ЗНАЧЕНИЕ ОБЩЕГО ПОНЯТИЯ ПРАВА ДЛЯ ПРАКТИЧЕСКОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

Право — одно из самых сложных общественных явлений. Оно привлекает к себе необычайно широкое внимание, поскольку так или иначе затрагивает интересы каждого человека, различных со­циальных групп населения.

Поиск научного правопонимания ведется тысячелетия, со вре­мен перехода человечества к цивилизации, к регулированию обще­ственных отношений политическими, государственными средства­ми. И поскольку общество, складывающиеся в нем условия жизни людей постоянно развиваются, то изменяются и представления людей о праве.

Для того чтобы познать сущность права, его социальную при­роду, универсальное назначение, лучшие умы человечества затра­чивают огромные интеллектуальные усилия. Тем не менее каждый исторический этап развития общества, а следовательно, и соответс­твующий этап познания права приводят к состоянию, когда возни­кает необходимость оценивать новые стороны правовой действи­тельности, формулировать новые определения понятия права.

Юриспруденции известны десятки, сотни правовых теорий, по- разному раскрывающих природу права. Существует несчетное ко­личество дефиниций права, среди которых нет ни одной общепри­знанной, разделяемой всеми, кто его изучает. И это обусловлено не только тем, что развитие общества позволяет обнаруживать все но-

ные черты, признаки права. Необходимо учитывать также социаль­ные и гносеологические факторы, предопределяющие чрезвычайное разнообразие в понимании права и его определений.

Социальные факторы, обусловливающие многообразие правовых концепций, заключаются в неоднородности общественного правосо­знания.

Гносеологические предпосылки многообразия правовых концепций коренятся в субъективном восприятии людьми правовых явлений. В процессе познания права, как и других явлений природы и обще­ства, всегда существует возможность увлечься какой-то одной или некоторыми сторонами явления, придать ей (им) главенствующее, определяющее значение в ущерб другим, подчас более существен­ным. Отсюда и разные определения права, многие из которых дале­ки от объективных реалий.

Можно согласиться с мнением, что все определения права в какой-то мере полезны с познавательной точки зрения, посколь­ку отражают хотя бы одну его сторону, даже неоправданно превоз­нося ее и пренебрегая другими. Для науки полезны и ошибочные утверждения, отвергая которые можно увереннее приближаться к истине. Но дело может принять крайне нежелательный, даже вред­ный как с научной, так и с практической точки зрения оборот, если приверженцы одностороннего определения станут претендовать на придание ему значения единственно правильного, всеобщего; если возобладает мнение, что можно и нужно создать такое определе­ние права, которое объединит в себе фактически противоположные, несовместимые его оценки; если, наконец, каждое из существенно отличающихся друг от друга определений права будет признаваться в качестве достоверного, научного и приемлемого с практической точки зрения (своеобразное положение в науке, когда по одному предмету исследования допускается существование не одной исти­ны, а «плюрализм» истин).

Допустим, в качестве научно обоснованной и целесообразной с практической точки зрения будет признана концепция, согласно

которой проводится различие между выражающим всеобщую спра­ведливость правом и действующим законодательством (не каждый за спн — право).

Можно и, видимо, полезно спорить о том, что такое право, по- разному осмысливать его происхождение и перспективы развития, принципиально расходиться во взглядах на его сущность, содержа­ние, формы и социальное назначение, но если рассматривать эти вопросы с практической точки зрения, то необходимо выходить на единую позицию, руководствуясь общими критериями. Если исхо­дить из того общепризнанного положения, что право как регулятор общественных отношений призвано соизмерять поведение граждан, государственных органов, организаций, должностных лиц, обес­печивать принятие правильных и справедливых решений, служить основой прочного правопорядка в обществе, то должно быть до­стигнуто единство мнений прежде всего в том, к каким источникам следует обращаться для принятия единственно правильного реше­ния по делу. А в этом и заключается главный, практически значи­мый критерий для достижения единства в понимании права.

Необходимость большей определенности в понимании права обусловливается не только проблемами, возникающими и болезнен­но ощущаемыми в сфере его реализации. Поскольку в современной общей теории права продолжается противостояние различных кон­цепций, а попытки его преодолеть пока безуспешны, так как в луч­шем случае носят компилятивный характер, остается неясным, на основе какой именно концепции права должно строиться препода­вание в юридических учебных заведениях. Несмотря на то что учеб­ные программы тяготеют более всего к нормативной концепции, в процессе преподавания студенты часто слышат о преимуществах ес­тественно-правовой (нравственной), социологической («широкой») или иных концепций, содержание которых объясняется по-разному в зависимости от личных пристрастий преподавателя.

чае эти представления сохраняются на уровне понимания права как совокупности отраслей, институтов, норм или законодательства во­обще. Понятно, что такая ситуация не сказывается благотворно на практической деятельности молодых специалистов.

Почему же в странах, возникших после распада СССР, в том числе в России и Беларуси, столь резко проявляются различные подходы к пониманию права? Причин много. Наряду с отмеченны­ми выше (социальными и гносеологическими) это и одностороннее изучение, и некритическое восприятие после устранения «железного занавеса» зарубежного опыта, и попытки привнесения его на почву стран Восточной Европы без учета их политико-правовой специфи­ки. Главное, видимо, состоит в том, что веками формировавшееся и фактически реализуемое нормативное понимание права, которому свойственна строгая иерархия нормативных правовых актов, было подорвано распадом федеративного, но по сути своей централи­зованного государства, появлением нормативных актов различных государственных органов, чья юридическая соподчиненность ока­залась размытой и даже утраченной. Негативную роль в этом про­цессе сыграло также появление «теневых отношений», породивших «теневое право», которое, как и всякое патологическое образование в организме, стало оказывать на него разрушающее воздействие.

Писаное право в этих условиях стало утрачивать свою ценность. Разразился, как принято было говорить, «кризис законности», когда многие законодательные акты перестали удовлетворять целые слои населения, особенно обездоленных, и в некоторой своей части на­чали тяготить властные структуры. Рассогласованность между жиз­нью и правом становилась все очевиднее, в связи с чем возникли и все упорнее внедрялись в сознание как рядовых граждан, так и чи­новничества суждения о несоответствии права и закона.

В современных исторических условиях становится все яснее, что право перестанет выполнять свою регулятивную и стабилизи­рующую роль, т. е. утратит свою значимость, социальную ценность,

если будет пониматься всеми, особенно в государственных структу­рах, по-разному. И новый импульс к поиску того, что представляет собой право или чем оно должно быть, дает закрепленная в Конс­титуции Беларуси ориентация на построение правового государства. Концепция правового государства, получив официальное призна­ние, определенно ориентирует на установление соответствия между правом и законом, на строгое соподчинение нормативных правовых актов различной юридической силы, на недопустимость решения вопросов государственной и общественной жизни, юридических споров вопреки принятым в установленном порядке и соответству­ющим Конституции правовым нормам.

2.