<<
>>

Тема 3.4. Открытость и транспарентность денежно-кредитной политики

В последние годы к теме транспарентности центрального банка проявляется широкий интерес. Это вызвано, во-первых, растущей независимостью центральных банков, и, соответственно, увеличившимися требованиями к подотчетности денежных властей.

Во-вторых, обострением проблем ожиданий экономических агентов, в частности на финансовых рынках.

Современная концепция открытости и транспарентности опирается на гипотезу рациональных ожиданий, одним из разработчиков которой является Роберт Лукас. Он высказал мнение, что ожидания экономических агентов учитывают предполагаемые действия властей. Его теория утверждала, что агенты могут предвидеть дальнейшую денежно-кредитную политику и принимать ответные меры, в результате чего действия центрального банка не будут иметь эффекта на экономику. Разработка гипотезы рациональных ожиданий имела далеко идущие последствия для денежно-кредитной политики. Финн Кидлэнд и Эдвард Прескотт, учтя «критику Лукаса», создали модель предусмотрительного поведени. Согласно последней, денежно-кредитная политика способна оказывать реальный краткосрочный эффект только при условии, что действия властей несистематичны и неожиданны. В 1983 г. исследование Ф. Кидлэнда и Э. Прескотта было дополнено Робертом Бэрроу и Дэвидом Гордоном, которые создали модель временной несогласованности денежно-кредитной политики. Согласно модели, несистематичная политика будет непоследовательной, кроме того, она стимулирует инфляцию. Дебаты среди экономистов завершились консенсусом, что конечной целью денежнокредитной политики должна быть не краткосрочная, а долгосрочная стабилизация.

Так же как поведение экономических агентов в ряде случаев нивелирует краткосрочные эффекты денежно-кредитной политики, их ожидания могут способствовать более эффективной политике центрального банка. Когда участники финансовых рынков понимают пели денежно-кредитной политики, а также стратегию и тактику денежных властей, их ожидания будут способствовать успешному выполнению Центробанком своей задачи.

Что же собой представляет информационная открытость? Под ней понимается незамедлительное обнародование всей позитивной или негативной информации, которая оказывает влияние на экономические решения. Транспарентность денежно-кредитной политики означает раскрытие информации о внутреннем процессе приятия решений, т.е. объяснение того, как обнародованная экономическая информация используется в ходе принятия решений, касающихся проведения денежно-кредитной политики. Иногда транспарентность противопоставляют неопределенности, которая моделируется как «шум» с точки зрения сигналов, получаемых экономическими агентами.

В практических целях следует различать несколько видов открытости в денежно-кредитной политике, каждый из которых может повлечь за собой соответствующий такой же вид транспарентности:

  1. открытость целей экономической политики (политическая открытость);
  2. раскрытие информации об экономических данных, моделях, прогнозах (экономическая открытость);
  3. информация о стратегии и тактике денежно-кредитной политики, механизме принятия решений (процедурная открытость);
  4. открытость информации о вмешательстве центрального банка на денежном рынке и ошибках регулирования (рыночная открытость).

Первым концепцию транспарентности денежно-кредитной политики выдвинул экономист Федерального резервного банка Ричмонда (США) Марвин Гудфрэнд. Открытость и транспарентность, которые он рассматривал, были политическими и процедурными. Представленные М. Гудфрэндом аргументы начали использоваться с конца 1980-х гг. ФРС США для обоснования публикации протоколов и директив Федерального комитета по открытому рынку. М. Гудфрэнд однозначно отверг всякие доводы в пользу закрытости и секретности центрального банка. Обнародование информации должно снижать асимметрию информации и рыночную неопределенность. В основе предположений М. Гудфрэнда лежали гипотеза рациональных ожиданий и информационная эффективность финансового рынка.

Повышенная транспарентность должна уменьшать ошибки прогнозирования и улучшать благосостояние общества. В противном случае фрагментарность информации может дестабилизировать финансовый рынок и увеличить волатильность процентных ставок. Политическая открытость была также проанализирована экономистами Банка Англии К. Ноланом и Э. Шалингом. Они показали, что снижение неопределенности о предпочтениях центрального банка уменьшает инфляционное смещение, т.е. ценовую инерцию.

О. Иссинг, входящий в правление Европейского центрального банка (ЕЦБ), изучил процедурную открытость, в частности обнародование стенограмм заседаний комитетов Центробанка. Это и аналогичные исследования говорят в пользу транспарентности денежно-кредитной политики, поскольку она снижает изменчивость инфляции, безработицы и, в конечном счете, увеличивает благосостояние общества. Шведские экономисты Дж. Фауст и Л. Свенс-сон занимались изучением рыночной открытости. Они выделили несовершенство денежно-кредитного регулирования и рыночную транспарентность. Последняя моделировалась как полнота, с которой центральный банк раскрывает информацию об ошибках регулирования. Анализ Дж. Фауста и Л. Свенссона показывает, что транспарентность, по их выражению, «почти всегда» выгодна обществу, однако она часто не выгодна центральному банку, который предпочитает действовать по собственному усмотрению, стремясь к неизвестным обществу специфическим целям денежно-кредитной политики.

Экономисты финского центрального банка Дж. Таркка и Д. Майес рассматривали различные типы экономической открытости и акцентировали свое внимание на неопределенности ожиданий. В их модели общество не только не осведомлено о предпочтениях центрального банка, но также ничего не знает об оценке центральным банком инфляционных ожиданий самого общества. Публикация прогнозов денежных властей служит средством коммуникации, устраняет неопределенность и повышает предсказуемость денежно-кредитной политики.

Однако существует и противоположное мнение.

Предметом изучения А. Цукермана была публикация прогнозов центрального банка, т.е. экономическая открытость. Он пришел к выводу, что обнародование прогнозных данных видоизменяет асимметрию информации о шоках и снижает благосостояние. Прогнозы включаются агентами в инфляционные ожидания, что уменьшает способность денежных властей стабилизировать валовый внутренний продукт и шоки предложения1. В основе моделирования А. Цукермана лежала «критика Лукаса», из-за чего выводы Цукермана можно поставить под сомнение.

К началу 2000-х гг. «критика Лукаса» была существенно пересмотрена и, в свою очередь, подвергнута критике. Такие всемирно известные специалисты, как Л. Свенссон, Г. Рудебуш, Дж. Тейлор, на теоретическом уровне доказали, что поведение, основанное на прошлой динамике лучше подходит для моделирования реальной экономики, чем поведение, ориентированное на будущее. А. Эстрелла и Дж. Фюрер в 1999 г. на эмпирическом уровне подвергли тестированию «критику Лукаса» . По их оценке, предусмотрительное поведение не находит практического подтверждения. К настоящему времени большинство исследователей склоняются к тому, что гипотеза рациональных ожиданий на практике несостоятельна. Однако, по всей видимости, академические дебаты будут продолжаться еще очень долго. Как следует из последней работы 2000 г. шведского Риксбанка «Тестирование критики Лукаса: количественное исследование», для полноценного опровержения гипотезы рациональных ожиданий потребуется обширная статистическая выборка за двести лет наблюдений3.

В одной из последних работ П. Гераатс, как и А. Цукерман, изучала эффекты открытости экономических прогнозов. С использованием гипотезы рациональных ожиданий она пришла к противоположным выводам по сравнению с А. Цукерманом: открытость позволяет улучшить репутацию центрального банка, снизить инфляционное смещение и повысить гибкость реакции на шоки1. Гераатс предложила Европейскому Центральному банку публиковать конференции «Проведение денежно-кредитной политики в условиях неопределенности» Европейскитй Центральный банк принял решение в январе 2001 г.

представить общественности полную спецификацию используемой им структурной макроэкономической модели еврозоны2.

Какие же выводы можно извлечь из приведенного обзора теоретических работ? Во-первых, большинство исследователей констатирует следующие экономические выгоды открытости и транспарентности: увеличение благосостояния общества, снижение неопределенности и асимметрии информации, уменьшение инфляционного смещения, повышение гибкости реакции на шоки и, наконец, улучшение репутации центрального банка. Однако, несмотря на интуитивное одобрение любой транспарентности властей, встречаются также исследования в пользу закрытости и секретности центрального банка. Аргументы pro et contra зависят, в основном, от используемого типа моделей. Такое положение дел, к сожалению, не позволяет однозначно сказать «да» или «нет» открытости и транспарентности.

Во-вторых, доводы против транспарентности обычно появляются тогда, когда исследователь в качестве конечной цели денежно-кредитной политики выбирает экономический рост, а не стабильность цен. Это определяет наличие стимулов у центрального банка создавать неожиданную инфляцию, с помощью которой будет «подстегиваться» экономический рост. Опять возникает проблема временной несогласованности денежно-кредитной политики. Если центральный банк добивается экономического роста, тогда он не заинтересован ни в открытости, ни в транспарентности — власти делают выбор в пользу гибкости денежно-кредитной политики по отношению к шокам.

В-третьих, открытость должна, по идее, устранять асимметрию информации, однако исследования ничего не говорят об оптимальной степени открытости. Эту проблему наиболее точно озвучил президент ЕЦБ В. Дуйзен- берг: «...публикация прогноза инфляции должна не затемнять, а разъяснять действия Совета управляющих. Обществу необходимо предоставить единственный прогноз, обобщающий тщательный и исчерпывающий анализ большого числа показателей. Однако такое резюмирование приводит к неизбежному упрощению. Кроме того, в связи с тем, что публикация единственного прогноза инфляции, вероятно, будет стимулировать мнение, что денежнокредитная политика механистически стремится реализовать прогноз, его опубликование может ввести общество в заблуждение, и, следовательно, противоречит принципу транспарентности»1.

Если следовать гипотезе рациональных ожиданий, ситуация в экономике всегда выглядит идеальной. Открытость и транспарентность при наличии доверия к властям позволяют «якорить» ожидания экономических агентов, которые действуют рационально и помогают достичь центральному банку своих целей. Благодаря «критике Лукаса» в экономической науке возникли три общепринятые истины, условно названные народной теоремой:

  • повышенная транспарентность улучшает доверие к властям и повышает эффективность денежно-кредитной политики;
  • центральный банк с низким доверием вынужден проводить более рестриктивную денежно-кредитную политику;
  • денежные власти, обладающие высоким доверием общества, более гибко реагируют на шоки.

Однако при всей идеальности теория, используемая современными сторонниками гипотезы рациональных ожиданий — лишь теоретический вымысел. В частности, эмпирические исследования валютного рынка выявили, что гипотеза рациональных ожиданий, по крайней мере, ее каноническая несмещенная версия в целом отвергается в средне- и долгосрочном периоде. В определенном приближении краткосрочные ожидания могут быть охарактеризованы как рациональные, но с признаками эффекта повального увлечения2. Безусловно, гипотеза рациональных ожиданий весьма полезна для абстрактного моделирования, но ее практическая применимость крайне мала. Так что же, неужели центральному банку не нужна ни открытость, ни транспарентность? Ответ не будет однозначным. Конечно, открытость и транспарентность денежно-кредитной политики необходимы для подотчетности центрального банка. А выбор между средней и высокой транспарентностью не представляется сделать возможным с точки зрения экономических последствий. Участники финансовых рынков весьма далеки от рационального поведения, приписываемого им новой классической теорией. Достаточно вспомнить о «стадном» поведении, манипулировании рынком, извечной асимметрии информации, чтобы понять, что рынок вне зависимости от уровня транспарентности центрального банка будет вести себя иррационально. К сожалению, в мире сейчас господствует рациональный рыночный фундаментализм, а гипотеза иррациональных ожиданий находится только на стадии разработки.

Приверженцы гипотезы иррациональных ожиданий отрицают возможность логического анализа экономической динамики, вместо этого основным инструментом познания выступает инстинкт, вера, субъективное восприятие, которые недоступны пониманию разума. Рыночные игроки действуют пристрастно и их пристрастия влияют на ход событий, ошибочные ощущения подпитывают сами себя — вот природа иррационального поведения, для которого открытость денежно-кредитной политики не имеет большого значения. Гипотеза иррациональных ожиданий нашла широкое распространение в поведенческом подходе к ожиданиям валютного кризиса второго поколения. Недавно возникшая теория валютных кризисов рассматривает самореализующиеся ожидания и спонтанные кризисы, вызванные мало объяснимым «стадным» инстинктом инвесторов. В экономико-математическом моделировании такое поведение имитируется с помощью множественного равновесия. Например, теория рефлексивности, предложенная Дж. Соросом, представляет собой типичное множественное равновесие рынка, когда мнение агентов о состоянии рынка при любом раскладе сил не отражает реального положения дел1.

Сейчас Международным валютным фондом предпринимаются попытки утвердить стандарт повышенной информационной открытости, которая, по мысли либералов, видоизменит иррациональное поведение на рациональное. Однако, на взгляд автора, такой подход говорит лишь о непонимании самой природы иррационального поведения, которое с помощью стандарта раскрытия информации никак не устранить. Если в корне субъективное поведение экономических агентов нельзя изменить, то добиваться стоит не повышенной транспарентности, а более жесткого регулирования рынка, например через высокие нормативные требования к финансовым учреждениям. Центральному банку же имеет смысл остановится на варианте высокой открытости и транспарентности. Речь не идет об экстремальной открытости, когда обществу доступна вся внутренняя документация властей. Однако всесторонняя открытость (процедурная, рыночная и т.д.), такая, которой придерживаются, например, Чешский национальный банк и Банк Англии, очень полезна.

Можно назвать, по крайней мере, три выгоды от открытости, которые вытекают из гипотезы иррациональных ожиданий. Во-первых, регулярное обнародование информации центральным банком позволит проводить сторонние исследования негосударственными учреждениями. Это позволит общественными усилиями развить аналитический аппарат самого центрального банка и постепенно избавляться от проблемы несовершенного знания о состоянии экономики и ее структуре. Во-вторых, хотя и не полностью, открытость с транспарентностью снизят асимметрию информации и рыночную неопределенность. Наконец, в-третьих, публикация информации центральным банком является средством коммуникации, координирующей действия экономических агентов. Она, безусловно, не исправит иррациональное поведение, однако обнародование и разъяснение информации уменьшит число «плохих» равновесий в системе (множества равновесий), когда «стадное» поведение инвесторов провоцирует кризисы.

<< | >>
Источник: Савяк Н.Н.. КОНСПЕКТ ЛЕКЦИИ ПО ДИСЦИПЛИНЕ «ДЕНЬГИ. КРЕДИТ. БАНКИ» 2011. 2011

Еще по теме Тема 3.4. Открытость и транспарентность денежно-кредитной политики:

  1. 1.3. Приоритетные направления единой государственной денежно- кредитной политики Российской Федерации на современном этапе.
  2. Тема 10. Инструменты денежно-кредитной политики                  и их классификация
  3. Тема 3.1. Теоретические основы денежно-кредитной политики: основы деятельности центральных банков
  4. Тема 3.2. Теоретические основы денежно-кредитной политики: правила денежно-кредитной политики
  5. Тема 3.3. Трансмиссионный механизм денежно-кредитной политики
  6. Тема 3.4. Открытость и транспарентность денежно-кредитной политики
  7. Тема 3.6 Прямые инструменты денежно-кредитной политик
  8. Направления развития денежно-кредитной политики государства
  9. ТЕМА 3.4. ОСНОВЫ ДЕНЕЖНО-КРЕДИТНОЙ ПОЛИТИКИ
  10. ТЕМА 9. ДЕНЬГИ,  КРЕДИТ И ДЕНЕЖНО-КРЕДИТНАЯ ПОЛИТИКА
  11. 1.Экономические и организационные основы разработки и реализации денежно-кредитной политики ЦБ РФ.
  12. 5. Операции на открытом рынке по покупке и продаже государственных ценных бумаг как инструмент денежно-кредитной политики ЦБ РФ.
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -