ВВЕДЕНИЕ.

Актуальность темы исследования. Развитие рыночных отношений и приобретающего все большие масштабы и многообразие гражданского оборота предопределило появление в Гражданском кодексе Российской Федерации (далее - ГК РФ) ряда новых институтов.

При этом, как известно, участие третьих лиц характерно и для таких традиционных конструкций, как обязательство в пользу третьего лица, перепоручение исполнения, регресс, поручительство. Участие третьего лица может быть целью обязательства, как в обязательстве в пользу третьего лица, третьи лица выполняют и такие функции, как исполнение и обеспечение исполнения обязательств. Третьи лица влияют на обязательство на всех стадиях его развития: возникновение (регресс), изменение (обязательство в пользу третьего лица), прекращение (перепоручение исполнения).

Необходимо отметить, что в результате принятия в последнее время таких нормативных актов, как ГК РФ, транспортных уставов и кодексов, введены новые для обязательственного права институты и внесены

существенные изменения в традиционные институты (обязательство в пользу третьего лица, поручительство).

Появление новых договорных видов с осложненным субъектным составом и существенные изменения в правовом регулировании традиционных обязательственных конструкций делают комплексное исследование участия третьих лиц в обязательствах актуальным и объективно-необходимым.

Предметом настоящего диссертационного исследования являются гражданско-правовые обязательства с субъектным составом, осложненным участием третьих лиц: как конструкции общей части обязательственного права, так и отдельные виды обязательств особенной части обязательственного права. При этом общие обязательственные конструкции исследуются в том числе на примере отдельных видов обязательств (например, обязательство в пользу третьего лица рассматривается применительно к обязательствам из договора страхования, перевозки, доверительного управления имуществом, купли- продажи лизингового имущества). Основное внимание в исследовании уделяется влиянию третьих лиц на динамику различных обязательственных правоотношений: законодательному регулированию соответствующих

общественных отношений и проблемам, возникающим в арбитражно-судебной практике правоприменения. В предмет исследования также входят институты, смежные с обязательствами с участием третьих лиц (обязательства с множественностью лиц, обязательства из многосторонних сделок, суброгация), рассмотрение которых позволяет определить место обязательств с участием третьих лиц в системе обязательственного права.

Отмеченные положения предопределили выбор и разработку темы данной работы, постановку цели и задач настоящего диссертационного

исследования.

Цели и задачи исследования. Целью диссертационной работы является комплексное исследование тех предусмотренных общей частью обязательственного права конструкций, динамика (возникновение, изменение или прекращение) которых зависит не только от поведения кредитора и должника, но и от действий связанных с ними третьих лиц; обоснование единой теоретической концепции обязательств с участием третьих лиц; формулирование на основе полученных результатов предложений и рекомендаций, направленных на совершенствование нормативно-правовой регламентации таких отношений.

В соответствии с данными целями поставлены следующие задачи исследования:

- определение статуса третьих лиц как субъектов обязательственных правоотношений;

- формулирование понятия обязательств с участием третьих лиц и анализ их основных юридических признаков;

- определение места обязательств с участием третьих лиц в системе обязательственного права;

- анализ структурных особенностей различных видов обязательств с участием третьих лиц;

- исследование характера влияния третьих лиц на динамику обязательственных правоотношений различных видов;

- анализ новелл в действующем законодательстве и судебной практики, посвященной отдельным разновидностям обязательств с участием третьих лиц;

- разработка конкретных предложений по совершенствованию законодательства в исследуемой области отношений.

Методологические и теоретические основы исследования. Методологическую основу работы составили использованные в процессе исследования общие и частные научные методы познания: диалектический,

системный, формально-юридический, сравнительно-правовой. Теоретическую основу исследования составили труды дореволюционных, советских и современных российских ученых-правоведов: М.М. Агаркова, С.С. Алексеева, М.И. Брагинского, В.В Витрянского, Ф.И. Гавзе, А.Х. Гольмстена, В.П. Грибанова, Б.М. Гонгало, Н.Д. Егорова, В.С. Ема, Л.Г. Ефимовой, О.С. Иоффе, Д.А. Керимова, Н.С. Ковалевской, О.А. Красавчикова, З.Г. Крыловой, А.Л. Маковского, Л.А. Лунца, Д.И. Мейера, Л.А. Новоселовой, И.Б. Новицкого, Е.А. Павлодского, А.Г. Певзнера, И.С. Перетерского, В.К. Райхера, Л.И. Семеновой, В.И. Серебровского, В.Т. Смирнова, М.К. Сулейменова, Е.А. Суханова, В.С. Толстого, Б.Б. Черепахина, Г.Ф. Шершеневича, К.С. Юдельсона, В.Ф. Яковлева и др.

Научная новизна исследования состоит в том, что в нем впервые на монографическом уровне подвергнуты комплексному анализу различные по своему содержанию обязательственные конструкции, объединенные по признаку их осложненного субъектного состава, предпринята попытка теоретического обоснования единой концепции обязательств с участием третьих лиц.

В разные годы ученые-правоведы обращались к исследованию обязательства в пользу третьего лица (Н.С. Ковалевская), регресса (Г.Н. Шевченко, Н.Д. Погосян и др.), возложения исполнения на третьих лиц (Л.И. Семенова). М.И. Брагинский в докторской диссертации сформулировал общее для гражданского права понятие третьего лица. Однако комплексный анализ участия третьих лиц в обязательственных правоотношениях не проводился.

Среди теоретических проблем правоотношения, которые постоянно привлекают исследователей, вопросам, связанным с таким элементом правоотношения как субъекты, уделялось наименьшее внимание. Субъектный состав правоотношения традиционно сводится к двум лицам: кредитору и должнику.

Вопрос о статусе третьих лиц как самостоятельных субъектов обязательственных правоотношений наряду с должником и кредитором остается практически не исследованным, несмотря на немаловажную роль, которую третьи лица играют в обязательствах.

В настоящее время в юридической литературе все чаще используется термин «обязательство с участием третьего лица», причем как применительно к новым договорным видам, так и к традиционным обязательственным «схемам». Однако научное понятие «обязательства с участием третьего лица» до настоящего времени не выработано. Между тем предпринимаются попытки использования этого понятия для объяснения правового положения участников многосубъектных отношений (например, лизинговых правоотношений).

Рассмотрение обязательственных правоотношений (обязательство в пользу третьего лица, перепоручение исполнения, поручительство, регресс) через призму участия в них третьих лиц позволяет наиболее ярко отразить присущие им особенности, выявление которых, в свою очередь, способствует четкому разграничению соответствующих обязательств между собой и со смежными правовыми явлениями (множественность лиц в обязательстве, перемена лиц в обязательстве), что необходимо для правильного их применения к отдельным видам обязательств (перевозка, страхование, поставка, подряд).

Научная новизна работы во многом предопределена также значительными изменениями в правовом регулировании традиционных для отечественного гражданского права обязательственных конструкций, которые внес действующий ГК РФ. Анализ новелл действующего законодательства позволит по-новому решить некоторые сложные и спорные вопросы теории обязательственного права, сформулировать предложения по совершенствованию законодательства.

На защиту выносятся следующие основные положения:

1) определение понятия третьего лица в обязательстве как лица, которое не участвует в обязательстве в качестве стороны, но приобретает в отношении одной или обеих сторон обязательства определенные права или обязанности, реализация которых выражается в возникновении, изменении или

прекращении обязательства, связывающего должника и кредитора (с. 38, 43, 46-48);

2) вывод о необходимости разграничения двух видов (аспектов) обязательств с участием третьих лиц - соответственно в узком и широком смысле: обязательство с участием третьего лица в узком смысле - это единое обязательство со сложной структурой (обязательство в пользу третьего лица), а обязательство с участием третьего лица в широком смысле — это каждое из взаимосвязанных между собой посредством «общего» субъекта обязательств, образующих систему (регресс; перепоручение и переадресование исполнения; обеспечение обязательств при помощи поручительства, банковской гарантии и залога в случаях, когда залогодатель не является должником по обеспечиваемому обязательству) (с. 32 - 36, 42 — 43);

3) вывод о том, что третье лицо является самостоятельным субъектом обязательственного правоотношения наряду с кредитором и должником только в обязательстве в пользу третьего лица; по отношению к субъектам одного из взаимосвязанных обязательств с участием третьих лиц, составляющих систему обязательств, третьим лицом выступает сторона другого обязательства системы (с. 31 - 32, 41 - 42);

4) заключение о том, что обязательства с участием третьих лиц не следует смешивать с обязательствами из многосторонних сделок; в отличие от обязательств из многосторонних сделок для обязательств с участием третьих лиц не характерно: а) возникновение обязательства из единой сделки, заключенной на основе общего (согласованного) волеизъявления субъектов; б) тождественность прав и обязанностей сторон обязательства и третьих лиц, единство преследуемой ими в обязательстве цели (с.

5) вывод о том, что в обязательстве в пользу третьего лица требовать от должника исполнения обязательства в свою пользу может как «кредитор», так и «третье лицо», однако ни один из этих субъектов не является полноправным кредитором; «кредитор» вправе требовать исполнения

только в случае отказа третьего лица от предоставленного ему договором права; «третье лицо» не может передать свое право другому лицу по договору уступки права требования (с. 66 - 69, 81 - 86);

6) заключение о том, что договор купли-продажи лизингового имущества не

является договором в пользу третьего лица — лизингополучателя, поскольку непосредственные обязательственные отношения между

лизингополучателем и продавцом лизингового имущества устанавливаются и в случае, когда лизингополучатель не обладает правом требовать предоставления лизингового имущества от продавца; если же продавец передает лизинговое имущество непосредственно лизингополучателю (как это происходит по общему правилу), договор купли-продажи лизингового имущества нельзя квалифицировать в качестве договора в пользу третьего лица, так как: а) лизингополучатель не имеет права отказаться от принятия лизинговое имущество у продавца; б) в отношениях с продавцом лизингополучатель и лизингодатель выступают как солидарные кредиторы, что нехарактерно для конструкции договора в пользу третьего лица (с. 102 — 108);

7) квалификация обязательства из договора поручительства как

факультативного обязательства: наряду с лежащей на поручителе обязанностью возместить кредитору убытки, вызванные неисправностью должника, закон предоставляет поручителю право исполнить обеспеченное им обязательство за должника в натуре (с. 163 - 165).

В результате проведенного исследования сделаны конкретные

предложения по совершенствованию действующего законодательства.

Широкое распространение в судах получили дела, предметом спора в которых является наличие у кредитора права требовать от должника исполнения в пользу третьего лица. Намерение законодателя лишить кредитора такого права, которое было предоставлено ему ГК РСФСР 1964 г., следует, на наш взгляд, выразить более четко, включив в ст. 430 ГК РФ следующий пункт: «Кредитор не вправе требовать от должника произвести исполнение

обязательства третьему лицу».

Статья 430 ГК РФ, лишив кредитора возможности потребовать от должника произвести исполнение третьему лицу, создает возможность для третьего лица злоупотреблять своим правовым положением, вообще не изъявляя своей воли. В некоторых случаях (например, при страховании ответственности) это ставит кредитора в невыгодное положение. Избежать такой ситуации можно путем изложения п. 4 ст. 430 ГК РФ в следующей редакции:

«Если иное не установлено законом, иными правовыми актами и договором кредитор может воспользоваться правом, предоставленным третьему лицу по договору в случаях, когда:

1) третье лицо отказалось от права, предоставленного ему по договору;

2) третье лицо, уведомленное о заключении договора в его пользу, в разумный срок после наступления срока исполнения обязательства не выразило намерения воспользоваться своим правом по договору».

В связи с тем, что согласно ст. 382 ГК РФ уступка обязательственного требования другому лицу может быть произведена только кредитором, статью 430 ГК РФ целесообразно дополнить пунктом следующего содержания: «Уступка третьим лицом права (требования), предоставленного ему по договору, другому лицу не допускается, если иное не установлено законом».

Статья 365 ГК РФ не содержит указания, при исполнении какого именно обязательства к поручителю переходят права кредитора: основного обязательства или обязательства из договора поручительства. Принимая во внимание, что действующий ГК РФ предоставляет поручителю право исполнить основное обязательство за должника, редакция п. 1 указанной статьи не должна оставлять сомнений в том, что речь идет о переходе прав кредитора к поручителю, исполнившему свое обязательство из договора поручительства. C целью исключения неоднозначного толкования предлагается внести изменения в п. 1 ст. 365 ГК РФ, изложив его в следующей редакции: «К поручителю, исполнившему поручительство, переходят права кредитора по

G

обеспеченному поручительством обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора».

Необходимо отличать случаи исполнения обязательства третьим лицом от тех случаев, когда третье лицо выступает пособником должника, то есть исполняет свое собственное обязательство перед должником, который, в свою очередь, передает полученное собственному контрагенту - кредитору. Намерение законодателя распространить действие ст. 313 ГК РФ исключительно на случаи препоручения исполнения выражено недостаточно четко. Следует внести изменения в п. 1 указанной статьи, оставляющий основания для смешения двух приведенных конструкций, изложив второе предложение данного пункта в следующей редакции: «В этом случае (когда исполнение обязательства возложено должником на третье лицо — К.И.) третье лицо производит исполнение непосредственно кредитору, а кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом».

Практическая значимость результатов исследования заключается в том, что проведенный автором анализ законодательства и судебной практики, сформулированные применительно к обязательствам, возникающим из договора в пользу третьего лица, выводы и предложения могут быть использованы в правотворческой деятельности, направленной на

совершенствование действующего законодательства. Положения диссертации могут быть применены в учебном процессе, в частности в ходе преподавания такого раздела учебного курса гражданского права как общая часть обязательственного права.

Апробация результатов исследования. Диссертация обсуждена на кафедре гражданского права юридического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова. Основные положения диссертационной работы изложены в опубликованных автором статьях. Результаты исследования использовались автором также в процессе ведения семинарских занятий по гражданскому праву на юридическом факультете МГУ им. М.В. Ломоносова.

Структура диссертации обусловлена методологической основой исследования и подчинена поставленным автором его целям и задачам. Диссертация состоит из настоящего введения, трех глав, объединяющих 10 параграфов, и библиографии. В первой главе обосновывается единая концепция обязательств с участием третьих лиц. Вторая глава посвящена обязательству в пользу третьего лица как единому обязательству со специфической структурой. В третьей главе рассматриваются регрессное обязательство, а также случаи исполнения и обеспечения исполнения обязательств с участием третьих лиц.