\r\n
Общая отличительная черта буржуазного законодательства, регулирующего использование денег в политической обла&сти, — его непоследовательность, обусловливающая ограни&ченный, половинчатый характер принимаемых в данном отно&шении мер.
Это прослеживается повсеместно, независимо от конкретных форм соответствующего законодательства в тех или иных странах. А отсюда — сравнительно невысокая его общая эффективность. Наиболее яркое тому подтвержде&ние — проблема борьбы с коррупцией, злоупотреблениями при использовании денег в политических целях. Данный вопрос фигурирует в числе основных задач, стоящих перед законодательством. Связанный с ним материальный и мораль&ный ущерб для господствующего класса очевиден, заинтере&сованность буржуазии в ограничении коррупции сомнений не вызывает. И тем не менее ни в одной из буржуазных стран принятые меры не привели к сколько-нибудь заметному огра&ничению коррупции — ею по-прежнему поражены все эше&лоны власти.\r\nОбъяснение данному обстоятельству нужно искать в том, что буржуазное законодательство не затрагивает — и, оста&ваясь буржуазным, не может затрагивать, — первопричин коррупции: права частного капитала отстаивать свои интересы в любых формах, в том числе и с помощью денег. Оно стремится лишь упорядочить механизм использования денег в полити&ческих целях, придать ему более или менее респектабельные формы, как-то согласовать с традиционными нормами бур&жуазной демократии. Между тем «никакая демократия в мире, — отмечал В. И. Ленин, — не устранит... всесилия де&нег»1. А раз сохраняется их всесилие, сохраняется и почва для коррупции.\r\n
Действительно, поскольку выборы обходятся все дороже, парламентарии попадают во все большую зависимость от бизнесменов, складывается своеобразный заколдованный круг — «занимающие выборные государственные должности выигрывают (на выборах.
— В. Д.), потому что они получают деньги, а деньги они получают потому, что занимают выбор&ные государственные должности»2. В результате — их подав&ляющее число переизбирается, что приводит лишь к укреп&лению уже сложившихся связей между представителями государственной власти и бизнесменами, а это облегчает по&ступление денег в сферу политики, то есть содействует даль&нейшему расширению коррупции.\r\nИнтересны взгляды на этот счет американского исследо&вателя Дж. Бенсона. В работе, посвященной проблемам поли&тической коррупции, он исходит из презумпции того, что обмен политической власти на экономическое богатство в разумных пределах — явление вполне нормальное3. Подоб&ная точка зрения заслуживает специального внимания.\r\n
С одной стороны, именно таким подходом предопределя&ется общий характер рассматриваемого буржуазного законо&дательства: все принимаемые государством меры, по сути дела, сводятся к тому, чтобы с помощью технико-юридиче&ских средств удержать воздействие денег в «разумных пре&делах», не посягая в принципе на институт частных пожерт&вований, — священное в условиях буржуазного общества право свободного распоряжения деньгами, капиталом, в том числе и в сфере политической жизни.\r\n
С другой стороны, сама по себе коррупция начинается не с момента нарушения закона, а раньше — еще в рамках закона. Так, «в большинстве случаев, — как отмечал в ходе избирательной кампании 1982 года по выборам в конгресс журнал «Ю. С. ньюс энд Уорлд рипорт», — действия членов конгресса, ставящие под сомнение их порядочность, формаль&но соответствуют букве закона». В этом — одна из важней&ших особенностей проблемы коррупции в буржуазных стра&нах, и в этом же — одна из основных причин ее неискорени&мости при капиталистической системе, для которой в прин&ципе характерен разрыв между правом и моралью.\r\n
Только выходящие за рамки «разумного» случаи корруп&ции привлекают к себе особое внимание, приводят к полити&ческим скандалам, классифицируются в качестве уголовно наказуемых и, как свидетельствует политико-правовая прак&тика ведущих капиталистических стран, в подавляющем большинстве случаев остаются... ненаказуемыми. Поскольку же грань между «разумным» и выходящим за рамки такового весьма эфемерна, рассматриваемая разновидность преступ&ности стала, по сути дела, неотъемлемой, органической харак&теристикой политической и государственной жизни буржуаз- ных стран. Коррупция, говоря словами итальянского иссле&дователя Р. Гримальди, «как микроб проникает во все сферы... политической жизни». «Политика продажна, а деньги раз&вращают. Это известно всем»4, — подчеркивает и француз&ская газета «Энформасьон», обращая внимание на одну из наиболее показательных черт политической практики стран капиталистического мира.\r\n