<<
>>

ЛИКВИДАЦИЯ БУМАЖНО-ДЕНЕЖНОГО ОБРАЩЕНИЯ

Бумажно-денежное обращение до такой степени отрицательно отзывается на всех сторонах народного хозяйства, что рано или поздно становится очевидной необходимость его ликвидации. Иолное растройство народнохозяйственной жизни, дезорганизация всего товарообмена, нарушение различных социальных интересов, дезорганизация финансовой системы государства, экономическое и финансовое обессиление страны — все эти неизбежные результаты бумажно-денежного обращения ставят категорически вопрос о восстановлении нормальной валюты, без которой капиталисти-ческое хозяйство существовать и развиваться не может.

Бумажно-денежное обращение несет за собой деградацию народнохозяйственного организма.

Правда, само вступление на путь бумажно-денежного обращения является в сущности симптомом «неблагополучного», выражаясь мягко, состояния народного хозяйства и государственных финансов; но бумажно-денежное обращение обостряет, усиливает это «неблагополучие». Перед страной при господстве бумажно-денежного обращения два выхода: или остаться при нем, следовательно, быстрым темпом идти к полному разрушению, или же, исходя из правильно понятых общих народнохозйственных интересов, тем или иным путем ликвидировать бумажно-денежное обращение и восстановить металлическую валюту.

Бумажно-денежное обращение должно быть ликвидировано, ибо ни при каких условиях, ни при каких обстоятельствах капиталистическое хозяйство не может нормально обслуживаться бумажно-денежным аппаратом.

Но существует и другая точка зрения. Ряд специалистов высказывается в том смысле, что при известных условиях возможна циркуляция бумажных денег без обычных вредных последствий бумажно-денежного обращения. К таковым надо отнести, между прочим, и М. Туган-Барановского.

«Экономическая наука, — пишет М. Туган-Барановский, — признала бумажные деньги плохими деньгами именно потому,

что они колебались в своей ценности.

Если бы возможны были бумажные деньги, ценность которых была бы так же устойчива, как и ценность металлических денег, то такие деньги ничем не уступили бы металлическим»

Но возможно ли это?

«Опыт последних десятилетий, — говорит М. Туган-Барановский, — показал, что, кроме системы бумажных денег с неустойчивой ценностью, возможна и система бумажных денег с устойчивой ценностью. Возможность этой последней системы доказана примером австро-венгерской валюты» .

Колебание ценности бумажных денег обнаруживается только» в колебании вексельных курсов, а эти последние могут регулироваться сознательным вмешательством государства.

Сущность австро-венгерской валюты как раз заключаете® в том, что «вместо пассивного отношения к строению вексельного* курса государство или какая-либо специально для этого созданная хозяйственная организация, находящаяся под контролем государства, берет на себя регулирование вексельного курса в видах достижения наибольшей устойчивости туземной валюты. Вся суть этой новой системы заключается. . . в активной валютной политике государства или его органов» .

Государство может активно влиять на строение лажа, может поставить в известные границы колебание ценности бумажной денежной единицы. Достигает оно это тем, что активно вмешивается в игру спроса и предложения иностранных векселей, выступая то покупателем их, когда вексельный курс благоприятен, то продавцом, когда • вексельный курс обнаруживает неблагоприятные тенденции. В первом случае государство усиливает спрос, во втором — усиливает предложение. Все эти операции государства не имеют никаких других целей, кроме уравновешивания спроса и предложения и достижения устойчивости вексельного курса. Как раз австро-венгерский банк для устойчивости ценности своих билетов (неразменных) широко и с успехом применял активную валютную политику.

Убеждение в том, что устойчивость ценности денежной единицы может быть достигнута путем воздействия на вексельный курс, базируется, в конечном счете, на воззрении, что внутри страны ценность денег определяется исключительно государственной властью.

Теоретическим вдохновителем этой последней точки зрения является Кнапп, и признание возможности посредством активной валютной политики достигнуть устойчивости ценности денежной единицы обусловливается признанием общей теории денег Кнаппа.

Г. Кнапп исходит из номинальности ценности денег (вернее, платежной способности). Но в то же время он признает, что правовая сила государства не действует вне страны, за ее границей.

Нотальные, по выражению Кнаппа, деньги опираются на веления государственной власти, которая не имеет силы вне данной страны. Для международной же торговли приходится оценивать валютные деньги одной страны в валютных деньгах другой, в интервалютарном курсе. Этот последний сильно колеблется и определяется отношением между платежными обязательствами различных стран и обстоятельствами, лежащими в основе образования цен .

Предоставленный сам себе интервалютарный курс сильно колеблется, но государство может активно вмешиваться в игру спроса и предложения, искусственно регулировать соотношение между спросом и предложением, в результате чего можно достигнуть устойчивости интервалютарного курса. Определенной «экзодромической», по выражению Кнаппа, политикой государство может установить и в сфере международной торговли цену своих валютных денег, в чем и проявляется хозяйственная мощь государства . Примером такой успешной экзодромической политики может служить политика австро-венгерского банка.

Воззрения Кнаппа на экзодромическую политику государства целиком опираются на его основную точку зрения относительно денег, которую мы уже рассматривали. И если, как мы полагаем, государство не может устанавливать ценность денег внутри страны, то также сомнительно, чтобы оно было в состоянии полностью регулировать курс бумажных денег во внешних сношениях.

Ссылка на практику австро-венгерского банка, которую особенно подчеркивает М. Туган-Барановский, нам кажется абсолютно неправильной.

Билеты австро-венгерского банка были не бумажными деньгами, а банковыми билетами, хотя они были и неразменны.

Другой вопрос, насколько вообще возможна, целесообразна циркуляция неразменных банковых билетов.

Можно спорить о том, насколько при обращении неразменных банковых билетов возможно посредством активной валютной политики поддерживать их курс, но все это будет относиться к банковым билетам, а не к бумажным деньгам, отличающимся от первых не свойством разменности, а другими, более важными с экономической точки зрения, признаками.

Предположим даже, что активная валютная политика австро- венгерского банка была успешна но она была успешна лишь потому, что защищала банковые билеты, а не бумажные деньги.

История знает примеры активной политики по отношению

к бумажным деньгам, но эти примеры как раз показывают, что эта политика не давала благоприятных результатов.

Сам же М. Туган-Барановский указывает, что русское финансовое ведомство всегда стремилось вести активную валютную политику. В 80-х годах XVIII в. «для возвышения вексельного курса и удержания оного в желательной пропорции учинены были распоряжения, по высочайшим соизволениям, чтобы барон Сутер- ланд трассировал на казенные деньги в Амстердаме у баронов де Смет состоявшие, т. е. давал бы кредитивы или векселя, а они по сему долженствовали гонорировать те векселя и кредитивы; Сутерланд же паки наполнил оные трассировки переводами» .

В 50-х годах прошлого века русское финансовое ведомство также в широких размерах пользовалось казенными трассировками, «косвенным размером по курсу».

Но эти мероприятия не давали больших результатов. И неудача этих мероприятий объясняется не только тем, что они проводились бессистемно, неумело, а тем, что они имели целью защитить ¦бумажные деньги, курс которых никакими искусственными мерами нельзя удержать от колебаний.

Бумажные деньги тесно связаны с колебаниями их курса, хотя это ничего не говорит относительно возможности регулировать курс банкнот (неразменных).

Возможны ли неразменные банкноты, возможно ли поддержание их курса? Это — вопрос, который не может быть рассматриваем в этой книге, посвященной бумажным деньгам, но то, что удержать бумажные деньги от колебания их курса невозможно, доказано всем большим историческим опытом с бумажными деньгами, и, как нам кажется, находит вполне обоснованное теоретическое объяснение. История не знает примеров бумажно-денежного обращения с устойчивой ценностью денежной единицы. Устойчивость эта может быть достигнута только выпуском их в ограниченном размере, определяемом потребностями оборота, но, как мы уже указывали, из экономического и финансового эффекта бумажных денег непосредственно вытекает неизбежная их «чрезмерность».

2

Как же можно ликвидировать бумажно-денежное обращение? Какими способами можно избавиться от бумажных денег? Какие методы могут быть для этого пригодны?

Предварительно необходимо точно установить: мы ставим вопрос не о том, как должна быть построена денежная система, — это не входит в нашу задачу. Цель наша более узкая: определить

и оценить возможные методы ликвидации бумажно-денежного» обращения, уничтожения бумажных денег. Чем следует бумажные деньги заменить? Вопрос, который в данной работе не рассматривается.

Правда, нельзя отрицать и того, что ликвидация бумажно-денежного обращения отчасти определяется тем, какой системой денежного обращения оно заменяется. Но эта зависимость отражается не на форме ликвидации бумажных денег, а на тех технико- финансовых мероприятиях, посредством которых осуществляется тот или иной метод ликвидации бумажно-денежного обращения. Наша же цель — рассмотреть только общие способы ликвидации бумажно-денежного обращения, не входя вовсе в разбор технико- финансовых мероприятий, сопровождающих реформу.

При рассмотрении поставленного вопроса исходной нашей точкой зрения, вытекающей из общей теории денег, будет убеждение в том, что, какова бы ни была денежная система, в основу ее должен быть положен металл. При такой валюте металлические денежные знаки могут фактически и не циркулировать или составлять незначительную часть общего числа циркулирующих и обслуживающих товарный оборот орудий обращения: над металлической валютой создается целый ряд надстроек, но вопросг и очень важный вопрос, об этих надстройках должен быть предметом специальной работы, которая должна главным образом остановиться на изучении кредитной ткани современного хозяйства.

Вопрос же о ликвидации бумажно-денежного обращения может быть рассматриваем в другой плоскости.

История бумажных денег довольно велика и стара. И история эта обнаружила ряд методов ликвидации бумажно-денежного обращения. Бумажно-денежное обращение ликвидируется, бумажные деньги уничтожаются посредством осуществления их размена по полному нарицательному курсу. Восстанавливается металлическая система, бумажно-денежная единица приравнивается металлической и производится обмен либо на металл, либо на банковые билеты.

Наиболее известные случаи такой реформы — ликвидация бумажно-денежного обращения в Англии в 1816 г., в Северо- Американских Соединенных Штатах в 1865—1879 гг., во Франции— после франко-прусской войны в 1871 г.

Прямо противоположным указанному способу является уничтожение бумажных денег посредством их нулификации. Бумажные деньги лишаются защиты государства, они перестают призна-ваться законным платежным средством; государство, не считая их платежными знаками, перестает их принимать и по платежам в казну. Наиболее известными случаями такого рода ликвидации в истории является нулификация денежных знаков во Франции в 1719—1720 гг. во время Дж. JIo и ассигнаций революционной Франции в 1791—1796 гг.

Наконец, средним между ними является осуществление размена бумажных денег, но не по полному нарицательному курсу, а по курсу ниже нарицательного. Или же бумажно-денежная единица разменивается на новую денежную единицу, эквивалентную меньшему количеству металла, нежели заключалось в той металлической единице, которая существовала во время выпусков бумажных денег. Таким образом, обмен можно произвести двояким образом: или бумажно-денежная единица приравнивается известной части прежней металлической денежной единицы: бумажный рубль, напр., приравнивается 2/3 металлического, или же бумажноденежная единица размеЦивается на вновь созданную денежную единицу, заключающую в себе или эквивалентную меньшему количеству металла, нежели прежняя металлическая единица. Этот способ ликвидации бумажно-денежного обращения называется девальвацией. Таковы были реформы бумажно-денежного обращения, произведенные в Австрии в 1811—1816 гг., а затем в 1892 г. и в России в 1839—1843 гг. и в 1897 г.

Рассматривая указанные формы ликвидации бумажно-денежного обращения с формально юридической точки зрения, полагая, что бумажные деньги являются долговыми обязательствами государства, которые должны быть выполнены посредством погашения долга, придется признать, что только при применении первого способа, возобновлении обмена по полному нарицательному курсу, эти обязательства выполняются.

Второй способ, нулификация бумажных денег, лишение их всех «прав» денег, с формально юридической точки зрения, является отказом от своего долга, государственным банкротством.

Наконец, третий способ, возобновление размена бумажных денег по курсу ниже нарицательного, с формально юридической точки зрения, должен быть признан банкротством частичным, смягченной формой отказа от уплаты по бумажно-денежному долгу.

Какому же из всех трех испытанных в истории методов ликвидации бумажно-денежного обращения следует отдать предпочте-ние? Этот вопрос очень часто ставится в специальной литературе.

А между тем, ответить на этот вопрос в общей форме совершенно невозможно. В самом деле, с каким критерием можно подойти к оценке способов ликвидации бумажно-денежного обращения? С какой точки зрения надо подходить к разрешению поставленного вопроса в общей принципиальной постановке?

Может быть, с точки зрения справедливости или с точки зрения общих интересов народного хозяйства или, наконец, с точки зрения государственных финансов?

Исходя из интересов трудовых классов, общего ответа на вопрос, какой способ ликвидации бумажно-денежного обращения является наиболее предпочтительным, дать нельзя.

В самом деле. Какой из указанных методов наиболее соответствует интересам трудовых классов?

Бумажно-денежное обращение нарушает различные интересы ¦социальных классов, вредит интересам разнообразных слоев, но, что особенно важно, вред, наносимый бумажно-денежным обращением трудовым классам, компенсирован быть не может. Это технически неосуществимо, и никакая форма ликвидации бумажноденежного обращения не может ставить себе таких целей.

Интересам широких масс населения наиболее соответствует такая ликвидация бумажно-денежного обращения, которая сводится к узаконению, официальному признанию фактически создавшегося положения вещей. Если к моменту ликвидации ценность бумажно-денежной единицы пала чуть ли не до нуля, только нулификация бумажных денег окажется наилучшим выходом.

Если при таком фактически создавшемся положении вещей государство хотело бы возобновить размен по полному нарицательному курсу, это означало бы только вознаграждение случайных держателей бумажных денег в момент ликвидации бумажноденежного обращения. Те, кто потерял на бумажных деньгах, возмещения все равно не получил бы.

В революционной Франции, когда бумажных денег было выпущено столько, что они потеряли всякую ценность, когда «за чашку кофе платили тысячефранковым билетом; пара сапог стоила 30 ООО франков; а правительство дошло до такой степени нищеты, что ежедневные его издержки не иначе оплачивались, как свежими ассигнациями, сохраняющими еще всю влажность тиснения», — возобновление размена бумажных денег, даже если бы это было возможно, даже если бы состояние государственных финансов это допускало, по полной нарицательной цене, или даже по курсу ниже нарицательного, не возместило бы ни в какой мере пострадавшие интересы, но зато вознаградило бы случайных держателей ассигнаций.

То же самое относится и к бумажно-денежным знакам, наводнившим Францию в 1719—1720 гг. во время экспериментов Дж. JIo, когда их выпущено было столько, что ценность их пала чуть не до нуля.

При таких условиях, очевидно, нулификация бумажных денег является способом ликвидации бумажно-денежного обращения, наиболее соответствующим интересам трудовых классов. Осуществление размена по полному нарицательному курсу, даже девальвация явились бы в этом случае только вознаграждением имущих за счет неимущих.

Если курс бумажно-денежной единицы пал, если ценность ее, положим, равна половине номинальной ее цены, то, очевидно, в этом случае единственным способом ликвидации бумажно-денежного обращения является девальвация. Если бы государство при таких условиях пожелало произвести размен по полной нарицательной цене, то все равно нарушенные интересы не были бы восстановлены, а только были бы без всякого основания вознагра-

ждены случайные держатели бумажных денег в момент их ликвидации, т. е. вознаграждены были бы как раз нетрудовые элементы.

Если бы в Австрии в 1881 г. правительство вместо девальвации произвело размен по полной нарицательной цене, это свелось бы только к вознаграждению случайных держателей банкцетелей (как назывались тогда бумажные деньги) суммой, в 5 раз большей, чем они обладали тогда, когда банкцетели к ним попали, или, точнее, такая «реформа» дала бы возможность обладателям банкцетелей получить в обмен за имевшиеся у них бумажные деньги в 5 раз больше товаров и услуг, чем они сами в свое время дали за банкцетели.

Если бы в 1839 г. в России государство пожелало восстановить размен ассигнаций по полному нарицательному курсу, это значило бы опять-таки снабдить случайных держателей ассигнаций (как назывались тогда бумажные деньги) в 3,5 раза большей суммой, чем они фактически имели, или, иначе, без всякого с их стороны труда увеличить их богатство в 3,5 раза.

Если бы в 1897 г. ликвидация бумажно-денежного обращения в России была произведена посредством размена кредитных рублей по полному нарицательному курсу, это опять-таки означало бы только обогащение обладателей их на */3 и не больше. Те, кто уже пострадали вследствие падения ценности бумажных денег, возмещения своих потерь не получили бы, справедливость не была бы восстановлена. Следовательно, и девальвация с точки зрения интересов широких масс населения может быть оправдана.

То же можно сказать и о возобновлении размена бумажных денег по полному нарицательному курсу, которое, очевидно, допустимо тогда, когда курс бумажных денег стоит на уровне их номинальной ценности.

Таким образом, нет возможности дать общую оценку той или иной форме ликвидации бумажно-денежного обращения. Интересы, нарушенные бумажно-денежным обращением, восстановлены быть не могут. С этой точки зрения все возможные формы уничтожения бумажных денег несправедливы. И суть дела не в методах ликвидации, а в том, что само бумажно-денежное обращение чревато слишком многими, притом непоправимыми, «несправедливостями».

С точки зрения интересов трудовых классов в условиях капиталистического хозяйства бумажные деньги не могут быть оправ-даны; но, говоря о формах их ликвидации, приходится считаться с наличностью бумажно-денежного обращения, которое необходимо ликвидировать. С этой точки зрения все формы одинаково оправдывают себя.

Наиболее целесообразной является такая форма ликвидации, которая в наибольшей мере узаконяет фактически создавшееся положение вещей. Правда, это последнее, как мы увидим ниже, является делом весьма сложным, но, во всяком случае, общее

разрешение поставленного вопроса может быть только таковым: ликвидация бумажно-денежного обращения должна быть произведена таким образом, чтобы было достигнуто узаконение фактически сложившегося положения, фактически уже создавшихся условий.

3

Но, может быть, можно найти общую оценку форм ликвидации бумажно-денежного обращения, если исходить из общих интересов народного хозяйства во всем его целом? Может быть, с этой точки зрения необходимо при всяких условиях отдать предпочтение тойг а не другой форме ликвидации бумажно-денежного обращения?

Влияние бумажно-денежного обращения на народное хозяйство сказывается в том, что оно дезорганизует обычное, нормальное,, так сказать, развитие народного хозяйства, нарушает товарообмен, создает совершенную невозможность установления товарных цен, нарушает соответствие между товарными ценами; образование цен в капиталистическом хозяйстве осложняется тем, что постоянное колебание ценности денежной единицы не дает возможности установления устойчивого денежного выражения ценностей товаров; к факторам, влияющим на образование цен, прибавляется еще один: колеблющийся, непостоянный, не поддающийся совершенно какому бы то ни было предвидению; отра-жаясь различным образом на ценах товаров, в зависимости от местности, от рода производства и т. д., колебание ценности денег разрывает меновые связи, нарушает пропорциональность между отдельными отраслями народного хозяйства.

Ликвидация бумажно-денежного обращения имеет целью уничто-жить это вредное влияние бумажных денег; но, с другой стороны, сама ликвидация, в какой бы форме она ни производилась, временно, пока происходит преобразование, является актом, дезорганизующим народное хозяйство. Какая угодно форма уничтожения бумажных денег означает в сущности установление новой денежной единицы; эта новая денежная единица может быть восстановлена старой, бывшей в употреблении до господства бумажно-денежного обращения, но для народного хозяйства эпохи бумажных денег эта денежная единица будет новой. А введение новой денежной единицы не может не оказывать влияния на народное хозяйство, на товарообмен, на производство.

В самом деле. Предположим, бумажные деньги упали в своей ценности. Осуществление в таких условиях размена по полному нарицательному курсу повело бы к колоссальной пертурбации товарообмена, к необходимости переоценки всех товаров. Переоценка же может быть произведена только постепенно, поэтому установление определенного соотношения между ценами различных товаров может быть только результатом долгого, притом, довольно мучительного для народного хозяйства, процесса.

В этом случае, при восстановлении ценности денег, «просто- напросто повторилось бы, только в обратном направлении, то изменение имущественных отношений и то опасное расстройство ъсякой правомерной торговли, которые ранее порождались процессом обесценения денежной единицы» .

Надо заметить, что от указанных неудобств не избавляет и узаконение фактически сложившихся условий, узаконение курса, девальвация. Если бы все товары при господстве бумажных денег повысились в своих ценах одинаково в одном и том же размере, то, очевидно, девальвация была бы наиболее соответствующей формой ликвидации бумажно-денежного, обращения. Но в том-то и дело, что повышение цен товаров происходит неодинаковым образом. Поэтому узаконение какого бы то ни было курса, хотя бы и курса дня, все же для некоторых товаров означает понижение, для других — повышение их цены. Узаконение курса денег означает зафиксирована среднего уровня товарных ден, но этим соответствие между ценами различных товаров не устанавливается. Это обстоятельство надо особенно иметь в виду при суждениях о народнохозяйственном значении тех или иных форм ликвидации бумажно-денежного обращения, уничтожения •бумажных денег.

Размен по полному нарицательному курсу не вносит также непосредственно нормального порядка в кредитные отношения, ¦если ликвидация бумажных денег связана с повышением их фактического курса. В то время как при понижении курса страдают кредиторы, при повышении должны страдать должники; но, с другой стороны, и девальвация, осуществление размена по курсу ниже нарицательного, положения целиком не исправляет; узаконение курса дня может означать для кредиторов по старым сделкам большие потери.

Бумажно-денежное обращение нарушает пропорциональность между различными отраслями народного хозяйства тем, что оно оказывает покровительство одним отраслям народного хозяйства, ставя другие отрасли в тяжелое положение. Но ликвидация непосредственно дела не исправляет. Если раньше отечественное производство, по крайней мере в некоторой его части, ставилось в ненормально хорошие условия конкуренции с иностранным производством, то ликвидацией оно ставится в ненормально дурные условия; если раньше бумажно-денежное обращение препятствовало ввозу, то ликвидация ему содействует.

Следует подчеркнуть, что мы имеем в виду не конечные результаты ликвидации бумажно-денежного обращения, а обстоятельства, непосредственно сопровождающие эту ликвидацию. Результаты ликвидации, каким бы путем эта последняя ни была произведена, заключаются в установлении устойчивой валюты,

а это, конечно, необходимо для нормального и успешного развития народного хозяйства. Но обстоятельства, которые сопровождают саму ликвидацию, опять-таки независимо от ее формы, всегда будут болезненны и будут тяжело отзываться на народнохозяйственном организме. Но, само собой разумеется, эта тяжесть переходного момента вполне оправдывается конечными результатами. И хирургическая операция болезненно отражается на человеческом организме, но вполне оправдывается прекращением болезни.

Высказанные соображения относительно форм ликвидации бумажно-денежного обращения, рассматриваемых с общей народнохозяйственной точки зрения, побуждают прийти к заключению^ что все они одинаково целесообразны и нецелесообразны. Целесо-образны потому, что все они, в конце концов, дают результаты, благодетельные для народного хозяйства; нецелесообразны потому, что все они болезненно (правда, временно) отзываются на народном хозяйстве.

Очевидно, и с точки зрения общих интересов народного хозяйства наиболее целесообразным, или наименее болезненным, будет такой способ уничтожения бумажных денег, которым было бы достигнуто узаконение фактически сложившихся условий.

С народнохозяйственной точки зрения нельзя дать общей оценки тому или иному методу ликвидации бумажно-денежного обращения. Все они имеют свои достоинства и свои недостатки. Выбор того или другого определяется совокупностью конкретных условий, при которых совершается реформа. В одном случае наиболее целесообразным является размен бумажных денег по полной нарицательной цене; в другом случае девальвация будет наиболее пригодной формой; наконец, могут создаться такие конкретные условия, при которых, даже е точки зрения общих интересов народного хозяйства, наиболее выгодной будет нулификация бумажных денег. К тому же заключению придется прийти, если исходить из узкофинансовой точки зрения, из интересов государственных финансов.

При упавшей ценности бумажных денег ликвидация бумажноденежного обращения посредством размена по полной нарицательной цене явилась бы совершенно непроизводительной растратой государственных средств. Такой способ реформы при таких условиях с государственной точки зрения совершенно недопустим. С другой стороны, если ценность бумажных денег пала, произвести реформу путем девальвации также нецелесообразно с финансовой точки зрения. Такая реформа была бы в высокой степени болезненна для всего народного хозяйства, и следовательно, не в меньшей мере и для хозяйства государственного, благополучие которого зиждется на здоровом состоянии всего народного хозяйства во всем его целом.

И с точки зрения государственных финансов наиболее, очевидно, целесообразным является также узаконение фактически

сложившихся условий денежного обращения; это требование может при различных условиях вызывать необходимость различных форм уничтожения бумажных денег. И с финансовой точки зрения все формы ликвидации бумажно-денежного обращения одинаковы; выбор их определяется конкретными историческими условиями.

Вопросы реформы бумажно-денежного обращения являются вопросами не теории, а политики. Общая оценка, общая постановка вопроса заменяется принципом целесообразности; общая точка зрения заменяется анализом конкретных условий.

4

Остается еще рассмотреть поставленный вопрос с формально- юридической точки зрения. Может быть, с этой точки зрения можно говорить о полной допустимости или недопустимости тех или иных форм ликвидации бумажно-денежного обращения?

С точки зрения формально-юридической бумажные деньги являются долгом государства, поэтому ликвидация их допустима только посредством размена по полной нарицательной цене,, что и является уплатой по бумажно-денежному долгу.

Всякая другая форма ликвидации, девальвация или же нули- фикация бумажных денег, будет с этой точки зрения банкротством полным или частичным и поэтому недопустима.

Соображения эти, несомненно, имеют некоторые .основания. Когда выпускаются бумажные деньги, обыкновенно правительства неоднократно и в торжественной форме всегда объявляют о своем признании бумажно-денежного долга. Осуществление размена бумажных денег не по полной нарицательной цене означает неисполнение признанного ранее обязательства. И всякие попытки доказать, что в этом смысле никакого банкротства не будет, заранее обречены на неуспех. Когда А. Гурьев в 90-х годах прошлого столетия пытался оправдать девальвацию, отрицая за ней свойство государственного банкротства, то его теория в сущности исходила из отрицания связанности государственной власти законом.

«Государство, — писал А. Гурьев, — само творит право; оно постоянно изо дня в день ниспровергает одни правовые нормы и устанавливает другие. . . В деле установления денежной системы, исправления ее и т. п. государство может совершать колоссальные ошибки. . ., вопиющие несправедливости, может причинять оче-видный вред, но не может совершать здесь ни малейшего нарушения формального права, ибо то, что творит в этой области государство, и есть самоправо» .

Утверждение это едва ли требует опровержения; оно может служить оправданием всякого произвола государства, а произвол с юридической точки зрения едва ли может быть оправдан; произвол может быть оправдан политической целесообразностью, но

юридического оправдания он найти не может. Теория А. Гурьева могла родиться только на почве тогдашней русской действительности, в которой, по удачному выражению М. Боголепова, «не всегда закон был определяющим фактором, а часто правомерность заменялась правительственной целесообразностью. Быть может, эта правительственная целесообразность лучше отвечала интересам государственной политики, чем строго проводимая закономерность, но раз вопрос поставлен формально, нельзя не признать, что такая целесообразность была нарушением и отрицанием закона» .

С формальной точки зрения девальвация, а тем более нулификация должны быть признаны государственным финансовым бан-кротством.

Но, с другой стороны, нельзя не отметить, что бумажно-денежное банкротство имеет и некоторые специфические черты, отличающие его от банкротства вообще и государственного финансового банкротства в частности.

Во-первых, при бумажно-денежном банкротстве нет возможности определить те частные интересы, которые пострадали от этого банкротства. Государственным банкротством является нарушение конкретных и определенных юридических обязательств, чего нет при бумажно-денежном банкротстве. Это чрезвычайно важная сторона, которую нельзя забывать и которая может изменить оценку девальвации или даже нулификации бумажных денег как государственного банкротства.

Во-вторых, размен не по полной нарицательной цене непосредственно не нарушает интересов лиц, обменивающих бумажные деньги на металл. Уже было указано, что предъявители бумажных денег ни в коем случае не могут быть признаны представителями пострадавших интересов. И это обстоятельство следует иметь в виду при суждениях о бумажно-денежном банкротстве.

В-третьих, и это непосредственно вытекает из предыдущего, никакая в сущности форма ликвидации бумажно-денежного обращения, даже размен по полной нарицательной цене, не возмещает потерь пострадавших. С этой точки зрения следует признать, что государство не выполняет своих обязательств уже задолго до уничтожения бумажных денег. По отношению к каждому понесшему потери, вследствие падения ценности бумажных денег, государство является должником, и погасить этот долг посредством ликвидации бумажно-денежного обращения государство не может. На первый взгляд кажется парадоксом, но на самом деле можно утверждать, что банкротство государства, в смысле невыполнения им своих обязательств, совершается не ликвидацией бумажно-денежного обращения, а выпуском бумажно-денежных знаков в таком количестве, какое неизбежно влечет падение их ценности.

«Хотя и нельзя отрицать,— справедливо пишет В. Гольдман, — что девальвация заключает в себе отречение от точного выполнения принятых на себя государством обязательств, а следовательно, и частное банкротство государства, однако этим упреком еще не разрешается вопрос о юридическом значении обоих мероприятий, ибо, при более внимательном взгляде на предмет, оказы-вается, что то нарушение прав, которое обнаруживается и завершается при девальвации, имеет свой корень не в ней, а в прежних обстоятельствах. . . Вследствие первоначального нарушения права государство оказывается в необходимости или предпринять изъятие бумажных денег по нарицательной ценности и, посредством новых нарушений права, выполнять свои первоначальные обязательства, или, при помощи девальвации, признать обнаружившиеся уже последствия своих первых нарушений права. Таким образом, сравнение обеих означенных мер относительно юридического их значения приводит к исследованию вопроса о том, что будет менее несправедливо, при помощи ли новой несправедливости уничтожить последствия прежней несправедливости или признать последствия прежней несправедливости для избежания нового нарушения права» .

Раньше было указано, что бумажно-денежное банкротство отличается от обычного финансового банкротства, почему оно является особого вида государственным банкротством, к которому подходить с обычными мерками невозможно. Важно то, что банкротство заключается не в той или иной форме уничтожения бумажных денег, а в самом бумажно-денежном обращении. Ликвидировать же бумажно-денежное обращение значит прекратить состояние государственного банкротства.

«Фактически банкротство совершается. . . в тот момент, — говорит Гельферих, — когда правительство воспользовалось своим авторитетом, чтобы пустить в обращение принудительным порядком обесцененные знаки». «Само банкротство предшествует бумажным деньгам, — пишет Кауфман, — и их порождает, как ближайшая их причина».

Высказанные соображения побуждают признать допустимой любую из форм уничтожения бумажных денег, хотя некоторые из них и можно считать с формально-юридической точки зрения государственным банкротством.

Все методы ликвидации бумажно-денежного обращения с точки зрения допустимости или недопустимости государственного банкротства одинаковы. И следовательно, и с этой точки зрения приходится руководствоваться не общими юридическими принципами, а экономической целесообразностью.

337

22 И. А. Трахтенберг

Вопрос уничтожения бумажных денег является вопросом не общей теории, а экономической политики; общий принцип уступает место точке зрения целесообразности.

Деньги вообще относятся к разряду явлений исключительно социальных, и то или иное устройство денежного механизма различным образом затрагивает интересы различных классов общества. Особенно это обстоятельство обнаруживается применительно к бумажным деньгам.

Затрагивая различным образом интересы отдельных классов населения, принося одним больший, другим меньший ущерб, а третьим даже выгоды, бумажно-денежное обращение вызывает к себе различное отношение со стороны различных классов населения.

Ликвидация бумажных денег также затрагивает интересы различных классов. Требования, предъявляемые к ликвидации со стороны различных классов населения, не могут быть одинаковыми.

Общие принципы уступают место точке зрения целесообразности, но если общие принципы неодинаковы у различных классов населения, тем более должны обнаруживаться разногласия между различными классами о целесообразности того или иного метода ликвидации бумажно-денежного обращения.

Одни классы, исходя из своих интересов, будут требовать размена бумажных денег по полной нарицательной цене, другие — девальвации.

Но, если даже и сойтись на общей точке зрения необходимости произвести реформу таким образом, чтобы ею было узаконено фактически создавшееся к моменту реформы положение, все же почва для разногласий, притом крупных, остается.

В самом деле, что такое фактически создавшееся положение? Можно ли с точностью установить, на каком уровне стоит курс денег к моменту ликвидации бумажно-денежного обращения?

Колебание ценности денежной единицы всегда сопутствует бумажно-денежному обращению. Даже если выпуски бумажных денег прекращены, даже если в течение продолжительного времени общее количество денежных знаков не изменяется, все же полной устойчивости ценности денежной единицы не достигается, ибо ценность бумажных денег, определяемая ценностью представляемого ими всеобщего эквивалента, обусловливается не только их количеством, но и всей совокупностью условий, которые образуют общую конъюнктуру товарного рынка.

Кроме того, колебание ценности бумажно-денежной единицы неодинаково отражается на ценах различных товаров, что вызывает неодинаковое положение отдельных групп товаров.

Вот почему вопрос об узаконении фактически сложившихся условий чрезвычайно сложный.

Предположим, общепризнанным является убеждение в необходимости произвести реформу бумажно-денежного обращения посредством девальвации. Но по какому курсу следует девальвировать бумажно-денежную единицу?

Как раз этот вопрос разрешается различным образом представителями различных социальных интересов. Как бумажноденежным обращением, так и ликвидацией его затрагиваются, и притом различным образом, интересы различных классов населения, поэтому неудивительно, что вокруг вопроса о курсе, по которому следует девальвировать бумажно-денежную единицу, развертывается крупнейшая социальная борьба, борьба общественных классов.

Когда в Австрии в конце 90-х годов прошлого столетия обсуждался план уничтожения бумажных денег и когда вопрос о необходимости произвести реформу через посредство девальвации уже не возбуждал сомнений, борьба социальных классов развернулась как раз около вопроса о курсе, по которому следовало девальвировать гульден.

Одни требовали, чтобы курс денежной единицы был бы зафиксирован на наивысшем своем уровне, какого он достигал за период существования бумажных денег, т. е. с 1879 до 1891 г. Другие требовали зафиксирования, наоборот, низшего уровня, до которого спускался гульден.

Сторонниками первой точки зрения, «тяжелого» гульдена, выступали главным образом рабочие, служащие различных категорий, получатели фиксированного дохода и т. д., к ним же примыкали представители интересов кредиторов, владельцы ценных бумаг, облигаций и т. д.

Сторонниками второй точки зрения, «легкого» гульдена, выступали представители торговли и промышленности, работавшей на экспорт, представители интересов должников — землевладельцев, промышленников и т. д.

Борьба эта принимала весьма резкие формы и закончилась компромиссом.

Не меньшая борьба, хотя и в скрытой форме, так как политический режим не давал возможности выявить различные социальные интересы, в особенности интересы трудовых классов, происходила и в России в 90-х годах прошлого столетия, когда произведена была реформа денежного обращения.

Социальный характер денег и социальное значение бумажноденежного обращения, пожалуй, особенно ярко и рельефно обнаруживаются во время его ликвидации. Ликвидацией затрагиваются различные классовые интересы, и борьба классов по поводу способов ликвидации еще более обостряет противоречие* этих интересов.

Понятен поэтому интерес, который проявляют и должны проявлять различные классы населения к вопросу о фактическом осуществлении реформы денежного обращения, ликвида-ции бумажных денег.

<< | >>
Источник: И. А. ТРАХТЕНБЕРГ. ДЕНЕЖНОЕ ОБРАЩЕ НИЕ И КРЕДИТ ПРИ КАПИТАЛИЗМЕ. 1962

Еще по теме ЛИКВИДАЦИЯ БУМАЖНО-ДЕНЕЖНОГО ОБРАЩЕНИЯ:

  1. БУМАЖНЫЕ ДЕНЬГИ И ИХ ЦЕННОСТЬ
  2. КУРС БУМАЖНЫХ ДЕНЕГ И ИХ ПОКУПАТЕЛЬНАЯ СИЛА
  3. ЛИКВИДАЦИЯ БУМАЖНО-ДЕНЕЖНОГО ОБРАЩЕНИЯ
  4. КАПИТАЛИСТИЧЕСКИЙ СПОСОБ ПРОИЗВОДСТВА И ЕГО ДЕНЕЖНАЯ СИСТЕМА. КРИЗИС ДЕНЕЖНОЙ СИСТЕМЫ
  5. ИНФЛЯЦИЯВО ВРЕМЯ И ПОСЛЕ ВТОРОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ. ОСОБЕННОСТИ СОВРЕМЕННОЙ ИНФЛЯЦИИ1. ЧРЕЗМЕРНОСТЬ ДЕНЕЖНОГО ОБРАЩЕНИЯ
  6. Формы и методы стабилизации денежного обращения
  7. Глава 10. Денежная реформа: сущность, методы, виды (историкоэкономический обзор)
  8. Организация наличного денежного обращения
  9. ГЛАВА VII. БУМАЖНО-ДЕНЕЖНАЯ ИНФЛЯЦИЯ.
  10. ГЛАВА XII. ОСНОВНЫЕ МОМЕНТЫ ИЗ ИСТОРИИ ДЕНЕЖНОГО ОБРАЩЕНИЯ И ДЕНЕЖНЫХ ТЕОРИЙ.
  11. § 4 Инфляция и устойчивость денежного обращения
  12. Банкноты орудие кредита эмиссионного института.Отличие их от бумажных денег
  13. ГЛАВА XIV. Бумажные деньги. (Продолжение.) Ликвидация бумажно-денежного обращения.
  14. § 3. Переход к золотому обращению.—.Прел110\' сылки реформы. — Основные этапы реформы. — Накопление металлического фонда,—Стабилизация курса.—Сделки на золото.—Результаты реформы.
  15. § 4. Ликвидация бумажно-денежного обращения имеет целью устранение ряда тяжелых хозяйственных фактов.
  16. § 4. Бумажно-металлическая система.—Биметаллизм.—Аргументы за и против биметаллизма.—Двойная валюта.—Параллельная валюта.—Хромающая валюта.—Смешанная система.
  17. § З.Система параллельной бумажно-денежной валюты. — Недостатки этой системы.
  18. 6.5. Формы и методы стабилизации денежного обращения. Антиинфляционная политика и денежные реформы
  19. 2. Типы денежных систем в эпоху домонополистического капитализма
  20. 3. Денежные системы в эпоху империализма и общего кризиса капитализма
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -