Выводы первой главы

Проведённое в рамках этой главы исследование позволя­ет сформулировать пять частных и три общих вывода. Нач­нём с частных выводов.

1. В Договоре о ЕАЭС нет принципиальных отличий между квалификацией рынка в качестве общего, внутрен­него или единого.

2. В праве ЕС и ЕАЭС — независимо от квалификации рынка и его обозначения в качестве общего, внутренне­го или единого — речь идёт о реализации четырёх основ­ных свобод (свободное передвижение товаров, лиц, услуг и капиталов).

3. Под общим финансовым рынком ЕАЭС следует пони­мать финансовый рынок государств-членов, в рамках кото­рого оказываются финансовые услуги (услуги финансового характера), в том числе страховые и относящиеся к страхо­вым услуги; банковские услуги; услуги на рынке ценных бу­маг. Для общего финансового рынка должны выполняться следующие критерии: гармонизация регулирования и надзо­ра, взаимное признание лицензий во всех финансовых секто­рах, предоставление финансовых услуг на всей территории ЕАЭС без каких-либо административных барьеров, широ­кое взаимодействие между уполномоченными органами го­сударств — членов ЕАЭС.

4. Общий финансовый рынок ЕАЭС можно квалифици­ровать как общий рынок финансовых услуг, фактически речь идёт о тождественных категориях. В силу того, что в Дого­воре о ЕАЭС нет принципиальных отличий между квалифи­кацией рынка в качестве общего, внутреннего или единого, общий финансовый рынок ЕАЭС (и его синоним «общий рынок финансовых услуг») может быть квалифицирован не только как общий, но и как внутренний и единый. Дан­ный вывод не подменяет необходимость использовать имен­но нормативное обозначение данного рынка, так как речь идёт о юридически обязательной норме, само наличие ко­торой выступает как конкретное преимущество Договора о ЕАЭС по сравнению с учредительными договорами ЕС.

5. Единый рынок финансовых услуг ЕС, как и общий финансовый рынок ЕАЭС, распространяется на три смеж­ных финансовых сектора — банковский, страховой и фон­довый — и подчиняется общим принципам регулирования, в основе которых лежит свободное движение лиц, услуг и капиталов.

Частные выводы позволяют перейти к трём общим.

6. Единство подходов ЕС и ЕАЭС к пониманию катего­рий «рынок» (общий, внутренний, единый) и «рынок финан­совых услуг» (общий, внутренний, единый), общность целей и принципов регулирования, вытекающих из этих категорий, подтверждают возможность обращения к богатому опыту правового регулирования ЕС в данной области, так как речь идёт об однопорядковых и тождественных явлениях.

7. Второй общий вывод, который связан с первым, но имеет при этом самостоятельное значение, заключает­ся в том, что обращение к международному интеграционно­му опыту, важной и наиболее разработанной частью которо­го является именно интеграционное правовое наследие ЕС, или acquis ЕС, — это возможность, закреплённая в между­народном договоре с участием России, подкреплённая по­литической волей лидеров государств — участников ЕАЭС, имеющая большое практическое значение и научный (док­тринальный) интерес.

8. Третий общий вывод не связан с предыдущими (об­щими и частными) выводами и имеет самостоятельное значение. Он касается правовых основ и основных этапов интеграционного рынка финансовых услуг в ЕС и ЕАЭС. Учредительные договоры ЕС никогда не содержали специ­альных статей, напрямую регулирующих единый рынок фи­нансовых услуг, что коренным образом отличает ЕС от ЕАЭС. Согласно Договору о ЕАЭС и Концепции ОФР ЕАЭС можно выделить два основных этапа в построении общего финан­сового рынка: в рамках первого этапа (2014-2024 гг.) долж­на быть осуществлена гармонизация национального законо­дательства в сфере общего финансового рынка. На втором этапе, который начнётся в 2025 г., ЕАЭС постепенно перей­дет к наднациональному регулированию, что будет связано с началом деятельности наднационального органа по регули­рованию финансового рынка.