<<
>>

§3. Защита субъективных прав на секрет производства

В гражданском законодательстве закреплены различные способы защиты гражданских прав. В доктрине гражданского права способы защиты гражданских прав по своему содержанию принято делить на две группы: меры защиты и меры ответственности[281].

Право на секрет производства можно защитить с использованием как мер защиты, так и мер ответственности.

Одной из актуальных тем для дискуссии в гражданско-правовом регулировании секрета производства является проблема определения ответственности за нарушение права на секрет производства. Ответственность в гражданском праве бывает двух видов: договорной (ст. 393-406 ГК РФ) и внедоговорной (ст. 1064-1083 ГКРФ).

В соответствии с и. 1 ст. 1472 ГК РФ нарушитель исключительного права на секрет производства, в том числе лицо, которое неправомерно получило сведения, составляющие секрет производства, и разгласило или использовало эти сведения, а также лицо, обязанное сохранять конфиденциальность секрета производства в соответствии с и. 2 ст. 1468, и. 3 ст. 1469 или и. 2 ст. 1470 настоящего Кодекса, обязано возместить убытки, причиненные нарушением исключительного права на секрет производства, если иная ответственность не предусмотрена законом или договором с этим лицом. Согласно и. 2 ст. 1472 ГК РФ лицо, которое использовало секрет производства и не знало и не должно было знать о том, что его использование незаконно, в том числе в связи с тем, что оно получило доступ к секрету производства случайно или по ошибке, не несет ответственность в соответствии с и. 1 настоящей статьи.

В п. 1 ст. 1472 ГК РФ идет речь одновременно о двух видах гражданско- правовой ответственности, а именно: о внедоговорной ответственности (нарушитель, который неправомерно получил доступ к секрету производства и разгласил или использовал его), а также о договорной ответственности для лица, которое обязано сохранять конфиденциальность секрета производства.

Во-первых, вызывает сомнение возникновение внедоговорной ответственности только лишь в случае, если нарушитель разгласил или использовал секрет производства после незаконного получения к нему доступа. Полагаем, что для возникновения внедоговорной ответственности достаточным основанием является незаконное получение доступа к секрету производства, поскольку сущность права на секрет производства заключается в запрете доступа третьим лицам к секрету производства, что и обеспечивает абсолютный характер защиты исследуемого права. Дальнейшие действия нарушителя, направленные на разглашение секрета производства или его использование, увеличивают объем причиняемого вреда правообладателю секрета производства, но несовершение указанных действий после незаконного получения доступа к секрету производства не исключает наличие причиненного вреда у правообладателя секрета производства.

Что касается зарубежного опыта регулирования этого вопроса, то, например, в американском законодательстве также существует разница в понимании понятия «незаконное присвоение секрета производства» между Единообразным законом о торговых секретах и Сводом норм о деликтном обязательстве. Согласно Своду норм о деликтном обязательстве для квалификации незаконного приобретения секрета производства требуется распространение или использование секрета производства, которые должны были произойти после незаконного присвоения. Единообразный закон о торговых секретах без всяких сомнений относит к незаконному приобретению секрета производства незаконное присвоение, получение доступа к этому объекту[282].

Согласно п. 3 ст. 2 Директивы Европейского парламента и совета «О защите нераскрвітого ноу-хау и бизнес-информации (секрета производства) от незаконного приобретения, исполвзования и разглашения» от 28.11.2013 г. нарушителем является любое физическое или юридическое лицо, которое незаконно приобрело, исполвзовало или разгласило секрет производства.

В соответствии со ст. 19 ФЗ «О коммерческой тайне» Белоруссии в случае незаконного ознакомления со сведениями, составляющими

коммерческую тайну, или незаконного исполвзования этих сведений, а также разглашения коммерческой тайнві физические и юридические лица, государственнвіе органні и их должностнвіе лица обязанві возместитв убвітки (включая упущенную выгоду), причиненнвіе владелицу коммерческой тайны в резулвтате указанных действий.

Из приведенных норм следует, что самостоятелвным основанием возникновения ответственности является действие физического или юридического лица, выразившееся в незаконном ознакомлении с секретом производства.

Во-вторых, необходимо предусмотреть ответственность для лица, которое получило доступ к секрету производства случайно или по ошибке, в случае отказа от исполнения им требований правообладателя секрета производства о необходимости воздерживаться от использования, сообщения или разглашения секрета производства, а также обязанности сохранять конфиденциальность секрета производства после уведомления этого лица правообладателем секрета производства об исключительном праве на этот объект.

Исходя из буквального толкования ст. 1472 ГК РФ следует, что ответственность за нарушение исключительного права на секрет производства несет лицо, которое знает или имеет достаточные основания полагать, что сведения, полученные знания составляют секрет производства, обладателем которых является другое лицо. Представляется, что такое знание возникает у лица, получившего доступ к секрету производства случайно или по ошибке, с момента получения уведомления от правообладателя секрета производства об исключителвном праве на секрет производства, которое порождает обязателвство по обеспечению конфиденциалвности секрета производства и исполнению законнвіх требований правообладателя. Поэтому в данной ситуации лицо, получившее доступ к секрету производства случайно или по ошибке, должно нести ответственности за отказ от исполнения указаннвіх обязателвств.

В соответствии с и. 3 ст. 1250 ГК РФ отсутствие винві нарушителя не освобождает его от обязанности прекратитв нарушение интеллектуалвнвіх прав, а также не исключает применение в отношении нарушителя мер, направленнвіх на защиту таких прав. В частности, пресечение действий, нарушающих исключителвное право на резулвтат интеллектуалвной деятелвности или на средство индивидуализации либо создающих угрозу нарушения такого права, осуществляется независимо от винві нарушителя и за его счет.

Гражданское законодателвство Белоруссии предусматривает ответственноств для лица, ознакомившегося с секретом производства в резулвтате случайности, которое продолжает исполвзоватв секрет производства, несмотря на законнвіе требования правообладателя секрета производства о немедленном прекращении такого исполвзования.

Согласно ст. 20 ФЗ «О коммерческой тайне» Белоруссии лицо, ознакомившееся со сведениями, составляющими коммерческую тайну, в резулвтате случайности либо действий другого лица, которое не имело права предоставлятв доступ к коммерческой тайне, о чем лицо, ознакомившееся с такими сведениями, не знало и не должно бвіло знатв, считается добросовестнвш приобретателем сведений, составляющих коммерческую тайну. По требованию владелица коммерческой тайнві лицо, являющееся добросовестнвш приобретателем сведений, составляющих коммерческую тайну, обязано принятв необходимвіе мерві по обеспечению конфиденциалвности этих сведений, в том числе заключитв с владелвцем коммерческой тайнві гражданско-правовой договор, предусматривающий

обязательства по обеспечению конфиденциальности сведений, составляющих коммерческую тайну. При этом добросовестный приобретатель сведений, составляющих коммерческую тайну, вправе требовать от владельца коммерческой тайны возмещения издержек, связанных с принятием таких мер. При отказе добросовестного приобретателя сведений, составляющих

коммерческую тайну, принять меры, указанные в части второй настоящей статьи, владелец коммерческой тайны вправе применить в отношении него способы защиты, предусмотренные законодательством, в том числе возместить убытки.

При этом Гражданский кодекс Белоруссии учитывает интересы добросовестного приобретателя секрета производства, который использовал секрет производства и понес в связи с этим расходы, связанные, например, с налаживаем производственного процесса, производством товаров, содержащих секрет производства. Исполнение воли правообладателя секрета производства в этом случае, направленной на исполнение запрета дальнейшего использования секрета производства, причинит убытки добросовестному приобретателю секрета производства.

Поэтому согласно п. 2 ст. 1011 Гражданского кодекса Белоруссии в случае использования секрета производства (ноу-хау) лицом, которое в соответствии с законодательством является добросовестным приобретателем, суд с учетом средств, израсходованных таким лицом на использование секрета производства (ноу-хау), может разрешить его дальнейшее использование на условиях возмездности[283].

Аналогичная норма предусмотрена в Директиве Европейского парламента и совета «О защите нераскрытого ноу-хау и бизнес-информации (секрета производства) от незаконного приобретения, использования и разглашения» от 28.11.2013 г.[284]. Согласно п. 3 ст. 12 указанной Директивы государства-члены должны гарантировать, что по просьбе лица, которое должно понести ответственность, компетентный суд может установить денежную компенсацию вместо применения мер, указанных в ст. 11, при соблюдении всех следующих условий:

a) заинтересованное лицо изначально приобрело знания о секрете производства добросовестно и соответствует условиям ст. 3 (4);

b) исполнение мер, о которых идет речь, приведет к тому, что лицу будет причинен несоразмерный ущерб;

c) денежная компенсация потерпевшей стороне является вполне справедливой мерой.

Если применяется денежная компенсация вместо мер, указанных в п. а) ст. 11 (1), такая денежная компенсация не должна превышать размер лицензионного платежа и иного вознагражения, которые подлежали бы выплате, если бы лицо запросило разрешение на использование спорного секрета производства, за период времени, в течение которого использование секрета производства этому лицу было бы запрещено.

В соответствии с п. 1 ст. 11.1 Закона Польши «О борьбе с недобросовестной конкуренцией»[285] фактом недобросовестной конкуренции является сообщение, раскрытие или использование третьим лицом информации, которая является конфиденциальной для компании, или она получена от неуполномоченного лица, если это угрожает или нарушает интересы предпринимателя. Согласно п.

3 этой же статьи закона положения п. 1 не применяются к лицу, которое добросовестно получило информацию, составляющую бизнес-секреты. Суд может обязать получателя выплачивать вознаграждение за использование бизнес-секретов в течение периода сохранения конфиденциальности этого объекта.

Согласно общему праву Великобритании и Северной Ирландии в отношении лица, которое случайно получило доступ к секрету производства, не действует обязательство по сохранению конфиденциальности информации до тех пор, пока это лицо не будет уведомлено о том, что информация является конфиденциальной[286]. Аналогичный подход в общем праве Австралии сформулирован Ввісоким судом Австралии[287].

В соответствии с общим правом США истец не имеет право утверждатв о незаконном присвоении секрета производства в отношении третвего лица, которое случайно получает доступ к секрету производства без нарушения условий договора или обязателвства о сохранении конфиденциалвности секрета производства[288]. В соответствии с п. b ст. 2 Федералвного Единообразного закона США «О торговвіх секретах», если добросовестный получатели секрета производства после получения уведомления о прекращении его исполвзования от его правообладателя продолжает исполвзоватв этот объект, то такое лицо становится незаконно присвоившим секрет производства. В этом случае суд по заявлению правообладателя секрета производства может установити судебный запрет на дальнейшее использование секрета производства и взыскать лицензионное вознаграждение с учетом принципа разумности[289].

