71 Деклараціи правъ.

Деклараціи правъ 1789, 1793 и IlI гг и особенно служившая имъ образцомъ де кларація 1789 г являются очень опредѣленнымъ и точнымъ выраженіемъ индивидуалистической док трины Являясь въ міръ, человѣкъ приноситъ СЪ CO бою нѣкоторыя прерогативы, вытекающія изъ его при роды, изъ его качества, какъ человѣка, слЬдуя кар тезіанскому воззрйшю, суть человѣка есть мысль, и такимъ образомъ всякій человЬкъ имѣетъ естественное и неприкосновенное право думать и выражать

во внѣ свою мысль, т.-е развивать свою физическую, умственную и моральную дѣятельность.

Въ Деклараціи правъ 1789 г. мы читаемъ: «Лшди рождаются и остаются свободными и равными въ правахъ. Соціальныя различія могутъ основываться лишь на общей пользѣ.—Цѣль всякаго политическаго общества есть охрана естественныхъ и вѣчныхъ правъ человѣка* Этими правами являются свобода, собсівенносчъ, безопасность и сопротивленіе угнетенію.—Овобода состоить въ возможности дѣлать все, что не наноситъ вреда другому: такимъ образомъ, пользованіе естественными правами каждаго человѣка не имѣетъ другихъ границъ, кромѣ тѣхъ, которыя обезпечиваютъ другимъ членамъ общества пользованіе тѣми же самыми правами. Эти границы могутъ быть опредѣлены лишь закономъ» (стт. It 2 и 4). Бъ тит. I конституціи 1791 гм подъ рубрикою основныя положенія, гарантированныя констшпуцгещ вновь перечисляются и точнѣе формулируются индивидуальныя права, принципъ которыхъ былъ высказанъ въ Деклараціи правъ, и въ § 3 говорится: «законодательная власть не можетъ издать ни одного закона, который нанесъ бы ущербъ или поставилъ препяпы теге естественнымъ и граз/еданскимъ правамъ гьврвчиелвчпъі мъ въ навтоящѵмъ титулуъ и гарантированнымъ конституціей/ uo такъ какъ свобода состоитъ лишь во власти дѣлать все, что не вредитъ ни правамъ другого, ни общественной безопасности, законъ можетъ установить наказаніе противъ дѣЙствій,которыя,нарушая общоствештую безопасность или права другого, были бы вредны обществу».

Всѣ наши послѣдующія конституціи, за исключѳ шемъ конституціонныхъ законовъ 1876 г говорили объ индивидуальныхъ и естественныхъ правахъ че ловѣка, которыя были провозглашены въ Декларацш 1789 г

Пъ 184b году одно время быль вопрось о томь, чтобы вотировать новую Декларацію правъ, но отъ этого отказа лись и удовольствовались тѣмъ, что помѣстили во главѣ конституціоннаго актавведеніе,вхкоторомъ напомнитш о великихъ принципахъ 1789 r Въ немь говорилось «Республика признаетъ права и обязанностщпредшествуіощіяивозвышаіо щіяся ітадт. положительными законами Взаимный долгь обязываетъ граждапт. по отношенію къ республикѣ и pec публику по отношенію кь гражданамъ (Сгт IEI и ЛЯ)

Часто утверждалось, что Декларація правъ 1789 г цѣли комъ была извлечена изъ Общественеаю договора Такъ, Бутмц говоритъ что Декларація своимъ источникомъ имѣетъ французскую философію XYIII вѣка [305]J Черновъ вь своей статьѣ о Монтескье и Руссо считаетъ, что самое содержаніе Дектарацш правъ человѣка въ с-воихь философскихъ ча стихъ, взято у Pyoco ^) — Эти положенія отчасти не точны Неоспоримо, конечно, что многія идеи, выраженныя въ Де ктараціи, въ частности идея естественнаго человѣка, имѣю щаго права,предшествующія государству и самому обществу, въ сцлу того, что онъ четовѣкъ, были достояніемъ большин ства умовъ во Франціи ХЛЧІІ вѣка Ho онѣ пришли болѣе издалека Съ другой стороны, вѣрно, что политическіе нрин ципы, вписанные въ Декларацію правь пъ частности прші цинъ нащопальпаго суверенитета и его недѣлимости (ст і), опредѣленіе закона, какъ выраженія общей воли (ст 6), по черпнуты непосредственно изъ Общественнаго договора Ho существенный элементъ Декларацш, — торжественное утверждеше, что существуетъ граница верховной власти государства совершенно чуждь Общественному договору Руссо есть отець сектантскаго и тираническаго якобинства Декларація же правъ вполнѣ проникнута духомъ либерализма и терпимости Полъ Жане напрасно говоритъ *), что мысль Руссо постоянно колеблется между правомъ государства и правомъ индивида, Руссо пе колеблется подчинить право индивида праву государства и признать за послѣднимъ неограниченную власть

Вотъ нѣсколько мѣстъ изъ ОбЩіственнаго договора, которыя не оставляютъ сомнѣній на ѳтотъ счетъ ; «такъ какъ сувереггь образуется изъ частиыхь лицъ, его составляющихъ, то у него нѣтъ и не можетъ быть интереса, противоположнаго ихъ интересу; поэтому подданные не нуждаются въ гарантіяхъ по отношенію къ своей суверенной власти» (кн 1, гл 7) Это чистѣйшій софизмъ, такъ какъ суверенъ въ дѣйствительности образуется большинствомъ, Il формула Руссо сводится кь тому, что большинство имѣетъ право безгранично угнетать меньшинство,—подъ какимъ положеніемъ мы никогда ле сможемъ подписаться Руссо говоритъ также Такъ какъ отчужденіе дѣлается безь оговорокъ, то союзъ настолько совершененъ, насколько онъ можетъ имъ быть, и никто изъ участниковъ не можеть ничего требовать; ибо, i( m оы огтава тсь ш&которыя права у частныхъ шц% то въ силу того что не было бы общаго верховнаго лица для разрѣшенія столкновеній между частными лицами и публикой, каждый, будучп нѣкоторымь образомъ споим ь собственнымъ судьей, скоро сталъ бы претендоваті быть имъ во воемъ; естественное состояніе продоазкалось бы, и ассоціація сдѣлалась бы неизбѣжно тиранической или безполезной (кн I, гл 6) Однако гл 4 кн TI Оишжтвеипаго договора озаглавлена «Границы суверенной власти>, и въ ней мы читаемъ сРазу вѣется, изъ всего, что каждый отчуждаетъ по общественному договору изъ своей власти, изъ своего имущества, изъ своей сЕободы, только часть нужна общинѣ Авторъ какъ бы признаетъ, что естественныя гграпа индивида сохраняются по образованіи потитическаго цѣлаго Ho

Ц Histone de* (locUmes раЫщиел^ 2 изд, IL, стр 68Л

это лишь иллюзія, такъ какъ Руссо торопится прибавить «Но слѣдуетъ признать также, что одинъ суверенъ является судьей того, какая часть нужна общинѣ» Этимъ признается оезграиичная власть государства надъ индивидомъ И непосредственно вслѣдъ за этимъ,слѣдуя обычному ліетоду Pyccoj- софизмъ, чтобы оправдать его утвержденіе, онъ говоритъ\' «Всѣ услуги, которыя гражданинъ можетъ оказать государству, онъ долженъ ихъ государству, какъ только суверень ихъ потребуетъ, HOj съ своей стороны суверенъ не можетъ возложить на подданныхъ никакихъ цѣпей, безполезныхъ для общины; оно даже не мооюетъ поже шть этого, ибо при закотъ разума ничто не дѣ іается безъ причѵмы, точно такъ жву Напо и пріь запоит природы* (кп III, гл 4).

