§ I. Общая характеристика источников информации.

Деятельность по раскрытию и расследованию преступлений по своей сути является управляемой сложноорганизованной информационно-функциональной системой¹. Чтобы рассмотреть информационные связи этой сложной системы, необходимо разделить эту систему на самые общие элементы.

1) событие преступления;

2) передача информации об этом событии;

3) следственный орган .

Эти основные элементы расследования могут быть, в свою очередь, под­разделены на составляющие их подэлементы. Так, уголовно релевантное со­бытие состоит из подэлементов, характеризующих прямое или косвенное воз­действием какого-либо объекта на один или несколько других объектов (воздей­ствующий объект и само воздействие).

Понятием «воздействующий объект» с криминалистической точки зрения охватываются люди, животные, физические, химические или иные явления или объекты (например, «воздействующим объектом», «воздействием» при пожаре может быть как умышленно или неосторожно действующее лицо, так и самовоз-горание от короткого замыкания) . Задача расследования, прежде всего, состоит в том, чтобы определить эти начальные элементы уголовно-релевантного собы­тия, установить их природу, происхождение, связи, обусловленные присущими им закономерностями.

Особое место в системе элементов процесса расследования преступлений занимают источники криминалистической информации и объективно выражен­ные в них сведения о преступлении (материальные объекты, и сигналы инфор­мации о расследуемом преступлении). Специфика этих элементов состоит в том, что они являются одновременно и элементами объективного процесса, связанно­го с расследуемым событием.

Источниками криминалистической информации материальные объекты являются лишь постольку, поскольку они восприняли вызванные преступлением воздействия, стали носителями отображений, информации о расследуемом собы­тии. Отражая результаты объективного процесса, материальные объекты и сиг­налы информации в них представляют материальную основу многоуровневого процесса деятельности по раскрытию и расследованию преступления.

Выделение источников криминалистической информации как элементов процесса расследования является условным в том смысле, что представляет собой особый прием диссертационного анализа. Фактически источники криминалисти­ческой информации существуют в структуре целостного процесса деятельности по раскрытию и расследованию преступлений, а в процессе доказывания они функционируют лишь постольку, поскольку отражают предметы, явления, дейст­вия, связанные с расследуемым преступлением, позволяют следователю и суду, осуществляющим процесс доказывания, мысленно восстановить обстановку и все обстоятельства совершенного преступления. Однако, поскольку ставится задача анализа элементов расследования, такое выделение необходимо, ибо без него не­возможен сам анализ, рассмотрение отдельных элементов в их объективной связи с другими элементами процесса раскрытия и расследования преступлений.

• В связи с этим, обнаружение материальных объектов-носителей источни­ков криминалистической информации следует рассматривать как первоначаль­ную задачу всего процесса криминалистической деятельности по раскрытию и расследованию преступлений.

А.Н. Басалаев пишет: «Для раскрытия преступления и изобличения винов­ного в одних случаях достаточно традиционного отношения к источникам дока­зательств, а в других — появляется острая необходимость более глубокого изуче­ния возможностей получения доказательственной информации...» - далее отме­чает он - «для установления новых источников доказательств (свидетели, сле­дов, документов и др.) необходимо располагать определенной информацией, по­зволяющей производить какие-то действия по их розыску.

Понятие следа в криминалистике не получило однозначной трактовки в связи с тем, что их роль в теории информации и в уголовно-процессуальном до­казывании определялась по-разному². «След - как считает П.Г. Великородный -это единичный источник исходной информации, способный обеспечить опти­мальную последовательность, непрерывность и всесторонность сравнительного исследования материальных элементов способа действий в структуре поисково-идентификационной деятельности»³.

Мы же присоединяемся к тем авторам, которые рассматривают следы в самом широком смысле, как любое отображение объектов: рукописи, фотосним­ки, оттиски, наложения, отделившиеся частицы и части, изделия, чувственно-конкретные представления в сознании живых лиц, описания и т.п.⁴.

Следы в широком смысле многие криминалисты определяют как любые изменения, которые так или иначе связаны с преступлением, происшедшие в ре­зультате совершенного преступления¹. Нет сомнений в том, что следы представ­ляют собой любые изменения. Следовательно, следы в широком смысле целесо­образно рассматривать как материальные источники информации, так как назна­чение следов — быть не только источниками доказательств, а в первую очередь значительно шире - быть источниками криминалистической информации.

Преступление не может происходить изолированно от иных событий, вне определенных связей с ними, и их следы нередко представляют собой источники информации. Правильно говорить не только о следах самого преступления, а о следах, используемых для расследования преступления, под которыми понима­ются любые изменения, вызванные преступлением, сопряженными с ним событиями, т.е. об источниках криминалистической информации .

Для того чтобы установить факты, необходимо, в первую очередь, опреде­лить круг объектов, отражающих эти факты, т.е. определить круг источников. Практически это означает, что нужно найти свидетелей, потерпевших и подозре­ваемых, которые могут дать показания по делу, нужно обнаружить предметы, которые послужили орудиями, объектами преступления или сохранили на себе их следы, нужно найти документы, содержащие сведения о преступлении.

Для установления фактических данных о преступлении необходимо, далее, путем исследования этих объектов обнаружить те их стороны и свойства, кото­рые отражают обстоятельства преступления.

Следственный осмотр предметов также состоит не в абстрактном выявле­нии и описании их свойств. В ходе осмотра необходимо выделить и изучить имеющиеся на предметах следы преступления, орудий преступления, веществ с места преступления или другие их свойства, изменившиеся в результате престу­пления, а также свойства, отобразившиеся в других объектах.

В соответствии с общими положениями тактики и методики расследования одна из первоначальных задач расследования состоит в обнаружении «следов», «отпечатков» события преступления в окружающей обстановке¹.

Установление источников криминалистической информации, выделение и фиксация содержащейся в них доказательственной информации рассматривается также как первоначальная задача отдельных следственных действии.

Так, рассматривая понятие осмотра места происшествия, А.Н.Васильев выделяет в нем следующие существенные признаки:

а/ непосредственное личное восприятие следователем или дознавателем об­становки места происшествия; б/ направленность исследования на изучение и фиксацию обстановки, обнаружение, фиксацию, изъятие и исследование следов и вещественных доказательств; в/ цель изучения и фиксации обстановки, обнаруже­ния и изъятия следов и вещественных доказательств - добывание фактических данных для установления обстоятельств, составляющих предмет доказывания². •

Рассмотрение тактики допроса свидетелей при расследовании отдельных видов преступления всегда предполагает определение круга лиц, допрашивае­мых по данной категории дел в качестве свидетелей³.

Н.С. Полевой пишет: «Любое событие преступления неминуемо со­провождается возникновением отображающих его образований, которые могут относиться как к сфере неживой, так и живой природы... Выявление такого рода данных и есть выявление информации, характеризующей событие преступления и отдельные его элементы, т.е. криминалистической информации, а выявление объектов, ее содержащих, есть выявление непосредственных, первичных носите­лей и источников криминалистической информации»¹.

Ряд криминалистов и процессуалистов для обозначения первоначальной стадии расследования пользуется термином «собирание доказательств». Детали­зируя понятие собирания доказательств, А.И. Винберг определяет его как «сово­купность действий по обнаружению, фиксации, изъятию и сохранению различ­ных доказательств»².

То же содержание вкладывает в понятие собирания доказательств Р.С. Белкин. «Обнаружение доказательств, - пишет Р.С. Белкин, - это начальная и не­обходимая стадия их собирания»³. На наш взгляд, в первоначальной стадии расследования, а тем более при проведении оперативно-розыскных мероприятий и криминалистических экспертиз, а затем при проведении различных следствен­ных действий следует говорить не о судебных доказательствах, а об криминали­стических источниках информации.

Очевидно, что эта информация, с которой мы имеем дело на первом этапе расследования, может лишь предположительно относиться к событию преступ­ления. Здесь мы имеем дело с носителями и непосредственными источниками криминалистической информации, которые впоследствии могут стать судебны­ми доказательствами. «При осуществлении криминалистической деятельности вначале ее субъект оперирует не судебными доказательствами, а криминалисти­ческой информацией, лишь часть которой в последующем приобретет значение доказательственной»⁴.

Таким образом, обнаружение материальных объектов - источников кри­миналистической информации является начальным этапом процесса расследова­ния преступлений.

Из сказанного видно, что понятие источника криминалистической инфор­мации как материального объекта — носителя информации о расследуемом собы­тии, непосредственно связано с выделением первоначальной, исходной стадии процесса расследования, а также с определением задач и содержания расследо­вания на этой стадии (обнаружение источников и сигналов содержащейся в них информации).

Следует отметить, что поиск и обнаружение носителей криминалис­тической информации при расследовании осуществляется как в процессуальных, так и не процессуальных формах.

Процессуальные формы реализуются посредством следственных действий, экспертиз, а также организационных мероприятий в виде ревизий, инвентариза­ций, а также различных требований органов следствия, дознания или суда, на­правленных учреждениям, предприятиям, должностным лицам или отдельным гражданам с целью предоставления ими различных предметов и документов, яв­ляющихся носителями информации. Все виды следственных действий имеют целью обеспечение дальнейшего поиска источников криминалистической ин­формации.

К непроцессуальным формам поиска и обнаружения источников кримина­листической информации относятся: опрос населения определенных жилых мас­сивов, опрос определенных профессий /официантов, водителей и т.п./, опрос лиц, систематически посещающих или появляющихся в определенных местах /улицы, парки, рестораны/, в определенное время - с целью получения информа­ции о возможных свидетелях, подозреваемых и др., а также о вещественных до­казательствах или иной информации о преступлении; обращение к населению через средства массовой информации; осуществление гласных и негласных опе­ративных мероприятий; получение и разбор информации, полученной из перио-дйческой печати, писем и телефонных заявлений, в том числе анонимных, со­держащих информацию, относящуюся к делу; использование материалов ин­формационных и правовых центров, а также криминалистических и иных учетов.

Процессуальные и не процессуальные формы поиска, обнаружения и из­влечения криминалистической информации взаимно дополняют друг друга. Так, например, при допросе могут быть выявлены обстоятельства которые должны быть проверены непроцессуальным путем - наблюдением за определенными ли­цами, объектами.

В отличие от доказательств, криминалистическая информация, полученная из непроцессуальных источников, имеет ориентирующий характер. Это, однако, не умаляет ее роли и значения в предупреждении и пресечении преступлений, а также в выборе наиболее целесообразных тактических и технических мер при получении доказательственной информации.

Существенным признаком лица или предмета, фигурирующих в качестве источника криминалистической информации, является их функция - служить источником сведений о фактах, подлежащих установлению по делу.

В соответствии с принципом объективности расследования, источник све­дений о событии преступления должен находиться всегда вне познающего субъ­екта. Выделение источника в качестве самостоятельного структурного элемента, отграничение его от фактических данных, разграничение объекта от субъекта -необходимые условия реализации принципа объективности расследования.

Мы не можем согласиться с авторами, допускающими смешение объекта и субъекта, источника информации и воспринимающего ее субъекта. Рассматривая доказательства как сообщения, поступающие от людей, А.А. Эйсман пишет: «... в определенном смысле и суд («всем составом») принимает на себя функцию ис­точника доказательств - в тех случаях, когда он, например, производит осмотр предметов или местности»¹.

Эйсман А.А. О понятии вещественного доказательства и его соотношении с понятиями доказательств других видов. В кн.: «Вопросы предупреждения преступности». Юридическая литература, вып. 1,1965. С. 91.

Источник информации всегда находится вне познающего субъекта. Если состав суда осуществляет осмотр предметов или местности, источниками ин­формации будут соответствующие материальные предметы, но не сами судьи, производящие осмотр. Утверждать противное — значит отождествлять объекты и субъекты познания.

Следователь и суд, производящие осмотр, не могут рассматриваться как первоисточники данных, зафиксированных в протоколе осмотра. Они лишь опо­средствуют в своем сознании те признаки, ту информацию, которая содержится в осматриваемых объектах.

В особом положении находятся понятые. Если в процессе расследования вызывают сомнения или требуют уточнения обстоятельства производства след­ственного действия, понятые могут выступать в качестве своеобразных свидете­лей этого следственного действия, удостоверяя его содержание и результаты.

Хотя эти лица дают показания не об обстоятельствах самого подлежащего установлению события, а об обстоятельствах (содержании и результатах) след­ственного действия, эти обстоятельства также подлежат установлению по делу, и указанные лица являются свидетелями.

Так, следует считать свидетельскими показаниями показания понятых о месте обнаружения и свойствах ценностей, изъятых при обыске у обвиняемого; показания фотографа об условиях фотографической съемки на месте происшест­вия и т.п.

Общему понятию источника криминалистической информации должны соответствовать определенные общие правила их использования.

Остановимся на правиле индивидуализации источника, играющего роль важной гарантии их подлинности.

Правило индивидуализации источника имеет характер общего требования и относится как к физическим лицам, так и к предметам.

^; Фактические данные, полученные из источника, только тогда могут играть роль доказательства, если они доступны для проверки соответствующим субъек-том доказывания на любой стадии процесса доказывания. Такая проверка воз­можна лишь в отношении единичных физических лиц и предметов. Источник, следовательно, должен быть выделен из окружающей обстановки, отделен от смежных, сходных однородных объектов, короче, — индивидуализирован как единичный, неповторимый объект.

Формы и способы индивидуализации могут быть различными. В отно­шении физических лиц закон предусматривает удостоверение личности. В от­ношении предметов, обладающих выраженными индивидуальными осо­бенностями, используется простое описание таких особенностей в протоколе следственного действия. Если предметы не обладают выраженными и устойчи­выми индивидуальными особенностями, они упаковываются и опечатываются.

При различии форм и способов индивидуализации само требование ин­дивидуализации является единым и обязательным для всех источников. Если фи­зическое лицо или предмет не индивидуализированы, они не могут быть исполь­зованы в качестве источников (показания лица, не могущего указать источник своей осведомленности; копии, слепки и образцы, в отношении которых в деле отсутствуют данные, с каких индивидуально-определенных объектов они изго­товлены и т.д.).

Индивидуализация источника не обязательно связана с его физическим изъятием и приобщением к делу. Это относится и к вещественным источникам. Определенный интерес представляет выделение, в качестве разновидности ис­точника материальной обстановки места происшествия, обыска, эксперимента¹. Так, дорожная обстановка, в которой произошло столкновение автомобилей, со всеми особенностями строения дорожного покрытия, ограждениями, дорожными знаками и находящимися на дороге предметами представляет своеобразный ис­точник информации, индивидуализируемый в протоколе осмотра места проис­шествия. Хотя этот источник физически не изымается и не приобщается к делу (обстановка фиксируется путем протоколирования, фотографирования, изготов­ления слепков и т.д.), он сохраняет значение самостоятельного источника. Ряд обстоятельств происшествия, например, видимость из отдельных точек, скорость движения транспортных средств и пешеходов, возможность предотвращения столкновения, относительное размещение участников происшествия перед, в мо­мент и после столкновения и ряд других - не может быть установлен путем изу­чения отдельных предметов, а требует исследования всей совокупности обста­новки происшествия.

Место происшествия является, как правило, основным источником инфор­мации. Обстановка места происшествия выступает как «внешнее проявление внутреннего содержания события преступления, своеобразной формой его со­держания»¹.

В заключение общей характеристики источника криминалистической ин­формации следует остановиться на его отграничении от средств доказывания. С точки зрения информационно-отражательного процесса, необходимость отгра­ничения объекта - носителя отображения и сигналов содержащейся в нем ин­формации не вызывает сомнений. Для того чтобы приступить к исследованию содержательной стороны информации, необходимо выделить: вначале матери-

А

альный объект - носитель отображения из числа других окружающих его объек­тов, а затем те свойства этого объекта, которые являются сигналами информации (в числе других свойств объекта).

Между тем, как отмечалось выше, в юридической литературе понятия ис­точника и средств доказывания часто не разграничиваются, и под источником понимают не физические лица и объекты, а сигналы выраженной в них инфор­мации. Так, источниками доказательств часто именуются средства доказывания: показания свидетелей, показания потерпевшего, показания обвиняемого, заклю­чение эксперта.

Рассмотрим, можно ли принять объективно выраженные сведения — сред­ства доказывания за исходный элемент процесса расследования. Верна ли такая точка зрения с методологических позиций?

Показания живых лиц- результат сложного психологического процесса, состоящего из ряда последовательных звеньев: восприятия и формирования представлений, запоминания и воспроизведения. Достоверное установление фактов путем допроса свидетелей, обвиняемых, подозреваемых, потерпевших требует изучения не только их показаний, как таковых, но и всех условий, влияющих на полноту и правильность этих показаний во всех звеньях отража­тельного процесса. Правильность процессов передачи информации должна быть изучена во всех звеньях процесса. Исходным же звеном процесса является взаи­модействие отражаемой (событие преступления) и отражающей (психика доп­рашиваемого) систем. Следовательно, исходным звеном процесса криминали­стической деятельности по раскрытию и расследованию преступлений также следует считать не показания допрашиваемого, а его психику, сознание.

Показания свидетеля, обвиняемого и других лиц можно считать исходны­ми только в том смысле, что они являются первоначальным материалом иссле­дования, попадающим в поле зрения следователя и суда. Однако, если исходить из структуры отражательного процесса, подлежащего исследованию в ходе рас­следования, исходным звеном отражения, отражающей системой, а, следова­тельно, источником сведений о расследуемом событии, источником показаний является психика, сознание допрашиваемого лица. Из этого положения и исходят при разработке методов проверки и оценки показаний свидетелей, обвиняемых и иных лиц в процессе расследования¹.

Необходимость исследования процесса формирования представлений сви­детеля, в зависимости от условий восприятия и запоминания, а также процесса воспроизведения представлений, подчеркивается в ряде определений Верховно­го суда СССР.

Таким образом, источником криминалистической информации во всех случаях являются единичные физические лица или предметы, отразившие в про­цессе взаимодействия с другими лицами и предметами обстоятельства рассле­дуемого события и ставшие, в результате этого, источниками сведений об этом событии. Источники криминалистической информации, как исходные элементы процесса расследования, следует отличать от объективных средств, доказывания. Последние представляют обнаруженные в процессе расследования свойства ис­точника, являющиеся носителями информации о расследуемом событии. Прак­тически необходимость отграничения источников и объективных средств дока­зывания обусловливается тем, что обнаружение источников еще не означает об­наружения средств доказывания. Обнаружить лицо, совершившее преступление, - это одно, — а получить от этого лица показания об обстоятельствах его совер­шения — это уж нечто другое; выявить предмет, на котором могут или должны быть следы рук преступника, - это одно, а обнаружить сами следы — это другое. При этом первое не влечет автоматически второе.

Как правило, обнаружение свойств источника информации, имеющих дока­зательное значение (средств доказывания), требует специального исследования. Так, путем тщательного осмотра вещественных доказательств, экспертизы и осви­детельствования выявляются невидимые или плохо заметные следы преступле­ния, в процессе допроса свидетелю оказывается помощь в воспоминании забытых им обстоятельств или выявляются намеренно скрываемые им сведения и т.д.

Тщательное исследование источников требуется и в тех случаях, когда сле­ды и признаки преступления хорошо заметны, очевидны (пролом, поджог, обнаружение трупа и т.п.), так как свойства-носители информации и в этих слу­чаях не лежат на поверхности явлений.

Так, при расследовании хищения, совершенного из продовольственного магазина Ленинского райпищеторга г. Москвы, был обнаружен пролом потолка, достаточный для проникновения внутрь магазина человека. Было ясно, что по­вреждения, причиненные взломом, могут явиться источником ценных сведений о преступлении и преступниках. Установление, однако, конкретных свойств, взломанной преграды, которые имеют значение для дела, потребовало более де­тального исследования.

Было обращено внимание, на то, что пролом в толще потолка несколько суживался внутрь помещения, что могло указывать на направление взлома (сна­ружи-вовнутрь); края пролома, образованные концами проволоки и отщепами древесины, могли причинить преступнику, при проникновении внутрь магазина, повреждения в виде вертикальных царапин на соприкасающихся частях тела. В образовавшийся пролом в торговое помещение магазина обрушилось значитель­ное количество мусора и шлака, служащего утеплительным покрытием потолка. Частички этого шлака могли сохраниться на теле и в одежде преступника.

Выявленные при осмотре свойства пролома и преграды имели сущест­венное значение для дела. Установление формы пролома способствовало пра­вильному разрешению вопроса о характере события (кража или инсценировка). Характер краев пролома, физико-химический состав засыпки были использова­ны для розыска и изобличения преступника. При задержании и освидетельство­вании одного из подозреваемых по этому делу - Л. на его груди были обнаруже­ны вертикальные царапины, которые, по заключению судебно-медицинского эксперта, могли образоваться в результате проникновения через пролом в потол­ке магазина. В волосах и на одежде Л. были обнаружены частички шлака, ока­завшегося, по заключению эксперта, однородным изъятому с места кражи (Из практики Ленинского районного отдела внутренних дел г. Москвы).

В случаях, когда следы преступления и преступника хорошо выражены и заметны, например, следы крови, окрашенные следы рук и ног преступника и т.д., обнаружение следов-сигналов информации может предшествовать выделе­нию источников информации. Сам источник в этих случаях определяется функ­ционально по задаче индивидуализации единичного материального объекта (ис­точник) и системы его свойств - носителей уголовно релевантной информации (средства доказывания).

При этом уголовно релевантные свойства должны быть отделены от дру­гих свойств объекта-носителя. Эта задача является необходимой первоначаль­ной задачей исследования источника.

Понятие источника криминалистической информации и сигнала ин­формации должно быть конкретизировано применительно к показаниям живых лиц, заключениям экспертов, вещественным доказательствам и документам. Рас­смотрение отдельных видов источников начинается обычно с их классификации. Будучи приемом систематизации объектов исследования, классификации источ­ников криминалистической информации, как всякая действительно научная классификация, имеет большое практическое значение.

Классификация - исходная стадия в многоступенчатом процессе позна­ния¹.

Систематика и классификация служат средством проникновения в сущ-ность познаваемых явлений и предметов . Кроме того, классификация способст­вует вскрытию связей между накопленными знаниями, обеспечивает правильное использование понятий и терминов, устраняет двусмысленность и неоднознач­ность языка науки³. Классификация в широком смысле представляет собой про­цесс, при котором для одного и того же исходного объема понятий последова­тельно избираются различные классификационные основания. В результате воз­никает столько классификаций, сколько использовано оснований деления. По­знавательная ценность классификаций в этом смысле обусловлена тем, что ис­следуемые понятия получают разностороннее, комплексное освещение. Нельзя не указать и на эвристическую ценность классификаций, как распространенной логической формы⁴.

Значение классификации существенно также и с прогностической точки зрения. Именно в этом смысле методу классификации свойственен поисковый характер¹.

Классификация позволяет выделить и систематически рассмотреть те наи­более существенные свойства источников, которые определяют возможности и пути их практического использования. Поэтому в основу всякого систематиче­ского рассмотрения проблемы источника криминалистической информации должна быть положена правильная в теоретическом и эффективная в практичес­ком отношении классификация.