Согласно п. 12 Разъяснений Верховного суда Китайской Народной Республики «О некоторых вопросах, касающихся применения закона судом по делам, связанным со спорами по поводу исполнения технологических договоров» от 30 ноября 2004 г. лицо, которое добросовестно получило секрет производства, если иное не предусмотрено законом или нормативным актом административного органа, может продолжить использование секрета производства в пределах такого же объема, когда лицо впервые получило этот объект. Однако это лицо должно затем выплатить правообладателю секрета производства разумное лицензионное вознаграждение и исполнить

обязательство по сохранению конфиденциальности секрета производства[290]. В соответствии с п. 13 указанного Разъяснения Верховного суда Китайской Народной Республики если лицо решило продолжить использовать секрет производства и обсуждает с правообладателем секрета производства размер лицензионного вознаграждения, то любая из сторон вправе обратиться в народный суд с заявлением об определении разумного расчета цены лицензионного вознаграждения. Народный суд должен определить

лицензионное вознаграждение с учетом требований разумности и справедливости, а также на основе обычного размера лицензионного вознаграждения, который выплачивается правообладателю секрета

производства такого типа. Кроме того, учитываются такие факторы, как затраты на научно-исследовательскую деятельность, степень изменения положения пользователя на рынке и достижения им успеха в определенном виде деятельности, масштаб использования, финансовые выгоды и т.д. Если лицо продолжает использовать секрет производства, но не выплачивает лицензионное вознаграждение правообладателю секрета производства, то народный суд по заявлению правообладателя может выпустить постановление о прекращении использования секрета производства. В этом же пункте указано, что если лицо, которое использовало секрет производства до уведомления правообладателя и знало или должно было знать о том, что получило доступ к секрету производства незаконно, то народный суд независимо от того, продолжает ли это лицо использовать секрет производства, должен вынести постановление о выплате правообладателю секрета производства

лицензионного вознаграждения за весь период использования секрета производства.

В-третьих, выделение самостоятельного субъективного права

неимущественного характера в отношении секрета производства - права на конфиденциальность секрета производства - требует закрепления специального способа защиты указанного субъективного права, а именно компенсации неимущественного вреда.

Никакие понесенные расходы в соответствии с и. 2 ст. 15 ГК РФ правообладателя секрета производства не позволят восстановить конфиденциальность секрета производства в прежнем виде. Конфиденциальность информации не имеет стоимостного выражения, поэтому защита прав на секрет производства должна строиться на компенсационном принципе. Указанная компенсация возмещает лишь неимущественный вред, возникший в результате нарушения конфиденциальности секрета производства. Этот вид компенсации отличается от компенсации при нарушении исключительных прав в случаях, указанных в законе, тем, что последний вид компенсации является альтернативой возмещения убытков и компенсирует имущественные потери правообладателя исключительного права. При определении размера компенсации за нарушение конфиденциальности секрета производства суд должен учитывать степень виновности причинителя вреда, значимость секрета производства для его правообладателя, степень распространенности секрета производства в результате неправомерных действий нарушителя, а также предпринятые действия правообладателя секрета производства после нарушения права на конфиденциальность секрета производства, направленные на предотвращение и уменьшение вреда. Необходимо подчеркнуть, что взыскание такой компенсации относится лишь к случаям бездоговорного нарушения прав на секрет производства, то есть подлежит применению при отсутствии договора с правообладателем либо при выходе нарушителя за пределы заключенного договора.

В соответствии с п. 2 ст. 13 Директивы Европейского парламента и совета «О защите нераскрытого ноу-хау и бизнес-информации (секрета производства) от незаконного приобретения, использования и раскрытия» от 28.11.2013 г. при определении ущерба компетентные органы судебной власти должны учитывать все необходимые факторы, такие как негативные экономические последствия, включая упущенную выгоду, которую утратила потерпевшая сторона, любую недобросовестную прибыль, которая была получена нарушителем, а также обращать внимание в соответствующих случаях на другие обстоятельства помимо экономических факторов, такие как моральный ущерб, причиненный правообладателю секрета производства незаконным получением, использованием или разглашением секрета производства.

Кроме того, исходя из анализа ранее указанной в параграфе 3 главы 1 диссертации судебной практики Европейского суда по правам человека, физические и юридические лица, которые являются правообладателями секрета производства, имеют право на компенсацию нематериального вреда в случае

291

нарушения права на секрет производства .

Согласно ст. 2:46 Гражданского кодекса Венгрии секрет производства (ноу-хау) является объектом права на частную жизнь. В соответствии со ст. 2:51 Гражданского кодекса Венгрии лицо, право которого на неприкосновенность частной жизни было нарушено, в течение срока исковой давности в зависимости от обстоятельств дела вправе требовать: а) признания нарушения его права судом; Ь) прекращения нарушения и установление запрета на дальнейшее нарушения его права; с) соответствующей компенсации и за счет нарушителя информирования общественности о допущенном нарушении;

d) пресечения действий, нарушающих право, и восстановления положения, существовавшего до нарушения права, а также требовать уничтожения или конфискации вещи, произведенной с нарушением его права; е) если нарушитель или правопреемник получили выгоды от нарушения, требовать возмещения всех полученных выгод по правилам о неосновательном обогащении.

Согласно и. 1 ст. 2:52 Гражданского кодекса Венгрии лицо, право которого на неприкосновенность частной жизни было нарушено, имеет право [291] требовать компенсации неимущественного вреда, причиненного ему. В соответствии с и. 3 ст. 2:52 Гражданского кодекса Венгрии при определении размера компенсации суд учитывает степень причинения вреда: тяжесть нарушения, повторяющийся характер нарушения, степень виновности, влияние, которое оказало нарушение на правообладателя и окружающее его общество. Кроме того, в соответствии со ст. 2:53 указанного закона лицо, которому были причинены убытки нарушением права на неприкосновенность права на частную жизнь, вправе требовать их возмещения от нарушителя.

В соответствии с гражданским законодательством Болгарии правообладатель секрета производства вправе требовать возмещения как убытков, так и компенсации за причинение неимущественного вреда[292]. Согласно ст. 52 Закона Болгарии «Об обязательствах и договорах» возмещение за неимущественный ущерб определяется судом по справедливости[293]. В соответствии со ст. 45, 51 Закона Болгарии «Об обязательствах и договорах» каждый, кто виновно причинил вред другому лицу, должен его возместить. Возмещение за вред охватывает весь ущерб, который является прямым и непосредственным следствием ущерба.

Согласно п. 1 ст. 125 Кодекса промышленной собственности Италии компенсация вреда, причиненного потерпевшей стороне, определяется в соответствии со ст. 1223, 1226 и 1227 Гражданского кодекса, и принимаются во внимание все следующие аспекты: негативные экономические последствия, включая упущенную выгоду правообладателя, незаконно полученную прибыль нарушителя, а также, кроме экономических факторов, учитывается моральный ущерб, причиненный правообладателю.

В соответствии с исследованием Европейской комиссии, связанным с анализом законодательства государств - членов Европейского союза, которое регулирует отношения по поводу секрета производства, правообладатель секрета производства имеет право на компенсацию нематериального вреда в соответствии с нормами гражданского законодателвства также в следующих государствах: Греции, Нидерландах, Португалии, Румынии, Словакии[294].

В соответствии с определением Конституционного суда Российской Федерации от 04 декабря 2003 г. № 508-0 Конституционный суд Российской Федерации разъяснил, что юридическое лицо имеет право требоватв компенсации убытков, в том числе нематериалвных, причиненных умалением деловой репутации, или нематериального вреда, имеющего свое собственное содержание, которое вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения, несмотря на отсутствие прямого указания в законе на такой способ защиты у юридических лиц. Данный вывод основан на положении ст. 45 (часть 2) Конституции Российской Федерации, в соответствии с которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом[295].

Право юридического лица на защиту прав путем компенсации неимущественного вреда Конституционный суд Российской Федерации обосновывает в том числе и судебной практикой Европейского суда по правам человека: дело «Компании Комингерсол С.А. против Португалии» от Об апреля 2000 г.[296].

Из анализа и. 2 определения Конституционного суда Российской Федерации от 04 декабря 2003 г. № 508-0 следует, что возможность применения такого способа защиты юридическим лицом не ограничивается случаем защиты деловой репутации юридического лица, а также допускается в иных случаях причинения нематериального вреда юридическому лицу, когда нарушается право нематериального характера и не существует четкого метода определения его размера. Следовательно, возможность компенсации нематериального вреда зависит от существа права и характера последствий нарушения этого права. Право на конфиденциальность секрета производства является неимущественным правом, которое может также принадлежатв и юридическому лицу. Поэтому в случае нарушения такого субъективного права на секрет производства юридическое лицо имеет право на компенсацию неимущественного вреда, причиненного умалением конфиденциалвности секрета производства.

В-четвертых, представляется, что существует необходимости закрепления за правообладателем секрета производства права на компенсацию имущественного вреда с учетом требований разумности и справедливости в случае нарушения исключительного права на секрет производства. Указанная потребности обусловлена трудностью в сборе доказательств, подтверждающих размер причиненных убытков правообладателю секрета производства, а также методов их определения. Согласно данным опроса 537 правообладателей секретов производства в 2013 г., указанным в отчете Европейской комиссии по некоторым проблемам регулирования отношений, связанных с секретом производства, основными причинами, по которым правообладатели секрета производства не обращаются в суд за судебной защитой нарушенного права, являются трудность в сборе доказательств - 42,9 %, нехватка эффективных правовых средств защиты - 28,6 %, отсутствие методики определения убытков - 27 %, низкая вероятность взыскания убытков - 23,8 %[297]. Поэтому в целях повышения уровня защиты исключительного права на секрет производства необходимо предусмотреть единовременную разумную и справедливую компенсацию за нарушения исключительного права на секрет производства, если правообладатель не может доказать точный размер причиненных убытков, возникших в результате противоправных действий нарушителя.

Согласно абз. 2 п. 2 ст. 13 Директивы Европейского парламента и совета «О защите нераскрытого ноу-хау и бизнес-информации (секрета производства) от незаконного приобретения, использования и разглашения» от 28.11.2013 г.

органы судебной власти могут в соответствующих случаях определятв убвітки в виде единовременно ввіплачиваемой суммы, основанной на следующих факторах, как минимум, сумма лицензионного вознаграждения или иного вознаграждения, которая причиталасв бы правообладателю, если бы нарушители обратился за разрешением исполвзоватв спорный секрет производства.

В общем праве Англии и Уэлвса, Республики Ирландии, Австралии, Гонконга отсутствует универсальный метод определения убытков, поэтому в каждом конкретном случае их размер будет зависеть от различных факторов. Основным судебным прецедентом, который установил порядок определения размера компенсации убытков в случае нарушения права на секрет производства в этих государствах, является решение суда по делу Seager v. Copydex[298].

В соответствии с указанным решением судья лорд Деннинг предложил три альтернативных варианта компенсации убытков: 1) если конфиденциальная информация «ничего особенного» не содержит и этот вид информации может получить каждый, кто обращается к услугам консультанта, то убытки истца должны определяться на основе размера вознаграждения, которое взимает консультант за эту информацию; 2) если конфиденциальную информацию можно квалифицировать как «нечто особенное», например, если она обладает изобретательским уровнем или чем-то столь необычным, что ее невозможно получить в результате обращения к консультанту, тогда размер компенсации определяется ее ценой, которую согласится оплатить заинтересованный покупатель продавцу информации; 3) если информация рассматривается как что-то «совершенно особенное», то, по мнению лорда Деннинга, компенсация должна определяться на основе размера лицензионного вознаграждения. В этом случае в решении суда указывается единовременно выплачиваемая сумма лицензионного вознаграждения[299].

В 2011 г. Апелляционный суд Великобритании для целей правосудия признал технические секреты производства объектом интеллектуальной собственности и признал применимость Директивы № 2004/48/ЕС

Европейского парламента и совета Европейского союза «Об обеспечении прав на интеллектуальную собственность» (принята в г. Страсбурге 29.04.2004 г.) о принудительном осуществлении прав[300].

В Сингапуре также определены различные условия для защиты секрета производства в зависимости от вида охраняемой информации. Техническая информация, составляющая секрет производства, защищается даже в случае отсутствия соглашения с третьими лицами. Бизнес-информация представляет меньшую ценность с точки зрения закона, поэтому подлежит защите только в том случае, если была передана лицу по договору, который нарушил условия соглашения[301]. В Великобритании в отношении бизнес-информации действует аналогичное правило[302].

В соответствии со ст. 1226 Еражданского кодекса Италии, если точный размер убытков не может быть доказан, то их справедливый размер определяется судом[303].

В качестве критерия определения справедливого размера компенсации учитывается средний размер лицензионного вознаграждения, который выплачивал бы нарушитель, если бы он заключил лицензионный договор в отношении объекта аналогичного характера[304].

В случае если причиненный ущерб в результате незаконного использования секрета производства затруднительно определить, то суды в

Бельгии могут взыскивать сумму компенсации с учетом требований разумности и справедливости по аналогии с и. 5 ст. 52 Закона Бельгии «О патентах»[305] и ст. 86 Закона Бельгии «Об авторском праве и смежных правах»[306].

В соответствии с исследованием Европейской комиссии, связанным с анализом законодательства государств - членов Европейского союза, которое регулирует отношения по поводу секрета производства, правообладатель секрета производства имеет право на справедливую компенсацию

имущественного вреда в соответствии с нормами гражданского

законодательства, если не может представить доказательства точного размера причиненного имущественного вреда, также в следующих государствах: Болгарии, Эстонии, Финляндии, Литве, Люксембурге, Мальте, Нидерландах, Португалии, Румынии[307].

Согласно и. 17 Разъяснений Верховного суда Китайской Народной Республики «О некоторых вопросах, касающихся применения закона судом в гражданских делах, связанных с недобросовестной конкуренцией» при определении ущерба за действия, нарушающие права на бизнес-секреты, которые установлены в ст. 10 Закона «О недобросовестной конкуренции», суд может применять методы определения ущерба, которые используются при защите патентных прав[308].

Согласно ст. 10 Закона Китайской Народной Республики «О недобросовестной конкуренции» лицо, осуществляющее

предпринимательскую деятельность, не может использовать ни одно из следующих средств, посягающих на секрет производства: 1) получение доступа к секрету производства от лица, в отношении которого действует обязательство о неразглашении секрета производства, путем воровства, подстрекателвства, угроз или любвіх других недобро с овестнвіх средств; 2) сообщение, исполвзование или разрешение третвему лицу исполвзоватв секрет производства, полученный от лица, в отношении которого действует обязателвство о неразглашении секрета производства, способами, указанными в предыдущем абзаце; 3) нарушение соглашения или обязателвства по охране секрета производства обязанным лицом путем сообщения, исполвзования или

309

разрешения использования третьему лицу секрета производства

Получение, исполвзование или разглашение чужого секрета производства лицом, которое знает или должно знатв, что случай соответствует противоправным действиям, перечисленным в предыдущем параграфе, необходимо определятв как нарушение права на секрет производства.

Согласно и. 1 ст. 65 Закона Китайской Народной Республики «О патентах» размер компенсации за нарушение патентного права должен бытв определен согласно фактическим потерям патентообладателя, обусловленным нарушением. Если трудно определитв фактические потери, размер компенсации может бытв установлен согласно выгодам, полученным нарушителем в резулвтате противоправного действия. Если трудно определитв убытки патентообладателя или выгоды, полученные нарушителем, размер компенсации может бытв определен согласно разумно увеличенной сумме лицензионного вознаграждения за исполвзование такого объекта патентного права. Размер компенсации должен включати разумные расходы, понесенные патентообладателем, чтобы предотвратитв нарушение. Если убытки патентообладателя, выгоды нарушителя или лицензионное вознаграждение за исполвзование объекта патентного права трудно определитв, народнвш суд может на основе таких критериев, как тип объекта патентного права, характер нарушения, значимости дела, определитв размер компенсации в пределах от [309] 10 000 до I 000 000 юаней[310]. Таким образом, в соответствии с ранее указанной позицией Верховного суда КНР гражданское законодателвство Китайской Народной Республики предоставляет правообладателю бизнес-секретов множество способов определения размера компенсации за нарушения их прав.

