Переход к производящей экономике и правовым нормам

Производящая экономика к IV-III тыс. до н.э. стала вторым и ос­новным способом существования и воспроизводства человечества.

В основе перехода к производящей экономике лежат кризисные явления, которые поставили под угрозу само существование человече­ства.

Итогом явилось возникновение в некоторых регионах земного шара ранних земледельческих обществ (например, в районе Ближнего Востока оно относится примерно к VII тыс. до н.э.). На следующем эта­пе социально-экономического развития (примерно к IV-III тыс. до н.э.) происходит расцвет раннеземледельческих обществ. На их основе воз­никают первые цивилизации — происходит становление раннеклас­совых обществ. Они возникали, как правило, в долинах крупных рек:

Тигра и Евфрата, Нила, Инда, Янцзы и других, приблизительно между 20-40 градусами северной широты, т.е. в наиболее благоприятных для земледелия климатических и ландшафтных условиях, и составили к III­II тыс. до н.э. настоящий пояс первичных цивилизаций, простиравший­ся от Средиземного моря до берегов Тихого океана. Этапы становления и развития раннеземледельческих обществ по своему социально-эконо­мическому значению и характеристикам занимают особое и самостоя­тельное место в общем процессе развития человечества.

Переход к производящей экономике обеспечил рост человечества («демографический взрыв»), необходимый для существования и расцве­та цивилизации.

Расчеты показывают, что охотнику, вооруженному луком и стре­лами, чтобы прокормиться, нужно около 20 км² территории. Этой площа­ди хватило бы для того, чтобы прокормить, по меньшей мере, несколь­ко сот земледельцев.

Так, урожайность зерновых в раннеземледельческом обществе составляла в Египте, Средней Азии (I тыс. до н.э.) сам-пятнадцать — сам-двадцать (для сравнения: Италия (II-I и. до н.э.) — сам-четыре — сам-десять, Франция-Англия (XIII-XV вн.) — сам-три — сам-четыре, Франция (XX в.) — сам-двадцать).

Производящая экономика объективно вела к организации произ­водства, появлению новых управленческих, организационных функций, становлению нового типа трудовой деятельности, связанной с производ­ством пищи и, тем самым, к необходимости регламентировать сельско­хозяйственное производство, хранение и распределение прибавочного продукта. Возникла необходимость нормировать и учитывать трудовой вклад каждого члена общества, результаты его труда, его участие в соз­дании общественных форм.

Эта экономика объективно привела к дальнейшему разделению труда. Выделяются группы организаторов производства, работников

информационных систем, в которых осуществляется учет труда и рас­пределения его результатов, а также работников систем контроля за со­блюдением регламентирующих норм.

Возникновение и присвоение прибавочного продукта ведет к становлению новых форм собственности: коллективной, групповой, частной, к дальнейшему социальному расслоению общества. Новая ор­ганизация производственной деятельности (ее усложнение, появление новых управленческих функций) также способствует социальной диф­ференциации общества: происходит отделение верхушки общества от основной массы производителей, неучастие верхушки в материальном производстве.

В раннеклассовых обществах, т.е. на ранних стадиях развития древневосточных античных обществ, еще действуют обычаи, пере­растая затем в обычное право, если эти обычаи начинают признавать и защищать аппарат государства, в том числе суд.

Обычное право имеет свою специфическую процедурную сто­рону. Здесь еще весьма сильны пережиточные формы: этнически окра­шенные ритуалы, символы, сценарии судопроизводства, не полностью отслоившиеся от религиозных представлений, нравственных начал и даже фольклора (нормы-рассказы о казусах, пословицы). С перераста­нием раннеклассовых обществ в собственно классовые (становлением государств азиатского способа производства, рабовладельческих, фе­одальных государств европейского типа) обычное право все больше уступает место прецедентному, но и правовой прецедент учитывает местную конкретику, этнокультурную специфику конкретного дела, классовую конкретику. И только статутное право (законы), постепенно дополняющее, а порой и вытесняющее обычное и прецедентное право, все более отходит от этнокультурных процедур.

Подчеркнем также, что новая система регулирования требовала и иной процедуры, обучения правилам поведения и новых способов ин­формирования населения. Так, законы Хаммурапи, определяющие спра­ведливые цены, выбивали на каменных стелах и устанавливали возле рынков.

Санкции. На рассматриваемом этапе они также приобретают су­щественное отличие от предыдущего этапа.

Санкции раннеклассового права обеспечивают уже возникающее имущественное и социальное неравенство. Это проявляется в резком ужесточении санкций, защищавших собственность социальной верхуш­ки, во введении дифференциации наказаний за преступления против

личности в зависимости от статуса личности (свободный, раб, мужчи­на, женщина, ребенок), в легализации привилегий. Например, в Библии утверждалось: «Кто ударит человека так, что он умрет, да будет предан смерти»; «А если кто ударит раба своего или служанку своею палкою, и они умрут под рукой его, то он должен быть наказан».

Санкции раннего права становятся жестко фиксированными — касается ли это имущественных взысканий, денежных штрафов, теле­сных повреждений, смертной казни. Правило поведения (норма) приоб­ретает все более четкую логическую структуру по типу «если-то-иначе», «Если» — это указание на условия, когда должна действовать, приме­няться норма. «То» — само правило поведения: что надо делать или от чего воздержаться. «Иначе» — указание на те неблагоприятные по­следствия, т.е. на санкции, которые могут иметь место, если не будет выполнено «то» (не будет осуществлено регламентируемое поведение). Так санкции избавляются от религиозных элементов. При этом «иначе» (санкции) могут быть уже осуществлены государством, его специаль­ным аппаратом, а не жрецами и другими служителями культов.

Увязка условий, самого правила и последствий в одной норме знаменует большой успех в развитии регулятивной системы о станов­лении права.

Следовательно, лишь взятые в совокупности такие характеристи­ки права, как его содержание, способы воздействия, формы выражения, процедуры, способы обеспечения, а также система информирования о правовых нормах, позволяют провести различие между этим регулято­ром и социальными нормами присваивающего общества, а также между правом и другими регуляторами (моральным, групповым и т.д.), дей­ствующими в обществе. Этот последний аспект будет рассмотрен ниже в соответствующей главе.

Таким образом, право объективно возникает на этапе становле­ния раннеклассового общества как нормативный способ регулирования производящего хозяйства, свободного труда общинников-земледельцев и ремесленников.

специфическое закрепление в форме агрокалендарей, и одновременно развивается самостоятельная система, информирующая об этих нормах, контролирующая их исполнение.

В длительном диалектическом процессе становления городов-го­сударств классов право становится способом осуществления функций города-государства. С расслоением раннеземледельческого общества, развитием классового общества, возникновением частной собственно­сти, товарно-денежных отношений право получает четкий классовый характер, т.е. начинает служить экономическим и другим интересам определенных социальных групп (это осуществляется, прежде всего, ужесточением санкций, защищающих собственность). Взаимодействие двух правовых подсистем — позитивного обязывания и разрешений-за­претов, первоначально выраженных в религиозных формах или полу­чающих религиозную санкцию, — характеризует социально-норматив­ный регулятор ранних государств.

Можно выделить три основные фазы в развитии права. Первая фаза зарождения — относится по преимуществу к тем обществам, где происходит лишь становление производящих форм экономики. Вторая фаза знаменует оформление данного пласта регулятивной системы в не­кую систему правил (норм). Эта фаза увязывается с такими общества­ми, где налицо полная победа различных форм производящей экономи­ки. И, наконец, третья фаза связана с письменной кодификацией права в ряде раннегосударственных образований.

2.7.