<<
>>

3.2. РЫНОК ЗОЛОТА: ЧТО ЭТО ТАКОЕ?

Современный потребитель золота — будь то государственный центральный банк страны, промышленник или частное лицо — не вступает в прямые отношения с производителем. Он приобретает драгоценный металл на специальных рынках — жестко монополизированных, с обширными контактами, с репутацией.
Рынок золота является местом, связывающим производителей „нового", недавно добытого золота, с его будущими потребителями. Здесь же встречаются спрос и предложение старого" золота, находившегося прежде в частном или государственном владении. Золото поступает на рынок в основном в виде слитков, реже — в форме монет, медалей и медальонов высокой пробы, почти никогда — в изделиях, в которых работа ювелира может цениться дороже, чем сам металл.

Рынок золота — это не магазины, торгующие золотыми изделиями, а отдельные банки или их объединения. Некоторым из них отведена роль верховных жрецов: они решают, сколько золота допустить на рынок и по какой цене. Эти банки,

как правило, не покупают сами золото у производителей металла, а являются как бы их оптовыми сбытовыми органами.

В этом судьба золота отнюдь не уникальна: любой товар, чтобы попасть от производителя к потребителю, должен пройти через рыночную стадию купли-продажи. Уже давно канули в Лету времена примитивного прямого товарообмена. Сейчас между производителем и потребителем расположена сеть опто-вой и розничной торговли, в которую входят рынки, магазины, биржи, аукционы, выставки-продажи, где заключаются разнообразные сделки, договоры, контракты и пр. Одна из основных задач торговли — показать преимущества товаров, заинтересовать покупателя новыми образцами, различными усовершенствованиями. Золото в данном случае обладает определенными отличиями от других товаров. Оно практически не нуждается в рекламе, а демонстрация новых товаров не производится, так как золото традиционно поступает на рынок в одних и тех же стандартных формах.

Доставка золота на основные мировые рынки обычно связана с немалыми сложностями, а нередко и с опасностями.

...В апреле 1942 г.

смешанный советско-английский караван судов шел из Мурманска в Великобританию. Среди эскортировавших его кораблей был английский крейсер „Ливерпуль", державшийся, как ни странно, в некотором отдалении и от каравана, и от прочих судов боевого охранения. Поговаривали, что он везет нечто столь ценное, что превышало стоимость грузов всех остальных судов. Поэтому якобы „Ливерпулю" было предписано использовать свои скоростные, гидроакустические и огневые характеристики для обеспечения прежде всего собственной сохранности, не связывая себя прочими заботами: для этого в эскорте шел другой крейсер — ,Дропшир" с приданными ему эсминцами.

На третий день пути — 13 апреля — теплоход „Киев", на котором мы находились в то время, был торпедирован и за четыре минуты погрузился в холодные арктические воды к югу от Медвежьих островов. Спасшихся подобрало вспомогательное судно эскорта „Блэкфлай", которое спустя неделю в одиночестве вошло в сказочный Сэйдис-фиорд на северо-востоке Исландии. И там нам было суждено вновь встретиться с „Ливерпулем" и даже продолжить на нем наш путь до известной военно- морской базы Скапа-Флоу на пути в Великобританию. Но прежде чем принять нас на борт, „Ливерпуль" должен был освободиться от некоего груза, который, упакованный в добротные деревянные ящички, военные моряки по двое переносили с крейсера на другое судно. Это было золото. Сколько его было — нам неведомо, куда и как оно попало дальше — тоже ...

Конечно, неординарность событий тех дней оставила глубокий след в памяти, но присутствие в них золота неожиданно придало им дополнительную окраску, причем не тогда, а те- перь, уже в восьмидесятые годы, когда мы вдруг услышали продолжение истории о „золотых конвоях".

С той поры прошло сорок пять лет, когда корреспондент „Правды" В. Меркулов поведал миру о судьбе другой партии золота, отправленного в опасный путь двумя неделями позже „Ливерпуля". Английский крейсер „Эдинбург" — судно того же класса — в конце апреля 1942 г. вышел из Мурманска во главе боевого охранения следующего каравана и в походе применил ту же тактику периодического удаления от других кораблей, но его судьба оказалась трагичной.

Оторвавшись от кораблей противолодочной обороны, „Эдинбург" был торпедирован 30 апреля фашистской подводной лодкой и потерял ход. В его пороховых погребах, куда для большей безопасности поместили драгоценный груз, находилось около 5,5 т золота в слитках, предназначенного для оплаты союзникам военных поставок нашей стране. Из охраны каравана в район нахождения подбитого крейсера пришли два английских и два советских эсминца, чтобы отбуксировать судно в Кольский залив. Однако 2 мая возле неуправляемого крейсера появились эсминцы, самолеты-торпедоносцы и подводные лодки противника, которые сумели послать еще три торпеды в корму „Эдинбурга". Когда фашисты, потеряв один эсминец и получив сильные повреждения второго, вышли из боя, оставшиеся в живых из команды „Эдинбурга" были сняты с крейсера, а само судно по приказу контр-адмирала Бонэма-Картера было затоплено, чтобы золотой груз не достался врагу.

Около сорока лет пролежал крейсер на дне Баренцева моря, пока не появилась глубоководная техника, с помощью которой стало возможным приступить/ к поиску и спасению груза. Такие сложные глубоководные работы выполнялись свободно плавающими водолазами впервые. Они проводились по контракту, заключенному между страховым акционерным обществом СССР — „Ингосстрах" и Министерством транспорта Великобритании с участием английской фирмы „Вартоз Уильямз". Выбор партнера для выполнения этой операции был обусловлен прежде всего тем, что „Эдинбург", затонувший вместе с погибшей частью экипажа, считается английским военным захоронением и наша страна полностью признает этот статус и вытекающие из него права Великобритании. По условиям контракта спасенный в сентябре 1986 г. золотой груз был поделен между Советским Союзом и Великобританией в пропорции 2:1, после чего обе стороны отчислили по 45% своих долей в пользу „Вартоз Уильямз". Если, как считают, было поднято около 5,5 т золота, то доля Советского Союза составила 3,7 т, англичан — 1,8 т, а после оплаты спасательных работ — соответственно примерно 2 и 1 т золота, которое оказалось высшей пробы — „четыре девятки", т.

е. 999,9.

Таким образом, Советский Союз получил золота примерно на 29 млн. долл. США, а Великобритания - на 14,5 млн., если оценивать его по сегодняшней мировой цене порядка 450 долл. США за тройскую унцию. А ведь в 1942 г. вся партия в 5,5 т оценивалась по цене того времени лишь в 6,2 млн. долл.

Искатели сокровищ, покоящихся на затопленных кораблях, постоянно ведут поиск, лелея, несмотря на опасности, надежды на быстрое обогащение. Однако смельчакам-одиноч- кам трудно конкурировать с хорошо технически оснащенными поисковыми компаниями, которые, например, в 1930 г. подняли с затонувшего парохода „Египет" 5 т золота и 10 т серебра, в 1973 г. — более 1 т золота с грузового судна „Эмпайр мэнор", погибшего у берегов Ньюфаундленда во время второй мировой войны. А почти одновременно с извлечением золота из трюмов „Эдинбурга" недалеко от Александрии начались операции по поднятию с песчаного дна залива флагмана французского флота эскадры Наполеона, затопленного адмиралом Нельсоном в сра-жении при Абукире.

Во время транспортировки золота, несмотря на все возможные перипетии, не прекращаются операции с ним. Золото может находиться в пути, а „под него" уже заключаются сделки. Но только тогда, когда на рынке вам доверяют. Без доверия к >к вашему слову — именно слову, или, как говорят в лондонском Сити, без „кредита", в сфере бизнеса делать нечего.

Работая над этой главой, мы просматривали очень достоверную по колориту и богатую по разнообразию затронутых тем книгу „Британия глазами русского", написанную в 60-е годы журналистом-международником Владимиром Осиповым. Найденные страницы доставили нам двойное удовольствие: с одной стороны, там с большой теплотой упоминается близкий и дорогой нам человек — Дубоносов Андрей Ильич, посвятивший большую часть из пятнадцати лет, проведенных им в Лондоне, работе в Московском народном банке, а с другой — приведен прекрасный пример того, как материализуется „кредит" в деловых отношениях, как работают с золотом в Лондоне.

Взятый нами эпизод застает Осипова на беседе у Дубоносова. Итак, о доверии словами очевидца.

„В Сити Андрей Ильич — фигура заметная и „кредит" у него отличный ... В кабинет вошла секретарь и сказала, что звонит директор дома ,,Моката энд Голдсмид" (одного из двух крупнейших торговцев золотом), спрашивает, чем может быть полезен. ,Да, да, я звонил ему. Соедините меня, пожалуйста ...". Как я догадался из последовавшего затем разговора по теле-фону, дело сводилось к тому, что наш пароход с золотом запоздал в Лондон из-за плохой погоды на Балтике и в Северном море и председатель правления директоров Московского народного банка под свое слово просил ,,Моката энд Голдсмид" одолжить некоторое количество золота на неделю. Согласие было дано тотчас же.

Сколько? — полюбопытствовал я.

Порядочно, -^улыбнулся Андрей Ильич.

И ни бумаг, ни гарантийных писем?

Ну что вы, Владимир Дмитриевич ... С бумагами здесь в полмесяца прогоришь ... С этого момента мы можем уже °перировать этим золотом, как хотим"8.

3 Заказ №269 65

По существу, золото оказывается на рынке, еще не доехав до него.

Стандартные слитки, в которых золото поступает на рынок или в хранилища, представляют собой кирпичики среднего размера со слегка скошенными краями. Стандартный слиток весит 12,5 кг, но на рынок поступают и иные расфасовки и формы: слитки весом в 1 кг, а также золотые пластины, монеты, медальоны, золотой лист и даже золотая проволока. В повседневной жизни мы соприкасаемся с такими ювелирными изделиями, изготовленными из золота, как кольца, кулоны, серьги, броши; несколько реже нам встречается музейное, дворцо-вое или культовое золото. Те, кому посчастливилось посетить Алмазный фонд в Московском Кремле, наверное, запомнили увиденные там золотые самородки. Кроме того, городские силуэты высвечиваются на фоне неба золочеными куполами и шпилями соборов, крепостей, церквей, колоколен, театров, дворцов. Однако золото, поступающее на рынок, имеет более высокую пробу, чем почти все, что мы видим или носим.

Откуда же металл попадает на рынок золота, а через него дальше — в промышленность и к частному потребителю?

Рынки золота в деловом понятии — это специализированные центры, где происходит купля-продажа драгоценного ме-талла главным образом для промышленного потребления и для частной тезаврации (накопления), а в некоторых случаях — и для монетарных целей.

Кстати, „монетарное" золото отнюдь не означает золото, используемое для изготовления монет; данное золото идет в государственный резерв для чрезвычайных платежей, когда у страны нет иных источников погашения задолженности, а частично — как гарантийное средство от обесценения, присущего бумажным деньгам.

В связи с потреблением золота в двух сферах — монетарной и товарной, операции с ним полвека — с 20-х по конец 60-х годов — осуществлялись соответственно на рынках двух категорий: на официальном (межгосударственном) и на частном.

На первом совершались межправительственные операции по официальной цене металла. На втором производились операции частными лицами по рыночным ценам. До середины 70-х годов официальная цена устанавливалась законодательным путем и сохранялась неизменной многие годы, а то и де-сятилетия. В отличие от нее цена на частном рынке могла колебаться и часто, и значительно. Именно могла, но почти не колебалась, и в целом до 1968 г. цена золота по частным и государственным операциям оставалась примерно на одном уровне. Этому способствовал не только почти повсеместный запрет на частное владение золотом, но и период бурного послевоенного развития экономики капиталистических стран, нуждавшегося не в золоте, а в валюте, желательно как можно более стабильной. Стремление государств к достижению валютной стабильности ограничивало деятельность спекулянтов благодаря как умеренному спросу на золото, так и стабильности

его цены. В результате спрос и предложение уравновешивались ценой в 35 долл. США за тройскую унцию, а если и случались отклонения, то они не были чрезмерными. —

В соответствии с соглашением 1968 г., принятым центральными банками семи стран (Бельгии, Великобритании, Италии, Нидерландов, США, ФРГ, Швейцарии) была установлена система двух цен на золото (официального и частного рынков) и введен запрет на операции центральных банков на частном рынке*.

В 70-е годы цены на частном рынке золота впервые за сорок^ лет освободились от официальных ограничений и стали склады^ ваться в основном под воздействием спроса и предложения. Теперь уже спекулятивное вмешательство стало существенным фактором, влиявшим на цену. Играя на повышение или понижение цены путем обильных покупок или продаж металла, спекулянты распускали слухи, например, о возможном сокращении или увеличении предложения золота в целях изменения цены в желаемом для них направлении. Однако рынок есть рынок, и спекулянты зачастую сами оказывались жертвами его непредвиденного коварства.

В одном из своих годовых отчетов Банк международных расчетов, находящийся в швейцарском городе Базель, отмечал, что цена на золото является перевернутым отражением доверия к валютам, а повышение его цены свидетельствует об уменьшении доверия к бумажным деньгам. До 1968 г., когда существовал, по существу, единый рынок золота и его цена удерживалась правительственными валютными органами фактически на неизменном уровне путем купли-продажи металла за их счет (т. е. золотой интервенции), индикатором доверия к валютам служила не цена золота, а размер колебаний спроса и предложения на рынке. После отделения в 1968 г. частного рынка от официального цена золота стала играть свою действенную роль, и ее стремительный рост в 70-е годы свидетельствовал о явном кризисе доверия к капиталистическим валютам.

Цена золота зависит от сложного комплекса факторов, включающего состояние спроса и предложения, местоположение рынка, транспортные и страховые расходы, пробу металла, степень вмешательства государственных органов в деятельность рынка, экономическое, валютное и финансовое положение страны, где он находится.

Например, в первые послевоенные годы, когда добыча золота была на низком уровне, так как золотопромышленники большинства золотодобывающих стран обязывались сдавать металл центральным банкам по относительно низкой официальной цене и, следовательно, не были заинтересованы в увеличении его производства, а частный спрос на золото был высок,

67

3*

Введенная таким образом „двухъярусность" рынка золота предполагала наличие двух уровней цен на золото: официального — более низкого „яруса" для межгосударственных обменов, и частного - более высокого „яруса" для частных рынков, где цена устанавливалась на базе спроса и предложения.

рыночная цена металла значительно превышала офивдальную Цену в 35 долл. за тройскую унцию, доходя до 50 долл. в Цю-

рихе, до 70 долл. в Бейруте и т. д. ^

Официальный рынок в период своей деятельности был ограничен как по составу участников, так и по объему обращавшегося на нем золота. В его операциях могли участвовать только государственные органы капиталистических стран и международные валютно-кредитные организации. Все сделки осущест-влялись по официальной цене.

Цели операций с золотом между официальными органами капиталистических стран и международными валютно-кредит- ными организациями различны. Они могли включать в себя полное или частичное погашение золотом отрицательного сальд9 платежных балансов, внешней краткосрочной задолженности, ранее полученных кредитов у МВФ, передачу ему золота в счет увеличения размера квот, операции Фонда со странами-членами по покупке и продаже золота и т. д.

Жизнеспособность официального рынка золота обеспечивалась в первую очередь возможностью конверсии внешних краткосрочных долларовых обязательств США иностранным официальным органам в золото Форт Нокса. Именно эти операции носили более или менее регулярный характер и были довольно значительны по объему. Прекращение Соединенными Штатами Америки в августе 1971 г. обмена долларов на золото при межгосударственных сделках практически остановило операции на официальном рынке, а принятое в ноябре 1973 г. центральными банками семи стран решение о частичной отмене заключенного ими соглашения 1968 г. фактически „заморозило" деятельность этого рынка. Решение 1973 г. позволило центральным банкам выходить на частный рынок по его цене, но только с продажами металла. Однако в условиях дальнейшего повышения цен частного рынка, повторявшихся вспышек валютного кризиса, небывалого роста инфляции и обесценения валют, а также при отсутствии возможности у центральных банков покупать золото на частном рынке (этот пункт оставался в силе до конца 1975 г.) деятельность центральных валютных органов по операциям с золотом практически не оживилась.

В 1975 г., после проведения ряда совещаний в различных рабочих органах МВФ по вопросу о роли золота, были намечены мероприятия по его вытеснению из сферы межгосудар-ственных валютных отношений. Однако и эти мероприятия не способствовали стабилизации положения на рынке золота и не привели к активизации деятельности центральных банков.

Частных рынков различного масштаба и значения довольно много. Их количество приближается к ста, но подавляющее большинство из них носит локальный характер и практически не влияет на мировую торговлю драгоценным металлом.

Основными центрами мировой торговли золотом по праву считаются лондонский и цюрихский рынки. Значительную

роль в последние годы стали играть рынки США, расположенные в Нью-Йорке и Чикаго.

Несмотря на различия в организации рынков, обороте операций, направлении их деятельности и мировом значении, цены в долларах на слитковое золото на всех ведущих капиталистических рынках примерно равны и ненамного отклоняются от цены лондонского рынка, котировки которого являются как бы исходной базой для цен других рынков.

По-иному обстоит дело на периферийных рынках, цены которых обычно выше цен основных международных торговых центров. Это, во-первых, является следствием дополнительных транспортных расходов на перевозку металла из Лондона, куда поступает значительная часть всего южноафриканского золота, и, во-вторых, — результатом высокого спроса на металл, который уравновешивается относительно небольшим предложением при помощи повышенной цены. Но больше всего взвинчивает цену контрабандный ввоз золота, который очень развит на периферийных рынках в силу запретов в ряде стран на ввоз металла в сочетании с высоким спросом. Обычно это происходит в таких странах, как Индия, где традиционно существует высокий спрос на металл, а официального поступления его в страну для частных целей практически нет. Золото, контрабандой переходя из рук в руки, естественно, растет в цене, так как увеличиваются издержки по его доставке, хранению и пр. Поскольку риск велик, а сеть посредников разветвлена, цена, по которой продается золото, достигает высокого уровня: вследствие того, что другого источника поступления золота все равно нет, цена фактически диктуется продавцом. Самая высокая цена складывается на мелких местных рынках, носящих замкнутый характер и являющихся конечными потреби-телями драгоценного металла.

За истекшие примерно 10 лет с тех пор, как официальный рынок золота формально прекратил свою деятельность и сделки официальных учреждений переместились на частный рынок, последний заметно активизировался. Механизм действия основных и некоторых периферийных рынков драгоценного металла интересен и разнообразен.

Лондон выдвинулся на роль круп-

Лондонский рынок нейшего мирового торговца золо- к том задолго до первой мировои

30110 войны. Этому способствовал ряд

предпосылок, среди которых можно выделить следующие. Англия не только первой встала на путь капитализма, но уже в 1612 г. разрешила свободные ввоз и вывоз драгоценного металла, а затем лидировала в установлении золотого стандарта. Главными же причинами превращения Лондона в основной мировой центр торговли золотом явились роль Лондона как крупнейшего международного банкира, транспортного и судовла-дельческого центра и доминирующее положение Британской империи в мировой добыче золота.

Лондонский рынок золота многие годы был сосредоточен в руках пяти крупных компаний, называемых „золотой пятеркой". Представители этих компаний ежедневно участвуют в так называемых фиксингах*, т. е. установлении цены золота, собираясь для этого в 10 ч 30 мин и в 15 ч в служебном помещении банка Н. М. Ротшильда, который является постоянным председателем фиксинга.

До первой мировой войны не было необходимости проводить фиксинги, так как в Великобритании действовал золотой стандарт и Банк Англии был всегда готов купить все предлагаемое золото по фиксированной цене 3 фунта 17 шиллингов и 9 пенсов за тройскую унцию и продать по цене 3 фунта 17 шиллингов и 10 112 пенса.

Во время первой мировой войны все южноафриканское золото переправлялось непосредственно в Банк Англии, укрепляя британские золото-валютные резервы. В условиях войны такое положение всех устраивало. Однако после окончания войны золотодобывающие компании Южно-Африканского Союза были заинтересованы в свободной продаже золота, поскольку расчеты в обесценившихся фунтах стерлингов выглядели совсем не так привлекательно, как раньше.

Вначале южноафриканские промышленники обратились к одному из столпов лондонского финансового мира — фирме Джонсон Матти с просьбой организовать продажу их золота на рынке. Однако даже эта фирма отказалась, посчитав, что у нее недостаточно финансовых ресурсов для столь крупных операций. У Ротшильдов таких проблем не было, и они с готовностью взялись за дело. Первый фиксинг состоялся 12 сентября 1919 г. Вначале предложения поступали по телефону, но вскоре стало ясно, что более целесообразно собираться для этого на официальную встречу у Ротшильдов. На эту процедуру брокеры приезжали с предложениями своих клиентов и в период установления цены не имели связи со своими кон-торами, что также оказалось не очень удобно. Но вскоре каждый брокер получил возможность прямой телефонной связи со своим оффисом, откуда поддерживалась связь уже непосредственно с клиентами — покупателями и продавцами, и таким образом могли быть своевременно внесены коррективы в процесс уравновешивания спроса и предложения через фиксируемую цену.

Задачей рынка является установление такой цены, при которой поручения на покупку и продажу золота были бы сбалансированы.

В Лондон поступает драгоценный металл из различных стран. Условия рынка таковы, что все золото, попадающее сюда, должно соответствовать стандартам так называемой „хорошей

* Подробнее о фиксинге см.: Борисов С. М. Золото в экономике совре-менного капитализма.- М.: Финансы и статистика, 1984.- С. 335-338.

доставки" ("good delivery"), которая включает: пробу не ниже 995 частей чистого золота*с добавкой не более пяти частей примесей; вес слитка — не менее 350 и не более 430 тройских унций; порядковый номер и маркировку одного из сорока девяти аффинажных и маркировочных предприятий четырнадцати стран, зарекомендовавших себя надежными на рынке. В том случае, если маркировка и номер отсутствуют, слиток должен сопровождаться сертификатом, заверенным одним из упомянутых сорока девяти предприятий, с указанием номера и пробы слитка.

Покупатель не может диктовать условия приобретения им слитков определенной чистоты или качества в рамках рыночного стандарта. Вместе с тем он может высказать пожелание приобрести металл определенной пробы, и если рынок в состоянии удовлетворить его просьбу, он всегда пойдет навстречу клиенту. Если же покупатель нуждается в золоте более высокой пробы, чем то стандартное золото, которым располагает рынок, то повышение пробы происходит за счет покупателя.

На рынке могут быть проданы и нестандартные слитки ("not good delivery"), причем в этом случае доведение их до рыночных стандартов, в частности повышение пробы, происходит за счет продавца.

Выработанные таким образом еще в 1919 г. основные прин- і ципы организации рынка сохранились до наших дней. В то же время в его функционировании произошли следующие изменения. Прежде всего следует отметить, что Ротшильды выступали в роли монопольного агента по продаже золота Южно- Африканского Союза (с 1961 г. — Республики) в течение многих лет. Но когда в Южной Африке торговля золотом сосредоточилась в руках Резервного банка ЮАР, он предпочел избрать Банк Англии в качестве своего агента.

В середине марта 1968 г., когда в разгар валютного кризиса лондонский рынок был закрыт на две недели, ЮАР в течение некоторого времени воздерживалась от продаж золота. Затем она возобновила их в очень небольших количествах, так как после кризиса на рынок хлынуло 2,5 тыс. т металла из спекулятивных запасов, образовавшихся во время кризиса и „золотой лихорадки" 1967—1968 гг. Когда же рыночные операции достигли прежних объемов, ЮАР неожиданно отдала предпочтение рынку золота в Цюрихе. Причиной этому послужили политические разногласия правительства Южной Африки с лейбористским правительством Великобритании, которое, в частности, отказалось продавать оружие ЮАР.

Когда в 1970 г. в Великобритании к власти пришли консерваторы, южноафриканское золото опять стало поступать в Лондон в больших количествах, однако с той разницей, что теперь Банк Англии перестал быть агентом по продаже золота ЮАР, а лишь предоставлял свои хранилища в качестве склада для ^овара. Более того, пятерке лондонских банков остались one-

Чистым золотом назьюается металл 999,9 пробы.

радии только с 20% поступающего металла, а остальные 80% продавались затем в Цюрихе.

Одной из причин такой организации торговли является заинтересованность ЮАР в публикации данных о продажах своего золота, что является своеобразной рекламой для страны. По правилам импортной статистики Великобритании все золото, поступающее в страну, фиксируется в ее импорте, являясь таким образом косвенным, но довольно верным показателем продаж золота Южной Африкой. То, что 80% упомянутого металла продается швейцарскими банками, не играет роли, для таможенной статистики Великобритании. Вместе с тем Швейцария не публикует данных по импорту золота, и, следовательно, все золото, поступающее непосредственно в Швейцарию, нигде не находит публичного отражения.

Несмотря на то что Лондон значительно уступил напору Цюриха, слава лондонского рынка настолько велика, что его по-прежнему считают основным рынком драгоценного металла, а его цены являются ориентиром для всех остальных между-народных и местных рынков золота. И это не случайно: лондонский рынок как основной международный центр торговли золотом сформировался в конце XIX в., однако опыт операций с благородным металлом накапливался лондонскими банками в течение более двух предшествовавших столетий. Продажа золота сильно монополизирована в мире вообще, а в Великобритании в частности — там рынок золота сосредоточен в руках избранных представителей финансовой олигархии. Это фирмы- магнаты, основанные более ста лет назад, причем старейшая из них — ,,Моката энд Голдсмид" — была образована в 1684 г. и с самого начала занималась операциями с золотом.

Наиболее молодым представителем лондонского рынка является банк „Сэмюэль Монтегю", который по лондонским стандартам можно назвать новичком, так как он был основан совсем „недавно" — в 1853 г. Этот коммерческий банк, являю-щийся одним из наиболее активных участников рынка, сумел установить надежные контакты с рынками в Цюрихе, Париже, Торонто, Аомыне (Макао). Острой завистью кольнуло его конкурентов подписание контракта с „Бэнк оф Нова Скоуша", по которому они совместно обменяли золотые резервы Уругвайского центрального банка, состоявшие из монет, на слитки общей стоимостью порядка 60—80 млн. долл. США. „Обмен" происходил по эквиваленту стоимости слиткового золота. Однако, поскольку многие монеты оказались уникальными коллекционными экземплярами, среди которых, в частности, находились редчайшие американские 10-долларовые монеты „игл либерти", ценность и рыночная стоимость „обмененных" монет намного превышали стоимость равного по весу золота в слитках.

В настоящее время через фиксинг проходят далеко не все операции рынка, иногда до 90% сделок совершается помимо него. Такая возможность возникла лишь после того, как Банк

Англии в 1968 г. перестал действовать в качестве монопольного агента по продаже южноафриканского золота, поскольку до этого купить золото ЮАР в другом месте было практически невозможно, а сам Банк Англии совершал сделки вне фиксинга весьма неохотно.

Потеря безусловного международного приоритета лондонского рынка золота была тяжелым ударом для „золотой пятерки", но сознание того, что определяющую роль в этом сыграли не экономические факторы или более высокий профессионализм партнёров из Цюриха, а политические мотивы, вселяло надежды на возможность возвращения прежних позиций. На практике же перенесение центра тяжести операций с золотом из Лондона в Цюрих повлекло за собой уход с лондонского рынка части его традиционных поставщиков, переключившихся на швейцарский рынок золота.

Во главе цюрихского рынка зо- Рынок золота лота стоят три наиболее крупных

в Цюрихе швейцарских банка „большой трой

ки": „Сосьете де банк сюис", „Креди сюис" и „Юнион де банк сюис". Поскольку в этой стране торговля и владение золотом абсолютно свободны, другие коммерческие банки страны также производят операции с золотом, как со слитками, так и с монетами (например, „Банк Лью" — основной дилер по операциям с монетами), однако практически единственным источником снабжения их металлом является „большая тройка". Проводя параллель между лондонским и цюрихским рынками золота, один из представителей „большой тройки" сказал: „Оба рынка управляются кругом нескольких избранных частных предприятий, куда нет доступа аутсайдерам"9.

Начало активной деятельности цюрихского рынка иногда относят к 1947 г., когда лондонский рынок был закрыт, а поступление золота было скудным. Однако еще в середине 30-х годов швейцарцы активно выступали на парижском рынке золота в качестве поставщиков монет. А „Сосьете де банк сюис" стал покупать в Лондоне золото сразу после установления первого фиксинга в 1919 г.

Успеху Цюриха способствовала, во-первых, доступность приобретения металла в самой стране, а также ввоза и вывоза его из страны. По выражению одного из дилеров цюрихского рынка золота, „покупка золота в Швейцарии ничем не отличается от покупки хлеба в булочной"10. Сделки с золотом не облагаются никаким налогом и свободны от валютного контроля.

Вторая причина успеха — безымянность сделок и их абсолютная секретность, которой вообще славятся швейцарские банки как в валютных, так и в золотых операциях. Все это привлекало на цюрихский рынок клиентуру из многих стран мира, особенно тех, где операции с золотом и владение им запрещены или ограничены законом. В мировой прессе неод-

нократно поднимался вопрос об отрицательной стороне секретности вкладов и сделок швейцарских банков. В частности, после второй мировой войны на счетах, открытых фашистским военным преступникам, накапливались крупные средства, награб-ленные ими во время войны.

В Швейцарии дискутировался вопрос об отмене секретности счетов как с целью более правильного обложения налогами доходов, так и пресечения использования банков преступными элементами. Однако представители швейцарских банков категорически возражали против этой акции, поскольку она привела бы к значительному сокращению клиентуры. В результате все осталось без изменений.

Успех рынка обусловлен и тем, что швейцарцы располагают емким внутренним рынком золота, где в первую очередь следует отметить ювелирную и часовую промышленность страны. Кроме того, Цюрих имеет таких надежных постоянных клиентов за рубежом, как ювелиры Италии и ФРГ, которые совместно потребляют около половины всего золота, идущего в ювелирное производство в Западной Европе. И наконец, отвоеванная в период бездействия лондонского рынка в 1968 г. клиентура в Юго-Восточной Азии и других регионах предпочла иметь дело со швейцарскими банками, поскольку они выступают как владельцы продаваемого металла, в то время как лондонские представляют собой лишь брокеров (посредников).

До 1968 г. все три цюрихских банка вели ожесточенную конкурентную борьбу между собой, в результате которой были определены основные сферы деятельности каждого из них, хотя это не мешало им и впредь бороться за клиентуру. Каждый банк имеет свое аффинажное предприятие, причем все три банка, учитывая розничный характер спроса на рынке, специализировались на выпуске в основном маленьких слитков, фактическую монополию на выпуск которых ранее удерживала фирма, Джонсон Матти".

Вначале к швейцарским „минислиткам" относились с подозрением, рассеять которое помогла „золотая лихорадка" 1967— 1968 гг., когда спрос на них был настолько высок, что произ-водство ,Джонсон Матти" не могло его удовлетворить. С тех пор слитки швейцарских аффинажных предприятий указанных банков принимаются всеми покупателями без колебаний.

Судьба улыбнулась рынку золота в Цюрихе в воскресенье 17 марта 1968 г. После закрытия лондонского рынка и вынч, сения решения о роспуске так называемого „золотого пула" и образовании двух рынков золота — официального и частного — управляющие отделами по операциям с золотом „большой тройки" собрались на совещание и достигли договоренности о возобновлении операций на следующий день (пока лондонский рынок оставался закрытым), а также о создании объединенного золотого резерва, или „пула", трех банков.

Для превращения Цюриха в ведущий центр торговли золотом „большой тройке" необходимо было обеспечить себе гаран-

тированную поставку металла в нужном для рынка объеме. Таким поставщиком могла стать только Южно-Африканская Республика, но, чтобы заинтересовать ее, нужно было доказать, что рынок является действительно достаточно сильным и организованным институтом, способным правильно распорядиться ежегодно около 1 тыс. т металла.

Как уже отмечалось, сразу после кризиса 1967—1968 гг. ЮАР временно вообще прекратила продажу золота. Страна имела положительное сальдо платежного баланса и могла повременить с продажами металла, чтобы лучше присмотреться к совершенно новой системе ,двухъярусного" рынка золота — межгосударственного и частного.

К тому времени, когда центральный банк ЮАР принял решение о возобновлении продаж золота, оба рынка — лондонский и цюрихский — были достаточно надежны и с нетерпением ожидали этого шага. С экономической точки зрения шансы обоих рынков были равны, но, как мы уже отмечали, в результате политических разногласий ЮАР с Великобританией выбор пал на Швейцарию.

В течение 1968 г. ЮАР осуществила несколько пробных продаж металла на цюрихском рынке, которые проходили в обстановке совершенной секретности. Это укрепило доверие ЮАР к Цюриху, и в 1969 г. она несколько расширила свои продажи на этом рынке. Положение платежного баланса Южной Африки к тому времени несколько ухудшилось, и страна нуждалась в валютных поступлениях. „Большая тройка" цюрихских банков, дабы заинтересовать и закрепить за собой поставщика, решила „помочь" ЮАР, обязавшись продать значительную часть ее золота нового производства по цене, намного превышавшей рыночную цену в 40 долл. за унцию.

Однако это был необдуманный шаг, о котором в Цюрихе вскоре пожалели, так как рынок был перенасыщен более дешевым золотом и вряд ли мог поглотить продукцию ЮАР. Традиционные покупатели воздерживались от покупок, ожидая понижения цены. Ювелирная промышленность также оставалась незаинтересованной, предпочитая использовать свои производственные запасы. Периферийные рынки в Бейруте, Дубае и других центрах были весьма пассивны. Фактический объем продаж был невелик, и Цюрих попал в затруднительное положение с избыточным резервом золота, которое он не мог реализовать. Представители трех банков делали вид, что все обстоит благополучно, однако несли тяжелые потери. Поэтому для них было большим облегчением соглашение, достигнутое между США и ЮАР, о возможности для ЮАР, при определенных условиях, продавать золото Международному валютному фонду. Это на время освободило цюрихских банкиров от их обязательства продолжать закупать золото у ЮАР.

Тем не менее услуга, оказанная швейцарскими банкирами в тяжелый для этой страны период, не оказалась напрасной и в дальнейшем окупилась продажами на цюрихском рынке

основной части золота Южной Африки на выгодных условиях. Об этом откровенно говорил бывший министр финансов ЮАР Дидерихс в 1970 г.

В отличие от Лондона, в Цюрихе купленное у продавца золото не перепродается сразу, а поступает либо в распоряжение „пула", либо в так называемый стратегический спекулятивный резерв одного из трех банков-магнатов. Направленность же лондонского рынка на первостепенное удовлетворение интересов продавца приводит к тому, что золото, в каких бы количествах оно ни поступало, сразу продается (если продавца удовлетворяет цена дня), что „расхолаживает" рынок и отрицательно влияет на стабилизацию цены золота. Более того, действуя подобным образом, Лондон зачастую играет на руку своему сопернику — Цюриху. Обозреватель „Файнэншл мэйл" приводил такой пример. На лондонский рынок после дневного (в 15 ч) фиксинга поступила 1 т золота, которая была немедленно распродана. Один из банков цюрихской „большой тройки" купил значительную часть этого золота по цене 65,50 (при котировке 65,25—65,76) долл. за тройскую, унцию, а на следующий же день перепродал ее по 66,10 долл.

Имея возможность придержать купленное золото, Цюрих тем- самым оказывает воздействие на его цену и даже на спеку-лятивные операции, получая при этом существенную прибыль.

Из периферийных рынков золота

Периферийные рынки наибольший интерес представляют золота рынки Аомыня (Макао) и Сян

гана (Гонконга), которые, по существу, являются единым рынком, и рынок в Сингапуре. Наш выбор пал на эти центры торговли золотом не случайно — все они имеют мировую известность, но отличаются назначением и организацией, а также районами, которые они обслуживают.

Рынок золота в Аомыне и Сянгане — по-своему уникальное явление, поскольку находится на узкой грани между легальным и нелегальным функционированием. Такое положение — прежде всего следствие того, что рынок расположен на двух территориях: португальского владения Аомынь и британского Сянгана.

В Сянгане имеется все необходимое для нормальной деятельности рынка золота: налаженность связей с клиентурой, разветвленная банковская система и сеть водного и воздушного сообщения. Однако вследствие того, что это английское владение, ввоз слиткового золота в Сянган запрещен.

В Аомыне подобные ограничения отсутствуют, но зато нет других факторов, способствующих нормальному функционированию и развитию рынка золота. В результате золото совершает следующий вояж по указанному рынку: сначала оно легально доставляется в Сянган как транзитный товар, после чего отправляется в Аомынь. В самом Аомыне оседают незначительные количества металла. Основная же масса золота, доставляемая из Сянгана в Аомынь, больше уже ни в какой

статистике не фигурирует, по поводу чего ходит традиционная шутка, что в Аомыне, видимо, находится огромное количество дантистов. На самом же деле весь металл в ближайшие три- четыре дня после прибытия в Аомынь отправляется обратно в Сянган, но на сей раз уже тайно, контрабандным путем, хотя фактический маршрут — легальный и нелегальный — один. И вот теперь золото, вторично попавшее в Сянган, уже свободно продается и покупается на рынке, так как запрещен только его ввоз; торговля же золотом пробы 990 не лимитируется, а власти не интересуются, откуда оно появилось.

На этот рынок золото поступает главным образом из Австралии и Великобритании, а иногда — из Канады. Поскольку основная часть золота доставляется в стандартных слитках весом 400 тройских унций, а на рынке большим спросом пользуются слитки в 1,5 и 10 таэлей (1 таэль равен 1,33 тройской унции), они переплавляются на местных аффинажных предприятиях.

Переправка золота в Аомынь и обратно резко взвинчивает его цену. До 1971 г. цена золота в Сянгане превышала лондонскую цену минимум на 3,5 долл. за унцию. Причем примерно 36 центов составляли транспортные и страховые расходы при доставке из Лондона; 1 долл. 25 центов — официальный налог Аомыня; около 50 центов — сбор подпольного синдиката; 24 цента — контрабандная доставка обратно в Сянган; примерно 1 долл. 60 центов — аффинажные и прочие расходы. Тем не менее рынок в Сянгане оставался самым дешевым на Дальнем Востоке.

Изменения в деятельности рынка начались в 1969 г., когда был разрешен ввоз в Сянган золотых изделий и лома пробой 14 и 18 каратов (соответственно 583-й и 750-й метрической пробы). Власти исходили из того, что переплавка лома и изделий в слитки и повышение пробы будут нерентабельны, однако они просчитались: несмотря на все расходы, золото получалось дешевле, чем при переправке из Аомыня. В результате в Сянган устремились значительные количества металла, способные удовлетворить спрос на рынке без помощи Аомыня, что, естественно, не устраивало подпольный синдикат по продаже золота в Аомыне. В течение определенного периода между синдикатом и сянганскими властями велись переговоры. В результате в Сянгане почему-то (!) значительно сократилось количество лицензий, выдаваемых на импорт промышленного золота, и все операции потекли по традиционным каналам. Это служит свидетельством могущества контрабандных синдикатов, заставивших в данном случае даже официальные органы совершить акт, легализующий нелегальные операции*.

Читателю, наверное, нетрудно заметить, что по мере продвижения от чопорных английских и швейцарских центров тор-

* С 1974 г; ввоз золота в Сянган полностью легализован.

говли золотом на Восток наше повествование постепенно теряло свою строгость. Это и неудивительно, так как описание того, что происходит на многих рынках данного региона, по жанру скорее приближается к детективу. Мы видели это на примере Аомыня — Сянгана, теперь посмотрим, что представляет собой рынок золота в Сингапуре.

Сингапурский рынок золота — это один из самых молодых и быстро сформировавшихся рынков, что в торговле золотом происходит чрезвычайно редко: подавляющее большинство рынков золота во всем мире имеет свою историю и пережило длительный период формирования и конкурентной борьбы за клиентуру как покупателей, так и продавцов.

Официальное учреждение сингапурского рынка произошло 1 апреля 1969 г. и явилось результатом государственной политики, направленной на превращение страны в важный торговый и финансовый центр. В описании рынка говорилось, что это будет реэкспортный центр, существующий исключи-тельно для иностранцев. За этой вывеской скрывалось действительное назначение данного рынка как удобного центра контрабандной торговли золотом в соседних азиатских странах, запрещавших импорт золота.

В начале функционирования рынка торговля была сильно усложнена различными ограничениями. Например, чтобы уверить власти в том, что проданное золото действительно уйдет за пределы страны, банки должны были доставлять клиентам золото прямо в аэропорт. Эту систему вскоре заменили, так как оказалось, что большинство покупателей покидает страну морем. Однако потом также остались определенные сложности в виде обязательного предъявления паспорта при покупке металла, периодической слежки за покупателями, организуемой таможенными властями, и пр.

Все происходило примерно по следующей схеме. По закону клиент после покупки золота должен был покинуть страну первым же самолетом или пароходом. С этой целью банки были обязаны уведомлять таможню о происходящих продажах. Из таможни в банк посылался сотрудник, в обязанности которого входило проследить за тем, чтобы клиент на самом деле выехал из страны. Формально банки соблюдали все требования и не вступали в конфликт с законом. В действительности же, прекрасно зная, что подавляющую массу их постоянных клиентов составляют мошенники и контрабандисты, банки создавали для них „режим наибольшего благоприятствования". Многие банки оборудовали у себя специальные комнаты, где клиенты могли беспрепятственно упаковать купленный товар: как правило, килограммовые, или, как их называют, карманные, слитки. Большинство слитков запрятывалось здесь же в специальные брезентовые жилеты, снабженные массой карманов, поверх которых надевается рубашка.

Эту клиентуру и должны были сопровождать вплоть до выезда из страны таможенники. Однако к тому времени, когда

в банке снимали телефонную трубку, чтобы набрать номер таможни, клиент уже успевал покинуть здание банка. Таким образом, он исчезал задолго до прибытия лиц, обязанных его сопровождать. Клиенты, у которых были особо веские причины избегать встреч с властями, присылали за золотом сразу по четыре курьера. После оформления сделки курьеры надевали новые рубашки и покидали помещение через четыре разных выхода. Полицейский или таможенник в лучшем случае мог проследить за одним из них. Такой откровенный маскарад окончился в 1973 г., когда были отменены запреты на покупку золота местным населением, однако Сингапур остался источником снабжения желтым металлом контрабандистов из соседних стран.

Безусловная конкурентоспособность Сингапура по сравнению с другими рынками, расположенными в Юго-Восточной Азии, обеспечивалась низкой ценой золота: сингапурские власти взимали комиссию в размере 1 долл. США за унцию, а доставка и страховка составляли около 35 центов, так что цена Сингапура всего на 1,35 долл. превышала цену Лондона, тогда как цены других азиатских рынков превышали лондонскую цену как минимум на 3,5 долл.

Значительным успехом Сингапура явилось завоевание такого емкого рынка сбыта, как Индонезия. Успешному развитию отношений между двумя странами в значительной степени способствовало то, что в обеих странах торговля золотом возглавляется китайцами, многие из которых состоят между собой в родстве. А уж о валютных способностях китайцев мир наслышан! Действительно, вряд ли кто-то еще с детства был вынужден так разбираться в валютах, как китайцы. Вплоть до 30-х годов право чеканки китайских серебряных таэлей имели многие города — Шанхай, Нанкин и др., причем проба и вес этих монет не совпадали. В результате получалась следующая картина:

шанхайских таэлей 1 045,00 равны

1 053,00 1 024,70 1 067,00 1 099,80 "

1 ООО пекинских таэлей 1 ООО тяньцзинских " 1 ООО ханькоуских " 1 ООО циндаоских " 1 ООО кал ганских "п

И все они являлись законными платежными средствами на всей территории Китая! Неудивительно, что с такой школой практического валютного бизнеса китайцы оказались способными банкирами, внедрившимися впоследствии в банковскую систему многих стран Юго-Восточной Азии.

Как видим, торговля золотом многогранна и объединяет как солидные родовые банковские дома Лондона и Цюриха, банки других стран, так и откровенных уголовников. А все вместе они образуют комплексное и неоднозначное понятие мирового рынка золота.

<< | >>
Источник: 0. И. Алмазова, Л.А.Дубоносов. ЗОЛОТО И валюта: ПРОШЛОЕ И НАСТОЯЩЕЕ. 1988

Еще по теме 3.2. РЫНОК ЗОЛОТА: ЧТО ЭТО ТАКОЕ?:

  1. В рыночной экономике есть две большие сказки. Первая - о стоимости как объективной величине, вторая - о свободном рынке, который саморегулирует эту стоимость. Как мы увидели, рыночная экономика активно искажает природу стоимости. То же самое происходит с описанием работы рынка в целом. Добро пожаловать в систему лжи, которую построил Адам Смит.
  2. Рынки золота
  3. Рынки золота
  4. Молоко, бензин, и срочное лечение - примеры неэластичных изделий. Что это означает?
  5. 3.2. РЫНОК ЗОЛОТА: ЧТО ЭТО ТАКОЕ?
  6. Является ли причиной экономического кризиса то, что этого хотело и так решило большинство?
  7. У меня очень сильно болит нижняя часть спины и седалищный нерв. Мне сказали, что эти недомогания связаны с деньгами. Так ли это?
  8. У меня есть очень старый автомобиль, «линкольн» выпуска 1959 г. Мне нравится ездить на нем, но люди говорят мне, что это — безумие, поскольку езда на нем влетает мне в копеечку. Как мне быть? Более того, не является ли это причиной возникновения у меня проблем со здоровьем?
  9. Является ли причиной экономического кризиса то, что этого хотело и так решило большинство?
  10. У меня очень сильно болит нижняя часть спины и седалищный нерв. Мне сказали, что эти недомогания связаны с деньгами. Так ли это?
  11. У меня есть очень старый автомобиль, «линкольн» выпуска 1959 г. Мне нравится ездить на нем, но люди говорят мне, что это — безумие, поскольку езда на нем влетает мне в копеечку. Как мне быть? Более того, не является ли это причиной возникновения у меня проблем со здоровьем?
  12. Что эта книга может сделать для Вас…
  13. Рынки золота
  14. Некоторые особенности имеются и в режиме валютного рынка и рынка золота в России
  15. Инвесторы и спекулянты на рынке золота
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -