6. Использование средств массовой информации в борьбе с преступностью

Необходимость взаимодействия правоохранительных органов и СМИ определяется тем, что оно выступает средством оптимиза­ции деятельности каждой из этих структур: для СМИ это - возмож­ность совершенствования информирования общественности по вопросам борьбы с преступностью (в том числе обеспечение необ­ходимой открытости деятельности правоохранительных органов) и формирования правосознания населения, а для правоохранитель­ных органов это - способ получения помощи от населения в реше­нии своих задач и средство расширения источников информации, необходимой для осуществления своих функций (335,13).

Взаимодействие правоохранительных органов со СМИ позво­ляет им в процессе своей деятельности более эффективно и рацио­нально использовать собственные интеллектуальные и материаль­ные ресурсы; оптимизировать решение следственных и оперативно-розыскных задач; повышать результативность процессуальных, ро­зыскных, правовоспитательных и профилактических мероприятий; формировать адекватное общественное мнение о работе правоох­ранительных органов.

Вопросам взаимодействия правоохранительных органов со СМИ уделялось достаточное внимание в 70-80гг. прошлого века

211

(337-339), в настоящее время вновь пробудился интерес к этой проблеме (340,10). Сотрудничество правоохранительных органов и СМИ обозначают различными терминами: «взаимодействия», «ис­пользование помощи СМИ», «использование СМИ», «участие СМИ» и т.д. За каждым из этих терминов стоят разные по содер­жанию и объему аспекты такого сотрудничества: «взаимодействие» - это взаимовыгодное сотрудничество, «использование СМИ» - это в основном извлечение выгоды без взаимоотдачи, «участие» - не конкретизирует формы сотрудничества и т.д.

Взаимодействие представляет собой согласование деятельности по целям, когда каждым участником выполняется то, что именно им может быть выполнено наиболее профессионально, т.е. направ­лено на рациональность и качество осуществляемых мероприятий. Под взаимодействием правоохранительных органов и СМИ пони­мают «постоянные, объективно существующие между ними взаи­мосвязи, обусловленные общими целями, которые достигаются в процессе взаимовлияния и взаимного использования возможностей указанных систем для достижения как общих, так и собственных целей» (339,11-12). Данное взаимодействие рассматривается как по­тенциальная возможность самосовершенствования и саморазвития правоохранительной системы. Оно позволяет: а) экономить силы и средства при организации работы по раскрытию и расследованию преступлений, б) обеспечивать широту и оперативность информа­ционного воздействия на население, в) осуществлять поиск прес­тупников на практически не ограниченной территории, г) созда­вать обстановку, благоприятствующую деятельности правоохра­нительных органов и т.д. Для этого взаимодействия, как отмечает Ю.В.Наумкин, характерно не только сотрудничество ради дости­жения общих целей, но и «борьба», возникающая в процессе реше­ния конкретных локальных задач, например, различие в оценках

212

отдельных фактов и результатов деятельности; при желании жур­налистов получить информацию, которую правоохранители счита­ют невозможным сообщить; в случаях служения отдельных СМИ «своим хозяевам» и т.д. (339,12).

Необходимость взаимодействия правоохранительных органов со СМИ определяется не только тем, что они получают возмож­ность более эффективного решения своих задач, но и избежать не­объективного и ошибочного освещения журналистами тех или иных вопросов и событий.

К основным направлениям взаимодействия правоохранитель­ных органов со СМИ относят:

- формирование общественного мнения по вопросам борьбы с преступностью,

- углубление правовой осведомленности населения,

- информирование о деятельности правоохранительных орга­ нов,

- обеспечение раскрытия и расследования преступлений,

- профилактику правонарушений (339,12).

Содержание и формы реализации каждого из этих направ­лений взаимодействия существенно изменились в результате изме­нения социальнопсихологического климата в обществе, оценки жизненных ценностей, отношения к происходящему и т.п. Так, ес-

213

ли раньше имелись большие основания и возможности взывать к чувству гражданского долга, общественной солидарности, то те­перь эти факторы практически не действуют и необходимо апелли­ровать к желанию защитить свою безопасность, свою собствен-ность, получить вознаграждение за оказание помощи правоохра­нительным органам и т.д.

К взаимодействию со СМИ по вопросам обеспечения раскры­тия и расследования преступлений относится:

- информирование населения о совершенных преступлениях;

- предотвращение и опровержение слухов и дезинформации;

- получение информации об обстоятельствах расследуемых преступлений;

- использование помощи граждан в розыске преступников;

- сообщение в профилактических целях о приемах и способах действий преступников;

- дезинформация преступников в отношении планов и возмож­ ностей действий правоохранительных органов;

- внесение разлада и неуверенности в криминальную среду с це­ лью разложения преступных групп;

- создание благоприятных условий для решения иных следствен­ ных и оперативных задач.

Данный перечень, разумеется, не является полным, но примени­тельно к нему мы постараемся отметить особенности информаци­онного, организационного, психологического, тактического и про­чих аспектов использования помощи СМИ в борьбе с преступнос­тью в современных условиях.

Информирование населения о совершенных преступлениях, о состоянии преступности в целом и мерах борьбы с ней является, с одной стороны, реализацией права граждан на информацию о том, что происходит в обществе (в том числе на то, чтобы знать, как и на что тратятся деньги налогоплательщиков, - к чему мы еще не приучили наших граждан), с другой стороны, это - необходимость для создания условий деятельности правоохранительных органов, обеспечение благоприятного климата для взаимодействия с населе-

214

ниєм и СМИ, чтобы они чувствовали, что о них вспоминают не только тогда, когда нужна совершенно конкретная помощь, а в их взаимопонимании и помощи нуждаются всегда.

При информировании населения по правовым вопросам необ­ходимо помнить, что правовая информация «не бывает нейтраль­ной: она либо полезна, либо вредна, ... поэтому каждому случаю обнародования правового материала должно предшествовать яс­ное осознание преследуемой публикацией цели» (343,29). С учетом этого сопоставление ценности полученных при достижении пос­тавленной цели результатов с возможными отрицательными пос­ледствиями публикаций должно определять решение вопроса о це­лесообразности в данном конкретном случае обращения к средс­твам массовой информации. Любая публикация (обращение) мо­жет вызывать интерес, непонимание, недоумение, раздражение и т.п. Поэтому при подготовке информации необходимо помнить не только о ставящихся нами целях, но и о том, какие реакции это мо­жет повлечь со стороны населения. Причем негативные последс­твия могут выражаться не только в невосприятии поданной ин­формации, но и в прямо противоположной реакции на нее: намере­вались предотвратить или опровергнуть слухи - из-за некачествен­ности подачи материала укрепили в их достоверности; пытались обеспечить осуждение конкретных действий и поступков - доби­лись обратного и т.д.

При взаимодействии со СМИ необходимо учитывать не только отмеченные возможности наступления негативных последствий, но и особенности деятельности и специфику решаемых задач различ­ными правоохранительными органами. Так, «сенсационные» ра­зоблачения отдельных депутатов и чиновников - коррумпционеров без последующего завершения публикуемых фактов информацией о вынесении обвинительных приговоров порождают убежденность в безнаказанности этих лиц (344,25). Профилактические цели опуб­ликования материалов в СМИ не могут решаться единичными пуб­ликациями, тут нужны системность и последовательность, учет психологии восприятия аудитории. Например, действенность ин­формирования о преступлениях в налоговой сфере будет опреде­лять не сенсационность материалов (масштаб укрытия, «важность»

215

персоны и т.п.), а конкретность того, что именно мы в результате этого (непоступления в бюджет) потеряли - сколько врачей или учителей не получат зарплату, чего лишатся дети, находящиеся в детских домах, и т.д. Применительно к деятельности налоговой службы следует учитывать и такие моменты, как отношение к раз­личным категориям неплательщиков налогов. Интересны в этом плане данные ответов на вопрос: Как Вы относитесь к руководите­лям предприятий, которые уклоняются от уплаты налогов?

и на вопрос: Как Вы относитесь к рядовым гражданам, которые уклоняются от уплаты налогов?

Как видно, среди всех групп резко возросло число «понимаю­щих» и сократилась численность «осуждающих», т.е.

216

чающий возможности заняться бизнесом в области медицины, свое отрицательное отношение к неплательщикам налогов объяснил тем, что он - бюджетник и с этих налогов живет, и продолжил: «Ес­ли бы я работал в фирме, я бы наверняка рассуждал по другому», а если бы занимался бизнесом, то «играл бы по действующим пра­вилам, то есть вел двойную бухгалтерею и уходил от налогов» (345,237-255). Подача информации без учета отмеченных особен­ностей в большинстве случаев ничего кроме вреда принести не может.

Весьма актуальным и сложным при информировании населения является вопрос о том, что нужно и что нельзя делать достоянием гласности. Не случайно отмечается, что пресса и телевидение нема­ло сделали для криминализации общественного сознания и просве­щения потенциальных и действующих преступников (346,17-42). «Одним из наиболее опасных симптомов криминализации общес­тва, - указывает В.С.Овчинский, - является процесс легализации преступности», когда с помощью СМИ «происходит диффузное проникновение элементов преступности в нормальный социаль­ный организм, когда законопослушному гражданину становится трудно отделить противоправное от преступного, преступное от социально одобряемого, специфически криминальное от повсед­невно бытового, - так тесно переплелись и взаимодействуют между собой эти явления в реальной и изображаемой СМИ виртуальной действительности, куда зазываются следующие поколения» (347,24). Более того, СМИ нередко «открыто пропагандируют жес­токость, порнографию, совершение преступлений, проводят мысль о массовом нарушении закона... как наиболее эффективном и не столь уж порицаемом средстве приобретения материальных благ, успеха в жизни» (373,301).

Никогда не следует забывать, что публикуемая информация станет известной не только нашим адресатам, но и тем, против ко­го мы намерены действовать с помощью СМИ. Это, прежде всего, касается объема и содержания информации по конкретно расследу­емым делам, данных о средствах и методах борьбы с преступнос­тью, сведений о способах совершения преступлений. В недалеком прошлом большинство учебно-методической литературы о крими-

217

налистике выпускалось с ограничительными грифами (вплоть до «сов.секретно»), чтобы «преступники не могли расширять свои поз­нания». Однако эти грифы не могли служить надежной защитой, а скорее выступали «ограничителями» для ознакомления с литерату­рой тех, кому она адресовалась. Делать вид, что «наши секреты» -это только «наши секреты», явная глупость, ибо даже применитель­но к методам агентурной работы не следует забывать, кто в основ­ном является агентами. Особенно наглядно это сейчас, когда теоре­тической разработкой тактических приемов и методов противо­действия правоохранительным органам занимаются не только ано­нимные специалисты (из числа тех, кто перешел на другую сторону «баррикад»), но и не скрывающие своего авторства (348). Следова­тельно, основным и непреложным секретом должно быть: кто, где, когда, против кого и каким образом будет действовать, а для ос­тальных действий и обстоятельств должна применяться избира­тельная мера закрытости: чего больше принесет сообщение - поль­зы или вреда и какого именно. «Столь излюбленный прием секрет­ничання, - указывал Г.Гросс, - и смешон и часто прямо вреден. Са­мый правильный путь, это - постараться выяснить себе, какие пос­ледствия может иметь оглашение следственных данных. Если, по крайнему разумению, нельзя предвидеть каких-либо дурных пос­ледствий такого оглашения, то можно печатать без всякого опасе­ния» (336,349).

Еще в библейские времена в талмуде было записано: «Мне из­вестны все способы надувательства при отмеривании и взвешива­нии... Однако я поступил бы скверно, если бы описал эти надува­тельства, ибо возможно, что обманщики еще не знают некоторых из них и используют их опубликование во вред человеку; с другой стороны, нехорошо и молчать, ибо люди, не знающие их, будут та­ким образом, лишены возможности остерегаться обмана».

В профилактических целях в принципе целесообразно инфор­мировать население о способах и методах действий преступников, чтобы сократить возможность их становления жертвами таких преступлений, но, очевидно, не о всех способах. По телевидению был показан сюжет о том, как врач скорой помощи через журнал регистрации вызовов и по справкам о флюорографии (к которым в

218

поликлиниках имеется свободный доступ) выбирал «подходящих» больных, навещал их и под видом необходимого укола вводил снотворное, после чего совершал кражу имеющихся в квартире ве­щей. Когда у него закончились ситльнодействующие снотворные и он перешел на слабые, некоторые из больных начали просыпаться до оставления им квартиры и тогда он стал убивать их. В этом сю­жете, по нашему мнению, отрицательное - возможность использо­вания данного ранее не встречавшегося способа другими лицами -значительно превышает пользу профилактического предупрежде­ния, по крайней мере в том виде, как был подан этот материал. Здесь даже был подчеркнут такой момент, как снятие возможного недоумения по поводу прихода неизвестного врача, упоминанием о вызове скорой или прохождением флюорографии.

Для дифференциации возможного к опубликованию и недопус­тимого четких критериев в литературе не приводится. Ранее, нап­ример, сведения взрывотехнического характера (о конструкции взрывных устройств, которые можно изготовить самостоятельно, рецептах самодельных взрывчатых веществ и т.р.) ограничивались цензурой, а в настоящее время подобные данные публикуются практически без ограничений. В 1995 г. издана книга У.Пауэлла «Поваренная книга для анархиста», названия частей которой гово­рят о том, что это настоящее руководство для террористов: «Как изготовить нитроглицерин», «Самодельная ручная граната», «Книжная мина-сюрприз» (349). Американцы отмечают рост числа случаев использования преступниками самодельных взрывных уст­ройств, созданных по «рецептам», помещенным в Интернете (350,26).

Все это свидетельствует о необходимости ограничения рас­пространения подобной информации. Г.Гросс писал: «Я пред­ставляю себе этот порядок вещей не иначе, как в законодательном порядке или же по ... соответственному соглашению с представи­телями... печати, в силу которого судебный следователь будет снабжать репортеров всеми нужными сведениями, причем они обязаны печатать только сообщение судебного следователя, а этот последний - оглашать все, что признает нужным» (336,347-348). Однако действующее законодательство (в том числе Закон

219

Украины «О государственной тайне») не предусматривает этого. Закрепленные в Конституции свобода слова и печати не могут быть бесконтрольными без вреда для граждан, особенно в услови­ях расширения проявлений терроризма. Поэтому несмотря на все сложности, законодатель должен решить проблему ограничения распространения информации, которая может быть использована в преступных целях и серьезно угрожать жизни общества (351,21-22). По данным нашего опроса населения 63,5% респондентов (из 2189 чел.) на вопрос допустимо ли освещение в СМИ способов со­вершения преступлений и методов борьбы с преступностью отве­тили отрицательно.

В Резолюции №428 (1970) Консультативной ассамблеи Совета Европы «Относительно Декларации о средствах массовой инфор­мации и правах человека» сказано: официальные власти «обязаны в разумных пределах (выделено нами - авт.) предоставлять инфор­мацию по вопросам, представляющим интерес для общественнос­ти», без конкретизации этих «пределов». А в подразделе «Меры по обеспечению ответственности печати и других средств массовой информации» предлагают лишь принять кодекс профессиональной этики журналистов с отражением таких вопросов как «распростра­нение точных и сбалансированных (выделено нами - авт.) сообще­ний, исправление неправильной информации, проведение четкого различия между распространяемой информацией и комментария­ми, недопущение распространения клеветнических утверждений, уважение права на личную жизнь, а также уважение права на спра­ведливое судебной разбирательство».

С информированием населения по правовым вопросам тесно связано предупреждение и опровержение слухов, которые могут появляться как в силу отсутствия или неполноты удовлетворения общественного интереса (резонансные преступления и т.п.), так и в результате целенаправленных действий заинтересованных лиц и организаций (342,123; 352,50-51). Последнее получило в настоящее время значительное распространение благодаря тому, что у крими­налитета имеются практически неограниченные возможности по­купать (или создавать свои) СМИ либо оплачивать заказные пуб­ликации. 60% опрошенных нами следователей прокуратуры указа-

220

ли, что встречались с фактами противодействия со стороны СМИ в форме дискредитации, фальсификации и т.п.

Действия правоохранительной системы должны быть упрежда­ющими применительно к обеим ситуациям. В отношении первой ситуации речь идет о том, что необходимо четко чувствовать и отс­леживать потребность граждан в информации по конкретным фак­там (делам) и по общим вопросам правоохранительной деятельнос­ти. Так, например, «выжидательная» позиция при совершении се­рии однотипных преступлений (даже при полной убежденности практиков, что они совершаются разными лицами) в большинстве случаев может стать основой для рождения слухов о появлении «маньяка». «Если по поводу «нашумевшего» события (преступле­ния) не дается опровержения, либо объективной оценки официаль­ными источниками (органом внутренних дел, редакцией), воспри­нимаемая все новыми лицами стихийная информация понимается ими как достоверная...Поэтому всякое промедление с информиро­ванием населения об истинном положении дел.. .может лишь усугу­бить положение» (343,32-33). В связи с этим весьма актуально заяв­ление: «Мы обязаны чувствовать моральную ответственность не только за то, что мы сказали, но и за то, чего не сказали, хотя обя­заны были сказать» (353,17).

Выявление «купленных» средств и журналистов должно осу­ществляться на основе детального анализа направленности их пуб­ликаций; путем приглашения на пресс-конференции, где сообщает­ся точная и конкретная информация в сфере их «интересов»; путем направления им конкретных информационных материалов и т.п. При неизменности направленности их публикаций (несмотря на представляемую информацию), на наш взгляд, можно и необходи­мо публиковать данные о таком игнорировании и извращении по­лученных данных (по принципу: мы видим и знаем) и даже практи­ковать отказ в аккредитации таким изданиям и журналистам с пря­мым указанием причины отказа (170,8; 354,89). Разумеется, подоб­ный вывод о «специфической» позиции не может делаться на осно­ве одной публикации, выступления. Но пора переходить к актив­ной борьбе с преступностью и ее ставленниками в сфере массовых коммуникаций: «использованию СМИ криминальными структура-

221

ми должна быть противопоставлена целенаправленная аналитичес­кая работа правоохранительных органов... с материалами прессы» (342,135).

В связи с существованием целевой дезинформации со стороны СМИ и их хозяев (так называемой «информационной поддержки», (355,15-16) встает вопрос о возможности использования данного средства правоохранительными органами в борьбе с преступнос­тью.

К целям использования дезинформации через СМИ в процессе раскрытия и расследования преступлений относят:

- воздействие для отказа от совершения новых преступлений,

- побуждение противостоящего субъекта к совершению изобли­ чающих его дейстий,

- исключение возможности правильной оценки состояния и обс­ тановки расследования подозреваемыми и противодействующими криминальными группами (342,128).

В числе действий и последствий, которые планируются по ре­зультатам опубликования целевых материалов, отмечаются - вне­сение разлада и неуверенности в криминальную среду, в конкрет­ные преступные группировки с целью их разложения (создание «тревожной» ситуации, компрометация лидеров и т.д.), т.е. опять-таки речь идет об активности и наступательности публикаций, а не только об их информативности (356,74; 357,66).

В связи с побуждением интересующих правоохранителей лиц к определенным действиям с помощью дезинформации, передавае­мой через СМИ, возникает принципиальный вопрос - допустимо ли это без раскрытия подлинной цели журналисту или редакции? Представляется, как правило, нет, если речь идет о конкретных ре­дакциях и журналистах, с которыми мы намерены взаимодейство­вать, а не просто использовать их. В тех случаях, когда, например, в газете помещается платное объявление - «ловушка», когда «ошибка» в корреспонденции может быть «объяснена» неточнос­тью, когда опубликование дезинформации не может повлечь ника­ких неприятностей и претензий к передавшим их учреждениям и ли­цам, указанная акция может быть осуществлена без расшифровки

222

ее действительной цели. В этих случаях, как отмечают А.Ю.Голо­вин и Е.С.Дубоносов, целесообразно использовать частичную де­зинформацию - включение в текст (передачу) к реально имевшим место фактам, явлениям несоответствующих действительности обс­тоятельств, которая затрудняет как обнаружить это, так и разоб­раться на каком этапе подготовки материала искажен его смысл (342,128).

Наиболее часто обращение к СМИ связано с необходимостью получения помощи в раскрытии и расследовании совершенных преступлений: выявление свидетелей и потерпевших, получение данных об обстоятельствах совершенного преступления, установ­ление и розыск преступника, обнаружение похищенного и следов преступления. Обращение за помощью к населению может вызы­вать ответную реакцию: от горячего желания помочь до полного безразличия и даже крайне негативную («Сами ни на что не способ­ны»). Поэтому содержание и главное - форма обращения - должны быть ориентированы на конкретного адресата и соответствующую его реакцию, т.е. человек должен почувствовать, что обращаются именно к нему, что у него в этом деле есть своя заинтересованность (в том числе, как уже отмечалось, и в виде материального вознаг­раждения). Без четкого ориентирования на конкретную категорию адресатов (беспокоящихся за безопасность своих близких, ассоции­рующих себя с возможностью подобной угрозы, заинтересованных в пресечении конкретного зла и т.д.) рассчитывать на действен­ность и эффективность обращения крайне проблематично.

Необходимо знать и использовать такие «хитрости» журналис­тики как, например, «завлечение», когда заголовки газет, началь­ные фразы передач направлены, прежде всего, на привлечение вни­мания читателей и зрителей, т.е. построении материала по принци­пу «перевернутой пирамиды» - подачи всех данных в порядке убы­вания их важности и интереса. При этом следует помнить, что со­общения и публикации по правоохранительной тематике традици­онно пользуются у аудитории вниманием. Это обстоятельство не­редко используется против правоохранительных органов. Далекая от объективности критика этих органов превращается из фактора, призванного совершенствовать деятельность, в фактор, превраща-

223

ющий среду функциони-рования правоохранительных органов в неблагоприятную, затрудняющую борьбу с преступностью. Жур­налисты, учитывая интересы широкой публики, которая желает, чтобы ее не только информировали, но и развлекали, часто стре­мятся преподносить что-то новое, неожиданное, оригинальное. При этом достоверность отходит на второй план (358,31).

При выборе СМИ для решения конкретных задач необходимо учитывать не только их возможности по охвату получателей ин­формации, но и то, что радио и телевидение могут оперативно со­общить о том или ином событии, газеты прокомментировать его, журналы - теоретически обосновать (342,119).

Встает вопрос, кто должен готовить и выдавать информацию СМИ. Встречаются не совсем правильные, на наш взгляд, рекомен­дации следователям «уклоняться от контактов со СМИ», передове­ряя это представителям Центра общественных связей (179,146). Если речь идет об общем информировании прессы (даже по факту конкретного преступления), как правило, целесообразно, чтобы это осуществляли представители по связям с общественностью, поскольку у них больше опыта такого общения, шире осведомлен­ность о «фоне», на котором подается информация о частном факте, да и они не обременены теми проблемами, которые предстоит ре­шать следователю. Но если требуется получить конкретную по­мощь на основе даваемой информации, то по крайней мере гото­вить такую информацию должен тот, кто будет заниматься раскры­тием и расследованием данного преступления, ибо он,-как правило, лучше всех представляет от кого и какая именно помощь нужна и как это сделать, чтобы получить ожидаемый результат. Следует приветствовать появление в России типового положения об отделе (отделении, группе) информации и общественных связей МВД (Приказ №231 МВД России от 16.04.1997г.).

В сфере борьбы с преступностью приобретает значение такое явление как журналистское расследование. Все чаще отдельные журналисты занимаются самостоятельным исследованием фактов и поведения лиц, которые могут носить криминальный характер, о результате они могут выявить преступные проявления (340,60). Правильно отмечается, что «журналиста, который постоянно пи-

224

шет о каких-то однотипных проблемах, вполне можно рассматри­вать как эксперта в той или иной области» (359,777).

Как относиться к такой деятельности и полученным материа­лам? В зарубежной практике возможности журналистов в сборе ин­формации используются достаточно широко. Например, в США материалы СМИ рассматриваются сотрудниками полиции как на­дежный легальный источник информации. Более того, сотрудни­кам полиции рекомендуется осуществлять регулярный «обмен» ин­формацией с корреспондентами, заслуживающими доверия поли­цейской разведки (342,126).

Журналисты, специализирующиеся на правовой проблематике, нередко могут провести достаточно качественное непроцессуаль­ное расследование и выявить факты, требующие уголовно-право­вого реагирования, но их «расследования» могут носить попул-листский, поверхностный и явно непрофессиональный характер. С процессуальной точки зрения тут нет никакой проблемы, посколь­ку подобные материалы не будут иметь никакого доказательствен­ного значения и могут рассматриваться лишь в качестве повода и основания к возбуждению уголовного дела, т.е. соответствующей процессуальной проверки полученных данных. Но с информацион­но-организационной стороны тут есть ряд вопросов. Во-первых, эти материалы могут отражать объективную картину исследован­ного и служить существенным подспорьем в раскрытии и расследо­вании преступлений, во-вторых, они могут быть следствием «зака­за», непрофессионального подхода к сбору информации и ее оцен­ки. Поэтому их использование правоохранительными органами в борьбе с преступностью в принципе допустимо, но требует обяза­тельной оценки - не стоит ли за данным «расследованием» какая-либо корыстная или низменная цель. В связи с этим следует при­ветствовать появление учебного пособия «Журналистское рассле­дование», авторы которого раскрывают понятие этого метода (а не жанра) журналистики и пытаются вооружить его знанием журна­листов, чтобы отграничить профессиональное журналистское рас­следование от «поделок» и простой погони за сенсациями (360).

Многими авторами, исследующими рассматриваемую проблему, подчеркивается, что сотрудники правоохранительных

225

органов, как правило, не обладают необходимыми знаниями и умениями полезного и творческого взаимодействия со СМИ (341,56; 352,52). Это касается всех сторон организации и осущест­вления взаимодействия: как найти и выбрать соответствующие ор­ганы СМИ (журналистов) для постоянного взаимодействия или осуществления разовой акции; какими должны быть формы и спо­собы взаимодействия; что может и что не должно публиковаться; особенности подготовки и представления информации в зависи­мости от цели ее обнародования и т.д. Одним из путей решения этих проблем является создание и использование пресс-служб пра­воохранительных органов. Но в целом искусством общения со СМИ и полноценного использования их возможностей должны владеть все следователи и оперативные работники, чтобы успешно решать стоящие перед ними задачи. Но пока анализ практики ис­пользования СМИ свидетельствует, что нередко подготовленные работниками правоохранительных органов материалы, предназна­ченные для привлечения населения к участию в раскрытии и рассле­довании преступлений, не соответствуют поставленным целям из-за неправильной их ориентации, неправильного выбора обраще­ния, ненадлежащей формы и т.д. (342,119-120).

И, следовательно, нужно специально исследовать организаци­онные, психологические и тактические аспекты взаимодействия правоохранительных органов со СМИ и разрабатывать конкрет­ные рекомендации для реализации этих знаний и умений в практи­ческой деятельности, поскольку СМИ являются важным информа­ционным резервом правоохранительной деятельности.