ЕС и Арктика: присматриваясь к будущему. С.В. Уткин

По мере таяния арктических льдов и развития технологий добычи все более дефицитных природных ресурсов значе­ние самого северного региона земного шара для мировой экономики и политики объективно возрастает.

Маловероятное расширение

Дания относится к арктическим странам в силу распространения ее суверенитета на Гренландию, которая при этом не является час­тью ЕС. Евросоюз, таким образом, оказывается полностью лишен арктического побережья. Датчане не входят в число сторонников углубления европейской интеграции и не стремятся передоверить ЕС свой арктический потенциал. С началом интенсивной эксплуа­тации арктической ресурсной базы Гренландия может предпочесть полную независимость от Дании. Население Гренландии невелико (57 600 человек), и она вряд ли будет претендовать на членство в ЕС, предпочитая продолжать взаимодействие с Евросоюзом в отдель­ных сферах, аналогично тому, как это делает Норвегия.

В самой Норвегии поддержка идеи вступления в ЕС минималь­на — 12,6 % опрошенных к концу 2011 г. Аналогичную тенден­цию можно наблюдать в формально подавшей заявку на членс­тво в Евросоюзе Исландии, небольшая часть территории которой находится за Полярным кругом. Такой территорией располагают и входящие в ЕС Финляндия и Швеция. Последние в силу своего географического положения не способны претендовать на участие в принятии политических решений относительно вызывающих всеобщий интерес разработки арктического шельфа и развития океанических транспортных путей. Осознавая значимость Аркти­ки, ЕС оказывается почти полностью исключенным из «узкого кру­га», в котором обсуждаются и решаются проблемы региона.

Желания и возможности

Обладая ограниченными возможностями воздействовать на происходящие в Арктике процессы, Евросоюз, как и во многих других областях, пытается играть роль «нормативной» силы — предлагать стандарты и образцы поведения, которые могут быть приняты всеми присутствующими в регионе акторами.

— сохранение природной среды и автохтонного населения;

— обеспечение добычи ресурсов, не наносящей ущерб окру­жающей среде;

— участие в многостороннем управлении делами региона.

Эти цели могут показаться амбициозными, только если не брать во внимание упомянутую ограниченность доступных ЕС по­литических инструментов. На практике речь идет о наблюдении, исследованиях и дискуссиях, многие из которых призваны убе­дить страны Арктики в необходимости введения более высоких природоохранных стандартов, даже в ущерб их хозяйственной активности. Неудивительно, что государства региона прохладно относятся к подобным претензиям, хотя и воспринимают их как норму, не отказываясь от участия в инициируемых Евросоюзом диалогах.

В январе 2011 г. Европейский парламент в своей резолюции призвал активизировать арктическую политику ЕС, однако его голос в подобных вопросах остается лишь консультативным.

Деловая хватка

Для брюссельской бюрократии доступна только самая верхуш­ка айсберга арктической политики, но для бизнеса стран ЕС в ре­гионе открываются значительно более радужные перспективы.

Евросоюз располагает уникальным потенциалом в области морской торговли. Его гавани являются начальными и конечными точками многих важнейших торговых маршрутов, его компаниями осуществляется около 39% от общего объема морских контейнер­ных перевозок в мире. Улучшение условий для судоходства в Арк­тике может быть с успехом использовано для повышения эффек­тивности торгового флота ЕС.

Добыча природных ресурсов в суровых арктических усло­виях требует использования уникальных новейших технологий, которыми обладают только лидеры отрасли, а многие из них на­ходятся в Евросоюзе. Уже к первому проекту, прокладывающему путь к дальнейшей разработке арктического шельфа — Шток­мановскому месторождению, помимо норвежской «Statoil», в ка­честве одного из ключевых акционеров привлечена французская «Total», а техническое содействие готова оказывать немецкая «Wintershall».

Максимальная реализация потенциала бизнес-структур ЕС в Арктике будет возможна при условии открытости региона для экономической активности не входящих в него стран. Арктиче­ским государствам этот процесс в целом должен быть выгоден, но они, скорее всего, постараются сохранить за собой некоторые ре­гулятивные инструменты. С этой целью, вероятно, будут исполь­зоваться природоохранные аргументы, на значимости которых ЕС так настаивает.

Призрак катастрофы

Периодически высказываемые опасения, что Арктика может стать регионом вооруженного соперничества, не находят в ЕС вли­ятельных сторонников. Напротив, согласно доминирующему среди европейских политиков мнению, необходимо серьезно задуматься о причинах и возможных последствиях глобальной экологической катастрофы — губительного для Европы изменения климата, свя­занного, в числе прочего, с происходящими в Арктике процессами. Северный регион становится лабораторией, позволяющей лучше понять сложные климатические явления.

Принимать меры по результатам исследований предстоит, в первую очередь, внутри Евросоюза, так как именно он произ­водит не менее половины углеродных выбросов, оказывающихся в арктической атмосфере. Поставленные ЕС цели сохранения уни­калькой природной среды связаны не столько с масштабами и ме­тодами работы в Арктике, сколько с повышением энергоэффектив­ности и развитием возобновляемых источников энергии в странах густонаселенной промышленно развитой Европы. Этот же путь должен обеспечить и более плавный рост спроса на арктические ресурсы, поскольку ожидается, что модернизированные эконо­мики стран ЕС научатся получать больший результат, затрачивая меньше ресурсов.

Учет экологического фактора необходим, но поиск оптималь­ного для Арктики баланса между положением заповедной зоны и нещадной эксплуатацией останется политическим вопросом, не имеющим однозначного решения.

Ставка на взаимодействие

То, что ЕС называет своей «арктической политикой», — не более чем ее самые общие контуры.

Арктическая политика ЕС неизбежно предполагает перегово­ры с Россией и Норвегией. Российские и норвежские дипломаты могут склоняться к более привычному образу действий — дости­жению договоренностей с отдельными странами —членами ЕС и их компаниями, но, в конечном счете, наличие дополнительного уровня выработки договоренностей, где страны ЕС передают пол­номочия Еврокомиссии, может быть выгодно как Евросоюзу, так и арктическим державам. Такой подход расширяет поле взаимо­приемлемых пакетных решений, где уступка в одной из областей может быть обусловлена выигрышем в другой.

Способность выступить с консолидированных позиций на пе­реговорах — не единственная ипостась ЕС в отношениях с окру­жающим миром. Находящиеся в непосредственной близости от Евросоюза страны должны учитывать развитие законодательства ЕС, а некоторые страны, как, например, входящие в Европейскую экономическую зону Норвегия и Исландия, принимают на себя обязательство соблюдать существенную часть принимаемых в ЕС регламентов. Как показало исследование, проведенное по иници­ативе Европейского парламента, среди них немало документов, прямо или косвенно влияющих на Арктический регион. Норвегия и Исландия остаются вне ЕС как центра принятия решений, стано­вясь при этом частью учреждаемого Евросоюзом правового и эко­номического пространства.

Россию и ЕС пока разделяют существенно более высокие эко­номические и политические барьеры. В Евросоюзе с удовлетворе­нием восприняли урегулирование в 2010 г. территориального спора между Россией и Норвегией, который длительное время оставался потенциальным источником напряженности и отравлял двусто­ронние российско-норвежские отношения. Политические инсти­туты Евросоюза пока только присматриваются к сотрудничеству с Россией в Арктическом регионе. Привлечение бизнеса из стран ЕС к реализации совместных проектов в Арктике позволит России заложить основу для доверительных взаимовыгодных отношений с Евросоюзом в будущем.

* * *

Экстремальные арктические условия оказывают неожиданно сильное влияние на систему политических координат. Не входящие в ЕС страны оказываются в этом регионе в привилегированном по­ложении по сравнению с участниками европейского интеграцион­ного объединения. Именно здесь возникла потребность в создании Европейской экономической зоны как промежуточного решения для стран, не присоединившихся к ЕС. Возможно, именно в Аркти­ке удастся продемонстрировать, как с участием ЕС, Норвегии, Рос­сии и других заинтересованных партнеров может формироваться единое европейское пространство без разделительных линий.