Проблема определения компенсации возникает в случае разглашения нарушителем бизнес-секрета. Согласно абз. 2 и. 17 Разъяснений Верховного суда Китайской Народной Республики «О некоторвіх вопросах, касающихся применения закона судом в гражданских делах, связаннвіх с недобросовестной конкуренцией» если какой-либо бизнес-секрет стал широко известным в результате какого-либо деликта, то убытки должны быть определены согласно коммерческой стоимости этого делового секрета. Коммерческая стоимость секрета производства должна быть определена на основе таких элементов, как затраты на научно-исследовательскую деятельность, прибыль от использования секрета производства, возможные выгоды, период времени, в течение которого сохранялось конкурентное преимущество, и другие факторы[311].

Особое внимание правоведов привлекает юридическая квалификация полученных доходов нарушителем секрета производства. Представляется, что действующее гражданское законодательство позволяет квалифицировать указанный доход как упущенную выгоду и использовать в этом случае деликтный иск, а не кондикционное требование. Согласно абз. 2 и. 2 ст. 15 ГК РФ если лицо, нарушившее право, получило вследствие этого доходы, лицо, право которого нарушено, вправе требовать возмещения наряду с другими убытками упущенной выгоды в размере не меньшем, чем такие доходы. Заинтересованному лицу нет необходимости доказывать, что он мог бы получить доходы в таком же размере, что и лицо, нарушившее его право. В этой связи отсутствует необходимость кредитору представлять

доказательства предпринятых мер для получения упущенной выгоды[312]. В п. 11 совместного постановления Пленумов Верховного суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 01.07.1996 г. № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено следующее. Размер неполученного дохода (упущенной выгоды) должен определяться с учетом разумных затрат, которые кредитор должен был понести, если бы обязательство было исполнено[313].

Представляется, что непосредственный причинитель вреда и лицо, в интересах которого совершалось данное нарушение, должны признаваться лицами, совместно причинившими вред, и отвечать соответственно на солидарных началах, что в полной мере гарантирует защиту интересов правообладателя секрета производства. Главное, чтобы вред, причиненный секрету производства, находился в причинной связи с действиями всех этих лиц независимо от вклада в совместное причинение.

Американские суды также придерживаются мнения о том, что, если ответчик прямо или косвенно не участвовал в приобретении коммерческой тайны, он, тем не менее, может быть ответственным за последующее использование секрета производства, если ранее этот спорный объект был незаконно присвоен лицом, предоставившим в дальнейшем незаконный доступ[314]. Однако стоит отметить, что никто не может быть привлечен к ответственности, если получатель секрета производства докажет, что он не мог знать о том, что этот секрет производства принадлежал другому лицу, и об этом обстоятельстве не было соответствующих уведомлений[315].

В соответствии с и. 1 ст. 1251 ГК РФ правообладатель секрета производства вправе защищать исключительное право на секрет производства путем предъявления требования: о признании права - к лицу, которое отрицает или иным образом не признает право, нарушая тем самым интересы правообладателя; о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним; о публикации решения суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя - к нарушителю исключительного права.

Согласно и. 4 ст. 1251 ГК РФ в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными и по решению суда подлежат изъятию из оборота и уничтожению без какой бы то ни было компенсации, если иные последствия не предусмотрены настоящим Кодексом.

В соответствии с и. 2 ст. 1252 ГК РФ в порядке обеспечения иска по делам о нарушении исключительных прав к материальным носителям, оборудованию и материалам, в отношении которых выдвинуто предположение о нарушении исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, могут быть приняты обеспечительные меры, установленные процессуальным законодательством, в том числе может быть наложен арест на материальные носители, оборудование и материалы.

Согласно абз. с) п. 1, п. 2 ст. 11 Директивы Европейского парламента и совета «О защите нераскрвітого ноу-хау и бизнес-информации (секрета производства) от незаконного приобретения, исполвзования и разглашения» от 28.11.2013 г. государства-членві должнві гарантироватв, что в случае, если по заявлению правообладателя секрета производства бвіло принято решение о незаконном приобретении, исполвзовании или разглашении секрета производства, органні судебной власти по требованию заявителя могут принятв соответствующие мерві восстановителвного характера: а) объявление о допущенном нарушении; Ь) прекращение продажи контрафактных товаров на рвшке; с) исключение у контрафактного товара незаконного качества; d) уничтожение контрафактного товара или, когда это целесообразно, изъятие их из торгового оборота при условии, что такое действие не ослабляет защиту спорного секрета производства; е) уничтожение всех или части любого документа, вещи, материала, материального вещества или электронного файла, которые содержат или обеспечивают действие секрета производства, или, когда это целесообразно, передача правообладателю секрета производства всех этих документов, вещей, материалов, материальных веществ или электронных файлов или части любого из них.

Под контрафактным товаром в соответствии с абз. 4 ст. 2 указанной Директивы понимаются товары, у которых дизайн, качество, производственный процесс или маркетинг были основаны на секрете производства, который был незаконно приобретен, использован или раскрыт.

