<<
>>

4.1. „ПАНАЦЕЯ" БРЕТТОН-ВУДСА (ИЛИ СКАЗ О „БОЛЕЕ РАВНОМ, ЧЕМ ДРУГИЕ")

В 30-е годы не было известно, что произойдет с золотом в 70-е годы. Но все указывало на то, что его промышленное потребление будет возрастать, а монетарные функции — убывать. Надвигалась новая эра — тревожная своей неизведанностью.
К началу второй мировой войны среди теоретиков, специалистов и государственных деятелей ведущих капиталистических стран распространилось мнение, что в условиях отсутствия классических форм золотомонетного стандарта путь к пре-дупреждению валютного хаоса лежит только через образование международной системы. Так, Джон Парк Янг (Госдепартамент США) в 1944 г. отмечал: „Один из наиболее ярких уроков (межвоенного периода.— Авт.) заключается в необходимости совместных действий в валютной области. Валюты мира, особенно главные валютные системы, настолько взаимосвязаны и взаимозависимы, что без координации или хотя бы межгосударственного сотрудничества весьма вероятны возрастающие экономические трудности"1. Эймос Тэйлор (Министерство торговли США) также считал, что „курсовую стабильность можно поддерживать только при помощи действенного механизма международных расчетов" .

Проблемы устройства международной валютной системы являлись объектом изучения и разработки, проводимых правительствами западных стран задолго до окончания войны. Уже в 1943 г. был подготовлен английский план создания международного клирингового союза — так называемый „план Кейнса". Кроме того, были также выработаны французский и канадский планы по вопросу международных валютных отношений. Позднее появился американский „план Уайта", который и был положен в основу создания в Бреттон-Вудсе в 1944 г. Международного валютного фонда.

99

4*

Оценивая исторические условия, в которых возникли упомянутые планы, необходимо исходить из реальной международной обстановки того времени. В 1943 г. в результате побед советского народа на фронтах Великой Отечественной войны

исход второй мировой войны был предрешен.

Для капиталистического мира эти события означали попутное укрепление позиций США, Великобритании и других наших союзников. В этих условиях лишь английский „план Кейнса" был удостоен внимания, но только до появления американского „плана Уайта", после чего „план Кейнса" был отвергнут фактически без обсуждения.

Английский план исходил из того, что эпоха господства английского капитала заканчивалась и дальнейшая защита английских интересов могла осуществляться лишь при координации действий с США. Кейнс рассчитывал, что Великобри- тания совместно с США захватит контроль над международной валютной сферой. Но США настаивали на введении долларового стандарта, который находился бы полностью под контролем США. „Ни один план, — отмечал американский экономист Р. Триффин по этому поводу, — не имел какого- либо шанса на успех без американского согласия, а американского согласия не могло быть без полной поддержки казначейства США и самого Хенри Уайта"3.

К этому времени США уже имели опыт международного „сотрудничества", в частности, в рамках Организации американских государств (ОАГ), под вывеской которой США „подмяли" под свой контроль производство и сбыт во всех Америках — Северной, Центральной и Южной. Говоря об ОАГ, США изобрели весьма красноречивое определение своего места в этой организации как „более равного партнера, чем другие". Принцип „более равного" партнера был заложен и в основу послевоенной валютной системы во главе с МВФ, при помощи которого юридически оформлялся примат США над соперниками в валютной сфере. Так, в международный оборот был внедрен экономический гангстеризм, взращенный на культе поклонения доллару, вскормленный нравами ,дикого Запада", не отягощенными принципами международной морали и национальной независимости других стран.

Вполне понятно, что Советский Союз не мог согласиться с подобным неравноправием, заложенным в базис МВФ, в связи с чем он отказался от участия в данной организации.

В этой новой возникшей после второй мировой войны капиталистической международной валютной системе вопросы регулирования валютных курсов занимали центральное положение.

С учетом предвоенной анархии и с гибкими, и с некоор- динированно фиксированными курсами в качестве принципа было принято официальное договорное фиксирование курсов валют странами — членами Фонда путем их регистрации в МВФ. Договорно фиксированные курсы в послевоенный период были особенно необходимы Соединенным Штатам Америки в связи с их возросшей ролью страны-кредитора: данные взаймы деньги не должны были обесцениться ко времени их возврата (в 1940—1949 гг. американские государственные займы, военная „помощь" и другие расходы достигли 72,2 млрд. долл.,

в последующем десятилетии — 1950—1959 гг. — они составили почти такую же сумму — 72,8 млрд.) 4.

Принцип договорно фиксированных курсов должен был поддерживаться странами по двум направлениям. Во-первых, ограничивались возможности произвольного одностороннего изменения зарегистрированных паритетов, а во-вторых, ограничивались допустимые пределы отклонений рыночных котировок этих валют (рыночных курсов) от паритетов.

Паритеты, в отличие от рыночных курсов, сохранялись неизменными относительно длительные периоды (обычно многие годы) после согласования их уровней с заинтересованными странами и Фондом. В случае изменения страной паритета своей валюты наперекор МВФ она могла быть лишена возможности получения кредитов Фонда. Паритеты (формально) базировались на фиксированном золотом содержании валюты, но при регистрации их в Фонде страна-член сначала подыскивала подходящий паритет к доллару США, а через зафиксированное золотое содержание доллара вычисляла золотой паритет своей валюты. Соглашаясь с этим принципом договорно фиксированных курсов, страны — члены МВФ как бы акцептовали американское утверждение о равноценности доллара золоту. Тем самым они признавали зафиксированный золотой паритет доллара и официальную цену золота в долларах: 1 тройская унция золота стоит 35 долл. США, т. е. золотое содержание 1 доллара составляет около 0,888 г чистого золота.

Стране — члену МВФ при регистрации паритета своей валюты в Фонде достаточно было заявить паритет либо в золоте (золотое содержание валюты), либо к доллару США, после чего путем сопоставления золотых или валютных паритетов к доллару исчислялись паритеты по отношению к другим валютам.

Вопрос изменения паритетов являлся фундаментальным по своему значению, поскольку эти изменения находили свое выражение в таких серьезных актах, как девальвации и ревальвации валют.

Как уже было сказано, вторым фактором, обеспечивающим поддержание принципа фиксированности курсов, являлось ограничение отклонений рыночных курсов валют от их заре-гистрированных паритетов.

Рыночные оценки курсов валют — так называемые котировки* — базировались на паритетах, но имели определенную свободу отклонений от последних. Если под паритетными курсами валют понимаются официальные курсы, не подверженные повседневным изменениям на валютных рынках, то на рыночных курсах отражается вся стихия капиталистического рынка в соответствии с действием закона спроса и предложения, хотя и с некоторыми ограни-чениями. Центральным банкам стран — членов Фонда вменялось в обязанность удерживать отклонения рыночных курсов своих валют на своих национальных рынках в определенных

* В дальнейшем именуются „рыночные курсы".

узких пределах. Размер допустимых отклонений рыночных курсов до декабря 1971 г. ограничивался рамками ±1% от паритета. Это означало, что центральные банки должны были предпринимать определенные акции на валютном рынке, если курс национальных валют приближался к отметке +1% или —1% от паритета по доллару. Обратите внимание: банковская система США могла оставаться в полном бездействии в деле урегулирования курса доллара, а все другие центральные банки были обязаны „вмешиваться", или, как иногда говорят, ин- тервенировать на рынке с целью искусственного понижения курса валюты своей страны, если он повысился до верхнего предела, или его повышения, если он упал примерно до — 1%.

Валютные интервенции центрального банка можно довольно просто обрисовать бытовым примером. Допустим, что на городском рынке лишь несколько продавцов торгуют морковью. Очередь к ним большая, что указывает на активный спрос, и цена, естественно, повышается. Допустим, что у директора рынка есть инструкция стремиться поддерживать цену моркови в разумных пределах, а на складе рынка есть определенный резерв. Что делает директор? — он распоряжается срочно открыть морковный прилавок. В результате очередь рассасывается, т. е. спрос спадает и цена на морковь у других продавцов опускается до нормального уровня. Такова суть „морковной" интервенции при повышении „курса" этого продукта.

А если бы был избыток продавцов моркови на рынке, интервенция со стороны дирекции рынка могла бы оказаться обратной: директор мог дать указание скупить часть моркови у продавцов по понизившейся цене (и сохранить ее на складе до повы-шения цены), тем самым подняв среднюю цену на рынке, чем пресек бы нездоровый ажиотаж вокруг подешевевшего продукта, тем самым предотвращая закупки спекулянтов.

В валютных интервенциях действует тот же механизм: когда иностранной валюты мало на данном валютном рынке, за нее приходится платить больше национальной валюты. Это означает, что курс национальной валюты падает и для ее поддержки центральный банк „выбрасывает", т. е. предлагает из своих резервов, иностранную валюту, чем постепенно снижает ее цену (курс) в национальной валюте, поднимая цену (курс) последней. И наоборот: когда курс национальной валюты слишком высок, центральный банк скупает в свои резервы „излишнюю" иностранную валюту, искусственно создавая на нее дефицит, что как бы поднимает инвалютную сторону коромысла, опуская плечо (т. е. понижая курс) национальной валюты.

Приведенные примеры валютных интервенций действуют столь просто только тогда, когда подобные колебания курса отражают недолговременные, конъюнктурные изменения спроса и предложения на рынке. Когда же товары страны из-за плохого качества, низкой производительности труда или взвинченных внутренней инфляцией цен оказываются неконкурентоспо- собными на мировых рынках и их никто не хочет покупать, то возникает естественный и весьма стабильный повышенный спрос на иностранную валюту для оплаты импорта. Дисбаланс в международных платежах в результате усиленного импорта в страну и сократившегося экспорта в другие страны вызывает падение курса национальной валюты, который зачастую бывает невозможно поддержать валютной интервенцией: „подкармливая" рынок иностранной валютой из государственных резервов, центральный банк быстро, а главное бесполезно, лишился бы своих валютных накоплений.

Для центрального банка опасно оказаться без валютного резерва, но нежелателен и чрезмерный запас иностранной валюты, поскольку в обмен на нее на рынок поступает национальная валюта, эмитированная не в соответствии с законами денежного обращения данной страны для обеспечения нормального товарообмена, а сверх нужных для национальной экономики размеров, что стимулирует инфляцию.

В системе МВФ пределы ± 1% действовали только для курсов валют к доллару США, а между всеми прочими валютами курсы могли взаимно отклоняться на ±2%.

Такое неравноправие имело существенное экономическое значение: если вы торгуете с Соединенными Штатами Америки, то ваш риск валютных изменений не может превысить 2%; если торговля ведется, например, между англичанами и французами, то валютный риск возрастает до 4%. Поэтому либо торгуйте с США, либо между собой, но стремитесь расплачиваться долларами США. Это, естественно, повышало спрос на доллары, а следовательно, его курс. Подобная дискриминация содействовала утверждению доллара в качестве наиболее стабильной, а посему — универсально приемлемой валюты.

Рассмотрим, как подобное валютное неравноправие проявлялось в жизни, взяв для этих целей условный пример с тремя валютами: далларом США, австрийским шиллингом и бельгийским франком. Допустим, что 1.5.196 —г. курсы и шиллинга, и франка совпадали с паритетом к доллару: 1 долл. = 25 шилл.= = 50 фр. Следовательно, их паритетные курсы друг к другу составляли: 1 шилл. = 2 фр., или 1 фр. = 0,5 шил л.

(49,5 фр.)

+1%

0

-1%

(24,75 шилл.)

(50,5 фр.) (25,25 шилл.)

1.7.196 г.

1.5.196 г.

1.6.196 г.

К 1.6.196 г. шиллинг окреп, его курс повысился до верхней интервенционной точки (+1%)— до 24,75 шилл. за 1 долл., а курс франка понизился до нижней интервенционной точки (—1%) —до 50,50 фр. за 1 долл. Таким образом, на эту дату 1 долл. = 24,75 шилл. =50,50 фр. Из этого следует, что 1 шилл. = = 2,04 фр., или 1 фр. = 0,49 шилл. Если бы курс только одной валюты — будь то шиллинг или франк, изменился на 1 %, а курс другой остался бы равным паритету, изменение их взаимных курсов ограничивалось бы тем же размером, что и курса этой валюты к доллару, т. е. 1%. В нашем примере разница составила 2%. В этот день центральный банк Австрии был обязан скупать на рынке доллары за шиллинги, а центральный банк Бельгии — продавать доллары из своих резервов, чтобы поднять курс франка.

К 1.7.196 г. положение резко изменилось: курс шиллинга

упал с верхней интервенционной точки до нижней, а курс франка, наоборот, подскочил. При этом каждый курс изменился к доллару на 2%, но изменение их курсов друг к другу соста-вило уже 4%! Опять банки осуществляли интервенции, но теперь в Австрии продавали доллары, а в Бельгии — скупали.

А если допустить, что курсы и шиллинга, и франка оказались, скажем, на отметке +1%, разве это не означает, что указанные валюты сильны, а доллар слаб? Означает, но проводить интервенции должны Австрия и Бельгия, скупая дешевый доллар в свои резервы. А если им больше не нужны доллары? Правила МВФ все равно требовали: продолжайте скупать. Однако в 40-е и 50-е годы не было валюты сильнее доллара, поэтому несправедливость подобных требований никого не тревожила.

Такая система заведомо нарушала принцип взаимности, без которой не могло быть равноправной и стабильной обратимости валют, ее существование обеспечивалось только при сохранении гегемонии США в капиталистическом мире. Ослабление этой гегемонии предвещало кризис доллара, а с ним и валютной системы МВФ.

Широкие рамки допустимых взаимных колебаний валютных курсов могли игнорироваться капиталистическими странами лишь в первые десять—двенадцать послевоенных лет, пока основным внешнеторговым партнером в мире являлись США и эти страны стремились ю поддержанию прежде всего курса их национальных валют к доллару. С завершением периода послевоенного восстановления страны, чьи экономики были относительно тесно взаимозависимы, оказались вынужденными внести на практике поправки в положения Бреттон- вудского соглашения, поскольку широкий диапазон курсовых колебаний не обеспечивал стабильности валютных опера-ций. Так, страны ЕЭС стали использовать более узкие пределы отклонений курсов от паритетов, равные ±0,75%, учрежденные еще в 1958 г. в рамках Европейского платежного союза. Это сокращало пределы возможных взаимных отклонений курсов с 4%, установленных для всех стран МВФ, до 3%.

Помимо указанных принципов изменения паритетов и курсов отдельных валют, Бреттон-вудским соглашением предусматривалась чрезвычайно интересно сформулированная возможность изменения долларовой цены золота путем „всеобщего одновременного и единообразного изменения паритетов всех валют". Поскольку официальная цена золота за десятки лет своего неизменного состояния оказалась к концу 60-х годов многократно заниженной, речь могла идти только о совместной девальвации валют стран — членов МВФ. Одновременная девальвация в одних и тех же размерах понизила бы золотые паритеты валют, оставляя неизменными их курсы по отношению друг к другу.

Изложенные принципы функционирования фиксированных валютных курсов в рамках МВФ имели существенные недостатки. Подчиненный диктату одной страны — США — Международный валютный фонд содержал в своей структуре и принципах деятельности ряд противоречий, главными из которых в области регулирования валютных курсов являлись следующие:

единство доллара и золота, провозглашенное в уставных статьях Фонда, было лишь договорным, декларативным, но не объективным, так как базировалось на одностороннем обязательстве США конвертировать доллары в золото. Последующие девальвации доллара в 1972 и 1973 гг. полностью подтвердили, что доллар США не являлся по своему содержанию золо- тостандартной валютой с присущей ей внутренней стоимостью;

золотые паритеты прочих валют были еще более декларативными и выполняли лишь вспомогательную функцию, поскольку сами валюты имели не прямую связь с золотом, а лишь через доллар США. Как только 16 августа 1971 г. прекратилась обратимость доллара в золото, все эти валюты в тот же миг остались без какой бы то ни было юридической и фактической связи с золотом.

Какая же взаимосвязь существовала между долларом США и золотом? Доллару в системе МВФ отводилась роль валюты, функционировавшей на принципах дополнительно урезанной формы золотого стандарта. По сравнению с „классическим" золотомонетным стандартом, действовавшим в конце XIX - начале XX в., к доллару применялись условия межгосудар-ственного золотослиткового стандарта, в то время как ко всем прочим валютам — условия еще более урезанной формы - межгосударственного золото-валютного стандарта. Оба указанных стандарта могли бы быть объединены для удобства, но лишь условно, под названием „межгосударственный золото-долларовый стандарт".

Образование бреттон-вудской валютной системы после второй мировой войны отражало стремление капиталистических стран укрепить международный валютный механизм путем усиления государственно-монополистического вмешательства в валютную систему. „Суть империалистической стратегии

в валютной сфере составляют попытки обеспечить с помощью государственно-монополистических мер координацию ... ва- лютно-финансовой политики капиталистических государств ... во имя реализации глобальных классовых интересов между-народного капитала"5.

Система МВФ, поставленная в полную зависимость от воли США поддерживать гарантированную только ими золото-дол- ларовую связь, отражала дальнейшее усиление подчинения других стран Соединенным Штатам Америки. В отличие от предвоенной международной валютной практики 30-х годов, когда валютная сфера делилась в примерно равном противоборстве капиталистических стран на зону доллара, стерлинговую зону и зону французского франка, а подчиненные валюты входивших в них стран находились в зависимости от состояния „головных" валют указанных зон, в системе МВФ валюты более 125 капиталистических и развивающихся стран оказались в зависимости от одной валюты - доллара США. Поэтому, если кризис одной из трех довоенных ключевых валют непосредственно сказывался только на интересах стран данной валютной зоны, т. е. был относительно региональным, то в послевоенной системе МВФ кризис доллара затрагивал интересы всех стран - членов Фонда.

Выявление и систематизация изложенных выше основных противоречий, содержавшихся в уставных положениях МВФ по вопросам регулирования валютных курсов стран - членов Фонда, позволяют проанализировать процессы трансформации и усиления межимпериалистических противоречий в 50—60-е годы, приведшие к дальнейшему ослаблению, а затем и к краху в 70-е годы системы так называемых фиксированных валютных курсов в рамках МВФ.

<< | >>
Источник: 0. И. Алмазова, Л.А.Дубоносов. ЗОЛОТО И валюта: ПРОШЛОЕ И НАСТОЯЩЕЕ. 1988

Еще по теме 4.1. „ПАНАЦЕЯ" БРЕТТОН-ВУДСА (ИЛИ СКАЗ О „БОЛЕЕ РАВНОМ, ЧЕМ ДРУГИЕ"):

  1. Вступительная статья
  2. Задача стратегии
  3. 2.1. Эффективность управления ссудными операциями
  4. 4.1. „ПАНАЦЕЯ" БРЕТТОН-ВУДСА (ИЛИ СКАЗ О „БОЛЕЕ РАВНОМ, ЧЕМ ДРУГИЕ")
  5. Глава 4ИСТОКИПРОМЫШЛЕННОСТИ
  6. форма денег
  7. Рынок межбанковских кредитов
  8. Кейс 37 УКРЕПЛЯТЬ ИЛИ НЕ УКРЕПЛЯТЬ - ВОТ В ЧЕМ ВОПРОС!
  9. § 4. Квалитативная и квантитативная проблема денег.—Основные направления в вопросе о сущности денег,—Абстрактно-номиналистическая теория.— Государственно-номиналистическая теория.—Теория доверия.—Товзрно-металлисти- ческая теория.—Функциональная теория,—
  10. 2. ОПИСАНИЕ КОМПАНИИ И ЕЕ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
  11. Французская модель - открытое правительство
  12. § 3. Оценка эффективности инвестиционного проекта
  13. ЗАКЛЮЧЕНИЕ. РОССИЙСКАЯ ПРАВОВАЯ КУЛЬТУРА
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -