15. Юридическая конструкція государства.

Главнымъ образомъ въ теченіе XIX вѣка пришли къ тому воззрѣнію, что существенная цѣль публичной власти состоитъ въ осуществленіи права, и что люди, обладающіе властью, подчинены праву и связаны имъ.

Государство есть субъектъ права. Юридическими элементами, составляющими эту личность, являются коллективность, территорія, на которой живетъ эта коллективность, и правительство, выражающее волю этой территоріальной коллективности. Является ли само правительство юридическимъ лицомъ, и должно

ли оно разсматриваться, какъ уполномоченный территоріальной коллективности? Или, наоборотъ, существуетъ лишь одно лицо, государство,—лучше сказать, организованная территоріальная коллективность, — а правительство только юридическій органъ государства? Это—вопросъ, который будетъ разсмотрѣнъ позже (см. §§ 49 и бо). Пока онъ не представляетъ интереса. Достаточно сказать,что по современной господствующей теоріи государство разсматривается, какъ юридическое лицо, субъектъ права, и элементами, составляющимиэтуличность,являются коллективность, территорія и правительство.

Какъ объясняется эта юридическая личность? По мнѣнію однихъ, здѣсь имѣется простая фикція, допущенная, чтобы сдѣлать возможной юридическую конструкцію государства и создать субъ екта—нос и - теля публичной власти, понимаемой, какъ субъективное право.

Впрочемъ, всѣ эти различныя умствованія не очень важны, ибо юридическая личность государства теперь почти единогласно признана. Государство, юридическое лицо, есть прежде всего обладатель ■публичной власти, imperium\'a (HerrschafC), въ смыслѣ субъективнаго права, т.-е. права давать приказы и принуждать къ повиновенію имъ путемъ принужденія. Въ терминологіи французскаго публичнаго права, это право обыкновенно называется суверенитетомъ, каковое выраженіе имѣетъ, какъ будетъ видно ниже (§§ 28—32), то неудобство, что даетъ мѣсто смѣшенію понятій.

Государство, понимаемое, какъ юридическое лицо, ость носитель не только права публичной власти, но также и патримоніальныхъ правъ. Объемъ и число этихъ патримоніальныхъ правъ въ современную эпоху увеличиваются съ каждымъ днемъ; это естественно проистекаетъ отъ постояннаго расширенія

V

роли государства во всѣхъ областяхъ человѣческой дѣятельности. Государство, субъектъ патримоніальныхъ правъ, есть, въ силу этого самаго, и субъектъ патримоніальныхъ обязательствъ; совокупность же нравъ и обязательствъ образуетъ имущество, обладателемъ котораго является государство, какъ па- тримоніальноелицо.

*) См. особенно Michoud, Theorie de Ia personncdite morale, 1900.

ною отъ личности государства, какъ субъекта права публичной власти? По этому пункту современная доктрина, повидимому, еще не пришла къ твердому рѣшенію.

Въ теченіе долгаго времени нѣмецкіе юристы почти единогласно учили, что патримоніальная личность государства разнится отъ его личности въ качествѣ публичной власти, и называли государство, какъ патримоніальное лицо, фискомъ. Эта идея, повидимому, въ настоящее время постепенно оставляется въ нѣмецкой юриспруденціи 1), Противъ нея энергично возстаютъ французскіе авторы. Одни, какъ Мишу и Opiy, считаютъ, что государство образуетъ лишь одно и единое юридическое лицо, являясь, однако, въ юридическомъ мірѣ въ двухъ видахъ, какъ публичная власть и какъ носитель имущественныхъ правъ (раігітошаШё),и,смотря по случаю, болѣе иди менѣе доминирующими является характеръ публичной власти или патримоніальный 2).

Другіе авторы считаютъ, что лишь патримоніальное го* сударство есть юридическое лицо, а государство, поскольку оно осуществляетъ публичную власть, имъ не является; они различаютъ государство - власть и государство - лицо. Бер- телемиЗ) въ особенности настаиваетъ на этой идеѣ. Быть- можетъ, онъ скорѣе утверждаетъ это, чѣмъ доказываетъ; изъ всего содержанія его книги, по нашему мнѣнію, вполнѣ вытекаетъ, что нашъ дорогой и ученый коллега смотритъ на публичную власть, какъ на субъективное право; отсюда слѣдуетъ, что для этого субъективнаго права необходимъ субъектъ, а такъ какъ этимъ субъектомъ, по мысли Еертелеми, не могутъ быть индивиды, фактически нйдѣленные властью то имъ можетъ быть лишь государство - лицо.

Мы сами попытались доказать, что слѣдуетъ создать юридическую конструкцію государства, нѳ прибѣгая къ по- [37] [38] [39] нятію личности, что эта личность не отвѣчаетъ реальности вещей и является, слѣдовательно, лишь фикціей.

Теорія ,личности государства или государства - субъекта противополагается теоріи патримоніальнаго государства или государства-оог^т^2)-До французской революціи эта послѣдняя теорія была общей формой всякаго юридическаго пониманія государства. Публичная власть есть субъективное право, строившееся даже французскими юристами по образцу римской собственности. Dominium римскаго прааа служило образцомъ для imperiiim’a французскаго короля. Это право публичной власти, каково бы ни было его происхожденіе (cp, §§ 16 и 11), имѣетъ носителемъ короля или, въ болѣе широкомъ смыслѣ, князя, т.-е, лицо или группу лицъ, фактически пользующихся этою властью, объектомъ же этого права на власть являются индивиды, соединеніе которьіхъ образуетъ общество, въ которомъ господствуетъ князЬ и территорія, на которой живетъ это общество. Одниагъ словомъ, объектомъ этого права власти являются два элемента: насе- [40] [41] [42] [43]

Лѳніе и территорія, на которыя смотрятъ нынѣ, какъ на суще ственные составные элементы государства. Отсюда имя, данное старой теоріи; теорія государства - объекта. Это патримоніальное воззрѣніе на государство свойственно всѣмъ тѣмъ нашимъ стариннымъ авторамъ, которые пытались формулировать юридическую теорію публичной власти. Оно имѣется у Бодена и въ трактатахъ чистыхъ юристовъ, въ родѣ Луазо, Лебре, Домаі),ИзреченіеЛюдовика XIV «государство—этоя>, вѣроятно,нпкогда въ дѣйствительностинебыло произнесено; однако оно естьточноевырашеніегосподсгвовавніаго воззрѣнія на государство.

*

Однако съ того момента, какъ Революція провозгласила и большинство ученыхъ стало утверждать, что суверенитетъ имѣетъ свой источникъ въ самой коллективности, сдѣлалось невозможнымъ поддерживать теорію патримоніальнаго государства; она болѣе не согласуется съ господствующими идеями; и именно поэтому быстро была выработана, подъ вліяніемъ нашихъ революціонныхъ конституцій, нынѣ клас- [44]

сическая теорія государства—юридическаго лица, государства—субъекта права. Слѣдуетъ, однако, отмѣтить, что теорія патримоніальнаго государства не осталась безъ вліянія на новую теорію. Когда члены Національнаго Собранія 1789 г. говорятъ о суверинитетѣ, они понимаютъ это слово въ томъ же смыслѣ, въ какомъ его употребляли наши старинные авторы, говоря о суверенитетѣ короля, о публичной власти, проявляющейся особенно въ законѣ,—этомъ выраженіи суверенной воли. Члены Собранія объявляютъ, что этотъ суверенитетъ принадлежитъ ужѳ не королю, а народу. Находясь подъ властью монархическихъ воззрѣній, они сохраняютъ значительную часть прежней теоріи. Для этого, въ самомъ дѣлѣ, достаточно измѣненія въ словахъ; стоитъ лишь подставить націю на мѣсто короля и говорить о націи тамъ, гдѣ раньше говорили о королѣ. Король естественно являлся лицомъ, носителемъ правъ, носителемъ суверенитета. Нація также дѣлается лицомъ; она становится носителемъ суверенитета Государство было королемъ, отнынѣ оно будетъ олицетворенной націей; государство стало лицомъ.