В соответствии с и. 3 ст. 11 этой же Директивы приведенные меры, установленные судом, должны исполняться за счет нарушителя. Кроме того, государства-члены должны гарантировать, что в случае установления меры в виде изъятия контрафактного товара из торгового оборота суд может по заявлению правообладателя секрета производства постановить передачу товаров правообладателю или благотворительным организациям на условиях, которые будут определены судом, направленных на то, чтобы спорные товары не появились повторно на рынке.

Согласно ст. 12 Директивы Европейского парламента и совета «О защите нераскрвітого ноу-хау и бизнес-информации (секрета производства) от незаконного приобретения, исполвзования и разглашения» государства-членві должнві гарантироватв при принятии мер, указаннвіх в статве 11, и оценке их соразмерности, что органні судебной власти должнві приниматв во внимание ценности секрета производства, меры, принятию для его защитві, поведение нарушителя при приобретении, разглашении или исполвзовании секрета производства, последствия незаконного разглашения или исполвзования секрета производства, законнвіе интересві сторон по делу и последствия принятия или отказа в принятии этих мер, которвіе могут отразитвся на законнвіх интересах сторон по этому делу, законнвіх интересах третвих лиц, публичнвіх интересах и охраняемвіх основнвіх правах, в том числе праве на свободу слова и информации.

В соответствии с общим правом США, если требования правообладателя секрета производства удовлетворенві в части признания незаконного завладения секретом производства, его исполвзования, правообладатели также вправе потребоватв возврата документов, содержащих секрет производства, уничтожения продуктов, содержащих секрет производства, перевода исключит ель HBi X прав на правообладателя секрета производства в случае получения нарушителем исключителвного права на патентнвш объект, обязатв нарушителя известитв клиентов о существовании судебного запрета[316].

Из приведенных норм следует, что, помимо закреплениях мер защитві секрета производства в гражданском законодателвстве России, право зарубежнвіх стран закрепляет специалвнвш способ защитві исследуемого объекта: требование об исключении у контрафактного товара незаконного качества.

Представляется, что указанные способві защитві секрета производства следует предусмотретв в гражданском законодателвстве России. Например, требование об исключении у контрафактного товара незаконного качества может применяться с учетом баланса интересов правообладателя секрета производства и лица, которое занималось производством указанных товаров с использованием секрета производства, доступ к которому получило случайно, а также интересов третьих лиц, для которых эти товары были созданы. После того как товары были уже произведены, пользователь секрета производства получает от правообладателя секрета производства уведомление о прекращении использования секрета производства. Если конструктивные особенности товара позволяют исключить качественные свойства товара, обусловленные их производством с использованием секрета производства, то в этом случае с учетом требований разумности следует применить указанный способ защиты, а не уничтожать либо изымать из оборота произведенный товар. В этом случае учитываются интересы правообладателя секрета производства, поскольку при дальнейшей продаже третьим лицам товара, в котором уже не содержится качеств, обусловленных секретом производства, уже не нарушается исключительное право на секрет производства, а также учитываются интересы третьих лиц, которые ожидали поставку этого товара к определенному сроку, и, соответственно, интересы производителя товара.

Основной мерой защиты права на секрет производства является самозащита. Она реализуется правообладателем секрета производства путем принятия разумных мер по охране конфиденциальности секрета производства, в том числе путем установления режима коммерческой тайны. Отношения, связанные с установлением, изменением и прекращением режима коммерческой тайны в отношении информации, составляющей секрет производства (ноу-хау), регулирует ФЗ «О коммерческой тайне». Согласно и. 4 ст. 10 ФЗ «О коммерческой тайне» обладатель информации, составляющей коммерческую тайну, вправе применять при необходимости средства и методы технической защиты конфиденциальности этой информации, другие не противоречащие законодательству Российской Федерации меры. Из указанной нормы следует, что принятие мер по самозащите секрета производства является правом, а не обязанностью правообладателя секрета производства. Однако непринятие этих своевременных и разумных мер по защите секрета производства имеет негативные правовые последствия для правообладателя, поскольку действие исключительного права на секрет производства может быть прекращено в результате разглашения сведений о нем.

В соответствии со ст. 9 Директивы Европейского парламента и совета «О защите нераскрытого ноу-хау и бизнес-информации (секрета производства) от незаконного приобретения, использования и разглашения» правообладатель секрета производства вправе требовать в судебном порядке установления предварительных и превентивных мер в отношении предполагаемого нарушителя: а) прекращение или, в зависимости от обстоятельств дела, запрет на использование или разглашение секрета производства на определенный период времени; Ь) запрет на производство, предложение, введение в оборот, или использование контрафактных товаров, или импортирование, экспортирование либо хранение контрафактных товаров в тех же целях; с) изъятие или передача подозреваемого контрафактного товара, включая импортные товары, чтобы предотвратить их появление и оборот на рынке.

Согласно п. 1 ст. 10 указанной Директивы в целях принятия мер, указанных в ст. 9, заявитель должен представить в суд следующие доказательства: 1) секрет производства существует; 2) заявитель является законным правообладателем секрета производства; 3) секрет производства приобретен и будет незаконно использован или разглашен либо незаконное приобретение, использование или раскрытие неизбежно.

Постоянный судебный запрет может быть установлен в случае доказанности факта незаконного завладения секретом производства. Постоянный судебный запрет не ограничивается судом установлением определенной календарной даты, после которой он прекращает свое действие. Этот запрет может быть отменен судом на основании заявления заинтересованного лица, если заявитель докажет, что права на секрет производства прекратили свое действие[317]. В судебной практике России исполвзуется такая мера защшы, как установление запрета на исполвзование и сообщение, разглашение секрета производства[318].

Согласно п. 1 ст. 11 Директивні Европейского парламента и совета «О защите нераскрвітого ноу-хау и бизнес-информации (секрета производства) от незаконного приобретения, исполвзования и разглашения» в случае, если по заявлению правообладателя секрета производства бвіло принято решение о незаконном приобретении, исполвзовании или разглашении секрета производства, органві судебной власти по требованию заявителя могут принятв следующие мерві в отношении нарушителя: а) прекращение или, в зависимости от обстоятелвств дела, запрет на исполвзование или разглашение секрета производства; Ь) запрет на производство, предложение, введение в оборот, или исполвзование контр а факт нвіх товаров, или импортирование, экспортирование либо хранение ко нтра факт нвіх товаров в тех же целях. Указаннвіе мерві действуют в отношении нарушителя в течение всего срока действия права на секрет производства.

В соответствии со ст. 44 Соглашения ТРИПС судебнвіе органві имеют право издатв судебный приказ, предписвівающий любой стороне воздержатвся от нарушения прав, среди прочего, препятствоватв поступлению в торговвіе каналві, находящиеся под их юрисдикцией, импортируемвіх товаров, которвіе содержат в себе нарушение права интеллекту алв ной собственности, непосредственно после таможенной очистки таких товаров. В статве не содержится четких указаний относителвно срока данного запрета, поэтому определение видов судебнвіх запретов и сроков их действия отнесено на усмотрение каждой сторонні соглашения.

Правообладатели секрета производства может исполвзоватв такую меру защитві, как признание права, в случае, когда его право на секрет производства оспаривается либо не признается. Об актуальности указанной меры защиты права на секрет производства свидетельствует и судебная практика[319].

Изучение зарубежной судебной практики и литературы показало, что ответчик в качестве основных доводов для защиты своих интересов использует следующие аргументы: секрет производства получен ответчиком в результате независимого исследования, обратного инжиниринга, секрет производства являлся легкодоступным, правообладатель секрета производства не принял соответствующих мер по самозащите секрета производства, недобросовестное поведение правообладателя, умышленный отказ от прав на секрет производства, ответчик использовал секрет производства в целях защиты общественных интересов (интересы здравоохранения, экономической безопасности и т.д.)[320].

На основании проведенного анализа мер ответственности и мер защиты, с помощью которых правообладатель секрета производства может защитить принадлежащие ему интеллектуальные права, в заключение параграфа необходимо сделать следующие выводы.

1. Самостоятельным основанием возникновения внедоговорной ответственности является действие физического или юридического лица, выразившееся в незаконном получении доступа к секрету производства, а не только разглашение или использование секрета производства нарушителем после незаконного получения к нему доступа.

2. Правообладатель секрета производства вправе использовать способы защиты, указанные в гражданском законодательстве Российской Федерации, в отношении лица, которое получило доступ к секрету производства случайно или по ошибке, в случае отказа последним исполнить требование правообладателя секрета производства о прекращении нарушения его интеллектуальных прав и (или) принятии необходимых мер по обеспечению конфиденциальности секрета производства.

3. В гражданском законодательстве следует закрепить специальный способ защиты права на конфиденциальность секрета производства путем компенсации неимущественного вреда за нарушение конфиденциальности секрета производства, поскольку выделяемое субъективное право является неимущественным правом и невозможно точно произвести оценку причиняемого вреда в случае нарушения указанного права.

4. Правообладателю секрета производства следует предоставить право на компенсацию имущественного вреда с учетом требований разумности и справедливости в случае нарушения исключительного права на секрет производства.

5. В целях защиты законных интересов правообладателя секрета

производства, интересов третьих лиц, а также повышения уровня защиты исключительного права на секрет производства в гражданском праве России следует предусмотреть следующий способ защиты: требование

правообладателя секрета производства об исключении у контрафактного товара незаконного качества.

<< | >>
Источник: Глевич Михаил Александрович. ГРАЖДАНСКО-ПРАВОВОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ ОТНОШЕНИИ, СВЯЗАННЫХ C ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ СЕКРЕТА ПРОИЗВОДСТВА, В РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Пермь 2015. 2015

Скачать оригинал источника

Еще по теме §3. Защита субъективных прав на секрет производства:

  1. §1. Понятие и признаки секрета производства в гражданском праве
  2. §1. Содержание субъективных прав на секрет производства
  3. §2. Договорные отношения по поводу нспользовання секрета производства и сохранения его конфиденциальности
  4. §3. Защита субъективных прав на секрет производства
  5. Юридическое закрепление прав на единую технологию
  6. 2.2. Федеральные органы государственной власти в организационно-правовом механизме обеспечения конституционных прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации
  7. §2.2. Гражданско-правовые способы защиты коммерческой тайны
  8. § 3.1. Правовое положение участников франчайзинга бизнесформата
  9. Правовая характеристика права акционера на информацию^ его место в системе прав акционера.
  10. §3. Особенности реализации принципов уголовно-процессуального права в производстве по уголовным делам, рассматриваемым судом с участием присяжных заседателей
  11. Содержание исключительного права на ноу-хау
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -