3.4. Движение к ювенальной юстиции: первые практические шаги

Уже сегодня в судах общей юрисдикции возможно ввести специализацию судей по делам несовершеннолетних, организовать их обучение и повышение квалификации не только по вопросам ювенального права, но и педагогики, психологии, психиатрии, социологии; к участию в рассмотрении дел в судах привлекать специалистов органов и учреждений государственной системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних (в нашей стране они выполняют функции социальных служб).

Федеральный закон «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних», вступивший в силу с 30.06.1999, определил правовые основы проведения профилактической работы с несовершеннолетними, например, освобожденными судом от уголовной ответственности и наказания в соответствии с ч. 3 ст. 27, п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, ч. 3 ст. 20 УК РФ¹⁵⁵, условно осужденными и др. Этим же законом определен судебный порядок помещения несовершеннолетних, не подлежащих уголовной ответственности, в специальные учебно-воспитательные учреждения закрытого типа, центры временного содержания для несовершеннолетних правонарушителей органов внутренних дел.

Судья, специализирующийся на рассмотрении дел о преступлениях несовершеннолетних, должен владеть информацией обо всех социальных службах для несовершеннолетних, знать специфику их деятельности, а также объем предоставляемых ими социальных услуг. Ведь именно этим службам предстоит проводить с несовершеннолетним, его родителями (лицами, их заменяющими) индивидуальную профилактическую работу после вынесения судебного решения.

В некоторых регионах России фактически уже перешли к системе ювенального правосудия.

Проект «Право на детство» российского благотворительного фонда «Нет алкоголизму и наркомании» стал одной из «первых ласточек» ювенальной юстиции в России. В его рамках в 1999 г. впервые в помощники к судье, ведущему дела подростков, направили соцработника.

Так, судья, работавшая с соцработником И. Сводниной, сочла возможным приговорить к условному наказанию двоих подростков, проходивших по статье «разбой с нанесением телесных повреждений». Оказалось, что мальчиков в тот день напоил водкой брат одного из них. Оба пили водку впервые в жизни. В другом случае И. Своднина способствовала «ужесточению» решения суда. Двое подростков сняли железную дверь в подъезде, чтобы продать. Им вынесли приговор, но они, подпадая под амнистию, должны были быть освобождены в зале суда без всякого наказания. «По моей рекомендации судья предложила им выполнить программу примирения. Ребята встретились с начальником ЖЭКа и попросили у нее прощения. А потом вместе с родителями вставили дверь обратно и отремонтировали подъезд. Отец одного из них признался потом, что совместное дело сблизило их с сыном, – говорит И. Своднина. – Это, кстати, и называется семейной терапией»¹⁵⁶.

В 2000 г., после Москвы и Санкт-Петербурга, Ростовская область стала третьим регионом России, к сотрудничеству с которым приступило представительство программы развития ООН «Поддержка осуществления правосудия в отношении несовершеннолетних» (ПРООН) в Российской Федерации. Впервые в соглашении по проекту ПРООН участвует Судебный департамент при Верховном суде РФ. Цель проекта – познакомить работников судебной системы, правоохранительных органов, органов и учреждений системы профилактики безнадзорности несовершеннолетних с механизмом осуществления правосудия, соответствующим международным стандартам в этой области, а также с накопленным отечественным и зарубежным опытом.

Согласно данному проекту с 1 января 2001 г. в районных судах Ростова-на-Дону, помимо существующей специализации федеральных судей по рассмотрению дел о преступлениях несовершеннолетних, введены новые должности – социальные работники при судах.

Судья при рассмотрении дела о преступлении несовершеннолетнего не ограничивается только вынесением судебного решения, а принимает меры по выявлению причин преступления, их устранению, оказанию необходимой помощи подростку. Доклады социальных работников о результатах социального обследования и личности несовершеннолетнего оказывают судье незаменимую помощь в судебном разбирательстве.

Социальный работник взаимодействует с органами и учреждениями государственной системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних при решении конкретных проблем подростка, оказавшегося в конфликте с законом (по продолжению обучения, трудоустройству, разрешению конфликтных ситуаций в семье и т. п.). Многие подростки нуждались в психологической помощи, оказание которой было организовано социальными работниками при судах на базе Ростовского областного центра психолого-педагогической и медико-социальной помощи Министерства общего и профессионального образования области, психологического центра управления образования Ростова-на-Дону.

В необходимых случаях для индивидуальной профилактической работы с семьями, социальное положение которых было неблагополучно, социальные работники при суде привлекали специалистов органов социальной защиты. Контроль за поведением подростка осуществляется судом с помощью социального работника при суде и после вынесения судебного решения. Случаев повторного совершения правонарушений подростками, прошедшими через новую процедуру судопроизводства, не зарегистрировано.

В осуществлении проекта ПРООН и создании региональной модели ювенальной юстиции активное участие принимают различные общественные правозащитные организации.

Заключены договоры с Ростовским государственным университетом о сотрудничестве: введена специализация студентов по проблемам ювенальной юстиции, организовано прохождение ими практики в судах. В области планируется организовать бесплатную юридическую помощь несовершеннолетним на базе судов по типу существующих в некоторых регионах России и за рубежом «юридических клиник» с участием специалистов вузов и студентов¹⁵⁷.

По мнению председателя Ростовского областного суда В. Ткачева, социальный работник при суде – это работник органов судебной власти, а именно исполнительного органа судебной власти – Судебного департамента¹⁵⁸.

Главное в новом подходе к несовершеннолетнему преступнику – это изучение его личности. Необходимо не просто констатировать, что подросток совершил какое-либо преступление, но подробно изучить, почему он это сделал, в каких условиях живет, какими потенциальными возможностями обладает.

Разумеется, доскональное изучение личности несовершеннолетнего не может входить в обязанности судьи, заваленного делами. Такую работу, казалось бы, должны проводить следователи. Но и они этого не делают.

«Судья решает судьбу, и он не вправе допустить брак в работе. Поэтому судьям были нужны помощники с функциями социальных работников. Такие люди у нас появились в 2001 г. благодаря программе ООН. Они стали составлять психологический портрет подростка, изучать условия его существования, заполнять "карты социально-психологического сопровождения несовершеннолетних правонарушителей"», – рассказала участникам состоявшегося 12 февраля 2005 г. в Ростове-на-Дону круглого стола «Судебно-правовая реформа: состояние и перспективы» судья Ростовского областного суда Е.Л.

Президент Российского благотворительного фонда «Нет алкоголизму и наркомании» О. Зыков, выступая на конференции «Социальное партнерство и развитие институтов гражданского общества», организованной Министерством экономического развития и торговли РФ и фондом «Центр стратегических разработок – регион», отметил следующее: «проблема заключается не только в репрессивном характере судебной системы России, но и в том, что общество признает связку "преступление – наказание"»; «предлагая ювенальную юстицию, мы практически предлагаем иную морально-нравственную парадигму»; ситуация с пониманием проблемы властью начинает меняться¹⁶⁰. В концепции демографической политики, разработанной партией «Единая Россия», предлагается с целью профилактики беспризорности и социального сиротства в РФ поэтапно внедрять ювенальную юстицию, а в программе социально-экономического развития России на 2006 – 2008 гг. Минэкономразвития выдвигается задача создания системы ювенальной юстиции¹⁶¹. В Концепции федеральной целевой программы развития судебной системы на 2007–2011 гг. о ювенальной юстиции нет ни слова¹⁶². В регионах же складывается «печальная ситуация» – столкновение законности и нравственности. «Люди, которые открывают ювенальные суды в Ростовской, Иркутской областях, Хакасии, развивают нравственную, но неузаконенную деятельность, – говорит Зыков. – Когда мы противопоставляем законности нравственность, это безнравственно. Если нам удастся преодолеть эту ситуацию, это станет новым качеством нашего общества»¹⁶³.