§ 4. Функции правосистематизирующей практики

Термин «функция» (funktio) в переводе с латинского означает отправле­ние, деятельность, исполнение, обязанность, работу^[61]. В специальной литера­туре под функцией понимают также «совокупность порождающих систему процессов в снятом виде^[62], «роль, выполняемую определенным объектом»^[63],

49 «определяющие процессы, осуществляемые всей системой в целом»^[64], соци­альное назначение («должное») и практическую деятельность по реализации социального назначения («сущность»)^[65], последовательные меняющиеся ста­дии и производства^[66], цели и задачи явления^[67][68], «направленное избирательное воздействие системы (структуры целого) на определенные стороны внешней 78 среды» .

Наиболее полно раскрывает содержание функции, на наш взгляд, сле­дующее встречающееся в юридической литературе определение: функция — это направление воздействия явления на сознание и поведение людей, их кол­лективов и организаций, разнообразные сферы общественной жизни, в кото­рых отражается природа данного явления, его роль и назначение в обществе^[69].

В настоящее время наблюдается упрощенный подход к изучению систе­матизации, поэтому практически ни в одной из работ, посвященных данному вопросу, функции систематизации не исследуются. При этом В.М. Сырых считает, что систематизация используется в качестве эффективного способа обеспечения субъектов права необходимой правовой информацией^[70]. По мне­нию А.С. Пиголкина, систематизация необходима для дальнейшего развития законодательства и обеспечения удобства при реализации права^[71]. С.С. Алек­сеев делает вывод о том, что систематизация в праве является одним из усло-

50

вий строгого и неукоснительного проведения в жизнь требований законно­сти^[72]. Согласно другому мнению, систематизация играет большую роль в соз­дании гармоничной правовой системы и является возможностью повышения эффективности правового регулирования^[73].

В.Н. Карташов дает понятие функций юридической деятельности, рас­крывает их содержание и выделяет составляющие их подфункции. Кроме того, он предлагает классификацию функций: 1) по сферам общественной жизни, которые подвергаются воздействию, - на экономическую, социальную, поли­тическую и т.д.; 2) по времени действия - на постоянные и временные; 3) по значению - на основные и неосновные^[74]. При этом В.Н. Карташов считает, что правосистематизирующей практике как разновидности юридической практики присущи интеграционная, правотворческая, регулятивная, контрольная и ох­ранительная функции^[75].

Такой подход представляется нам наиболее правильным, так как право­систематизирующая практика является системным образованием, характери­зующимся наличием стабильно проявляющихся функций. Кроме того, на наш взгляд, не следует смешивать понятия функций правосистематизирующей практики и результатов ее осуществления. Исследование функций позволяет установить место право систематизирующей практики в правовой системе об­щества, а также ее роль и взаимосвязь с другими видами юридической практи­ки.

Под функциями правосистематизирующей практики мы будем понимать, во-первых, определенные направления ее деятельности (осуществления), во- вторых, - основные направления ее воздействия на общественные отношения, предопределяющие ее роль в правовой системе общества.

51

Так, в случаях, когда в качестве исследуемого предмета выступает непо­средственно какой-либо процесс или деятельность (в нашем случае - право­систематизирующая практика), функциями являются конкретные направления осуществления такой деятельности. Следовательно, к основным функциям (направлениям деятельности) правовистематизирующей практики следует от­нести: деятельность по классификации и учету правовых актов, их ревизии, кодификации, инкорпорации и консолидации. Подробно данные виды дея­тельности будут рассмотрены на примере правосистематизирующей практики субъектов Российской Федерации во второй главе настоящей работы.

На наш взгляд, в качестве критерия при классификации функций право­систематизирующей практики целесообразнее использовать результат, полу­чаемый в процессе ее воздействия на определенные общественные отношения. В этом аспекте следует выделить преобразовательную, правоустанавливаю­щую, системообразующую, регулятивную и контрольную функции правовис­тематизирующей практики.

Прежде чем описать основные функции, присущие правосистематизи­рующей практике, необходимо отметить, что все они отражают динамиче­скую, преобразующую общественные отношения сторону правосистематизи­рующей практики. Наличие и конкретное содержание функций правосистема­тизирующей практики обусловлено ее целями и задачами. При этом несколько функций могут быть нацелены на выполнение какой-то конкретной задачи, а с помощью одной функции могут одновременно решаться несколько задач^[76].

Преобразовательная функция (роль) правосистематизирующей практики заключается в том, что в результате ее осуществления отдельные правовые ак­ты и система законодательства в целом претерпевают значительные изменения за счет их усовершенствования.

52

Преобразовательная функция направлена на решение задачи реформиро­вания действующего законодательства; устранение имеющихся недостатков действующих правовых актов и повышения их качества, в том числе понятий­ного аппарата, структуры, стиля, языка; и ликвидацию устаревших и фактиче­ски утративших силу юридических актов. Поэтому в преобразовательной функции можно выделить правоизменяющую и правопрекращающую под­функции.

Комплекс этих задач находит свое решение при осуществлении инвента­ризации (ревизии) действующего законодательства и проведения последую­щих законотворческих и кодификационных работ.

В этой связи необходимо отметить прослеживающуюся в последнее вре­мя положительную тенденцию осознания действительной роли систематиза­ции в правовой системе общества. Так, Поленина С.В. считает, что «система­тизация действующего законодательства в условиях радикальных социально­.

Преобразовательная функция правосистематизирующей практики нахо­дится в тесной взаимосвязи с ее правоустанавливающей функцией. Между ними можно условно провести следующее отличие: преобразовательная функ­ция заключается в воздействии на ранее принятые правовые акты посредством их изменения, а правоустанавливающая функция направлена на создание но-

53

вых правовых актов, в том числе за счет поглощения действующих на момент ее осуществления правовых актов.

В процессе осуществления правоустанавливающей функции правосисте­матизирующей практики происходит укрупнение правовых актов, создание сводных и кодифицированных правовых актов, обеспечивается полнота зако­нодательного регулирования. Кроме того, в рамках данной функции решаются вопросы выбора оптимального предмета правового регулирования и опти­мальной формы нормативно-правового акта.

Правоустанавливающая функция (роль) свойственна таким видам право­систематизирующей практики как кодификация и консолидация, потому что в ходе их осуществления происходит принятие отдельных правовых норм и це­лых правовых актов.

При этом кодификация относится к смешанному типу юридической прак­тики, которой характерны как черты официальной систематизации, так и пра­вотворчества. В результате ее осуществления происходит отмена и изменение устаревших, упорядочение действующих и принятие новых нормативно­правовых предписаний. Результатом кодификации являются сводные или ко­дифицированные нормативно-правовые акты, регулирующие наиболее важ­ные общественные отношения.

При осуществлении правоустанавливающей функции правосистематизи­рующей практики необходимо шире использовать выработанные наукой и . практикой правила законодательной техники, а также специфические приемы правосистематизирующей техники⁸⁸.

⁸⁸ См. подробнее: Брауде И.Л. Вопросы законодательной техники И Советское государство и право. - 1957. - № 8; Керимов Д.А. Кодификация и законодательная техника. - M., 1962; Концепции развития российского законодательства. - M., 1994; Пиголкин А.С. Законода­тельная техника и правотворчество // Научные основы советского правотворчества. -M., 1981. - С. 254-255; Подготовка и принятие законов в правовом государстве. - M., 1998; Ушаков А.А. О науке законографии, ее содержании и задачах // Правоведение. -1974. - № 4; Хижняк С.П. Юридическая терминология: формирование и состав. - Саратов, 1997. и др.

54

Достижение основной цели систематизации, заключающейся в формиро­вании системы законодательства, оптимальной для использования в процессе правового регулирования и способной обеспечить его наибольшую эффектив­ность, обеспечивается посредством осуществления системообразующей функ­ции правосистематизирующей практики.

• На наш взгляд, это наиболее важная функция правосистематизирующей

практики, свойственная только данному виду юридической практики и рас­крывающая ее место в правовой системе общества.

Системообразующая функция (роль) правосистематизирующей практики проявляется в укрупнении правовых актов и устранении их множественности, упорядочивании разрозненных правовых актов, построению иерархии норма­тивно-правовых актов и, как следствие, в приведении всей совокупности дей­ствующих правовых актов в единую сложную динамическую систему.

В процессе совершенствования законодательства и обеспечения его един­ства главная роль отводится кодификации, потому что подготовка значитель­ного числа кодификационных актов способствует обеспечению системности отраслей права и законодательства, и означает определенную реформу в той или иной сфере права и правовой системе общества в целом.

В отечественной юридической литературе сложилось единодушное мне­ние о том, что основой реформирования всей правовой системы общества яв­ляется кодификация. В этой связи неоднократно говорилось о том, что право­вая система должна создаваться не как совокупность разрозненных актов по узким вопросам, а как научно-обоснованная и взаимоувязанная система коди­фикационных актов, которые должны быть базой, основой системы законода­тельства страны^[78].

55

В современной юридической литературе предпринимаются попытки на­учно обосновать процесс построения системы законодательства. Так, Т.В. Ky- харук считает, что «к научным принципам построения модели системы зако­нодательства следует отнести: во-первых, принцип выделения объекта иссле­дования (целого или части; в настоящее время более возможным представля­ется построение множества моделей, так как объем законодательства чрезвы­чайно велик); во-вторых, принцип выделения исходного минимума элементов, позволяющих получить более полное описание системы законодательства (либо ее частей); в-третьих, принцип последовательного вывода и описания множества актов, то есть через предыдущее множество в порядке иерархии; в- четвертых, принцип непротиворечивости самой модели»^[79].

Данная точка зрения нам представляется спорной, так как, на наш взгляд, автором приводится своеобразная версия регламентации общего процесса (формы) систематизации, а не описание принципов ее осуществления. C пред­ложением автора построить множество моделей системы законодательства также нельзя согласиться, потому что при условии использования одних и тех же допустимых и обязательных элементов системы следует стремиться к по­. строению не множества, а одного наиболее оптимального ее варианта, спо­собного обеспечить наибольшую эффективность системы законодательства и его единство.

При этом представляется правильной точка зрения Т.В. Кухарука о том, что «сама деятельность по приведению законодательства в систему должна характеризоваться как нечто единое»^[80].

На наш взгляд, достижение конечной цели правосистематизирующей практики возможно за счет последовательного осуществления всех ее необхо-

56

димых взаимосвязанных научно-обоснованных видов с обязательным исполь­зованием результатов научных исследований по вопросам системы права и системы законодательства, правотворчества и тенденций развития современ­ного законодательства в Российской Федерации и другим смежным пробле­мам.

Так, например, Ю.А. Тихомиров правильно считает, что в перспективе развитие законодательства должно еще строже подчиняться таким факторам, как:

а) удовлетворение основных общественных потребностей с помощью за­конов, подготовленных на основе научного анализа и прогнозов;

б) законодательное обеспечение государственных реформ и программ по важнейшим направлениям экономического и социально-культурного развития России;

в) совершенствование структуры законодательства с учетом обеспечения развития системы и отраслей права и основных правовых институтов;

г) децентрализация правового регулирования на основе федеративных начал и самоуправления;

д) укрепление системных связей между законами и подзаконными акта­ми, между законами и договорами (соглашениями);

е) обеспечение устойчивости правопреемственности в стране, когда дей­ствие основных правовых актов и норм не прерывается из-за политических и иных изменений, а служит фундаментом устойчивого государственного и со­циально-экономического развития⁹².

Контрольная функция правосистематизирующей практики заключается в том, что в ходе осуществления ревизии правового массива выявляются недос­татки, присущие отдельным правовым актам, а также наличие пробелов и про­тиворечий в действующем законодательстве в целом.

⁹² Тихомиров Ю.А. Общая концепция... - С. 19.

' 57

Превентивная контрольная функция правосистематизирующей практики на стадии принятия правового акта осуществляется посредством проведения экспертизы проектов нормативно-правовых актов^[81]. Альтернативного (помимо правосистематизирующей практики) способа установления недостатков, свой­ственных действующим правовым актам, в настоящее время наукой не выра­ботано. Исключение составляет выявление в рамках конституционного судо­производства в принятых правовых актах и заключенных нормативных дого­ворах противоречий Конституции Российской Федерации и конституциям (ус­тавам) субъектов Российской Федерации^[82].

В теории права регулятивная функция традиционно относится к одной из основных функций права. Так, В.К. Бабаев и Е.И. Фарбер в своих работах в качестве самостоятельных рассматривают регулятивную, правоохранитель­ную и воспитательную функции права. М.И. Байтин, например, выделяет ре­гулятивно-статическую, регулятивно-динамическую и регулятивно­охранительную функции права. В.Н. Карташов рассматривает регулятивную функцию в качестве одной из специально-юридических функций юридической деятельности^[83].

58

О наличии регулятивной функции правосистематизирующей практики свидетельствует ее влияние на процесс правового регулирования. О таком влиянии говорят практически все авторы, исследующие систематизацию, при освещении вопроса о ее значении и роли в правовой системе общества.

Так, С.Н. Братусь считает, что «систематизация законодательства являет­ся важным средством уяснения смысла правовых норм и правильного их при­менения компетентными органами, и что, систематизация важна для обеспе­чения доступности законодательства развития социалистического правосозна­ния народа, использования гражданами своих законных прав, надлежащего выполнения юридических обязанностей»^[84]. В.С. Нерсесянц, А.С. Пиголкин го­ворят о систематизации как о предпосылке целенаправленного и эффективно­го правового воспитания^[85][86]. Согласно другому мнению, правосистематизи­рующая деятельность существенно влияет на качество и эффективность пра­вотворческих и правоприменительных, исполнительно-распорядительных и правоохранительных органов, на уровень законности и стабильность правопо-

98 рядка .

Действительно, реализовать предписания правовых норм значительно легче, когда принятые правовые акты охватывают весь комплекс существую­щих общественных отношений, при этом не противоречивы, логически взаи­мосвязаны и классифицированы для удобства в использовании.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что проведение правосисте­матизирующей практики обеспечивает правильную и своевременную реализа­цию правовых норм, повышает эффективность правового регулирования.

59

Кроме того, в результате ее осуществления повышается уровень правосозна­ния и правовая культура граждан".