Разграничение морских пространств и континентального шельфа

Границы суверенных прав и юрисдикции пяти прибрежных го­сударств в отношении Северного Ледовитого океана — Дании (в отношении Гренландии), Канады, Норвегии, РФ и США — опреде­ляются в соответствии с нормами международного морского права и, в первую очередь, Конвенции ООН по морскому праву 1982 г.¹ Соответствующие права арктических государств никем не оспа­риваются.

Суверенитет прибрежных государств распространяется на внутренние морские воды и территориальное море (12 морских миль). Юрисдикция прибрежных государств распространяется на хозяйственную деятельность в их исключительных экономи­ческих зонах (200 миль). Они обладают также суверенными пра­вами на разведку и разработку ресурсов континентального шель­фа, границы которого совпадают с границами исключительных экономических зон, но могут быть расширены, если будет дока­зано, что континентальный шельф простирается за пределами 200-мильной зоны. Это обстоятельство важно, в частности, для определения суверенных прав государств на разведку и разработ­ку месторождений нефти и газа, других минеральных ресурсов на дне арктических морей.

В то же время все государства (не только прибрежные) облада­ют правом на мирный проход в территориальных водах, транзит­ный проход по проливам, используемым для морского судоходства, на свободу судоходства и полетов в 200-мильной зоне. В свободных экономических зонах все государства обладают правом проклад­ки кабелей, трубопроводов, возведения искусственных островов и других установок, рыболовства, научных исследований с согла­сия прибрежного государства и с соблюдением установленных им правил.

На район открытого моря за пределами исключительных эко­номических зон и континентального шельфа ни суверенитет, ни юрисдикция прибрежных государств не распространяются. Здесь действует принцип свободы открытого моря — свобода судоходс­тва, полетов, прокладки кабелей, трубопроводов, возведения искус­ственных островов и других установок, рыболовства, проведения научных исследований. Район морского дна в этой зоне считается «общим наследием человечества», а регулированием и управлени­ем разведки и разработки его ресурсов призван заниматься Меж­дународный орган по морскому дну.

Установление прибрежными государствами 200-мильных ис­ключительных экономических зон в последней четверти ХХ сто­летия сопровождалось возникновением спорных ситуаций там, где эти зоны пересекались (накладывались друг на друга). Такие ситуации возникали практически у всех прибрежных арктических государств. Это требовало от них договориться о разграничении экономических зон и континентального шельфа. Сегодня подавля­ющее большинство вопросов, касающихся делимитации морских границ арктических государств, разграничения исключительных экономических зон и континентального шельфа, урегулированы на основе двусторонних соглашений.

Еще в 1990 г. СССР подписал соглашение с США о линии разгра­ничения морских пространств в Беринговом и Чукотском морях. Соглашение до сих пор не ратифицировано российским парламен­том, но применяется на временной основе. Сама морская граница здесь никем не оспаривается. Задержка ратификации соглашения связана главным образом с решением вопроса о компенсации по­терь российским рыбакам. Имеется в виду урегулировать его на ос­нове двустороннего соглашения о рыболовстве².

В сентябре 2010 г. был подписан российско-норвежский дого­вор о разграничении морских пространств и сотрудничестве в Ба­ренцевом море и Северном Ледовитом океане³.

В результате достигнутых за последние сорок лет межгосударст­венных договоренностей открытых вопросов о морских границах в Арктике осталось немного. Они касаются главным образом гра­ниц Канады с Данией и США.

Непризнанной остается природоохранная зона, введенная Норвегией вокруг архипелага Шпицберген (вместо исключитель­ной экономической зоны) с целью пресечения здесь неконтроли­руемого рыбного промысла.