества.

Доля участника в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью не является вещью, а представляет собой способ закрепления за лицом определенного объема имущественных и неимущественных прав и обязанностей участника общества^{[257] [258]}.

Закон разделяет понятия номинальной и действительной стоимости доли участника. Появление понятия «номинальная стоимость» применительно к доле участника является следствием заимствования терминологии из законодательства об акционерных обществах.

Номинальная стоимость доли участника - это условная абстрактная величина в денежном выражении, определяемом

стоимостью вклада участника, внесенного при создании общества^{[259] [260]. Номинальная стоимость доли определяется исходя из первоначальной оценки вклада участника и базируется на размере уставного капитала общества, закрепленным в его учредительных документах в виде конкретной денежной суммы.}

Действительная стоимость доли участника соответствует части стоимости чистых активов корпорации, пропорциональной размеру его доли. То есть действительная стоимость представляет собой некий эквивалент реальной оценки стоимости доли участника. Действительная стоимость доли в ряде случаев определяет размер обязательств общества (его участников) перед участником и третьими лицами, например, в случае выхода или исключения участника из общества.

без обязательного учета номинальной и действительной

268

стоимости доли участника .

Относительно источников имущества, формирующих доли (вклады и т.д.) участников (учредителей) корпорации, постоянно возникают вопросы, связанные с тем, что данными лицами могут выступать как физические, так и юридические лица, которые обладают различными вещными правами на имущество, вносимое в уставный капитал корпорации. Можно привести несколько примеров, демонстрирующих разнообразие проблем подобного рода.

В частности, осенью 2014 года Верховный Суд РФ в обзоре судебной практики специально указал на особенности применения преимущественного права при внесении доли в праве общей собственности в уставный капитал хозяйственного общества, сделав вывод о том, что в этом случае правила ст. 250 ГК РФ не применяются. Таким образом, не требуется предварительно уведомлять сособственников данного имущества, у них не возникает преимущественного права покупки этой доли и возможности перевода на себя прав и обязанностей покупателя^[261]. Свою позицию суд аргументировал тем, что ст. 250 ГК РФ применяется только к договору купли- продажи (кроме случаев продажи с публичных торгов) и договору мены. Правовая природа внесения доли в праве общей собственности в уставный капитал общества отличается от договора купли-продажи и договора мены такого имущества. При внесении имущества в уставный капитал общества приобретается статус участника этого общества, права и обязанности участника, предусмотренные законом и учредительными документами общества. Таким образом, имеет место встречное представление. Однако ни договор купли- продажи, ни договор мены в данном случае не заключается, а значит, правила о преимущественной покупке не применяются.

Другой пример касается уже вопроса распоряжения долей в уставном капитале- в Постановлении Президиума ВАС РФ от 10.06.2014 № 1999/14 отражен результат оспаривания договора купли-продажи доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью^[262].

Так, в силу п. 12 ст. 21 Закона об ООО доля в уставном капитале общества переходит к покупателю с момента нотариального удостоверения договора. Однако в нарушение ст. ст. 309 и 310 ГК РФ покупатель не оплатил полученную по договору долю, не перечислив денежные средства ни на счет продавца, ни в депозит нотариуса (ст. 327 ГК РФ). Как определил Президиум ВАС РФ, в данном случае продавец в значительной степени лишается того, на что был вправе рассчитывать при заключении договора (ст. 450 ГК РФ), что является существенным нарушением условий договора, которое влечет его расторжение.

Кроме того, до принятия Постановления № 1999/14 ВАС РФ высказывался по вопросу неоплаты доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, если ее продажа осуществляется с условием о рассрочке платежа^[263]. В данной ситуации в силу п. 2 ст. 489 ГК РФ по общему правилу продавец может отказаться от исполнения договора, если покупатель не производит в срок очередной платеж за переданный ему товар. Кроме того, по требованию продавца с покупателя может быть взыскана договорная неустойка и проценты за пользование чужими денежными средствами.

Стоит отметить, что переход доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью к одному или нескольким участникам данного общества либо к третьим лицам в соответствии с п. 1 ст. 21 Закона об ООО осуществляется в том числе на основании правопреемства, коим является, например, наследование.

Например, на основании ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю имущественные права и обязанности. Таким образом, если на момент смерти наследодатель являлся участником общества с ограниченной ответственностью и ему принадлежала доля в уставном капитале, то в наследственную массу будет входить именно доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью, как совокупность имущественных прав и обязанностей в отношении данного общества.

Поскольку личные неимущественные права в состав наследства не входят (ч. 3 ст. 1112 ГК РФ), то неимущественные (организационные) права участника (прежде всего, право участия в управлении делами общества) не наследуются, но могут переходить к его наследникам с переходом к ним имущественной составляющей доли в уставном капитале общества безусловно либо при условии согласия остальных участников общества, если получение такого согласия в соответствии с п. 8 ст. 21 Закона об ООО предусмотрено уставом общества.

Согласие считается полученным, если всеми участниками общества в течение тридцати дней или иного определенного уставом срока со дня получения соответствующего обращения обществом в общество представлены письменные заявления о согласии на переход доли к наследнику либо в течение этого же срока не представлены письменные заявления об отказе от дачи такого согласия.

Если в получении согласия на переход к наследнику доли в уставном капитале общества отказано, то наследник на основании полученного им свидетельства о праве на наследство на долю в уставном капитале общества в соответствии с ч. 2 ст. 1176 ГК РФ вправе получить действительную стоимость унаследованной доли либо с согласия наследника соответствующую ей часть имущества.

Действительная стоимость доли при этом определяется на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествовавший смерти участника общества, и выплачивается наследникам в течение одного года со дня перехода доли к обществу, если меньший срок не предусмотрен уставом (п. 5, 8 ст. 23 Закона об ООО).

Надо иметь в виду, что право на получение действительной стоимости доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью входит в наследственную массу тогда, когда это право принадлежало наследодателю на

272

момент его смерти .

Есть еще один интересный вопрос, связанный с выходом участника из корпорации, в частности, из общества с ограниченной ответственностью. Если до 1 сентября 2009 года закон об ООО представлял участнику общества право в любое время выйти из общества независимо от согласия других его участников или самого общества, то в действующей редакции ст.

законодательством о нотариате для удостоверения сделок». То есть «разблокировать» содержащийся в уставе запрет на свободный выход можно только путем принятия единогласного решения всеми участниками корпорации (ст. 26 Закона об ООО).

Изменение точки зрения законодателя, видимо, был обусловлен тем, что общество, являясь «объединением капиталов», создается для ведения предпринимательской деятельности с использованием того имущества, которое было внесено его участниками. Безусловно, выход одного или нескольких участников с выплатой им действительной стоимости доли может препятствовать нормальной экономической деятельности общества вплоть до полного ее прекращения. Риск незапланированной необходимости в любой момент выплатить действительную стоимость доли участнику в связи с его выходом также негативно сказывается на

Подробнее см.: Методические рекомендации по теме «О наследовании долей в уставном капитале обществ с ограниченной ответственностью» (утв. на заседании Координационно-методического совета нотариальных палат ЮФО, С-К ФО, ЦФО РФ 28 - 29.05.2010) [Электронный ресурс] // Нотариальный вестник. - 2011. - № 2. Режим доступа: http://old.notariat.ru/press_3843_23.aspx.htm (дата обращения 30.06.2016).

деятельности корпорации, тем более, что чем крупнее доля выходящего лица, тем серьезнее будут последствия для корпорации.

Поэтому ограничение права на выход из состава участников общества делает корпорацию более стабильной.

Но участники корпорации выходят из ее состава не по легкомыслию и не просто так. Часто именно выход из состава участников является единственным возможным решением для участника, фактически потерявшего корпоративный контроль, не имеющего возможности повлиять на решение корпорации, не способного предотвратить корпоративный конфликт и т.д.

Например, такой участник может уклоняться от участия в общих собраниях, если на них рассматриваются вопросы, требуемые единогласного принятия решений, либо может голосовать таким образом, что в результате будет заблокировано одобрение крупной выгодной сделки и т.д. В результате остальные участники будут вынуждены

воспользоваться своим правом на обращение в суд с иском об исключении «злоумышленника» по основаниям ст. 10 Закона об ООО: «участники общества, доли которых в совокупности составляют не менее чем десять процентов уставного капитала общества, вправе требовать в судебном порядке исключения из общества участника, который грубо нарушает свои обязанности либо своими действиями (бездействием) делает невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняет». Но данный недобросовестный прием, безусловно, будет

сопровождаться причинением того или иного ущерба корпорации.

Но для выхода из состава участников ООО можно воспользоваться возможностью, предусмотренной п.1 ст. 93 ГК РФ, гласящим, что «переход доли или части доли участника общества в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью к другому лицу допускается на основании сделки или в порядке правопреемства либо на ином законном основании с учетом особенностей, предусмотренных настоящим Кодексом и законом об обществах с ограниченной ответственностью». И, соответственно, п.7 ст. 93 ГК РФ устанавливает, что «переход доли участника общества с ограниченной ответственностью к другому лицу влечет за собой прекращение его участия в обществе».

Что же касается всяческих запретов в уставе, то п. 3 той же статьи 93 ГК РФ и ст. 23 Закона об ООО, дублируя друг друга, предусматривают, что «в случае, если уставом общества отчуждение доли или части доли, принадлежащих участнику общества, третьим лицам запрещено и другие участники общества отказались от их приобретения либо не получено согласие на отчуждение доли или части доли участнику общества или третьему лицу при условии, что необходимость получить такое согласие предусмотрена уставом общества, общество обязано приобрести по требованию участника общества принадлежащую ему долю или часть доли». И это правило носит императивный характер, изменить их уставом нельзя под угрозой ничтожности.

Поэтому для преодоления запрета выхода участника из корпорации достаточно в порядке, установленной законом, направить участникам общества оферту с предложением выкупить долю или дать согласие на продажу доли третьему лицу. Если никто из участников не пожелает приобрести дол и не даст согласия на продажу, то аналогичная оферта направляется уже самому обществу. Если общество отказывается выкупить долю, то участник имеет право предъявить обществу требование о приобретении доли. Подобная правовая позиция, кстати, отражена в Определении Верховного Суда РФ от 07.07.2015 № 305-ЭС15-4053 по делу № А41-7112/2014^[264].

Теперь рассмотрим другой, не менее интересный вопрос: может ли участник, выходя из общества с ограниченной ответственностью, отказаться от получения выплаты доли? И что делать обществу с этим отказом?

Не стоит думать, что это фантастический прецедент, так как наличие судебной практики по данным вопросам свидетельствует о реальности такой ситуации. Поэтому стоит ее разобрать подробнее.

То, что само общество обязано выплатить действительную стоимость доли или выдать имущество с согласия участника - это очевидно (ст. 94 ГК РФ, ст. 23 Закона об ООО), избежать выплаты нельзя.

Но если для общества выплата стоимости доли является обязанностью по отношению к участнику, от которой нельзя отказаться в одностороннем порядке, то для участника получение выплаты - это право, которое можно реализовать по- разному, в том числе и путем отказа от благ, которое данное право предоставляет. И самой подходящей правовой конструкцией в данном случае будет прощение долга (ст. 415 ГК РФ), которое, как известно, предусматривает освобождение кредитором должника от лежащих на нем обязанностей.

Поэтому участник может отразить свое намерение отказаться от выплаты в заявлении о выходе из общества, и лучше всего дополнительно закрепить его волю в отдельном документе, подписанном от имени общества, с одной стороны, и участником - с другой, в котором подтвердить факт прощения долга со ссылкой на ст. 415 ГК РФ. Состоятельность данной конструкции подтверждена правовой позицией Высшего арбитражного суда еще в 2012 г^[265].

Как видно, вопросы, связанные с правовым режимом долей (вкладов, взносов и т.д.) учредителей (участников) корпорации, безусловно, заслуживают особого внимания, так как законодательство в этой сфере сложное, а правоприменительная практика весьма обширна.

2.3.4.