§1. Распределение полномочий в коллегиальном составе арбитража

В большинстве национальных арбитражных законов не содержится отдельной статьи, регулирующей распределения полномочий между арбитрами в коллегиальном составе. В литературе практически нет работ, специально посвященных данной проблематике.

Почти все законодательные положения, касающиеся права и обязанностей арбитров, а также требований, предъявляемых к ним, являются общими для всех арбитров. При голосовании для принятия какого-либо решения в ходе арбитражного разбирательства каждый арбитр имеет один голос. В случае невозможности достижения консенсуса среди участвующих в деле арбитров арбитражные решения выносятся по принципу большинства голосов. Такой принцип широко применяется на практике и нашел свое отражение в арбитражных законах многих стран, таких как Китай, Франция, Англия и др.

Принцип большинства голосов также применяется в России и во Вьетнаме для регулирования вопроса о принятии решений в ходе третейского разбирательства, осуществляемого коллегией арбитров. Однако законодатели двух стран применяют данный принцип по-разному.

Во Вьетнаме правило вынесения решения в третейском разбирательстве урегулировано ст. 60 Закона СРВ «О коммерческом арбитраже». Согласно ее положению, состав арбитража принимает арбитражное решение путем голосования по принципу большинства голосов. В случае отсутствия большинства голосов арбитражное решение принимается по мнению арбитра - председателя.

Закон РФ «О международном коммерческом арбитраже» устанавливает следующее правило принятия решения: при арбитражном разбирательстве, осуществляемом коллегией арбитров, любое решение третейского суда, если стороны не договорились об ином, должно быть вынесено большинством арбитров. Однако вопросы процедуры могут быть разрешены арбитром - председателем третейского суда, если он будет уполномочен на это сторонами или всеми другими арбитрами (ст. 29). По своему содержанию данная норма воспроизводит ст.

Попутно заметим, что соответствующие изменения коснулись внутреннего арбитража. В ст. 32 нового Закона РФ «Об арбитраже» сформулировано точно такое же положение. Его закрепление в данном законе свидетельствует о стремлении российского законодателя унифицировать нормы законодательства о третейском разбирательстве применительно к внутреннему и международному коммерческому арбитражу.

Комментируя ст. 29 Закона «О международном коммерческом арбитраже», Т.Е. Абова уточняет, что в ней содержатся два правила. Первое касается порядка принятия решения составом арбитража, если стороны не договорились об ином. Второе содержит право председателя состава решать вопросы процедуры при условии, что такое полномочие предоставили ему стороны или все другие арбитры^[157].

Проанализируем эти два правила по отдельности.

Как следует из первого правила, арбитражное решение принимается большинством голосов, если стороны не договорились об ином. Иными словами, стороны по договоренности между собой могут отступить от общего принципа принятия решения большинством голосов. Стороны могут договариваться, например, о том, что решение должно быть вынесено арбитрами единогласно. Стороны могут также договариваться, что при отсутствии большинства голосов решение принимается по мнению арбитра-председателя. В последнем случае имеет место привилегия голоса председательствующего арбитра над голосами других арбитров, что тем самим свидетельствует об относительном неравенстве арбитров в составе. Наконец, стороны могут избрать правила постоянно действующего арбитражного учреждения, в которых содержатся специальные положения о принятии решений арбитрами. Так, Регламент МКАС при ТПП РФ в п.2 § 38 предусматривает, что если решение не может быть принято большинством голосов, оно принимается председателем состава арбитража.

В существовании последнего правила есть своя логика. Закон является очень общим, он не предусмотрел ситуации, когда арбитры не смогут прийти к большинству голосов.

В юридической литературе было высказано мнение о равенстве прав всех третейских судей, участвующих в рассмотрении и разрешении спора. Равенство прав третейских судей заключается в том, что все они имеют равные права, как при принятии решения, так и в ходе третейского разбирательства. Кроме того, третейские судьи несут и одинаковую ответственность за принятие законного и справедливого решения^[158].

Не отрицая принципа равенства всех третейских судей как основополагающего принципа при коллегиальном рассмотрении дела, трудно говорить о равенстве всех арбитров однозначно, так как принцип автономии воли дает сторонам право устанавливать иные, чем предусмотренные законом, правила вынесения составом арбитража решения. Следует подчеркнуть, что право на принятие решения председателем состава арбитража передается ему сторонами, но не другими арбитрами. Как раз такая возможность председателя позволяет сохранить независимость арбитров, не оказывая на них влияния и давления в вопросе присоединения к мнению большинства.

На практике возможна ситуация, когда ни стороны, ни правила арбитража, которые избрали стороны, не предусматривают право председателя состава на принятие решения в случае отсутствия большинства голосов. На вопрос о том, чем следует руководствоваться составу арбитража в такой ситуации, невозможно ответить из-за пробела в российском законодательстве. Его устранение с целью избежать тупика в процедуре принятия арбитражного решения представляется необходимым. В связи с этим полагаем, что право председателя состава арбитров на принятие решения в отсутствие большинства голосов целесообразно закрепить и на законодательном уровне, как это сделано во вьетнамском законе.

Данный подход также встречается во многих национальных арбитражных законах, в том числе в законах ведущих арбитражных стран мира.

Арбитражный акт Англии устанавливает, что все постановления, определения и решения принимаются большинством голосов. В случае отсутствия большинства голосов голос арбитра-председателя будет иметь преимущественную силу^[159]. В ГПК Франции также закреплено положение о преимуществе голоса председателя- арбитра в случае недостижения большинства голосов. Статья 1513 данного закона предусматривает, что если иное не предусмотренно арбитражным соглашением сторон, решение по существу дела должно быть вынесено большинством голосов. В случае отсутствия большинства голосов арбитр-председатель сам выносит это решение. Данное решение имеет такую же юридическую силу как и решение, которое вынесено большинством голосов. Аналогичное положение содержится в Законе Китая «О коммерческом арбитраже». Статья 53 данного закона предусматривает, что арбитражное решение должно быть вынесено в соответствии с мнением большинства арбитров в составе арбитража. Если арбитражный трибунал не может формировать такое мнение, то арбитражное решение будет вынесено по мнению арбитра-председателя.

Подход возможного «преимущественного голоса арбитра-председателя при отсутствии большинства голосов» основан на двух главных факторах:

1) осознание законодателем потенциального недостижения единого мнения арбитров или мнения большинства арбитров при принятии решения на практике. Во многих случаях устранение такого расхождения не представляется возможным. А длительное обсуждение без всякой перспективы является бессмысленным. Оно не только не приводит к результату, но и повышает стоимость и срок разбирательства. Предоставление мнению арбитра-председателя определенной привилегии в ситуации, когда соблюдение критерия большинства голосов представляется невозможным, служит целью выйти тупика в голосовании и делает арбитраж продуктивным разбирательством;

2) традиционно в составе арбитража арбитр-председатель считается самым нейтральным, независимым, беспристрастным. Его избирают или назначают не стороны, а другие арбитры или администрирующее арбитражное учреждение с учетом всех требований, предъявляемых к арбитрам, в том числе дополнительных требований, согласованных сторонами.

Как отмечалось выше, второе правило, содержащееся в ст. 29 Закона «О международном коммерческом арбитраже», касается распределения полномочий между арбитрами при решении процедурных вопросов.

Из ст. 29 следует, что российский закон допускает возможность принимать решения арбитру - председателю самостоятельно по вопросам процедуры только, если он уполномочен на это сторонами или всеми другими арбитрами.

Возникает вопрос, что понимается под вопросами процедуры, которые могут решаться единолично председателем состава арбитров? По мнению Т. Е. Абовой, имеются в виду, по всей вероятности, вопросы, связанные именно с принятием решения (порядок обсуждения арбитрами установленных в ходе разбирательства дела обстоятельств, оценки представленных доказательств, очередность высказывания арбитрами своего мнения по поводу удовлетворения или отказа в иске и мотивов такого мнения)^[160]. Грешников И.П. полагает, что в данной норме речь идет не только об установлении порядка вынесения решения, но и о процедуре рассмотрения спора в целом^[161].

С нашей точки зрения, анализируемое положение применимо не только к порядку принятия решений, но и порядку принятия постановлений третейского суда, которые выносятся по вопросам, не затрагивающим существа спора, т.е. по процедурным вопросам. Данная норма может использоваться по аналогии, поскольку Закон об арбитраже не предусматривает отдельного порядка принятия постановлений третейского суда по процедурным вопросам.

Наиболее четкой с этой точки зрения представляется формулировка Арбитражного Регламента ЮНСИТРАЛ, в ст. 31 которого предусматривается, что 1) при наличии трех арбитров арбитражное решение или иное постановление арбитража принимается большинством арбитров; 2) в отношении процессуальных вопросов при отсутствии большинства или в случае, когда, когда арбитры уполномочили на то арбитра-председателя, последний может принимать решения самостоятельно, с тем, однако, что его решение может быть пересмотрено арбитражным судом.

Во-первых, данная норма устанавливает общее правило принятия любых актов арбитража, как решений, так и постановлений. Во-вторых, устанавливает специальное правило для решения процессуальных вопросов, возникающих в ходе арбитражного разбирательства. В-третьих, как видно, полномочия арбитра- председателя по решению процедурных вопросов передаются ему арбитрами, но не сторонами. С практической точки зрения это абсолютно правильно. В ходе рассмотрения спора могут возникать многочисленные и разнообразные процессуальные вопросы, требующие быстрого решения. Если нет предварительной договоренности сторон, то по каждому из них арбитру- председателю необходимо будет получать согласие сторон на полномочие принять то или иное процедурное решение. Передача же процедурных полномочий от арбитров вполне согласуется с принципом коллегиальности. Обычно на практике арбитры легко договариваются по этим вопросам. При этом очевидно, что любое из этих правил может изменяться соглашением сторон.

С учетом изложенного норма российского законодательства нуждается в корректировке, что будет способствовать более четкому распределению полномочий между арбитрами при решении процедурных вопросов.

Закон СРВ «О коммерческом арбитраже» не содержит положение, регулирующее порядок принятия решений по процедурным вопросам, и, соответственно, в нем не предусмотрены условия, при наличии которых председательствующий арбитр имеет право разрешать эти вопросы самостоятельно.

Представляется, что на вопрос о возможности арбитра-председателя во Вьетнаме разрешать указанные вопросы в ходе третейского разбирательства следует ответить утвердительно исходя из частноправовой природы арбитража. Однако такая возможность существует только в случае, когда арбитру- председателю предоставлено сторонами это полномочие.

По общей логике объем прав арбитра определяется национальным арбитражным законом и конкретным арбитражным соглашением. Поскольку законом СРВ «О коммерческом арбитраже» не предусмотрено право арбитров, входящих в состав, уполномочить арбитра-председателя самостоятельно принимать решения по процедурным вопросам, то таким правом он может обладать только в случае, если это предусмотрено соглашением сторон. Если такое положение не содержится в арбитражном соглашении, то все процедурные вопросы в ходе третейского разбирательства рассматриваются и разрешаются по общему правилу большинством голосов арбитров.

В этом отношении положение ст. 29 Закона РФ «О международном коммерческом арбитраже», предусматривающее возможность арбитров в составе передавать арбитру-председателю полномочия по разрешению вопросов процедуры, является довольно гибким, и может способствовать ускорению третейского разбирательства за счет экономии времени для обсуждения и голосования всеми арбитрами для принятия соответствующих решений.

Участников третейского разбирательства больше всего интересуют стоимость и срок третейского разбирательства и окончательное арбитражное решение по существу дела и в наименьшей степени волнуют решения по вопросам процедуры. На арбитражное решение по существу спора предусмотренный законом «упрощенный» порядок рассмотрения процедурных вопросов не оказывает какое-либо негативное влияние, а на скорость и, может быть, даже стоимость арбитража его влияние представляется позитивным.

Еще одна особенность, связанная с коллегиальным рассмотрением дела, заключается в том, что арбитражное решение может быть подписано не всеми арбитрами. Как указывается в п. 1 ст. 31 Закона РФ «О международном коммерческом арбитраже, при арбитражном разбирательстве, осуществляемом коллегией арбитров, достаточно наличия подписей большинства членов третейского суда при условии указания причины отсутствия других подписей.

В государственном суде такая ситуация невозможна. Отсутствие подписи кого-либо из судей, принимавших участие в рассмотрении дела, является безусловным основанием для отмены судебного решения. В арбитраже отсутствие подписи одного из арбитров не влияет на юридическую силу арбитражного решения. Единственное условие - в решении должна быть указана причина отсутствия подписи (или в формулировке закона «других подписей» - множественное число в данном случае, видимо, подразумевает, что состав арбитража может быть сформирован в нечетном составе более трех арбитров, и тогда возможно отсутствие подписей нескольких арбитров).

Подобная норма содержится и в Законе РФ «Об арбитраже». Интересно отметить, что в редакции Закона РФ «О третейских судах в Российской Федерации» 2002 года имелось указание на уважительность причин отсутствия подписи арбитра. В редакции нового Закона 2015 года это указание, как и в Законе РФ «О международном коммерческом арбитраже», отсутствует.

В связи с этим возникает вопрос, по каким причинам может отсутствовать подпись одного из арбитров и может ли арбитр отказаться от подписания решения без уважительных причин? Может ли быть связан такой отказ с независимостью арбитра и с тем, что он принципиально не согласен с мнением большинства арбитров.

Стороны, избирая или назначая арбитра, наделяют его полномочиями не только на рассмотрение спора, но и на вынесение решения. Соглашаясь с принятием этой функции, арбитр принимает на себя обязательство принять участие в арбитраже на всех его этапах. Немотивированный отказ или отказ подписать решение по мотиву несогласия с позицией большинства арбитров, по сути, означает отказ арбитра от выполнения своей функции, на которую его уполномочили стороны. В связи с этим представляется, что, несмотря на отсутствие в законе указания на уважительность причин отсутствия подписи арбитра, это возможно только по уважительным причинам. Причем, такие уважительные причины должны носить объективный характер и быть связаны с невозможностью арбитра подписать решение физически (например, тяжелая болезнь, смерть, длительная командировка). Что касается причины отказа подписать решение в связи с расхождением позиций арбитров, то она носит субъективный характер и не может служить основанием для отсутствия подписи, в том числе с точки зрения закона, который устанавливает, что даже при наличии особого мнения, арбитр обязан подписать решение.

Порядок оформления решения при отсутствии подписи одного из арбитров в законе не установлен. Но он уточняется в некоторых регламентах постоянно действующих арбитражных учреждений. Так, в п.3 § 39 Регламента МКАС при ТПП РФ предусматривается, что если кто-либо из арбитров не может подписать арбитражное решение, Председатель МКАС удостоверяет это обстоятельство с указанием причин отсутствия подписи арбитра. В таком случае дата вынесения решения определяется с учетом даты удостоверения этого обстоятельства.