Национал-коммунизм и истоки изоляционизма не совпадают

Основным трудом национал-коммунизма, а ортодоксия вообще не рассматривается, называют трактат Сергея Мазлоха и Василия Шахрая "К волне"" (1919). Однако влияние этого течения в большей степени приходится на 20-е годы, уже после завершения гражданской войны.

Таким образом, национал-коммунизм рассматривается как неортодоксальная возможность эволюции советской Украины в сторону большей самостоятельности. Его влияние будет ощущаться до конца 30-х годов.

Украинский случай - случай народа с небольшими национальными элитами, представленными главным образом интеллигенцией. Интерес к этому случаю определяется и его нетипичным, особенно агрессивным и идеологизированным способом взаимодействия с шовинизмом ранее имперской нации⁴.

Историки диаспоры видят серьезные проблемы во взаимоотношениях трех государственных формаций> созданных украинской революцией: УНР, гетманата и УССР. Кроме того, они считают, что украинцы создали также и региональные государственные организмы в Галичине и на Кубани.

Особое место занимает гетманщина, которая вызывает споры, растянувшиеся на многие десятилетия. Сторонники УНР обвиняли П. Скоропадского в том, что его затея ~ это выдумка московских помещиков, желавших вернуть свои поместья в Украине. Сторонники гетмана, напротив, твердили, что он создал могущественное украинское государство, разрушенное бессмысленным бунтом социалистов.

B левом спектре наблюдались разногласия по поводу украинской советской республики. Всякая несоветская власть рассматривалась как продолжение белогвардейщины, что также мешало пониманию сути дела. Неукраинский характер ядра большевистской партии в свою очередь вызывал среди правых историков желание в упор не видеть советской государственности.

B то же время национал-коммунизм стремился, когда тайно, а когда явно, к укреплению советской государственности, чтобы при благоприятных условиях {a в перспективе мировой революции это казалось и туманным, и возможным) установить желанное равенство Украины н России.

B тех условиях это было невозможно. B отличие от восточноукраинских земель Галичина, где были

представлены совсем другие силы - национальнодемократическая и радикальная партии, хаоса избежала. Ho близость к Европе не означала отказа от искушения тоталитарным опытом. Когда Восточная Украина разочаровалась в экспериментах большевиков по украинизации, тоталитарная волна интегрального национализма в Галичине только начиналась. Демократия не дала того, чего от нее ожидали, а советская власть воспринималась как не подлежащая изменению.

Два универсала Центральной Рады обозначали два этапа формирования новой государственности, но вовсе не свидетельствовали об изначальной нацеленности на отделение. И. Лысяк-Рудницкий предлагает видеть в них не только два этапа государственного строительства:

"Ho их можно рассматривать и как проявления двух различных, альтернативных концепций украинской государственности: федералистской и самостийнической. B то время, когда бьм провозглашен Третий универсал, центрального российского правительства уже не существовало. Тем не менее, федералистическая направленность этого акта была не навязанной извне, а полностью добровольной"⁵.