<<
>>

§ 1. Экстраординарный характер доступа в суд надзорной инстанции.

Право на суд в широком смысле слова определяет сущность и значение правосудия в целом, является универсальным, то есть подлежащим реализации и защите на всех стадиях цивилистического процесса и во всех судебных инстанциях.

В связи с этим на международно-правовом уровне, прежде всего, на уровне Совета Европы и Европейского Суда по правам человека ему уделено огромное внимание. В решении по делу Голдера Суд отметил, что немыслимо существование в гражданских вопросах верховенства права без возможности получения доступа к правосудию. Этот принцип, по мнению ЕСПЧ, предполагает то, что возможность передачи дела на рассмотрение судье должна быть обеспечена в каждом гражданско- правовом споре102.

ЕСПЧ сформулировал три вида ограничений доступа к суду: самим

гражданином, национальным судом и законом. Применительно к последнему виду ограничений предполагается свобода усмотрения государств- участников Конвенции, предусматривающая, в частности, установление инстанций собственной судебной системы и условий приемлемости передачи спора в определенную инстанцию, а также пресекательных сроков обжалования103.

Международно-правовая возможность законодательного ограничения

доступа в суд в зависимости от его инстанционного статуса реализована в процессуальном законодательстве Российской Федерации применительно к суду надзорной инстанции. Порядок осуществления права на доступ в данное

102 См.: Нешатаева Т. Н. Уроки судебной практики о правах человека: европейский и российский опыт. М.,

2007. 320 с. // Доступ из справ.-правовой системы «Консультант Плюс».

103 См.: Там же.

судебное звено обладает определенными особенностями, отличен от соответствующих процедур в судах нижестоящих инстанций, то есть специфичен, экстраординарен. Другой вопрос – это содержательное наполнение данной экстраординарности, то, как она влияет на процессуальные права лиц, обращающихся в суд надзорной инстанции.

Доступ в суд надзорной инстанции определяется двумя основными группами факторов. Первая группа связана с заявителями, то есть лицами, наделенными процессуальным законом правом обращения в суд надзорной инстанции, а вторая группа факторов напрямую связана с самим судом надзорной инстанции, разрешающим в соответствии с определенными критериями вопросы приемлемости поданных процессуальных документов и дальнейшего их движения с делом.

Заявители реализуют право на доступ в суд при наличии набора обстоятельств юридического и фактического характера. Представители советской процессуальной науки называли данные обстоятельства предпосылками, с которыми связывали возникновение соответствующего права104. Современные исследователи по-разному определяют аспекты доступа в суд надзорной инстанции, связанные с лицами, подающими надзорные жалобы, заявления, наполняют их различным содержанием.

И. Н. Балашова в качестве таких аспектов понимает поводы к возбуждению надзорного производства, процессуальные документы, поданные определенными субъектами, как правило, лицами, участвующими в деле, а также прокурором и должностными лицами Верховного Суда Российской Федерации. При этом автор полагает, что подаваемые документы должны соответствовать формальным требованиям105. То есть, доступ лиц в

суд надзорной инстанции определяется единством надлежащих субъектов и

104 См.: Гурвич М. А. Право на иск. М., 1949. С. 53; Добровольский А. А., Иванова С. А. Основные проблемы исковой формы защиты права. М., 1979. С. 103.

105 См.: Балашова И. Н. Проблемы пересмотра судебных постановлений в порядке надзора в гражданском судопроизводстве: Дис. … канд. юрид. наук. Саратов, 2004. С. 106-122.

процессуальных документов, поданных с соблюдением установленной формы.

М. Ю. Новик-Качан в качестве условий обращения в надзорную инстанцию рассматривает надлежащих субъектов принесения надзорной жалобы, заявления, представления и соблюдение требований закона о форме, содержании и сроке их подачи106.

А. Е. Ефимов доступ лиц, участвующих в деле, в суд надзорной

инстанции связывает с предпосылками и специальными условиями права на обращение в судебно-надзорную инстанцию, которые включают объекты (вступившие в законную силу судебные акты), субъекты (собственно лица, участвующие в деле, прокурор) и процессуально установленный срок обращения107.

Р. М. Масаладжиу доступ в суд надзорной инстанции обусловливает

наличием соответствующих предпосылок – объектов надзорного обжалования, то есть вступивших в силу судебных актов, и надлежащих субъектов. Кроме этого, автор определяет условия осуществления права на обращение в суд надзорной инстанции, к которым относит срок обращения, соблюдение всех требований к форме и содержанию жалобы108.

В приведенных позициях общим является то, что в качестве факторов,

определяющих доступ заинтересованных лиц в суд надзорной инстанции, рассматривается их процессуальный статус, объекты обжалования, требования к форме и содержанию подаваемых процессуальных документов, срок их подачи и необходимость исчерпания иных процессуальных способов проверки судебных актов. Полагаем, что все эти факторы в контексте

доступа в суд надзорной инстанции являются ключевыми, требующими

106 Новик-Качан М. Ю. Надзорное производство в гражданском процессе: Дис. … канд. юрид. наук. М.,

2005. С. 70, 100-113.

107 Ефимов А. Е. Надзорное производство в арбитражном процессе: Дис. … канд. юрид. наук. М., 2007. С. 73.

108 Масаладжиу Р. М. Проблемы обеспечения доступности правосудия на стадии надзорного производства в гражданском и арбитражном процессах: Дис. … канд. юрид. наук. М., 2009. С. 74-105.

безусловного соблюдения, а потому выступают в качестве условий обращения в суд надзорной инстанции.

Части 1, 3 ст. 391.1 ГПК РФ и ч. 1 ст. 292 АПК РФ наделяют правом подачи жалобы, заявления три основные группы лиц: лиц участвующих в деле, лиц, не участвующих в деле, но о правах и обязанностях которых был принят судебный акт и прокурора.

Аналогичный подход предусматривается в обновленной модели надзорного производства в едином Верховном Суде Российской Федерации в отношении судебных актов арбитражных судов (ст.

308.1 проекта Федерального закона «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации»109).

Закрепление в законе первых двух групп субъектов обоснованно и не вызывает возражений. Необходимость привлечения не участвовавших в деле лиц, статус которых по результатам рассмотрения дела подвергся изменению, была предметом множества дискуссий и оценки различными судебными органами.

Отдельное упоминание прокурора в качестве субъекта обращения в суд надзорной инстанции ранее вызывало массу критики. Это было связано с тем, что прокурор в соответствии с прежними процессуальными законами выступал не в качестве лица, участвующего в деле, а в качестве должностного лица, представителя власти, не имевшего тесной связи со спорным правоотношением и обладавшего правом оперативного и произвольного вмешательства в процесс.

С принятием современных ГПК РФ и АПК РФ, а затем и внесением в течение последних десяти лет изменений, прежде всего в ГПК РФ, административные полномочия представителей прокуратуры стали неуклонно сокращаться. Прокурор по своему процессуальному статусу

приблизился к остальным лицам, участвующим в деле. Однако и

109 См.: Проект Федерального закона «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации» № 466670-6 // Автоматизированная система обеспечения законодательной деятельности // URL: http://asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/(Spravka)?OpenAgent&RN=466670-6&02 (дата обращения: 06 марта 2014 года).

процессуальные полномочия по обращению прокурора в суд надзорной инстанции ограничены фактическими обстоятельствами, связанными с личностью лица и перечнем конкретных категорий дел (ч. 1 ст. 45 ГПК РФ, ч.

1 ст. 52 АПК РФ). Поэтому назвать прокурора должностным лицом, произвольно вмешивающимся в процесс, в настоящее время затруднительно.

Таким образом, современный перечень субъектов обращения в суд надзорной инстанции юридически обоснован, рационален и не свидетельствует об экстраординарном, то есть ограниченном доступе в суд надзорной инстанции в зависимости от статуса обращающегося лица.

Объектами обжалования в Верховном Суде Российской Федерации и Высшем Арбитражном Суде Российской Федерации являются вступившие в силу судебные акты. До настоящего времени проблемой в данном случае выступал различный критерий их закрепления в ГПК РФ и АПК РФ. Если в ч. 2 ст. 391.1 ГПК РФ указывается закрытый перечень судебных постановлений, подлежащих обжалованию в порядке надзора, то ст. 292 АПК РФ такого перечня не содержит, а указывает лишь на обязательность исчерпания возможностей проверки законности судебного акта (ч. 3 ст. 292

АПК РФ). Однако соответствующие изменения в АПК РФ также предусматривают закрытый перечень судебных актов, являющихся объектом надзорной проверки (ч. 3 ст. 308.1 проекта Федерального закона «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации»).

Такой подход вызван рядом процессуальных причин. Одной из них является закрепление проверочных полномочий за различными судебными звеньями судов общей юрисдикции. Например, функции апелляционных инстанций выполняют районные суды, областные, краевые и другие приравненные к ним суды, Судебные коллегии по гражданским, административным делам, Апелляционная коллегия Верховного Суда Российской Федерации (ст. 320.1 ГПК РФ).

Взаимосвязанной причиной выступает концентрация полномочий различных проверочных инстанций в одном судебном звене. Эти явления

Л. А. Терехова называет вертикальной и иерархической множественностью инстанций, что влечет различный уровень защиты, получаемый заинтересованными лицами в конкретном суде110.

Наконец, фундаментальной процессуальной причиной дифференцированного подхода к объектам надзорной проверки можно рассматривать наличие института родовой подсудности, закрепленной в ст.ст.

23, 25, 26, 27 ГПК РФ. Перечень, характер и субъектный состав дел, упомянутый в этих статьях, в частности, дел публичного характера (об оспаривании нормативных правовых актов, избирательных дел) отчетливо показывает реализацию правила «равный идет к равному». К примеру, невозможно рассмотрение районным судом заявления об оспаривании Указа Президента Российской Федерации или Постановления Правительства Российской Федерации. Такой подход к установлению правил подсудности видится архаичным и напоминает судебное устройство по реформе 1775 г., когда для каждого сословия, - дворян, государственных крестьян и горожан, - существовали соответствующие системы земских судов, земских расправ и магистратов111.

Характер данных проблем, как видим, выходит за пределы

функционирования надзорной судебной инстанции. В свою очередь, подобные претензии к прежнему порядку производства в арбитражных судах не предъявлялись. Следует согласиться с Е. А. Борисовой и Л. А. Тереховой, высказавшимися за постепенный отказ от института родовой подсудности в пользу территориальной подсудности, не совпадающей с административно-

территориальным устройством Российской Федерации и ее субъектов112.

110 Терехова Л. А. Право на исправление судебной ошибки как компонент судебной защиты: Дис. … доктора юрид. наук. Екатеринбург, 2008. С. 72-73.

111 См.: История отечественного государства и права. Под ред. О. И. Чистякова. М., «Юрист». 2004. Часть 1.

// Доступ из справ.-правовой системы «Консультант Плюс».

112 См.: Борисова Е. А. Теоретические проблемы проверки судебных актов в гражданском и арбитражном процессах: Автореф. дис. … доктора юрид. наук. М., 2005. С. 10; Терехова Л. А. Право на исправление судебной ошибки как компонент судебной защиты: Автореф. дис. … доктора юрид. наук. Екатеринбург,

2008. С. 6-7.

К значимому фактору доступа в суд надзорной инстанции можно отнести срок подачи надзорной жалобы, заявления, соблюдение которого определяет реализацию права на обжалование судебных актов113. В настоящее время установлен трехмесячный срок, исчисляемый с момента вступления в силу обжалуемого (оспариваемого) судебного акта.

В последние годы по мере изменения процессуального закона в части установления срока обжалования в доктрине присутствовали различные точки зрения относительно необходимой его продолжительности.

М. И. Клеандров, оценивая соответствующую норму АПК РФ, полагает, что трехмесячный срок недостаточно продолжителен, а М. Ю. Новик-Качан, поддерживая данный тезис, высказался за увеличение срока до одного года114.

Представителями процессуальной науки оценивались прежние годичный и шестимесячный сроки подачи надзорной жалобы, как, соответственно, чрезмерный и достаточный115.

Со своей стороны следует сказать, что степень разумности срока обжалования судебного акта в суд надзорной инстанции можно полноценно оценить лишь во взаимосвязи с продолжительностью аналогичных процессуальных сроков обращения в нижестоящие проверочные инстанции.

В проверочных инстанциях арбитражных судов действует принцип: чем выше суд, тем продолжительнее срок обращения с соответствующей жалобой, заявлением. Срок подачи апелляционной жалобы составляет один месяц со дня принятия решения арбитражным судом первой инстанции, кассационной жалобы – два месяца со дня вступления в силу обжалуемых

решения, постановления (ч. 1 ст. 259, ч. 1 ст. 276 АПК РФ).

113 См.: Грицанов А. С. Кассационное производство в советском гражданском процессе. Томск, 1980. С. 19; Смагина Е. С. Теоретические аспекты апелляционного производства по обжалованию решений и определений мировых судей в российском гражданском процессе: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Саратов, 2005. С. 21; Ярков В. В. Юридические факты в механизме реализации норм гражданского процессуального права: Дис. … доктора юрид. наук. Екатеринбург, 1992. С. 314.

114 См.: Клеандров М. И. Арбитражный процесс. М., 2003. С. 289; Новик-Качан М. Ю. Указ. соч. С. 113.

115 См.: Терехова Л. А. Система пересмотра судебных актов в механизме судебной защиты. М., 2007. С. 140; Жуйков В. М. Судебная реформа: проблемы доступа к правосудию. М., 2006. С. 148.

Можно предположить, что такой подход был использован в связи с поинстанционным уменьшением общего количества судов конкретной инстанции и, следовательно, меньшей их территориальной доступностью для лиц, участвующих в деле. Проблема территориальной доступности проверочных судов особенно остро стоит в больших по территории субъектах Российской Федерации, где своевременное решение всех процессуальных вопросов и необходимость своевременной реакции лиц, участвующих в деле, на процессуальные действия суда умножается на транспортные проблемы. Это, очевидно, и вызывает необходимость закрепления в законе определенного временного люфта.

В судебных инстанциях судов общей юрисдикции в вопросе срока обжалования, напротив, присутствует некая асинхронность. Если срок подачи апелляционной жалобы составляет один месяц, то срок обращения в кассационную инстанцию – шесть месяцев при упомянутом нами трехмесячном сроке подачи надзорной жалобы. Чем вызваны такие скачки в продолжительности сроков обжалования – неизвестно. В такой ситуации вся внешняя рациональность трехмесячного надзорного срока нивелируется. Возможным вариантом решения этой проблемы могло бы стать логичное сокращение срока обращения в кассационную инстанцию до двух месяцев, по аналогии с кассационной инстанцией арбитражных судов.

Проблема длительности срока обжалования видится частной в сравнении с таким фактором-условием доступа в суд надзорной инстанции, как необходимость исчерпания лицом ресурсов нижестоящих, ординарных проверочных инстанций. В ГПК РФ напрямую это требование не закреплено, но следует из перечня судебных актов – объектов надзорного обжалования. Последняя редакция АПК РФ закрепляет требование исчерпания других имеющихся возможностей проверки в судебном порядке законности оспариваемого судебного акта (ч. 3 ст. 292). Известным способом проверки законности в арбитражных судах является кассационное производство, которое до последнего времени не содержало каких-либо ограничений для

лиц, участвующих в деле, при условии исчерпания ими ресурсов апелляционной инстанции (ч. 1 ст. 273 АПК РФ).

Императивные положения ГПК РФ и АПК РФ об обязательном прохождении всех инстанций порождены европейско-правовой и конституционно-правовой оценками надзорного производства.

Европейский Суд по правам человека в целой серии своих постановлений указал на взаимосвязь широко известного принципа правовой определенности и максимального использования ординарных способов проверки судебных актов в форме апелляционного и (или) кассационного судопроизводства с предоставлением соответствующим судам достаточных средств и полномочий для лучшего осуществления их обязанностей116.

Не остался в стороне и Конституционный Суд Российской Федерации,

указав в п. 3.3 своего пилотного Постановления о надзорном производстве в судах общей юрисдикции, что допущенные судом первой инстанции ошибки должны исправляться судом второй инстанции в процедурах, наиболее приближенных к производству в суде первой инстанции117.

Ординарность способа проверки, вероятно, является свойством проверочной судебной инстанции, предполагающим наличие полного объема полномочий по установлению фактических обстоятельств дела, проверке правильности применения и толкования норм права, а также полноценного процессуального статуса лиц, участвующих в деле. Для того, чтобы воспользоваться таким статусом, необходим обычный, ординарный порядок обращения в проверочную инстанцию, не предусматривающий никаких

ограничений по рассмотрению дела в виде так называемых предварительных

116 См.: Постановление Европейского Суда по правам человека от 24.07.2003 г. по делу «Рябых против Российской Федерации» // Журнал российского права. 2004. № 5. С. 110-119; Постановление Европейского Суда по правам человека от 06.11.2008 по делу «Дементьев против Российской Федерации» (жалоба №

3244/04) // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2009. № 9. С. 151 – 159; Постановление Европейского Суда по правам человека от 27.03.2008 по делу «Муртазин против Российской Федерации» (жалоба № 26338/06) // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание.

2009. № 11. С. 68 – 77; Постановление Европейского Суда по правам человека от 18.01.2007 по делу «Кот против Российской Федерации» (жалоба № 20887/03) // Бюллетень Европейского суда по правам человека. Российское издание. 2008. № 5. С. 79 - 88.

117 См.: Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 5 февраля 2007 г. № 2-П // СЗ РФ.

2007. № 7. Ст. 932.

этапов-фильтров. Процессуальные документы заявителей при соблюдении формальных требований должны приниматься к производству и рассматриваться по существу.

Ординарными проверочными инстанциями арбитражных судов в данном значении являются апелляционная и кассационная, поэтому их прохождение, исчерпание как условие доступа в надзорную инстанцию до разработки проекта Федерального закона, вносящего изменения в АПК РФ (о нем будет сказано ниже) представлялось реальным и исполнимым.

В ином положении оказались лица, имеющие намерение обратиться в Верховный Суд Российской Федерации в качестве суда надзорной инстанции. Если с исчерпанием суда апелляционной инстанции проблем возникнуть не должно, то ситуацию с новой кассационной инстанцией, действующей с 1 января 2012 года, можно охарактеризовать как требование исчерпать неисчерпаемое.

Все дело в том, что глава 41 ГПК РФ, регулировавшая до внесения изменений Федеральным законом от 9 декабря 2010 г. № 353-ФЗ производство в суде надзорной инстанции, стала регулировать кассационное производство, с заменой лишь одного слова в названии главы. Ее содержание осталось практически неизменным. Сохранился и предварительный этап изучения и рассмотрения кассационных жалоб с последующей неопределенностью относительно того, поступит ли она с делом в кассационный суд для рассмотрения по существу или нет. В случае отрицательного для обратившегося лица результата, а именно непередачи судьей Верховного Суда Российской Федерации кассационной жалобы с делом в соответствующую судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации, исключается возможность рассмотрения жалобы по существу и получения обратившимся лицом итогового определения судебной коллегии, выступающего согласно п. 6 ч. 2 ст. 391.1 ГПК РФ объектом надзорного обжалования. Иными словами, на пути рассмотрения дела по существу судом надзорной инстанции в качестве фильтра сначала фактически выступает суд

кассационной инстанции, а затем и соответствующий этап надзорного производства, что подтверждается чрезвычайно малым количеством дел, рассмотренных по существу в кассационном порядке. Например, в 2012 г. в рамках обновленного кассационного производства судов общей юрисдикции в суд кассационной инстанции передано только 4,8 % от числа рассмотренных жалоб и представлений по делам районных судов118. Рациональное объяснение наличию двух ограниченно доступных проверочных судебных инстанций гражданской юрисдикции из трех найти сложно.

В соответствии с проектом Федерального закона «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации» предусматривается аналогичная модель надзорного производства в отношении судебных актов арбитражных судов с тем лишь отличием, что еще одной недоступной судебной инстанцией, препятствующей обращению заинтересованных лиц в надзорную инстанцию, будет кассационная инстанция в лице новой Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации119.

Следует в очередной раз заметить, что наличие судов высших уровней,

наряду с общепринятой необходимостью обеспечения единства судебной практики, разрешения сложных социально-политических конфликтов, объясняется еще и тривиальной возможностью вынесения незаконных и необоснованных судебных решений и необходимостью устранения допущенных судебных ошибок, объективно существующих независимо от

текущего представления о предназначении высшей судебной инстанции120.

118 См.: Обзор судебной статистики о деятельности федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей в 2012 году // Официальный сайт Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации // URL: http://www.cdep.ru/index.php?id=80 (дата обращения: 30. 07 2013 г.).

119 См.: Проект Федерального закона «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс

Российской Федерации» № 466670-6 // Автоматизированная система обеспечения законодательной деятельности // URL: http://asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/(Spravka)?OpenAgent&RN=466670-6&02 (дата обращения: 06 марта 2014 года).

120 См.: Тимофеев Ю. А. Полномочия суда второй инстанции в гражданском процессе: современные проблемы. М., 2008. С. 9; Цихоцкий А. В. Теоретические проблемы эффективности правосудия по гражданским делам. Новосибирск, 1997. С. 205.

Существующий порядок обращения заинтересованных лиц в две проверочные инстанции судов общей юрисдикции и предлагаемый аналогичный подход в рамках системы арбитражных судов данную идею не учитывает. Недоступность кассационной инстанции становится фактором недоступности надзорной инстанции. Кроме того, затруднительным может быть осуществление традиционной процессуальной функции суда надзорной инстанции, - обеспечение единообразия в применении и толковании судами норм права, поскольку подавляющее большинство надзорных жалоб и дел, на основании которых и вырабатываются правовые позиции, не будет рассматриваться по существу.

Традиционно незаметным, но, как видится, от того не менее важным фактором доступа в суд надзорной инстанции является перечень требований к процессуальным документам, подаваемым в суд надзорной инстанции – надзорной жалобе, заявлению, представлению. Важность определяется и общепроцессуальным принципом диспозитивности, в соответствии с которым лицо, обращающееся за защитой в суд, будь то ординарный или экстраординарный, вправе самостоятельно распоряжаться своими процессуально-правовыми средствами в целях защиты своих материальных

прав121. Поэтому перечень требований, предъявляемых к надзорной жалобе,

заявлению, должен свидетельствовать о выборе заявителем определенной линии защиты и, в то же время, обладать некоторыми экстраординарными свойствами.

Требования к надзорной жалобе, заявлению, представлению закреплены в ст. 391.3 ГПК РФ, ст. 294 АПК РФ. Условно их можно разделить на требования к форме и содержанию документа. При этом форма жалобы, заявления состоит из нескольких частей, каждая из которых

включает в себя содержательные требования и реквизиты.

121 Арбитражный процесс: Учебник. (отв. ред. В. В. Ярков). М., 2010. // Доступ из справочно-правовой системы «Консультант Плюс».

Многие ученые, в частности, И. Н. Балашова, И. В. Решетникова, полагают, что жалоба фактически состоит из традиционных вводной, описательной, мотивировочной и заключительной (просительной) частей122.

Вводная часть включает в себя информацию о наименовании суда- адресата, реквизиты и координаты лица, подающего жалобу. Описательная часть включает сведения о предшествующей обращению судьбе дела, то есть, данные о судах, рассматривавших дело, содержание принятых ими постановлений, а также указание на оспариваемые судебные акты.

Требования к мотивировочной части в ГПК РФ и АПК РФ предполагают указание на основания пересмотра судебных постановлений в порядке надзора с приведением подтверждающих доводов и ссылок на нормативные правовые акты. Пункт 3 ч. 2 ст. 294 АПК РФ (п. 7 ч. 1 ст. 308.2 обновленной редакции АПК РФ) содержит лишь дополнительное требование к заявителю об указании причинно-следственной связи между предполагаемым фактом наличия оснований пересмотра судебного постановления и последствиями для заявителя в виде нарушений прав и законных интересов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Заключительная или просительная часть в ГПК, в отличие от АПК, выделена в виде отдельного пункта, хотя, очевидно, ее наличие предполагается при обращении в обе надзорные инстанции.

Немаловажным формальным требованием является приложение к жалобе, заявлению документов, например, доверенности, в случае подачи жалобы представителем лица, заверенных копий принятых по делу судебных постановлений и копии самой жалобы, заявления по числу участвующих в

деле лиц. Это требование является способом избегания перегрузки заявления,

122 См.: Балашова И. Н. Указ. соч. С. 117-118; Постатейный комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации. Под ред. П. В. Крашенинникова. М., 2012. (автор главы – И. В. Решетникова) // Доступ из справочно-правовой системы «Консультант Плюс».

представления фактическими данными, содержащимися в отдельных документах123.

В то же время, ядром, сущностью надзорной жалобы, заявления является мотивировочная ее часть. Критерием мотивированности, аргументированности документа, а, следовательно, и выражением воли обращающегося лица относительно спора и дальнейшей судьбы дела выступает взаимосвязь указаний на закрепленные в ст. 391.9 ГПК РФ основания пересмотра судебных актов и правоподтверждающие доводы. АПК РФ предусматривает аналогичную конструкцию с той лишь разницей, что доводы лица должны быть подкреплены нормативными правовыми актами. Данные требования практически идентичны требованиям к процессуальным документам, подаваемым в нижестоящие проверочные инстанции.

О необходимости закрепления в процессуальном законе специальных требований к содержанию надзорных жалоб, заявлений высказывались некоторые исследователи. В частности, Е. А. Борисова является сторонником данного подхода, но только в контексте соответствия суда надзорной инстанции европейским стандартам правосудия124.

Требование обоснования нарушения единства судебной практики,

указания на существенные нарушения оспариваемым судебным актом прав и интересов заявителя рассматривалось С. Ю. Никоноровым, Л. И. Миннегалиевой в качестве специального условия реализации права на обжалование в порядке надзора. Однако его содержательное наполнение и

средства реализации авторами не приводились125.

123 См.: Постатейный комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу Российской Федерации. М.,

2006. С. 714 (автор главы – д.ю.н., Фурсов Д. А.).

124 См.: Борисова Е. А. Указ. соч. С. 314.

125 См.: Никоноров С. Ю. Производство в порядке надзора в гражданском процессе: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2004. С. 7-8; Миннегалиева Л. И. Возбуждение надзорного производства в гражданском и арбитражном процессе: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2010. С.6.

На законодательном закреплении обязанности лица обосновать свою позицию относительно процессуальных оснований пересмотра судебных актов в рамках арбитражного процесса указывал А. Е. Ефимов126.

Отправной точкой, ориентиром обоснования надзорной жалобы, заявления для лиц, участвующих в деле, является перечень оснований пересмотра судебных актов. То есть положения статей 391.9 ГПК РФ и 304

АПК РФ имеют двойное назначение – для заявителей и для судей суда надзорной инстанции. Изначально такая модель правового регулирования выглядит привлекательной, поскольку ориентирует стороны в выборе линии своей аргументации на предмет проверки суда надзорной инстанции. Однако проблема состоит в неопределенности содержания самих оснований пересмотра судебных актов в порядке надзора

Следует полагать, что такая ситуация не способствует качеству правовой позиции заявителя и запутывает судей, которые должны уяснить просьбу обращающегося лица и правильно квалифицировать его доводы, то есть, установить соответствие между фактическими обстоятельствами дела и юридическими основаниями его пересмотра.

В то же время, заявители пытаются излагать свои просьбы в соответствии с компетенцией суда надзорной инстанции. Например, в определениях коллегии судей ВАС РФ о передаче дела в Президиум содержится информация о том, что заявители просят отменить судебные акты, ссылаясь на нарушение судами единообразия в практике применения норм материального права127. В другой группе определений указано, что заявители ссылаются как на нарушение единообразия в правоприменении,

так и на существенное нарушение прав и интересов в сфере

126 См.: Ефимов А. Е. Надзорное производство в арбитражном процессе: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2007. С. 9-10.

127 См.: Определения коллегии судей Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации о передаче дела в

Президиум № ВАС-11925/12 от 26.10.2012 г., № ВАС-11808/12 от 25.10.2012 г., № ВАС-6497/10 от

14.09.2011 г., № ВАС-14489/11 от 13.12.2011 г., № ВАС-7677/11 от 16.08.2011 г., № ВАС-676/12 от

12.03.2012 г., № ВАС-7240/12 от 19.07.2012 г.// Официальный сайт Высшего Арбитражного Суда

Российской Федерации // URL: http://ras.arbitr.ru/

предпринимательской деятельности128. В еще одной группе определений отмечено, что заявители просят отменить оспариваемые судебные акты, ссылаясь просто на нарушение или неправильное применение судами норм права129.

АПК РФ, вместе с тем, попытался решить эту проблему указанием не на любые нарушения, а лишь на существенные нарушения прав и интересов (п. 3. ч. 2. ст. 294 АПК РФ). Но даже такая формулировка нам видится неудачной, поскольку содержит оценочную характеристику.

Во-первых, оценочный критерий не позволяет установить для лиц, обращающихся в суд надзорной инстанции, конкретный перечень обстоятельств, служащих основанием подачи заявления. Во-вторых, употребление в тексте закона таких словосочетаний противоречит основным правилам юридической техники, предусматривающим недопустимость или, по крайней мере, ограничение использования оценочных характеристик в текстах нормативных правовых актов. Ведь закон должен быть четким, определенным и недвусмысленным.

Взаимосвязанной проблемой является проблема психологического характера. Она состоит в том, что лица, обращающиеся в суд надзорной инстанции, рассчитывают на него как на суд высшей справедливости. С другой стороны лицо должно понимать, что задействует ресурсы высшей проверочной инстанции, при этом дело уже было предметом рассмотрения, как минимум, в двух судебных звеньях. В таких условиях бремя доказывания значимости дела для заявителя, состоятельности подаваемой жалобы должно

быть возложено именно на обращающееся в суд лицо.

128 См.: Определения коллегии судей ВАС РФ № ВАС-14570/11 от 12.12.2011 г., № ВАС-8893/12 от

14.08.2012 г., № ВАС 13295/12 от 12.12.2012 г., № ВАС-12781/12 от 04.12.2012 г., № ВАС-13096/12 от

03.12.2012 г., № ВАС-12084/12 от 19.11.2012 г. // Официальный сайт Высшего Арбитражного Суда

Российской Федерации // URL: http://ras.arbitr.ru/

129 См.: Определения коллегии судей ВАС РФ № ВАС-11511/12 от 19.10.2012 г., № ВАС-8564/11 от

08.09.2011 г., № ВАС-7628/12 от 20.07.2012 г., № ВАС-6936/12 от 19.07.2012 г., № ВАС-14798/12 от

12.12.2012 г., № ВАС-12441/12 от 07.12.2012 г. // Официальный сайт Высшего Арбитражного Суда

Российской Федерации // URL: http://ras.arbitr.ru/

Иными словами, экстраординарный характер доступа в суд надзорной инстанции должен носить содержательный характер и быть связан с юридическими и фактическими действиями непосредственно самих заявителей по формированию совокупности аргументированных доводов, указывающих на взаимосвязь фактических и юридических обстоятельств, повлекших, по их мнению, неправильное разрешение дела по существу или нарушение права на судебную защиту и подлежащих изложению в надзорной жалобе.

Рекомендация Комитета министров Совета Европы от 7 февраля 1995 г. содержит аналогичную идею требовать от лица, подающего жалобу в суд третьей инстанции, ее обоснования. По мнению Комитета министров, заявитель должен обосновать, почему его дело будет развивать право или способствовать единообразному толкованию закона130. В то же время, такая позиция представляется ошибочной по следующей причине.

Безотносительно стадий гражданского судопроизводства и характера судебных инстанций, в рамках которых оно осуществляется, всегда сохраняется его частноправовая природа. Лицо, обращаясь за защитой в вышестоящие суды, всегда в своем сознании держит единственную мысль: как наиболее быстро и эффективно защитить, отстоять свое субъективное право или законный интерес. При этом ему абсолютно безразлично, на каком этапе развития находится национальное право и судебная практика и как его дело может помочь в их развитии. В любом случае этот вопрос должен ставиться и решаться не лицом, участвующим в деле, а компетентными судьями в ходе рассмотрения дела. В противном случае складывается ситуация, при которой лицо в соответствии с требованиями процессуального закона, указывая в жалобе на нарушение единства судебной практики,

совершает притворное действие, подсознательно ожидая от суда не развития

130 Рекомендация № R (95)5 относительно введения в действие и улучшения функционирования систем и процедур обжалования по гражданским и торговым делам от 07.02.1995 г. // URL: http://www.businesspravo.ru/Docum/DocumShow_DocumID_43424.html

абстрактного для него права в целом, а защиты вполне конкретных прав и интересов.

В то же время, еще в советский период времени отмечалось, что человеку без юридических знаний в рамках сложной процессуальной процедуры вести сколько-нибудь значительное дело невозможно131. И если организации, органы власти, как правило, имеют в своем штате профессиональных юристов на постоянной основе, то ситуация с гражданами, учитывая их разнородный социальный состав и имущественное положение, не такая однозначная. Очевидно, что отсутствие у гражданина юридического образования и качественного консультирования по вопросам обращения в суд напрямую влияет на качество подаваемых процессуальных документов.

В то же время, составление качественных процессуальных документов, подаваемых в суд надзорной инстанции, где были бы обозначены правовые проблемы, решение которых может способствовать обеспечению единства судебной практики, а также указано на ординарные судебные ошибки, повлиявшие на правильное разрешение дела по существу, требует высокой юридической квалификации, именно высокопрофессионального сопровождения. Однако такой уровень профессиональной помощи имеет место далеко не при каждом обращении в суд надзорной инстанции. Ряд ученых обозначает комплекс причин данной проблемы, среди которых низкий уровень готовности юристов к работе с материалами дела на стадии надзорной проверки, вызванный, в свою очередь, тем, что большинство из них редко сталкиваются с деятельностью высшего судебного органа, а также

просто низкий уровень юридической квалификации специалистов132.

В таких условиях необходимы относительно четкие критерии, подтверждающие высокий уровень профессионализма лица. Один из них –

131 См.: Пучинский В. К. Принципы гражданского буржуазного права. М., 1988. С. 26.

132 См.: Верещагин А. Н., Карапетов А. Г., Тай Ю. В. Пути совершенствования правотворческой деятельности Высшего Арбитражного суда РФ // «Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации», 2013, № 6.

это статус адвоката, предполагающий необходимый стаж работы по юридической специальности и факт сдачи квалификационного экзамена, что свидетельствует об определенном, достаточно высоком уровне подготовки.

В доктрине идею участия адвокатов на стадии надзорного производства высказывали, в частности, Е. А. Борисова, Л. И. Миннегалиева, И. В. Решетникова, В. В. Ярков, однако, конкретные способы и формы интеграции адвокатов в структуру надзорного производства авторы не предлагали133. Идею не только участия адвоката в судебном разбирательстве высших судов, но и его профессиональной монополии разделяет руководство Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации134. Идея адвокатской монополии в высшей судебной инстанции нашла свое воплощение в проекте Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации135.

Опыт прикрепления адвокатов к определенным судебным звеньям, в частности, высшим, существует в странах Центральной и Западной Европы. Например, в Германии по гражданским делам адвокаты имеют право выступать только в том суде, в котором они допущены к адвокатской практике. В Верховном федеральном суде и высших судах земель могут выступать только адвокаты, имеющие аккредитацию при этих судах. Во Франции представительство адвоката обязательно в очень важных судебных учреждениях: в трибуналах большой инстанции, апелляционных судах, Кассационном суде136. Адвокатская монополия в вопросах представительства

сторон фактически присутствует и в рамках производства в Европейском

133 См.: Борисова Е. А. Указ. соч. С. 292; Миннегалиева Л. И. Возбуждение надзорного производства в гражданском и арбитражном процессе: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2010. С. 16; Решетникова И. В., Ярков В. В. Гражданское право и гражданский процесс в современной России. М., 1999. С. 115-135.

134 См.: Интервью с Председателем Верховного Суда Российской Федерации В. М. Лебедевым и

Председателем Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации А. А. Ивановым // URL:

http://pravo.ru/story/view/85270/; http://pravo.ru/news/view/85151/.

135 См.: Проект № 381232-4 «Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации». (ред., внесенная в ГД ФС РФ).

136 См.: Прокудина Л. Представительство в арбитражном процессе (вопросы профессионализации) // Арбитражный и гражданский процесс. 2009. № 1. С. 14-18; Гражданский процесс зарубежных стран // Под ред. А. Г. Давтяна. М., 2008. С. 113.

Суде по правам человека (пп. «а» п. 5 Правила 36 Регламента Европейского суда по правам человека).

Однако следует крайне осторожно относиться к адвокатской монополии во всех ее аспектах, связанных не с уровнем профессионализма, а с искусственным созданием закрытой корпорации людей, попадание в которую другим профессионалам, например, из периферийных регионов, затруднительно. В данном вопросе чрезвычайно важно сохранение реальной конкурентной и многочисленной среды специалистов в области юриспруденции, имеющихся во всех субъектах Российской Федерации.

Еще одним критерием профессионализма можно рассматривать наличие у лица ученой степени по юридической специальности. Количество таких людей в стране достаточно обширно, а возможность их привлечения для оказания услуг профессионального представительства в суде надзорной инстанции сможет быть одним из факторов конкуренции в юридическом сообществе. К тому же, аналогичное требование к представителю присутствует в рамках конституционного судопроизводства (ст. 53

Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде

Российской Федерации»)137.

В то же время, сложившийся в настоящее время подход к критериям высокопрофессионального юридического сопровождения в суды высших инстанций (прежде всего, в рамках конституционного судопроизводства), к которым как раз и относится наличие у лица статуса адвоката или ученой степени, в действительности находит ряд проблем практического характера.

Как отмечает Г. А. Жилин, само по себе участие в рассмотрении гражданского дела адвоката не означает, что оказанная им юридическая помощь будет обязательно квалифицированной138. В качестве аргументов приводится ситуация с кадровым формированием адвокатуры, проблемами

профессиональной подготовки адвокатов, отсутствие юридической

137 СЗ РФ. 1994. № 13. Ст. 1447.

138 См.: Жилин Г. А. Правосудие по гражданским делам: актуальные вопросы. М., 2010. // Доступ из справочно-правовой системы «Консультант Плюс».

специализации среди адвокатов, являющейся одним из условий высокопрофессионального судебного представительства, особенно, в высшей судебной инстанции.

В свою очередь, сотрудники юридических организаций, а также органов государственной власти, не обладающие статусом адвоката, но специализирующиеся на осуществлении функций судебного представителя по определенным категориям дел, например, налоговых, финансовых, обладают значительно большими возможностями по оказанию профессионального судебного представительства в целом, а также высокопрофессионального сопровождения подачи надзорной жалобы, - в частности, чем адвокаты общей практики. Этот аспект нельзя не учитывать при определении минимально необходимых требований к профессиональному судебному представителю в высшей инстанции. В противном случае, огромное количество высококвалифицированных специалистов окажется вне производства в суде надзорной инстанции, что не будет способствовать повышению содержания процессуальных отношений в высшем суде и развитию судебной системы, о необходимости которого неоднократно заявляло руководство Верховного Суда Российской Федерации

и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации139.

Следует обратить внимание на наличие с недавнего времени правовой основы оказания бесплатной юридической помощи, элементы которой могут быть использованы и в рамках производства в суде надзорной инстанции. В

2011 году был принят Федеральный закон «О бесплатной юридической помощи в Российской Федерации»140. Виды бесплатной юридической помощи, предусмотренные ст. 6 (правовое консультирование, составление документов правового характера и представление интересов гражданина),

полностью охватывают набор необходимых действий, связанных с

139 См.: Интервью с Председателем Верховного Суда Российской Федерации В. М. Лебедевым и Председателем Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации А. А. Ивановым // URL: http://pravo.ru/story/view/85270/; http://pravo.ru/news/view/85151/.

140 СЗ РФ. 2011. № 48. Ст. 6725.

обращением гражданина в суд надзорной инстанции. Процедура привлечения профессионалов в области юриспруденции достаточно четко урегулирована в ст. 18 Федерального закона.

При этом представляется совершенно нерациональным предлагаемое некоторыми авторами возложение полномочий по привлечению профессиональных судебных представителей на судью надзорной инстанции141. Это повлечет дополнительную нагрузку в ущерб рассмотрению непосредственно надзорной жалобы. В любом случае все вопросы, связанные с привлечением профессиональных представителей, должны решаться до подачи процессуальных документов в суд надзорной инстанции.

Правовое консультирование, как в письменной форме, так и в форме личной беседы с клиентом позволит совместно оценить перспективы дела, прояснить все субъективно-личностные аспекты, направить гражданина в выборе линии правовой аргументации и избежать, тем самым, подачи явно необоснованных жалоб, которые по известному мнению Европейского Суда направлены на переоценку фактов и простое несогласие с выводами нижестоящих судов.

Более того, можно предположить, что так называемый предварительный этап-фильтр надзорного производства, в ходе которого решаются вопросы приемлемости надзорной жалобы, заявления, будет фактически частично перенесен на досудебное их обсуждение между заявителем и адвокатом.

Для лиц, не погруженных в юридические тонкости, такие меры будут способствовать повышению общей правовой грамотности, формировать уважительное отношение к закону и суду. А это полностью корреспондирует общим целям и задачам гражданского и арбитражного судопроизводства.

Вторая значимая группа факторов, определяющая доступ граждан и организаций в суд надзорной инстанции, связана с порядком совершения им

процессуальных действий по разрешению вопроса о дальнейшем движении

141 См.: Миннегалиева Л. И. Указ. соч. С. 16.

жалобы, заявления с делом после их поступления в суд. Данные действия совершаются в ходе упомянутого нами предварительного этапа рассмотрения надзорной жалобы, заявления, представления.

Содержание ст.ст. 391.4-391.8 ГПК РФ и ст.ст. 295, 299-301 АПК РФ позволяет нам сделать вывод о том, что основным предназначением предварительного этапа выступает установление наличия процессуальных оснований пересмотра судебных актов в порядке надзора с точки зрения содержательных требований. Данное предназначение предварительного этапа, а также сам факт его наличия в качестве неотъемлемой части надзорного производства не характерны для других проверочных инстанций. Это свидетельствует об экстраординарном, то есть, ограниченном характере доступа в суд надзорной инстанции в части внутриинстанционного движения жалобы с делом.

В связи с изложенным представляется целесообразным оценить рациональность процессуального предназначения предварительного этапа как непосредственно влияющего на доступ заинтересованных лиц в суд надзорной инстанции.

Российские исследователи по-разному характеризуют предназначение предварительного этапа. Л. И. Миннегалиева, опираясь на общеправовую процессуальную теорию В. Н. Протасова, определяет данный этап как предпроцесс, имеющий целью установление достаточности оснований основного процесса142.

М. Ю. Новик-Качан целью предварительной процедуры рассмотрения

жалобы, заявления видит выявление оснований для истребования и передачи дела для рассмотрения по существу в суд надзорной инстанции143.

Аналогичной позиции придерживается И. В. Рехтина144.

142 См.: Миннегалиева Л. И. Возбуждение надзорного производства в гражданском и арбитражном процессе: Дис. … канд. юрид. наук. Екатеринбург, 2010. С. 167.

143 См.: Новик-Качан М. Ю. Указ. соч. С. 103-104.

144 См.: Рехтина И. В. Пересмотр судебных постановлений в порядке надзора в гражданском процессе: Дис.

… канд. юрид. наук. Барнаул, 2006. С. 49.

Л. А. Терехова рассматривает предварительный этап как способ решения вопроса о приемлемости жалобы и допускает его существование при условии наличия четких критериев передачи жалобы с делом в основной этап надзорного производства145.

Д. А. Фурсов воспринимает данную процедуру в арбитражном

надзорном производстве как связанную с предварительным обсуждением оспариваемого судебного акта в целях обнаружения наличия или отсутствия оснований для его пересмотра146.

Таким образом, все точки зрения едины в том, что целью, предназначением предварительного этапа является проверка приемлемости жалобы на основании факта наличия или отсутствия оснований пересмотра судебных актов, закрепленных в ст. 391.9 ГПК РФ и ст. 304 АПК РФ (ст.

308.8 АПК РФ новой редакции147).

Данные основания носят исчерпывающий характер, относительно узкие по содержанию, что объясняется стремлением законодателя обозначить специфику компетенции надзорной судебной инстанции, ее отграничения от проверочной компетенции судов апелляционной и кассационной инстанции. Однако, несмотря на абстрактное содержание процессуальных оснований пересмотра судебных актов в порядке надзора, проверка приемлемости жалобы на предмет наличия нарушений конституционных, международных прав и свобод, публичных интересов сопряжена с неизбежным исследованием сути дела, то есть, характера спора, фактического материала, правильности применения норм права. Это делается или, по крайней мере, должно делаться с тем, чтобы установить прямую взаимосвязь конкретных обстоятельств дела и, например, нарушений прав и свобод, гарантированных

Конституцией Российской Федерации.

145 См.: Терехова Л. А. Указ. соч. С. 200-202.

146 См.: Постатейный комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу Российской Федерации. М.,

«Проспект». 2006. С. 714 (автор главы – д.ю.н., Фурсов Д. А.).

147 См.: Проект Федерального закона «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации» № 466670-6 // Автоматизированная система обеспечения законодательной деятельности // URL: http://asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/(Spravka)?OpenAgent&RN=466670-6&02 (дата обращения: 06 марта 2014 года).

Следовательно, неразрывная связь правовой и фактической сторон дела присутствует и в рамках производства в суде надзорной инстанции. Практическим подтверждением этому является характер определений, выносимых судьей (коллегией судей) по итогам предварительного этапа. Определения коллегии судей Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации достаточно объемны, содержат подробное описание фактических обстоятельств дела, то есть, по своим внешним признакам мало чем отличаются от судебных актов судов первой инстанции. Проверка наличия оснований пересмотра судебного акта на предварительном этапе в действительности сводится к рассмотрению жалобы заявления по существу, тем самым затрагивается сущность дела.

В то же время Европейский Суд по правам человека, признавая возможность ограничения права на доступ в суд, указывает на необходимость соблюдения условий, при которых это право не будет ограничено таким образом и до такой степени, чтобы оказалась затронута его сущность148.

Конституционный Суд Российской Федерации в своем Постановлении

от 5 февраля 2007 г. в целом оправдывает наличие предварительной процедуры правовой природой и предназначением надзорного производства, а также необходимостью исключения явно необоснованных обращений.

Тем не менее, недопущение подачи явно необоснованных жалоб, заявлений в значительной мере достигается в ходе их проверки на соответствие формальным требованиям (ст. 391.4 ГПК РФ, ст. 295, 296 АПК РФ). А в случае реализации предложенной нами обязанности лиц качественно обосновать и мотивировать жалобу, заявление, угроза их поступления в суд явно необоснованными в принципе потеряет актуальность.

С учетом того, что жалоба, заявление фактически рассматриваются по

существу, процессуальной проблемой предварительного этапа или этапа-

148 См.: Eur. Court H. R. Case of Hirst v. The United Kingdom (No. 2) // URL:

http://hudoc.echr.coe.int/sites/eng/pages/search.aspx?i=001-70442.

фильтра является форма его осуществления. Ч. 1 ст. 299 АПК РФ закрепляет, что заявление или представление рассматриваются коллегиальным составом судей Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в судебном заседании без извещения лиц, участвующих в деле.

Форма судебного заседания может способствовать качественному и всестороннему рассмотрению поданных документов, поэтому сложно расценить характер заседания, проводимого в отсутствие заинтересованных

лиц.

По мнению М. Ш. Пацация, значимость судебного заседания определяется задачами судопроизводства, поэтому разбирательство по делу в судебном заседании осуществляется при условии обязательного извещения лиц, участвующих в деле. Арбитражный суд не вправе без участия заинтересованных в исходе дела лиц определять их субъективные права, устанавливать обязанности и возлагать соответствующую ответственность149.

Т. К. Андреева полагает, что процессуально закрепленное право не

извещать лиц, участвующих в деле, о судебном заседании на предварительном этапе обусловлено тем, что в данном судебном заседании не должно рассматриваться дело по существу по правилам производства в суде первой инстанции или по правилам апелляционной, кассационной инстанции, когда бы имело значение участие в нем сторон. В то же время, определяются такие значимые, сущностные задачи предварительного этапа, как установление факта нарушения прав и интересов заявителя оспариваемым судебным актом, степень существенности такого нарушения и взаимосвязь приведенных в заявлении (представлении) аргументов с

процессуальными основаниями согласно ст. 304 АПК РФ150.

Очевидно, что изложенные процессуальные задачи предварительного этапа свидетельствуют, по крайней мере, о возможности участия в нем

149 См.: Постатейный комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу Российской Федерации. Под ред. Д. А. Фурсова. М., 2006. С. 714 (автор главы – д.ю.н., Пацация М. Ш.).

150 См.: Постатейный комментарий к Арбитражному процессуальному кодексу Российской Федерации. Под ред. В. Ф. Яковлева, М. К. Юкова. М., 2003. (автор главы – Т. К. Андреева).

заявителей, если из имеющихся у суда в распоряжении письменных материалов дела сложно сделать вывод о наличии или отсутствии каких-либо юридически значимых обстоятельств. Присутствие лиц, участвующих в деле, на предварительном этапе рассмотрения надзорной жалобы, заявления позволит обеспечить базовое взаимодействие, диалог с коллегией судей, в устной форме довести до них основные положения своих доводов, которые, в том числе, могут быть направлены на выработку судом надзорной инстанции правовой позиции по делу. Учитывая это обстоятельство, важно предоставить заявителям возможность визуального контакта и краткого изложения доводов составу суда еще до передачи дела в Президиум высшей судебной инстанции.

Следует обратить внимание на международный опыт работы Европейского Суда по правам человека в той части, в которой процедура производства предусматривает возможность участия любой из сторон (лично или через профессионального представителя) на любой стадии рассмотрения жалобы, в том числе и в рамках рассмотрения вопроса о ее приемлемости, которое является аналогом предварительного этапа отечественного надзорного производства. При этом стороны обладают правом как устного участия в слушаниях, так и предоставления любых письменных материалов, имеющих отношение к делу, особенно в тех случаях, когда Суд сочтет это

необходимым151.

Немаловажным фактором выступает, также, возможность через очное участие в процедуре осуществлять элементарный контроль за деятельностью коллегии в форме ее визуального восприятия заявителями. Аналогичной позиции придерживается ряд современных ученых152. Очевидно, что

кулуарность и тайный характер процедуры необъяснимы и неразумны.

151 См.: Конвенция о защите прав человека и основных свобод. Заключена в г. Риме 4 ноября 1950 г. // СЗ РФ. 2001. № 2. Ст. 163; Регламент (Правила процедуры) Европейского суда по правам человека. // Регламент на русском языке подготовлен для публикации в системах КонсультантПлюс.

152 См.: Верещагин А. Н., Карапетов А. Г., Тай Ю. В. Указ. соч.

Следует заметить, что в соответствии с изменениями, предусмотренными проектом Федерального закона «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации»153, предполагается такой же процессуальный порядок предварительного этапа надзорного производства, как и в надзорном производстве судов общей юрисдикции. ГПК РФ в качестве его формы вообще не предусматривает никакого судебного заседания, даже в усеченном виде. Согласно ст.ст. 391.5,

391.6 ГПК РФ надзорные жалоба, представление изучаются, рассматриваются судьей Верховного Суда Российской Федерации, после чего им выносится определение об отказе в передаче или в передаче жалобы с делом в Президиум.

Сложно отождествлять так называемое изучение жалобы судьей с ее процессуальным рассмотрением. Закрытый характер здесь еще более выражен, чем в АПК РФ. Более того, такая модель процессуального регулирования фактически узаконивает заочное рассмотрение жалоб и возможность в таких условиях вынесения определений, по своим процессуальным последствиям исключающих доступ лиц, участвующих в деле, в основной этап надзорного производства – судебное заседание Президиума Верховного Суда Российской Федерации.

По-прежнему скупое процессуальное регулирование предварительного этапа в ГПК РФ, а также его закрытый характер влечет за собой ряд внутрисудебных, организационно-технических проблем, имеющих непосредственное воздействие на процессуальные аспекты судопроизводства.

Государственные служащие Верховного Суда Российской Федерации, -

консультанты, советники, помощники, - занимаются первичной проверкой надзорных жалоб на предмет их соответствия формальным требованиям.

153 См.: Проект Федерального закона «О внесении изменений в Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации» № 466670-6 // Автоматизированная система обеспечения законодательной деятельности // URL: http://asozd2.duma.gov.ru/main.nsf/(Spravka)?OpenAgent&RN=466670-6&02 (дата обращения: 06 марта 2014 года).

Кроме того, служебной обязанностью данных лиц является составление проектов определений судьи о дальнейшем движении дела. При этом совершенно непривычным является поступление жалобы непосредственно к судье и личное ее изучение. Вместе с тем, эти обязанности возложены на судью законом. На практике реальное воплощение процессуальных действий судьи сводится к изучению уже составленного помощником или советником проекта и его подписание. Об этой проблеме неоднократно упоминалось много лет назад, однако до настоящего времени с учетом многочисленных изменений в ГПК РФ она не нашла своего решения154.

Можно предположить, что такое распределение служебных

обязанностей направлено на ограждение судей, как носителей особого статуса, от рутинной, черновой работы и ее возложение на младших по возрасту и квалификации работников. Но при такой организации рассмотрения процессуальных документов страдает конституционное право на осуществление правосудия только судом.

Субъективный момент состоит в том, что государственные служащие в условиях значительного количества жалоб проявляют известную степень формализма, рассматривают их по шаблону, не вникая в конкретные обстоятельства дела и доводы обратившегося лица. Да и сами доводы, изложенные в жалобе, по негласному правилу оцениваются работником аппарата в последнюю очередь, лишь после изучения содержания принятых по делу судебных актов. Весь этот порядок характеризует часто употребляемое работниками суда и емкое словосочетание «отписка жалобы». Вряд-ли лицо, обратившееся в Верховный Суд Российской Федерации и не знакомое с его внутренними правилами, представляет себе именно такой порядок рассмотрения своего обращения.

Проблемой, присущей надзорному производству в гражданском процессе, унаследованной его обновленной моделью в рамках единого

Верховного Суда Российской Федерации, и непосредственно влияющей на

154 См.: Боннер А. Т. Проблемы установления истины в гражданском процессе. СПб., 2009. С. 533.

доступ лиц, участвующих в деле, в суд надзорной инстанции, является сохранение особого процессуального статуса Председателя Верховного Суда Российской Федерации, его заместителей в вопросе проверки приемлемости жалобы, представления и их передаче в Президиум (ч. 3 ст. 391.5, ст. 391.11

ГПК РФ, ч. 7 ст. 308.4, ст. 308.10 АПК РФ новой редакции).

Первая форма участия руководства Верховного Суда Российской Федерации состоит в праве отмены отказного определения судьи Верховного Суда Российской Федерации и вынесения противоположного по содержанию определения, дающего доступ жалобе с делом в основной этап судопроизводства. Вторая форма участия, исходя из названия ст. 391.11 ГПК РФ, ст. 308.10 АПК РФ, представляет собой самостоятельную процедуру инициирования рассмотрения дела в Президиуме со специальными критериями, формой реализации и сроком обращения для заинтересованных

лиц.

На первый взгляд, полномочия должностных лиц по допуску жалобы с делом в случае вынесения рядовым судьей отрицательного для заявителей определения выглядят привлекательными и способствующими тому, чтобы участвующие в деле лица были услышаны в судебном заседании Президиума. Аналогичные нормы присутствовали в ст.ст. 381, 383 прежней редакции ГПК РФ и были предметом конституционно-правовой оценки. Конституционный Суд Российской Федерации отметил, что закрепленные полномочия могут быть реализованы только при наличии обращения лица,

подавшего жалобу, представление, в рамках общего срока обжалования155.

Как известно, до 2010 г. существовало несколько надзорных инстанций, в связи с чем Конституционный Суд указал на необязательность обращения к должностным лицам, поскольку иное повлекло бы безосновательное увеличение числа надзорных инстанций, нарушение принципа правовой определенности и предназначение надзорного

производства. Необязательность использования данных возможностей

155 СЗ РФ. 2007. № 7. Ст. 932.

законодателем почему-то была воспринята как молчаливое согласие на их сохранение в новой редакции ГПК РФ.

Нынешняя ситуация, как видим, напротив идет вразрез как с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, так и с Резолюцией Комитета министров Совета Европы, призывающей ограничивать количество надзорных жалоб, которые возможно подать по одному и тому же делу156. Отрицательной позиции относительно участия в судебной процедуре государственных должностных лиц придерживался и Европейский Суд по правам человека157.

Ст. 391.11 ГПК РФ, так же, как и ст. 391.5, (а теперь и ст. 308.4, 308.5,

308.10 АПК РФ) являются наследием старой процедуры судебного надзора. В ней, как и раньше, содержатся специальные критерии внесения представлений в Президиум, правда, в несколько модифицированном виде. Если до изменений 2010 г. представление вносилось в целях обеспечения единства судебной практики на судебные акты, нарушающие публичные интересы, правила подведомственности или подсудности, то современная редакция закрепляет цель устранения фундаментальных нарушений норм права, повлиявших на законность обжалуемых судебных актов и лишивших или существенно ограничивших заявителей в процессуальных правах, гарантированных ГПК РФ.

Таким образом, кроме усложнения самой формулировки, исключена цель обеспечения единства судебной практики, то есть, формально- юридически предназначение представления Председателя Суда, его

заместителей заметно сократилось.

156 См.: Промежуточная Резолюция Комитета министров Совета Европы 8 февраля 2006 г. /// URL:

https://wcd.coe.int/ViewDoc.isp.

157 См.: Постановление Европейского Суда по правам человека от 06 ноября 2008 по делу «Дементьев против Российской Федерации» (жалоба № 3244/04) // Бюллетень Европейского суда по правам человека.

Российское издание. 2009. № 9. С. 151 – 159; Постановление Европейского Суда по правам человека по

жалобе № 52854/99 «Рябых против Российской Федерации» от 24 июля 2003 г. // Бюллетень Европейского

Суда по правам человека. 2003. № 12; Постановление Европейского Суда по правам человека по жалобе №

47033/99 «Тумилович против Российской Федерации» от 22 июня 1999 г. // Журнал российского права. 2000.

№ 9; Постановление Европейского Суда по правам человека по жалобе № 33408/03 «Денисов против

Российской Федерации» от 22 июня 1999 г. // Доступ из справ.-правовой системы «Консультант Плюс».

В течение 2012 года Конституционный Суд Российский Федерации, рассмотрев значительное количество жалоб по данному вопросу, принял однотипные Определения. В них орган конституционного контроля перенес свои прежние правовые позиции образца 2007 года на новую модель, рассматривая ее в качестве аналогичной, и оправдал сохранение полномочий административных лиц Верховного Суда Российской Федерации158.

Сомнения о целесообразности сохранения особой процедуры

инициирования рассмотрения дела в порядке надзора придерживаются, также, М. А. Алиэскеров, Е. А. Борисова, Л. А. Терехова, В. В. Ярков159. Диссертант солидарен с данными авторами, однако, хотелось бы подойти к этой достаточно известной проблеме не только в процессуальном аспекте, а и в структурном, связанном с происхождением присутствия в судебной процедуре несудебных субъектов.

Корни проблемы, очевидно, берут свое начало в советское время, когда, как уже упоминалось ранее, функции суда и административных органов были намеренно соединены с целью взаимного контроля над революционной, а, впоследствии, советской законностью. Присутствие в гражданском судопроизводстве чиновников на основании занимаемой должности рассматривалось как само собой разумеющееся. Впоследствии данный подход был подкреплен ростом количества дел, рассматриваемых судами в порядке надзора и, как следствие, возрастающей нагрузкой на судью при кадровом дефиците секретарей, помощников и иных лиц, выполняющих большой объем работы по обработке обращений, организационной подготовке судебных заседаний и, в целом, содействующих

отправлению правосудия. Известно, что в настоящий период кадровый

158 См.: Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2012 г. № 1413-О; Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 22 марта 2012 г. № 608-О-О; Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 11 мая 2012 г. № 779-О // Документы опубликованы не были. Доступ из справ.-правовой системы «Консультант Плюс».

159 См.: Алиэскеров М. А. Кассационное производство по гражданским делам: вопросы теории и практики. М., 2005. С. 111; Борисова Е. А. Указ. соч. С. 293-296; Терехова Л. А. Система пересмотра судебных решений в ГПК РФ // Вестник гражданского процесса. 2012. № 3. С. 29-51; Ярков В. В. Новеллы ГПК РФ: "новое вино в старые меха"? // Юридическая газета. 2011. № 1-2. С. 1 - 3.

потенциал высших судебных инстанций в данном вопросе значительно улучшился.

Современное гражданское процессуальное законодательство в большей части унаследовало нормы, закрепляющие специальные права судей, замещающих организационно-управленческие должности. Причем, такие нормы присутствуют не только в рамках института надзорного производства, но и, например, в рамках нового кассационного производства арбитражных судов (ч. 8 ст. 291.6, ч. 2 ст. 291.7 АПК РФ), института компенсации участникам процесса нарушения разумных сроков рассмотрения дела: предусмотрена возможность обращения заинтересованных лиц к

председателю суда с заявлением об ускорении рассмотрения дела160.

Узаконенное вмешательство должностных лиц в осуществление правосудия влечет проблему терминологического единства, а также взаимосвязанную с ней психологическую проблему.

И ГПК РФ, и АПК РФ в качестве структур, непосредственно осуществляющих правосудие и представляющих суд как участника процесса, закрепляют судью единоличного, коллегию судей (судебный состав) и Президиум высшего судебного органа. Все они полномочны на рассмотрение и разрешение дел. Данная трехзвенная структура возникла не сразу, а формировалась десятилетиями или даже столетиями и основана не на простом усмотрении законодателя, а на рационально обоснованных подходах к надлежащим субъектам осуществления правосудия, в зависимости от характера дела, уровня суда и его компетенции.

Институт должностных лиц имеет гораздо меньшую историю функционирования и вряд ли основан на схожих критериях. Это подтверждается функциональным предназначением должностного лица, закрепленным в законодательстве Российской Федерации: выполнение им

организационно-распорядительных или административно-хозяйственных

160 Данные положения закреплены в новых редакциях ГПК РФ и АПК РФ (ч. 6 ст. 6.1 ГПК РФ, ч. 6 ст. 6.1

АПК РФ).

функций161. Верховный Суд Российской Федерации в Постановлении Пленума раскрывает данные функции как руководство коллективом, организацию труда и службы подчиненных, управление и распоряжение имуществом, находящимся на балансе организации или учреждения. Нетрудно увидеть, что связь должностного лица в его функциональном аспекте с правосудием практически отсутствует162.

Проблема существования должностного лица в гражданском процессе

имеет и социально-психологический аспект. Он заключается в том, что лицо при реализации права на суд, обращается не к конкретному судье или группе судей, а в орган под общим названием «суд». Эти особенности воплощаются в формальных требованиях к исковому заявлению, иным процессуальным документам, а также в нормах устного взаимодействия лица, участвующего в деле и представителя суда, которые предполагают обращение к нему в единой форме – «Уважаемый суд!». Данная форма обращения не содержит конкретных должностей, званий или фамилии, имени, отчества судьи. То есть, фигура судьи (суда) для участников процесса обезличена, неперсонифицирована, что, очевидно направлено на предотвращение неформальных, непроцессуальных отношений между ними и влияние, тем самым, на беспристрастность судей.

Когда же лицо, при обращении в суд, в силу процессуального закона должно ступать в контакт с должностным лицом для совершения юридически значимых действий, то это может вызвать у обыкновенного гражданина чувство страха, незащищенности и зависимости его судьбы от чиновника. В целях исключения возникновения такой ситуации гражданин в принципе не должен знать, какую административную должность занимает

судья, рассматривающий его дело.

161 См.: Федеральный закон от 21 апреля 2006 г. № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации». СЗ РФ. 2006. № 19. Ст. 2060; Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях от 20 декабря 2001 г. № 195-ФЗ. СЗ РФ. 2002. № 1 (ч.1). Ст. 1;

162 См.: Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 февраля 2000 г. № 6 «О

судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе» // Российская газета. 2000. № 38.

В то же время, несмотря на данные аргументы, необходимо учитывать ряд процессуальных проблем структурного характера, послуживших почвой для сохранения специальных полномочий должностных лиц по инициированию рассмотрения дел в порядке надзора.

Прежде всего, одной из таких проблем является зачастую формальный подход к рассмотрению поступивших жалоб и заявлений. Суд надзорной инстанции не всегда должным образом мотивирует судебные акты, препятствующие дальнейшему движению жалобы с делом в рамках надзорного производства. Как мы упоминали выше, особенно ярко это проявляется в Верховном Суде Российской Федерации. Кроме того, при всем стремлении процессуального закона к обеспечению пресловутого единства судебной практики, она по своему содержанию не всегда является единой и стабильной.

Принимая во внимание данные проблемы, законодатель, скорее всего, осознавал, что заложенные в процессуальном законе средства часто не способны в полном объеме защитить различные аспекты фундаментальных прав граждан и организаций, дополнительно возложив данную обязанность на должностных лиц высшей судебной инстанции.

В связи с этим, следует сказать, что полная ликвидация института должностных лиц в рамках рассмотрения дел в порядке надзора может быть реализована при условии если не полного решения названных проблем, то, по крайней мере, их минимизации. В противном случае необходимость дополнительного способа инициирования проверки судебных актов в порядке надзора будет актуальна.

Подводя краткий итог особенностям доступа лиц, участвующих в деле, в суд надзорной инстанции, можно отметить следующее. Существующая в настоящее время особая процедура предварительного этапа-фильтра фактически затрагивает существо дела, то есть, имеет место рассмотрение дела по существу. В то же время, средства и форма данной процедуры не соответствуют этой важнейшей процессуальной задаче. Можно полагать, что

это является весомым аргументом в пользу отхода от существования предварительного этапа надзорного производства в его современном виде, как в судах общей юрисдикции, так и в арбитражных судах. При этом все процессуальные действия, затрагивающие существо жалобы, должны совершаться исключительно в судебном заседании с возможностью присутствия лиц, участвующих в деле. Иными словами, речь идет о придании предварительному этапу-фильтру рассмотрения дела в порядке надзора публичного, открытого характера, особенно учитывая те задачи, которые решаются на данном этапе. Это потребует изменения структуры самого суда надзорной инстанции, о чем будет сказано в параграфе третьем настоящей главы.

<< | >>
Источник: Князькин Сергей Игоревич. ЭКСТРАОРДИНАРНЫЙ ХАРАКТЕР ДЕЯТЕЛЬНОСТИ НАДЗОРНОЙ СУДЕБНОЙ ИНСТАНЦИИ В ГРАЖДАНСКОМ И АРБИТРАЖНОМ ПРОЦЕССЕ. Диссертация на соискание учѐной степени кандидата юридических наук. Москва, 2014. 2014

Еще по теме § 1. Экстраординарный характер доступа в суд надзорной инстанции.:

- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -