Договоры двусторонние и многосторонние. Общие многосторонние договоры

В зависимости от числа участников все международные догово­ры подразделяются на двусторонние и многосторонние.

Двусторонние в свою очередь могут быть подразделены на до­говоры, в которых с каждой стороны имеется по одному участнику (двусторонние в обычном понимании), и на договоры, в которых, с одной стороны, имеется несколько участников, а с другой — один или несколько участников (мирные договоры 1947 г., советский проект договора о ненападении государств — участников Варшав­ского Договора и стран НАТО).

Среди многосторонних договоров следует различать договоры с ограниченным числом участников (групповые, или ограниченные) и общие, или универсальные, многосторонние договоры.

Групповые договоры объединяют ограниченное число госу­дарств, в то время как общие носят универсальный характер. Приме­ром ограниченных многосторонних договоров могут служить замк­нутые военные группировки типа НАТО, участие в которых новых государств зависит от согласия всех участников. Такие договоры являются закрытыми. По определению французской делегации на Венской конференции ООН по праву договоров, термин «ограни­ченный многосторонний договор» означает договор, который имеет целью быть обязательным для предусмотренных им государств и вступление в силу всех положений которого в отношении всех госу­дарств, участвовавших в переговорах, является существенным усло­вием согласия каждого из них на обязательность для него договора. Сюда также можно отнести Римский договор 1957 года о ЕЭС. Ограниченные многосторонние договоры в свою очередь могут быть региональными и нерегиональными. Нерегиональным ограничен­ным договором является договор НАТО.

Двусторонние и многосторонние договоры при некоторых об­стоятельствах могут переходить друг в друга. Двусторонние — по мере присоединения к ним других государств. И наоборот, может случиться так, что международный договор заключается как много­сторонний в обычном понимании этого слова, но впоследствии сре­ди его участников образуются две группы.

Среди многосторонних договоров особое место занимают об­щие договоры, или договоры универсального характера. Именно им сейчас принадлежит ведущая роль в создании общеобязательных норм международного права.

По определению Венской декларации 1969 года об универсаль­ности, общие многосторонние договоры — это те, «которые касаются кодификации и прогрессивного развития международного права или объект и цели которых представляют интерес для международного сообщества в целом». Такие договоры, как говорится в декларации, «должны быть открыты для всеобщего участия»¹.

Из-за сопротивления империалистических держав Венская кон­венция о праве международных договоров не содержит упоминания об общих многосторонних договорах, хотя существование их бес­спорно. К ним относятся прежде всего договоры, касающиеся обес­печения международного мира и безопасности, как, например, Мос­ковский договор 1963 года о запрещении испытаний ядерного оружия, Договор 1968 года о нераспространении ядерного оружия, договоры по космосу и т. п.

Западные представители на Венской конференции пытались доказать, что невозможно определить, какие многосторонние дого­воры являются общими. Их аргументы против определения, предло­женного рядом социалистических и развивающихся государств на конференции^{[214] [215], сводились к следующему:}

1) предложенное определение исходит не из числа участников договора, а из характера его объекта (вопросы, затрагивающие об­щие интересы всех государств), в то время как определяющим ха­рактер договора должно быть число участников (выступления пред­ставителей Италии, Швейцарии и Ливана);

2) понятие «общий интерес» не является точным, оно может относиться и к таким договорам, как договоры о союзе между тремя сильными державами или соглашения по валютным вопросам меж­ду тремя или четырьмя государствами, то есть к договорам, которые представляют интерес и для других государств (выступление пред­ставителя США)^[216].

Указанные аргументы, однако, несостоятельны.

Существуют и другие вопросы, затрагивающие жизненные ин­тересы всех народов: борьба с различными преступлениями (гено­цид, апартеид, расовая дискриминация, работорговля, распростране­ние наркотиков), голодом, опасными болезнями, охрана окружающей среды, сохранение природы для человека, наконец, вопросы, без решения которых невозможно нормальное функционирование со­временного сообщества государств (почтовая связь, электрорадио­служба и т. п.).

Среди общих многосторонних договоров должны быть специ­ально выделены договоры, которые касаются кодификации или про­грессивного развития международного права, такие как конвенции по морскому праву 1958 года, дипломатическому праву 1961 года, консульскому праву 1963 года и др. Очевидно, что к общим много­сторонним договорам относится и конвенция 1969 года о праве международных договоров.

Важнейшим качеством общего многостороннего договора явля­ется участие в нем государств с различными общественными систе­мами: капиталистической, социалистической, а также развивающих­ся государств. Их цель и содержание, как правильно указывает Г. Ширмер, заключаются в осуществлении мероприятий всемирного масштаба, развитии международного сотрудничества и создании на этой основе общих норм международного права. Именно универ­сальность целей и объекта, а не число государств, должна быть решающей при определении понятия «общий многосторонний дого­вор». Это отражено в определении, которое содержится в Венской декларации. Г. Ширмер говорит: «Общими многосторонними дого­ворами являются такие, которые по их целям и содержанию направ­лены на осуществление и поддержание мирного сосуществования между всеми государствами с различными общественными система­ми в регулируемой договором области»^[217].

Что касается количественного критерия при определении поня­тия «общий многосторонний договор», то он не может быть решаю­щим по следующим причинам:

1. Невозможно определить, при каком количестве государств- участников многосторонний договор становится общим. Число госу­дарств — субъектов международного права также не является посто­янным, а все время увеличивается.

2. Исходить из числа участников для решения вопроса о том, является ли данный договор общим, — значит вращаться в замкну­том кругу, из которого нет выхода, ибо как раз для того, чтобы в договоре имело право участвовать как можно большее число госу­дарств, нужно, чтобы сам договор был таковым по своему содержа­нию. Общим многосторонний договор становится не благодаря чис­лу участвующих в нем государств. Наоборот, их число определяется правом на участие, вытекающее из особенностей объекта и цели договора. Это возможно сделать только путем признания таких до­говоров открытыми для участия в них всех государств мира.

3. Аргументы, что качественная характеристика не может быть решающей, так как в этом случае трех- и четырехсторонние догово­ры могут считаться общими договорами, также несостоятельны. Во- первых, строго говоря, трехсторонние договоры — тоже многосто­ронние договоры. Во-вторых, в действительности бывают случаи, когда договоры с небольшим числом участников представляют инте­рес для всех государств. Если эти договоры не подпадают под катего­рию ограниченных многосторонних договоров, действие которых рассчитано для предусмотренных в них государств, то они также должны быть открыты для участия в них всех государств и стать универсальными. Именно такой процесс имел место с договором 1963 года о запрещении испытаний ядерного оружия. Сначала он был трехсторонним, в котором Советский Союз, США и Англия являлись, как сказано в его преамбуле, «первоначальными участни­ками». Но ввиду исключительно важного объекта, затрагивающего жизненные интересы всех государств, он был открыт для подписа­ния и присоединения и вскоре стал универсальным и в количествен­ном отношении договором; в нем участвуют более 100 государств.

Итак, общий многосторонний договор, или договор универ­сального характера, — это международный договор, который по сво­ему объекту и целям предназначен стать обязательным для любого государства, выразившего свое согласие па обязательность для него такого договора, независимо от согласия на это других участвовав­ших в переговорах государств.

Понятие общего многостороннего договора прочно вошло в обиход¹. Оно встречается не только в научной литературе, но и в документах ООН, в том числе Международного Суда. Например, в ст. 38(1) Статута Международного Суда говорится, что «Суд... при­меняет международные конвенции, как общие, так и специальные». В консультативном заключении от 28 мая 1951 г. по конвенции о геноциде Международный Суд подчеркнул всеобщий характер кон­венции, связывая это именно с ее объектом и целями^{[218] [219].}

Правда, нужно отметить, что многие общие многосторонние договоры содержат дискриминационную формулу, имеющую цель ограничить участие ряда социалистических государств. Однако эти ограничения, с точки зрения основных принципов современного международного права, прежде всего суверенного равенства всех государств, юридически недействительны.

10.