§ 4.2. Приемлемость жалоб в Суде Евразийского экономического союза

В науке международного права дается определение «приемлемости» как возможности разрешения спора в соответствующий период времени^{[226] [227]. Следует отметить, что институт приемлемости является дискуссионным вопросом в международном праве и имеет важнейшее значение при рассмотрении споров в международном (наднациональном) суде2.}

Традиционно при разрешении вопроса о приемлемости той или иной жалобы в международном (наднациональном) суде рассматриваются вопросы о том, был ли соблюден досудебный порядок разрешения спора, имеется ли у подателя жалобы законный интерес на подачу жалобы, исчерпал ли он средства правовой защиты, отсутствуют ли «параллельные» судебные разбирательства (принцип lis pendens), нет ли вступивших в силу судебных решений по аналогичному спору (принцип res judicata) и иные. Таким образом, суд смотрит, отсутствуют ли какие-либо процессуальные препятствия для рассмотрения дела по существу.

Статут и Регламент Суда ЕАЭС устанавливают, соответственно, критерии приемлемости жалобы для обращения в Суд ЕАЭС.

По нашему мнению, применительно к Суду ЕАЭС, данными критериями могут являться: 1) субъект обращения (государства, юридические лица, органы при толковании - пункт 39 Статута); 2) вопрос, который подлежит рассмотрению, должен быть, на первый взгляд (prima facie), регулироваться правом ЕАЭС (пункт 39 Статута); 3) соблюдение досудебного порядка рассмотрения спора (пункты 43, 44 Статута); 4) соблюденные иных процессуальных положений - отсутствие рассмотренного судом аналогичного спора, оплата пошлины, направление ответчику документов и иные обстоятельства (статьи 9, 10, 33) Регламента).

С учетом опыта Суда ЕврАзЭС, который имел сопоставимое с Судом ЕАЭС регулирование вопросов приемлемости, можно отметить, что в настоящее время сформулированы правовые позиции о том, что физические лица не вправе подавать заявления в Суд ЕАЭС (ЕврАзЭС)^[228]; Члены Коллегии- Министры ЕЭК не вправе направлять в Суд ЕАЭС запросы о толковании единолично^[229]; при обжаловании действия ЕЭК не следует обращаться повторно в ЕЭК в случае, если обжалуемое действие - необращение в Суд ЕАЭС (ЕврАзЭС)^[230]; при изменении заявителем доводов после обращении в ЕЭК и до обращения в Суд ЕврАзЭС^[231] (с особым мнением судьи Т.Н.Нешатаевой о невозможности такого подхода^{[232] [233]).}

-э

В то же время, как нами ранее отмечалось, наиболее интересным вопросом в контексте приемлемости жалоб является вопрос соблюдения досудебного порядка разрешения споров в ЕЭК.

Перед подачей жалобы в Суд ЕАЭС хозяйствующий субъект при обжаловании актов (действий, бездействий) ЕЭК обязан обратиться в ЕЭК с целью осуществления досудебного урегулирования спора. Срок на рассмотрение заявления, при этом, составляет 3 месяца, но может быть снижен при согласии сторон. Однако если хозяйствующий субъект не обратился в ЕЭК до обращения в Суд, но при этом подал в Суд заявление, то данное заявление не принимается Судом к рассмотрению (пункты 43-45 Статута).

Суд ЕврАзЭС в своем первом деле ОАО «Южный Кузбасс против ЕЭК»^[234] сталкивался с проблемой досудебной процедуры и выработал правовые позиции по указанной теме.

ОАО «Южный Кузбасс» не обращалось в ЕЭК для досудебного урегулирования спора, на что ссылался ответчик (ЕЭК): он заявлял, что Суд ЕврАзЭС был не вправе рассматривать спор без соблюдения досудебного порядка.

Суд, однако, отклонил данные доводы ответчика и указал, что, поскольку на момент подачи заявления в Суд ЕврАэС в ЕЭК не был создан четкий порядок проведения досудебных процедур, Суд ЕврАзЭС оставляет за собой право рассмотреть данный спор.

С данным выводом Суда ЕврАзЭС тяжело не согласиться. Полагаем, что международно-правовой природе обращение хозяйствующего субъекта в ЕЭК является смежным в реализации обязанности по исчерпанию внутренних средств правовой защиты до обращения в международную судебную инстанцию, закрепленную, например, в ст.35 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года.

В то же время данное правило не абсолютно. Так, Комиссия ООН по международному праву в комментариях к статьям об ответственности государств за международные противоправные деяния указывает, что до обращения в международный суд лицо должно обратиться только в те инстанции, которые «доступны и эффективны».

В соответствии с практикой ЕСПЧ «доступность и эффективность» включает в себя, среди прочего, такие характеристики органа как факты его «создания в соответствии с законом, реального функционирования и существования, а также применимость к конкретному спору»^[236].

Таким образом, несмотря на то, что в соответствии с Европейской Конвенцией о защите прав человека и основных свобод 1950 года (пункт 1 ст.35), каждый заявитель должен исчерпать все внутренние средства правовой защиты до того, как обратиться в ЕСПЧ, данный суд может принять к рассмотрению заявление от лица, которое не прошло национальную судебную систему из-за того, что орган, который в соответствии с законодательством должен рассматривать какие-либо споры, фактически не осуществляет свою деятельность и тем самым не является «доступным и эффективным». Согласно позиции ЕСПЧ невозможно «заставить кого-либо пройти ту инстанцию, которая является для него недоступной»^[237].

В процессе рассмотрения споров международными судами зачастую рассматривается вопрос распределения между сторонами бремени доказывания того, является ли какая-либо инстанция «доступной и эффективной». ЕСПЧ в своей практике руководствуется тем, что государство несет бремя доказывания «доступности и эффективности» конкретной инстанции путем обоснования работы данного органа не только в теории, но и на практике^[238].

Применительно к рассмотрению дела ОАО «Южный Кузбасс» против ЕЭК^[239] можно отметить, что ЕЭК безусловно была наделена полномочиями по досудебному урегулированию споров по обращению хозяйствующих субъектов в силу пункта 1 статьи 4, пункту 2 статьи 25 договора от 9 декабря 2010 года. Однако в связи с тем, что на момент подачи заявления ОАО «Южный Кузбасс» ЕЭК не создала четкого механизма проведения процедуры досудебного урегулирования споров (непонятно как проходит процедура, какие процессуальные действия может принимать ЕЭК, каким документом завершается досудебная процедура), данный досудебный порядок можно признать «недоступным и неэффективным» и не подлежащим исчерпанием перед подачей заявления в Суд.

При этом важно отметить, что Суд ЕАЭС, также как и Суд ЕврАзЭС, имеет важнейшую характеристику как наднационального суда - приемлемость жалоб, поступающих в Суд, не зависит от принятия окончательного судебного акта в судебной системе государства-члена по предмету рассмотрения - то есть не применяется классический международно-правовой инструмент исчерпания внутренних средств правовой защиты.

В результате заявители имеют прямой доступ в Суд ЕАЭС, минуя обязательство оспаривать акты ЕЭК в рамках национальных судебных систем государств, которые применяют соответствующие положения актов ЕЭК. Представляется, что указанное является перым признаком наднациональности указанного Суда.