§ 3. Проверка версий об иных инсценировках, маскирующих виновность в убийстве

Версия об инсценировке несчастного случая на воде.

Обнаружение трупа в воде дает основание для версий: а) об утоплении как несчастном случае; б) о смерти от удара о быстроходное судно при плавании или о находящиеся под водой предметы при нырянии; в) о смерти в результате внезапного острого расстройства здоровья (нарушения сердечно-сосудистой деятельности, кровоизлияния в мозг, инфаркта миокарда, шока и т.

В постановлении о назначении экспертизы по делам такого рода наряду с вопросами, общими для дел об

убийствах, могут быть поставлены следующие вопросы:

наступила ли смерть в воде; явилось ли причиной смерти утопление; имеются ли на трупе признаки прижизненных телесных повреждений, причиненных непосредственно перед утоплением;

если смерть наступила не от утопления, то какова иная причина смерти;

как долго труп находился в воде.

Утопление представляет собой разновидность асфиксии, развивающейся в результате заполнения дыхательных путей водой. У утопленника, извлеченного из воды, часто появляется у рта плотная мелкопузырчатая пена белого или розоватого цвета. Признаками смерти от утопления, обнаруживаемыми при вскрытии трупа, являются наполненность легких и кишечника водой, а также наличие в легких и других внутренних органах инородных частиц, содержащихся в воде. Особое значение в судебно-медицинской практике придается обнаружению во внутренностях трупа микроскопических диатомовых водорослей, проникающих при утоплении в мягкие ткани и трубчатые кости скелета и сохраняющихся там длительное время.

Столкновение человека в воде с быстроходным судном, особенно с подводными крыльями или вращающимся винтом, влечет обширные открытые раны, иногда отчленение головы, конечностей. При ударе головой во время ныряния о подводные камни, сваи и другие предметы возникают телесные повреждения, аналогичные тем, которые появляются при ударе тупыми предметами.

Внезапное острое расстройство здоровья в воде также часто сопровождается асфиксией со смертельным исходом. Но если тело быстро извлечено из воды, признаки асфиксии могут отсутствовать. В этих условиях на причину смерти иногда указывают обнаруживаемые при судебно-медицинском исследовании трупа болезненные изменения органов кровообращения, кровоизлияния в мозг и т. д. Во многих случаях смерт> от внезапного острого расстройства в воде не сопряжена с характерными изменениями внутренних органов, и вывод эксперта о причине смерти основывается на данных о предрасполагающих факторах. К ним относятся перенесенные «на ногах» заболевания вроде гриппа, ангины, перегревание на солнце, предшествующее купанию, физическое переутомление^[101], переполнение желудка пищей, употребление алкоголя.

Заключение судебно-медицинского эксперта о насильственной смерти, наступившей до того, как тело пострадавшего попало в воду, — одно из веских доказательств убийства с инсценировкой утопления. Однако и заключение об утоплении как причине смерти само по себе не исключает версии об убийстве, поскольку и утопление может служить способом совершения преступления. Косвенными доказательствами тому могут служить обнаруживаемые при осмотре и судебно-медицинском исследовании трупа ссадины, кровоподтеки и другие признаки.

В связи с сообщением врача скорой помощи следователь прибил для осмотра в квартиру, занимаемую семьей Я. В кухне на полу он увидел обнаженный труп женщины. Глава семьи пояснил, что его жена, старадающая эпилепсией, поздно вечером купалась в ванне. Он тем временем задремал, а когда проснулся, то забеспокоился, почему жена так долго не выходит, и обнаружил, что жена погрузилась с головой в воду и не подает признаков жизни. Попытки привести ее в чувство ни к чему не привели, и он вызвал «скорую помощь», которая, однако, тоже оказалась бессильной.

При судебно-медицинском исследовании наряду с признаками утопления были обнаружены кровоподтеки на шее, а также под основанием носа, на груди, руках и ногах. Эти обстоятельства наряду с данными об интимной связи Я. с некоей Ш. указывали на вероятность убийства. Впоследствии Я. признался, что утопил свою жену в ванне, чтобы затем заключить брак с ША

Наличие на утонувшем одежды дает основание полагать, что он попал в воду из лодки или иного судна либо свалился или сброшен с крутого берега, с причального сооружения и т. д. Если одежды на трупе нет, можно предположить, что смерть произошла при купании либо что одеждой завладели преступники.

При проверке версий такого рода подлежат выяснению следующие вопросы:

при каких обстоятельствах, с какой целью, по чьей инициативе пострадавший оказался на берегу или в лодке; знакомо ли было ему раньше это место;

с кем он там находился и чем занимался;

кто видел, как он попал в воду;

умел ли он плавать так, чтобы самому выбраться на сушу (с учетом расстояния до берега, температуры воды, высоты волн в тот момент);

почему его не спасли;

не было ли с пострадавшим лиц, заинтересованных в его гибели или проявляющих склонность к насилию, к хулиганству;

что произошло с другими лицами, находившимися в лодке вместе с пострадавшим;

что произошло с самой лодкой, где и в каком состоянии она обнаружена;

какие неисправности имеет лодка, чем они вызваны и как отразились на ее плавучести;

могла ли лодка при данных обстоятельствах перевернуться;

во что был одет пострадавший перед смертью, какие при нем были ценности, чего не оказалось при осмотре трупа.

Для выяснения этих вопросов следователь допрашивает в качестве свидетелей лиц из окружения умершего, обычно осведомленных о его привычках, ближайших планах, о его взаимоотношениях с теми, в чьем обществе он был или мог быть перед смертью. Важные показания могут дать также свидетели, находившиеся в соответствующее время на берегу того же водоема, либо в одной лодке с ним, либо в других лодках неподалеку от места происшествия.

Если есть данные, что пострадавший (или его труп) попал в воду с борта теплохода (катера, парохода и т. п.), вопрос, как это произошло, выясняется при допросах членов судовой команды и пассажиров.

При иных обстоятельствах осматриваются берега водоема, на которых могут быть обнаружены следы волочения тела либо одежда погибшего.

О многообразии приемов, используемых ря разоблачения инсценировки несчастного случая на воде, можно судить по следующему примеру.

. Сории заявил, что его жена во время загородной прогулки уплыла по озеру на байдарке и не вернулась. Вскоре труп ее бил обнаружен в воде вместе с затопленной байдаркой.

Следователь изучил взаимоотношения супругов. Из показаний нх многочисленных знакомых, судебных дел и других источников было установлено, что Сории до последнего времени стремился порвать с женой, не желая, однако, расторгнуть брак в законном порядке. Однажды также в загородной местности он покушался на убийство жены и причинил ей обезображивающее телесное повреждение. Но тогда преступление было тщательно замаскировано инсценировкой несчастного случая и не повлекло возбуждения уголовного дела. Сории не прекращал связей с другими женщинами, а на последнюю прогулку пригласил жену якобы для примирения.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы пострадавшая умерла от асфиксии. В то же время было установлено, что перед смертью она употребляла алкоголь и снотворное. Экспертиза, порученная специалистам в области спорта, пришла к заключению, что байдарка не могла перевернуться из-за волнения на озере или в результате непроизвольных движений пострадавшей, а потонула потому, что вода проникла через щелевидное отверстие в водонепроницаемой ткани, образующей дно. Криминалистическая экспертиза определила, что это отверстие сделано острым предметом. В итоге было установлено, что Сорин вечером уговорил жену выпить ликер, незаметно всыпал в него снотворное, а когда жена уснула, перенес ее в байдарку, которую отогнал на глубокое место, и, прорубив топориком дно, утопил жену вместе с байдаркой.

Версии об инсценировке случайной гибели человека в огне. Следы действия пламени на трупе (ожог, обугливание) представляют основания для версий: а) о несчастном случае в результате неосторожного обращения с огнем или стихийно возникшего пожара; б) о самосожжении как способе самоубийства; в) об убийстве, совершенном путем поджога помещения, в котором находился потерпевший; г) о попытке сжечь труп с целью сокрытия убийства, совершенного другим способом; д) об инсценировке несчастного случая при пожаре с целью сокрытия убийства.

Работа по делам такого рода требует комплексного применения методов расследования убийств и поджогов¹.

Самоубийства путем самосожжения отмечаются, как правило, лишь среди отдельных групп населения

\' Рекомендации по расследованию поджогов изложены в Руководстве для следователей, с. 687—695; см. также: Б р а й н и н М. С. Методика расследования пожаров. М., Госюрнздат, 1956.

и связаны с пережитками местных обычаев. Методике их расследования посвящены специальные работы^[102].

Поджог в качестве способа убийства чаще всего применяется с использованием беспомощного состояния потерпевшего. При этом преступники рассчитывают на то, что одновременно с гибелью потерпевшего в огне будут уничтожены уличающие следы на трупе и в обстановке и смерть потерпевшего будет воспринята как несчастный случай при пожаре. Те же цели преследует инсценировка несчастного случая при пожаре, состоящая в поджоге после убийства, совершенного иным способом.

Если труп обнаружен при ликвидации пожара, к участию в осмотре места происшествия наряду со специалистом в области судебной медицины и специали- стом-криминалистом Необходимо привлечь специалиста по пожарному делу. Использование специальных познаний должно сочетаться с логическим анализом ситуации.

Пожарные прибыли в дом по сообщению о том, что из запертой квартиры на пятом этаже идет дым. Вскрыв дверь, они погасили огонь, распространявшийся в одной из комнат, и обнаружили на полу труп владельца квартиры Колосова.

В результате розьіскиых мероприятий и экспертизы следов пальцев на бутылке был установлен последний посетитель квартиры Колосова — Ракитин. Он показал, что ушел после выпивки, когда Колосов с сигаретой лег на диван в комнате. О пожаре узнал на следующий день. Эти показания, как и заключение судебно-медицинской экспертизы, согласовывались с версией о неосторожном обращении с огнем. Однако наряду с этим был установлен факт, который нельзя было объяснить такой версией: в квартире, оказавшейся в момент прибытия пожарных запертой, не было ключей от входной двери. После нескольких безуспешных попыток объяснить этот факт Ракитин сознался в убийстве Колосова. ·

Проверка его признания привела к установлению следующих обстоятельств. Приглашенный Колосовым для совместной выпивки, Ракитин решил совершить кражу. Для этого он незаметно подложил Колосову в стакан с водкой снотворное. Когда Колосов заснул на диване, Ракитин взял из шкафа деньги, рубашку и серебряные часы. Затем, подумав о том, что потерпевший сможет уличить его в краже, Ракитин решил совершить убийство и инсценировать несчастный случай при пожаре. Он поджег ковер на полу, скатерть, покрывавшую стол, вышел и запер за собой дверь, чтобы Колосов, если проснется, не смог покинуть горящую квартиру. При дополнительном осмотре Ракитин указал, где он бросил ключи, выдал часы и другие краденые вещи.

В ряде случаев косвенными уликами служат устанавливаемые осмотром места происшествия и экспертизой характерные признаки поджога.

В совхозном поселке загорелся дом моториста местной электростанции Марченко. Сам Марченко незадолго до обнаружения пожара ушел на работу. Своевременные и эффективные меры, принятые пожарными, предупредили распространение огня. В доме на полу нашли почти не обгоревший труп жены Марченко с переломами костей черепа и кровоподтеками на лице. Стало очевидным, что совершено убийство. Муж потерпевшей заявил, что из дома исчезли некоторые домашние вещи, и высказал мнение об убийстве при разбойном нападении. Осмотром было установлено, что пол обгорел отдельными участками, имеющими вытянутую форму, подобную струям жидкости. При вскрытии пола оказалось, что половицы с нижней стороны пропитаны каким-то веществом, по виду и запаху схожим с соляровым маслом. Пожарно-техническая экспертиза дала заключение о том, что дом был подожжен при помощи горючей жидкости. Судебно-химическая экспертиза установила, что вещество, которым пропитаны половицы, однородно с образцами горючего из заправочной цистерны совхозной электростанции. Доступ же к этой цистерне имел только Марченко. Якобы пропавшие в связи с пожаром вещи были обнаружены подо льдом совхозного пруда, помешенными в молочную флягу, принадлежавшую Марченко. Изобличенный этими доказательствами, Марченко признался в убийстве жены.

Существенное значение в делах этой категории имеет ответ на вопрос, наступила ли смерть пострадавшего от огня.

Судебной медициной установлены признаки прижизненного воздействия пламени на организм человека и сопутствующих ему явлений: пузырьки на коже, ожоги слизистой носа, рта, дыхательных путей, проникновение копоти в трахеи и легкие, наличие в крови карбоксигемоглобина (соединения окиси углерода с гемоглобином крови). Отсутствие указанных признаков дает основание судебно-медицинскому эксперту для вывода о том, что смерть не является следствием воздействия огня.

Версия об инсценировке случайной гибели человека or падения с высоты. Падения с высоты, повлекшие смерть, происходят по разным причинам.

Среди них:

неосторожность самого пострадавшего; нарушение правил охраны труда или правил производства строительных работ;

несчастные случаи в спорте (в частности, при занятиях альпинизмом, парашютизмом);

сбрасывание жертвы с крыши дома, из окна, перерезка каната, на котором держится альпинист или верхолаз, в целях убийства с инсценировкой несчастного случая или самоубийства.

Наряду с этим возможны инсценировки смерти от падения с высоты, направленные на сокрытие убийства, совершенного другим способом. В этих целях преступники сбрасывают труп с высоты либо переносят и располагают труп у такого объекта, с которого человек мог бы упасть и разбиться насмерть.

Для проверки соответствующих версий важно прежде всего выяснить, имело ли место падение тела. На месте происшествия следует обратить внимание, нет ли возле трупа следов волочения или следов транспорта, указывающих на то, что труп перемещен к этому месту. Важно также установить, соответствует ли расположение телесных повреждений позе трупа. Так, если труп лежит на спине, а повреждения расположены на передней части тела, это может рассматриваться как один из признаков инсценировки (если при этом доказано, что повреждения не могли возникнуть в процессе падения, например от удара о какую-либо выступающую часть, и что никто не переворачивал труп после его обнаружения).

Наряду с местом обнаружения трупа осмотру подлежит место, с которого, как предполагается, упал человек или сброшен его труп: крыша, строительные леса, комната, выходящая окнами или балконом туда, где обнаружен труп, и т. д. При этом выясняется: возможно ли падение з данных условиях; имеются ли следы потерпевшего и иные признаки пребывания его в данном месте; V

имеются ли следы и иные признаки пребывания там же других лиц;

имеются ли на этом месте признаки борьбы, предшествующей падению;

откуда можно было видеть или слышать то, что происходило в данном месте.

В определенных случаях уже данные осмотра оказываются достаточными для разоблачения инсценировки.

Объясняя причину смерти трехлетием дочери, Петров показал, что он поднялся на чердак сарая за кормом для скота, девочка пробралась за ним, не заметила дыры в чердачном перекрытии, провалилась вниз и ударилась головой о дрова. Как выяснилось при осмотре сарая, там не было лестницы, ведущей на чердак, а на чердаке — ни корма для скота, ни дыры в перекрытии, через которую мог бы провалиться ребенок. Изобличенный этими данными, Петров сознался, что убил дочь.

Вопрос, откуда упал пострадавший, решается с помощью криминалистической экспертизы на основе сравнительного исследования следов рук и ног, а также микрочастиц, полученных с подошв обуви и покрытия того места, где покойный мог находиться перед падением. При этом эксперт устанавливает, имеются ли на обуви частицы краски, которой окрашена крыша, микроволокна ковра, находившегося на полу комнаты, и т. д. Эти вопросы выясняются также при допросе свидетелей.

Проверяя по конкретному делу версию об убийстве, скрытом инсценировкой несчастного случая, следователь при осмотре определил, в каких соседних квартирах могло быть слышно происходящее в той комнате, из окна которой пострадавший упал на асфальт. Затем были установлены и допрошены жильцы этих квартир. Несколько свидетелей показали, что через открытые окна они слышали раздававшиеся из комнаты заподозренного брань, угрозы убийством, шум борьбы, а затем донесшийся снизу звук падения тела.

При падении с высоты на ровную поверхность наружные повреждения могут быть и незначительны. Но и в таких случаях судебно-медицинское исследование трупа обнаруживает разрывы внутренних органов, надрывы связок, вывихи и множественные переломы костей, среди которых встречаются характерные для падения при вертикальном положении тела, так называемые вколоченные переломы¹.

Особый интерес для расследования представляют телесные повреждения, полученные до падения. Поэтому наряду с вопросами, общими для всех дел об убийствах, следователь, исходя из версии об инсценировке, ставит перед судебно-медицинским экспертом вопросы:

‘ См.: Судебная медицина. М., «Юридическая литература», 1974, с. 67-68.

какие из обнаруженных на трупе телесных повреждений связаны с падением с высоты;

не являются ли они посмертными — возникшими в результате сбрасывания с высоты трупа;

какие из телесных повреждений, в том числе и легкие, малозаметные повреждения, возникли прижизненно, до падения с высоты.

В одном случае на голенях погибшей были зафиксированы кровоподтеки, характерные для сильного сдавливания руками. Возникновение их при падении исключалось. Расследованием установлено, что муж схватил за ноги стоявшую у окна жену и выбросил ее на улицу с пятого этажа.

Версия об инсценировке несчастного случая на транспорте. При осмотре трупа, обнаруженного на автомобильной дороге или железнодорожном пути, нередко устанавливаются признаки так называемых транспортных повреждений: это следы и отпечатки колес и других частей автомашины или подвижного железнодорожного состава, загрязнения одежды и тела пострадавшего, например смазочным веществом, антисептической пропиткой шпал, расчленение тела вагонными колесами, уплощение груди или головы от перекатывания по ним автомобильных колес, специфические двусторонние переломы трубчатых костей и т. д.

* Эти данные служат основаниями для версий:

о несчастном случае по неосторожности пострадавшего,

о самоубийстве,

о нарушении правил движения водителем, об убийстве с использованием средств транспорта, об убийстве с последующей инсценировкой транс- _ портного происшествия.

Параллельная проверка этих версий требует комплексного использования методических рекомендаций, разработанных применительно к расследованию убийств, а также к расследованию транспортных происшествий^[103]. ·

Следственной практике известны факты, когда преступники укладывают потерпевшего (как правило, опьяненного или потерявшего сознание от ранее нанесенных травм) на дорогу с таким расчетом, чтобы он погиб под колесами проходящего поезда или автомашины. Убийство может быть совершено путем выбрасывания потерпевшего на ходу из вагона или автомобиля. В иных случаях преступник, управляющий автомашиной, намеренно производит наезд на потерпевшего. Эти способы убийства содержат в себе элементы инсценировки, поскольку создают ложную видимость транспортного происшествия, повлекшего смерть.

Наряду с этим имеют место инсценировки несчастных случаев на транспорте, направленные на сокрытие убийств, фактически с транспортом не связанных. Для этого укладывают труп на дороге, рассчитывая, что причиненные при убийстве телесные повреждения будут восприняты как транспортные травмы либо что труп попадет под колеса проходящего поезда или автомашины. Иногда в целях инсценировки сами преступники уже после убийства переезжают через труп на автомашине.

Распознание и разоблачение подобных инсценировок достигается тщательным осмотром места происшествия, трупа и средств транспорта, целенаправленными неотложными допросами свидетелей, а также применением научных методов исследования, прежде всего судебно-медицинской, железнодорожной и автотехнической экспертиз.

При осмотре места происшествия не следует ограничиваться участком, на котором находятся труп и средства транспорта. Чтобы выяснить, сам ли потерпевший пришел на это место или его— живым или мертвым — доставили сюда, требуются поиски следов человека даже на значительном расстоянии. Искать эти следы надо на асфальте, железнодорожных шпалах, обочинах и откосах дорог, на идущих вдоль дороги тропинках. Если к месту обнаружения трупа ведет лишь одна дорожка следов и последующая криминалистическая экспертиза установит, что следы оставлены обувью потерпевшего, это даст возможность исключить версию об убийстве. И, напротив, две (и более) дорожки следов, из которых лишь одна могла быть образована ногами потерпевшего, а равно следы волочения тела в сторону

места происшествия подтверждают версию об убийстве. Одна дорожка следов возможна и в случае, когда преступник нес труп на плечах.

Весьма важно выяснить, в каком положении находился пострадавший в момент наезда — лежал, стоял или шел. На это указывают локализация повреждений и иных следов на теле и одежде погибшего, на транспортном средстве, а также взаиморасположение трупа, транспортного средства и следов торможения. В результате наезда на стоящего или идущего человека возникают переломы костей от удара бампером в области бедер (если это грузовая автомашина) или голени (если машина легковая). На коже пострадавшего образуются отпечатки решетки, прикрывающей радиатор, обода фары. Тело человека, в момент наезда находившегося в вертикальном положении, при значительной скорости легковой автомашины может быть переброшено через капот вверх и назад, и это приводит к дополнительным телесным повреждениям от падения с высоты. При наезде же грузовой автомашины тело пострадавшего от удара бампером подается вперед и иногда может быть еще раздавлено колесами, Характерный признак наезда на стоящего или идущего человека — следы скольжения на подошвах и каблуках обуви. Одновременно на передних частях автомашины (на бампере, капоте, крыльях, ветровом стекле) образуются следы в виде пятен крови, частиц мышечной ткани и мозгового вещества, в виде текстильных микроволокон от одежды, образуются также вмятины (чаще на легковых автомашинах), разбиваются, стекла фар. Аналогичные следы на уровне человеческЬго роста возникают на передней части локомотива при наезде на идущего или стоящего человека.

При непроизвольном выпадении, а также при выбрасывании человека из кузова грузовой автомашины возникают переломы, аналогичные образующимся при падении с высоты. Если падение произошло через крышу кабины (это возможно при езде стоя в кузове, в момент резкого торможения) или через боковой борт, пострадавший еще может попасть и под колеса, что приводит к дополнительным характерным повреждениям тела и одежды.

Признаки наезда на стоящего или идущего человека представляют доказательства, противоречащие версиям об инсценировке с целью сокрытия ранее совершенного убийства, а также о применении автомашины в качестве орудия убийства при использовании беспомощного состояния потерпевшего. В то же время эти признаки не противоречат версиям о несчастном случае, о самоубийстве, а также об убийстве путем намеренного внезапного наезда на потерпевшего.

При переезде автомашиной лежащего человека (или трупа) на его коже и одежде возникают следы протектора, загрязнения смазочными веществами, происходят переломы костей свода и основания черепа, ребер, причем голова и грудь деформируются, уплощаются. Следы в виде пятен крови, частиц тканей человеческого организма, текстильных волокон располагаются на колесах и других нижних частях автомашины. Подобным образом располагаются следы переезда через лежащее тело человека и на подвижном железнодорожном составе.

Данные о том, что тело потерпевшего при наезде находилось в горизонтальном положении, согласуются с версиями ρ6 использовании автотранспорта как орудия убийства человека, находящегося в беспомощном состоянии, и об инсценировке транспортного происшествия для сокрытия убийства, совершенного при иных обстоятельствах. Но эти же данные не исключают самоубийства и несчастного случая.

Совершенно неотложны по таким делам допросы водителя и пассажиров автомашины, предположительно или несомненно связанной с происшедшим (либо машиниста локомотива и его помощников), а также иных очевидцев расследуемого события. В плане версии об убийстве существенно выяснить наличие и характер взаимоотношений водителя с пострадавшим, а также с заподозренными.

Исходя из версии об убийстве с инсценировкой транспортного происшествия, следователь ставит перед судебно-медицинским экспертом наряду с другими следующие вопросы:

имеются ли на трупе повреждения, причиненные движущимся транспортом;

ябляются ли они прижизненными;

имеются ли на трупе иные телесные повреждения, возникшие прижизненно до образования транспортных травм, каковы их последствия;

каков механизм причинения транспортных травм (перекатка колесами, удар, падение);

в каком положении находилось тело пострадавшего в момент причинения транспортных травм;

имеются ли признаки того, что пострадавший перед смертью был пьян или одурманен наркотиками.

Ночью на проходящем через село шоссе был обнаружен труп пожилой женщины Марии Деркач с открытыми ранами и внутренними переломами грудной клетки. Здесь же оказались окровавленные осколки стекла от тракторной фары. Складывалось представление о гибели в результате дорожного происшествия. Однако на вопрос следователя эксперт дал заключение о том, что имеющиеся на трупе Деркач іїовреждения, в частности рана звездообразной формы на лбу, не характерны для наезда трактором. Выяснилось, что вечером Деркач была в доме своего зятя Матея. Между ними произошла ссора. Чтобы возвратиться домой. Деркач не должна была идти через шоссе в том месте, где оказался ее труп. Возникла версия об убийстве. При обыске в доме Матея был найден топор со следами крови. Впоследствии Матей признал, что убил тещу, а затем, чтобы создать видимость смерти от наезда, вынес ее труп на шоссе, там же вырачкал кровью, разбил и бросил случайно оказавшееся у него стекло от тракторной фары.

Версия об инсценировке смерти от неосторожного обращения пострадавшего с оружием. Такая версия может возникнуть в связи с сообщением о гибели человека из-за собственных неосторожных действий при обращении с огнестрельным оружием или от непроизвольного выстрела. Оружие, о котором идет речь в сообщении, следователь обычно находит возле трупа или получает от присутствующих на месте происшествия.

В ходе осмотра места происшествия особенно важно точно зафиксировать местонахождение и положение трупа, оружия, стреляной гильзы, а при сквозном ранении— также и пули, и расстояния между этими объектами. Если пуля внедрилась в какой-либо предмет, в стену, то прежде, чем ее извлечь, надо с помощью транспортира измерить, под каким углом идет пулевой канал в этом предмете или в стене.

Совершенно неотложны допросы лиц, присутствовавших при выстреле. При этом выясняется:

кто и в силу каких причин находился на месте происшествия в момент выстрела, кто чем занимался в это время;

откуда и почему здесь оказалось заряженное оружие, чье оно;

в результате чьих и каких действий произошел выстрел;

в каком положении, в какой позе находился в этот момент пострадавший;

какое положение приняло его тело после выстрела; где оказалось после выстрела оружие; какие изменения внесены в обстановку после выстрела (в частности, в связи с попытками оказать помощь потерпевшему) до прибытия следователя.

При необходимости уточнить показания по этим вопросам рекомендуется произвести повторный осмотр места происшествия с участием свидетелей-очевидцев, а также судебно-медицинского эксперта и эксперта- криминалиста, которому поручена баллистическая экспертиза. В ходе повторного осмотра свидетель-очевидец по предложению следователя показывает, в каком положении находился потерпевший в момент выстрела. Если имеется манекен, свидетель использует его для демонстрации поз пострадавшего в отдельные моменты происшествия. Свидетель также наглядно показывает, в каком положении находилось оружие в момент выстрела, куда оно затем упало. Эти действия фиксируются кино-, видео- или фотосъемкой. Указанное очевидцем место падения оружия следует внимательно осмотреть, убедиться, есть ли там соответствующие следы, и в положительном случае зафиксировать их детальной фотосъемкой, а если при падении оружия образовался вдавленный след (например, от курка пистолета), этот след может быть воспроизведен в виде отпечатка силиконовой пастой.

Если при происшествии присутствовало несколько человек, они привлекаются к участию в повторном осмотре порознь.

Всегда необходима по таким делам баллистическая экспертиза. Помимо общих вопросов, рекомендуемых при расследовании событий, связанных с огнестрельным оружием, на разрешение баллистической экспертизы ставятся следующие вопросы:

возможен ли при определенных условиях (указать, каких) произвольный выстрел из образца оружия, представленного для исследования;

соответствуют ли обстоятельства выстрела, описанные при допросе свидетелем, тем объективным данным, которые получены при осмотре места происшествия и

трупа при судебно-медицинской экпертизе, а также при осмотре оружия.

Ни в коем случае не должно оставаться невыясненным происхождение оружия.

Упоминавшийся уже Сории, выехав на дачу, позвал жену погулять в лес. Там он вдруг нагнулся к кусту, поднял замысловатое металлическое устройство и сказал, что это резонатор, акустический прибор. Жена, по образованию физик, заинтересовалась незнакомым ей прибором и по совету Сорииа стала прослушивать его, прижав к уху и вращая рукоять. После нескольких таких манипуляций произошел выстрел, и женщина была тяжело ранена. «Прибор» оказался заряжен малокалиберным патроном. Получив из больницы сообщение об огнестрельном ранении, сотрудники милиции довольствовались объяснениями Сорииа и пострадавшей. Выяснить происхождение стреляющего «прибора» они не пытались. Событие было расценено как несчастный случай. А через год Сорин совершил убийство жены, инсценировав его как несчастный случай на воде.

На этот раз дело принял к производству высококвалифицированный следователь, который не только изобличил Сорииа в убийстве, но н внимательно изучил обстоятельства, связанные с предыдущим эпизодом. Были установлены рабочие, которые по заказу Сорина изготовили пистолет, имеющий вид резонатора. Если бы происхождение этого оружия было выяснено своевременно, удалось бы раскрыть покушение на убийство и предотвратить убийство.

Версия об убийстве с инсценировкой ненасильственной смерти. Инсценировка ненасильственной смерти как способ сокрытия убийства находит применение чаще всего при убийствах стариков и больных. Убийцы (обычно из числа близких потерпевшему) рассчитывают, что смерть будет воспринята как последствие известного окружающим недомогания.

Иногда труп с явными следами насилия укладывают в постель, а затем об являют о смерти от болезни. Естественно, своевременный осмотр с участием специалиста в области судебной медицины, судебно-медицинское исследование трупа приводят к быстрому разоблачению виновных. Но даже такая примитивная инсценировка может иметь временный успех, если лечащий врач, пренебрегая своими обязанностями, выдаст справку о причине смерти оез осмотра трупа и тело будет захоронено. В подобных случаях для проверки версии об убийстве и производства судебно-медицинской экспертизы требуется эксгумация трупа.

Версия об отравлении. Элементы более изощренной инсценировки содержат такой редкий, но еще встречающийся способ совершения умышленных убийств, как отравление. Этот способ используют обычно лица, живущие с потерпевшим или встречающиеся с ним для выпивки и потому имеющие возможность незаметно дать своей жертве яд с едой, питьем. Известны также случаи, когда преступник посылает своей жертве отравленную пищу, вино по почте или с оказией, иногда от имени кого-нибудь из родных или друзей потерпевшего.

Как правило, в качестве яда при умышленном убийстве применяются вещества без резкого характерного запаха и вкуса и потому неощутимые в пище и в питье. Лицо же, неразборчивое в выпивке, привыкшее пить «залпом» или уже находившееся в состоянии сильного опьянения, может быть отравлено и такими едкими, резко пахнущими веществами, как щелочи (моющее средство), дихлорэтан (средство для выведения пятен), этиленгликоль (антифриз). Следственная практика знает также факты насильственного введения яда с использованием беспомощного состояния потерпевшего^[104].

В зависимости от свойств и дозировки яда отравление может привести к скоропостижной смерти либо при длительном, в течение нескольких недель и даже месяцев, введении малых доз — к постепенно усугубляющемуся расстройству здоровья со смертельным исходом.

Параллельно с версией об умышленном убийстве путем отравления подлежат построению и исследованию версии о ненасильственной смерти, об отравлении недоброкачественными продуктами², о смерти в результате неосторожного обращения с ядом и самоубийстве.

При наличии версии об отравлении к числу первоначальных следственных действий наряду с осмотром места происшествия и трупа относятся также осмотр в жилище умершего (если он жил в другом месте) и обыск у заподозренного.

В ходе этих следственных действий следователь с участием специалиста в области судебной медицины ищет и изымает: сильнодействующие лекарства (снотворные, болеутоляющие и т. д.) и упаковки из-под этих лекарств;

вещества, известные как яды, а также вещества, состав которых подлежит выяснению;

посуду с остатками неизвестных веществ (жидкостей, порошков и т. д.);

рецепты и иные бумаги с записями о приобретении сильнодействующих лекарств, ядозитых химикатов;

выделения пострадавшего (рвотные массы, кал), остатки его пищи.

Исходя из версии об отравлении, следователь ставит перед судебно-медицинским экспертом вопросы: явилась ли смерть результатом воздействия яда; что это за яд, где это вещество применяется по назначению;

обладает ли это вещество характерным вкусом, запахом, едкостью;

каков путь проникновения яда в организм; какое количество яда принято; могло ли это вещество попасть в труп посмертно. Для обоснованного ответа на эти вопросы судебномедицинскому эксперту помимо данных исследования трупа требуются сведения о клинической картине смерти и предшествовавшем ей недомогании, а также заключения судебно-химической, физической, ботанической, фармакологической и других экспертиз. Обеспечить эксперта требуемой информацией, собранной в надлежащей процессуальной форме, обязан следователь. В этих целях он производит выемку документов «скорой помощи», врачебного свидетельства о смерти, истории болезни пострадавшего, допрашивает свидетелей, наблюдавших недомогание и смерть этого лица, в том числе его близких, представителей медицинского персонала, назначает необходимые эюліертизы. Если версия об отравлении возникла уже после захоронения трупа, то при эксгумации надо отобрать образцы грунта из могилы, образцы покрывала и краски, которой окрашен гроб.

Перед экспертом-химиком следователь ставит вопросы:

содержатся ли ядовитые вещества в выделениях пострадавшего, во внутренних органах, тканях, крови и содержимом желудочно-кишечного тракта трупа¹;

что это за вещества;

имеются ли такие же вещества в образце грунта, покрывала и краски из могилы;

являются ли ядами вещества, изъятые при осмотрах и обысках на месте происшествия, в жилище у умершего и у заподозренного; что это за вещества;

имеются ли следы таких веществ в посуде, изъятой при обысках и осмотрах, в остатках пищи;

какое количество этих веществ содержится в каждом из исследованных объектов.

Если имеются указания на отравление частями ядовитого растения, для решения аналогичных вопросов назначается ботаническая экспертиза. Физическая экспертиза, применяя методы спектрального исследования, отвечает на вопрос о наличии ядов в крови. Фармакологическая экспертиза, используя результаты опытов над животными, способна установить присутствие ядовитого вещества и в тех случаях, когда концентрация его недостаточна для химических исследований.

Отсутствие в трупе ядов еще не означает, что версия об отравлении опровергнута. Ядовитое вещество может в организме разложиться или выйти с выделениями. Но и обнаружения яда недостаточно, чтобы признать эту версию подтвердившейся. Яд иногда случайно попадает в труп при вскрытии и дезинфекции либо из грунта после захоронения. В трупе могут также содержаться соединения ртути, морфия и других элементов, входивших в состав лекарств, которые принимал умерший. Поэтому к выводу об отравлении как причине смерти судебно-медицинский эксперт приходит, основываясь на всей совокупности фактических данных, относящих. ся к этому вопросу, включая заключения других экспертиз. Соответственно и оценка вывода судебно-медицинского эксперта является правильной и обоснованной, если она будет базироваться не только на анализе самого заключения, но и на проверке с точки зрения достоверности и допустимости всех доказательств, на которых построен этот вывод.

Установив, каким ядом произведено отравление, следователь выясняет, как это вещество попало к пострадавшему, откуда, кем, когда, зачем оно было доставлено. С этой точки зрения подлежит изучению вероятная роль самого потерпевшего, а также заподозренных, их связи с медицинскими, фармацевтическими и другими организациями, где могут быть получены такие вещества.

Малишевский пришел в гости к Клосову. Во время выпивки оба они скоропостижно скончались. Клосова, вдова покойного, высказала мысль, что ее муж и Малишевский отравились каким-то суррогатом алкоголя, который принесли с собой. Однако судебно-медицинский эксперт дал заключение о том, что смерть Клосова и Малишевского наступила от отравления цианистым натрием. При обыске у Клосо- вой на полке в коридоре следователь обнаружил остатки какого-то порошка. Эксперт-химик установил, что это цианистый натрий. Были приняты меры, чтобы выяснить происхождение этого вещества, которое является сильнейшим ядом и в розницу не продается. Оказалось, что в гальваническом цехе завода телевизионных узлов, где работала Клосова, цианистый натрий применяется в производстве, причем правила хранения его не соблюдаются. Основанная на этих данных версия о виновности Клосовой в убийстве своего мужа и Малишевского впоследствии подтвердилась.

Данные о том, что кто-либо из окружения погибшего или заподозренного умер либо перенес существенное недомогание при тех же или схожих обстоятельствах, подлежат проверке (посредством экспертиз, допросов свидетелей и т. д.) в плане версии об одновременном (или разновременном) отравлении нескольких лиц вследствие общей объективной причины или в результате преступных действий одного и того же лица.

Версия об инсценировке необходимой обороны. Не считая возможным или целесообразным скрыть, что потерпевший погиб от его руки, и тем не менее пытаясь уйти от ответственности, убийца иногда инсценирует’ необходимую оборону. В этих целях наряду с использованием приемов, присущих и другим видам инсценировок (переноска трупа, удаление следов крови на месте убийства и т. д.), виновный подкладывает к трупу или представляет следователю оружие, якобы і ри- мененное потерпевшим, разрывает свою одежду, причиняет себе неопасные для жизни и здоровья телесные повреждения, после чего распространяет среди окружающих свою версию о происшедшем и делает соответствующее сообщение в милицию или прокуратуру.

Естественно, параллельно с версией об инсценировке необходимой обороны с целью сокрытия умышленного убийства проверяется версия о том, что необходимая оборона действительно имела место.

Исходными следственными действиями в направлении проверки обеих версий являются осмотр места происшествия и трупа, а также допрос лица, объясняющего свои действия необходимой обороной. Вот примерный круг вопросов, по которым требуются показания этого лица:

при каких обстоятельствах, когда, в связи с чем, в каком состоянии (трезвый или пьяный, здоровый или больной) допрашиваемый оказался на месте происшествия;

кого он там застал, кто и в какое время пришел туда после него;

в каких взаимоотношениях находился допрашиваемый с погибшим, на какой почве возник конфликт между ними;

в чем состояло нападение, какую опасность оно представляло;

причинены ли допрашиваемому при нападении телесные повреждения, повреждена ли его одежда;

какими действиями, посредством какого орудия (или оружия) причинены эти повреждения;

какие действия в порядке обороны произвел допрашиваемый;

каким образом он оказался вооруженным;

как, сколько раз и с каким результатом он применил оружие;

предупреждал ли о применении оружия словесно или выстрелами в воздух;

где находился и что предпринимал пострадавший в момент, когда допрашиваемый применял оружие, в какой позе пострадавший находился в этот момент;

что предпринял допрашиваемый после прекращения нападения;

какие изменения произведены в обстановке места происшествия и в положении трупа до прибытия следователя.

Полезным приложением к протоколу такого допроса может служить схема места происшествия, на которой допрашиваемый обозначит, где находились, как перемещались в ходе описываемого нападения и обороны он сам и пострадавший, а также другие присутствовавшие при этом лица.

По аналогичному плану следует допросить всех·, кто присутствовал при происшествии, а также тех, кому ссылающийся на необходимую оборону рассказывал об этом как до, так и после дачи показаний следователю¹.

Для уточнения показаний может оказаться целесообразным повторный осмотр места происшествия, в ходе которого допрошенный демонстрирует и поясняет собственные действия и действия других лиц в той обстановке, где произошло исследуемое событие.

Если ссылающийся на необходимую оборону утверждает, что при нападении ему были причинены телесные повреждения и порвана одежда, его следует немедленно освидетельствовать с участием специалиста в области судебной медицины, а поврежденную одежду изъять для последующего исследования.

Поскольку согласно версии о необходимой обороне нападение было совершено с оружием^{[105] [106]}, крайне важно установить, кому оно в действительностіГ принадлежало — пострадавшему или тому, кто якобы оборонялся. Если по этому вопросу возникли сомнения, следователь производит допросы свидетелей из окружения указанных лиц, предъявляет оружие для опознания, справляется о его принадлежности по документам учета и регистрации оружия. V

Большое значение в делах такого рода приобретает комплексная судебно-медицинская и криминалистическая экспертиза, на разрешение которой могут быть поставлены, в частности, следующие вопросы:

каким оружием (орудием) причинены имеющиеся на трупе телесные повреждения;

причинены ли эти повреждения оружием (орудием)\