Въ своей брошюрѣ O Дектраціи право Еллинекъ поддерживаетъ ту мысль, что Декларація правъ 1789 г. непосред- стЕ e н н о вдо X н о Еля л а сь Де к шра ц гег ь а мер гь% amrtiou нс з а ви с и - мости 1776 г и деклараціями правъ {B?Us of Rtght&)> помѣщавшимися во главѣ большинства конституцій, которыя вырабатывали для себя англійскія колоніи, сдѣлавшіяся независимыми государствами Дѣйствительно, Декларація американской независимости 1776 г , редактированная Джефферсономъ, начинается слѣдующими словами «Мы считаемь за истины, очевидныя сами по себѣ, что всѣ люди созданы рав ными н надѣлены Творцомъ нѣкоторыми неотчуждаемыми правами, среди которыхъ находятся жизнь, свобода и стремленіе къ счастью Правительства установлены между людьми, чтобы обезпечигь эти права, и они владѣютъ своей справедливою властью въ силу согласія управляемыхъ» [306] [307]) Деклараціи въ томъ же духѣ находятся во главѣ большинства конституцій, которыми надѣлили себя колонш послѣ объявленія независимости. 12 іюня 1776 г* Виргинскій конвентъ принялъ декларацію, которая должна была послужить образцомъ для другихъ колоній, сдѣлавшихся независимыми государствами. Въ ст, I говорится: «Веѣ люди по природѣ одинаково свободны и независимы и имѣютъ нѣкоторыя врожденвыя права, которыхъ, когда между ними существуетъ общественное состояніе, они не могутъ никакимъ договоромъ лишить своего потомства, именно: пользованіе жизиыо и свободою cTi властью пріобрѣтать и владѣть собственностью и стремиться и достигать счастья и безопасности>.

Неоспоримо, что эти идеи тожеетвеины съ тѣми, которыя были формулированы въ Деклараціи правъ 1789 г.

Если мысль составить Декларацію правъ была вдохновлена примѣромъ Америки, то откуда произошли сами идеи? Очевидно, онѣ не родились въ Америкѣ; онѣ были привезены въ Америку изъ Европы; и авторы французской Деклараціи черпали изъ тѣхъ же источниковъ, что и американскіе законодатели-учредители.

Этимя источниками не являются, какъ это иногда говорятъ, разные акты англійскаго публичнаго права, въ родѣ Великой хартіи, Петиціи правъ 1627 ?., Habeas corpiis 1679 г.. Билля о правахъ 1689 г. Эти знаменитые акты, разумѣется, не остались неизвѣстными ни для американскихъ учредителей, ни для членовъ Національнаго Собранія, Ho, какъ вполнѣ правильно говоритъ Еллинекъ, «цѣлая пропасть

i [308]

отдѣляеть американскія деклараціи (онъ могь бы добавитт. и французскую декларацію) отъ цитированныхъ выше англійскихъ законовъ» J)* Послѣдніе нисколько не вдохновлены вѣрою вь существованіе естественныхъ и вѣчныхъ нравъ человѣка, ограничивающихъ власть государства, какъ таковую. Они имѣютъ единственной цѣлью ограничить власть короля, охранить индивида отъ королевскаго произвола и признаютъ всемогущество парламента. Американскія же и французскія деклараціи имѣютъ цѣлью ограничить юридически власть государства, какъ законодателя; англійскія деклараціи «не имѣютъ ни возможности, ни намѣренія огра- гшчить законодательные факторы и установить принципы для будущаго законодательства», а только ограничиваютъ власть короля и его агентовъ, оставивши парламентъ всемогущимъ 2)

Американскіе учредители и авторы Деклараціи 1789 г.

Точнѣе всего, какъ намъ кажется, доктрина, выраженная въ Деклараціи 1789 г.? формулирована была Локкомь. Онъ допускаетъ существованіе естественнаго состоянія, въ кото ромъ жили люди, и заявляетъ, что если люди покинули [309] естественное состояніе и образовати общества, то они сдѣ дали это для взаимнаю сохраненія ихь жизни, свободы и ішущества, всего, что я называю общимъ именемъ собствен- носмеи [310]) Въ этомъ организованномъ обществѣ высшая власть есть власть законодательная }) Ho хотя законодательная власть есть верховная власть государства она, по мнѣнію Локка, не можетъ осуществляться произвольно падъ жизнью и имуществомъ народа, такъ какъ власть есть не что иное какъ власть каждаго чтена общества, переданная лицу или собранію, являющемуся законодателемъ, то она не можетъ быть болѣе той, которую всѣ эти различныя типа имѣли при естественномъ состояніи, ибо никто не можетъ передать другому болѣе правъ, чѣмъ опь имѣетъ самъ Такъ какъ въ естественномъ состояніи человѣкъ не имѣлъ произвольной власти надъ жизныо, свободою и собственностью друюго, a власть его простиралась лишь до той степени, въ какой допускалъ это законъ природы для сохраненія его личности и для сохраненія остального человѣческаго рода, то это естьвсе,чточедовѣкъдаетъ,ичто оньможетъ дать обществу и, слѣдовательно закоііодате тыюй в іастй °j Такимъ образомъ, говоритъ Локкъ, законодательная власть верховная сила не имѣетъ права завладѣть никакой частью всегопринадлежащаго частному лицу,безь его согласія, несомнѣнно,налогигтеобхо- димы, но они моіутъ быть взимаемы лишь съ согласія наи большаго числа членовъ общества или тѣхъ, кто предега- вляетъ этихъ послѣднихъ, или кто былъ выбранъ ими Кромѣ того, законодательная власть можетъ создаватьлншьзаконы, равные для всѣхъ одни и тѣ же правила будутъ для бога таго и бѣднаго, для фаворита и куртиздпм для провин щала и земледѣльца А)

Подъ словомъ собственности, Іоккь, какъ мы видѣли, разумѣеть жизнь свободу и имущество индивидовъ слѣдовательно, вся его доктрина резюмируется такимъ образомъ законодательная власть не можетъ создавать ни одного закона, который наноситъ ущербь жизни свободѣ или иму- ществу индивидовъ Гарантія этой обязанности заключается въ хорошей организаціи публичныхъ властей Ho это не достаточно, и если законодатель нарушаетъ свои обязанности, Локкъ не колеблется признать рѳвотюшю законной «Когда законодательная ьласгь посягаетъ на линъ и на собственпости, народъ освобождается отъ всякаго по отношенію къ ней повнновенія; онъ имѣетъ право снова получить свою первоначальную свободу и учрежденіемъ новой законодательной власти, какой ему будетъ угодно, позаботиться о своемь сохраненіи и о своей собственной безопасности» *).

Однако Пдлинекъ считаетъ, что «хотя Локкъ и утверждаетъ, что собственность (обнимающая также свободу и жизнь) есть право, предшествующее обществу . онъ не приписываетъ людямъ, живущимъ въ обществѣ, основныхъ правъ строго ограниченныхъ, и устанавливаетъ для законодательной власти скорѣе моральныя границы, вытекающія изъ самой цѣли государства > Едлинекъ считаетъ, что только Блэкстонъ сумѣлъ создать теорію абсолютнаго права лицъ по отношенію къ государству, какъ законодателю [311] [312]). Идеи, выраженныя въ анонимномь сочиненіи Блэкстона, были развиты въ Америкѣ Джемсомъ Отисомъ въ его книгѣ Les droiL des colomes anglaises (1764), который, по словамъ Еллинека, «утвердилъ трансформацію объективнаго права въ право субъективное^ 3)t Мы полагаемъ, что замѣчанія Еллинека по этому пункту не вполнѣ точны. Намъ кажется, что Локкъ имѣлъ очень отчетливое понятіе о субъективныхъ правахъ? принадлежащихъ индивиду до образованія общества, и сохраняющихся и посл£ этого образованія и ограничивающихъ, какъ таковыя, власть государства. Только Локкъ не былъ юристомъ и не сдѣлалъ конструкціи по правиламъ искусства; это было задачею юриста, въ родѣ Блэкстона,

который лишь построилъ пдеи Локка по юридической техникѣ {\\