4. ВЫСШАЯ ФАЗА КОММУНИСТИЧЕСКОГО ОБЩЕСТВА

Маркс продолжает:

...«На высшей фазе коммунистического общества после того, как исчезнет порабощающее человека подчинение его разделению труда; когда исчезнет BM1BCTe с этим противоположность умственного и физического труда; когда труд перестанет быть только средством для жизни, а станет сам первой потребностью жизни; когда вместе с всесторонним развитием индивидуумов вырастут и производительные силы и все источники общественного богатства польются полным потоком, лишь тогда\'можно будет совершенно преодолеть узкий горизонт буржуазного права, и общество сможет написать на своем знамени: «Каждый по способностям, каждому по потребностям».

Только теперь мы можем оценить всю правильность замечаний Энгельса, когда он беспощадно издевался над нелепостью соединения слои: «свобода» и «государство». Пока есть государство, нет свободы. Когда будет свобода, не будет государства.

Экономической основой полного отмирания государства является такое высокое развитие коммунизма, при котором исчезает противоположность умственного, и физического труда, исчезает,

следовательно, один из важнейших источников современного общественного неравенства и притом такой источник, которого одним переходом средств производства в общественную собственность, одной экспроприацией капиталистов сразу устранить никак нельзя.

Эта экспроприация даст возможность. гигантского развития производительных сил. И, видя, как теперь уже капитализм невероятно задерживает это развитие, как многое можно было бьг двинуть вперед на базе современной, уже достигнутой, техники, мы в праве с полнейшей уверенностью сказать, что экспроприация капиталистов неизбежно даст гигантское развитие производительных сил человеческого общества. Ho как скоро пойдет это развитие дальше, как скоро дойдет оно до разрыва с разделением труда, до уничтожения противоположности между умственным и физическим трудом, до превращения труда в «первую жизненную потребность», этого мы не знаем и знать не можем.

Поэтому мы и в праве говорить лишь о неизбежном отмирании государства, подчеркивая длительность этого процесса, его зависимость от быстроты развития высшей фазы коммунизма и оставляя совершенно открытым вопрос о сроках или о конкретных формах отмирания, ибо материалу для решения таких вопросов нет. і

Государство сможет отмереть полностью тогда, когда общества- осуществит правило: «каждый по способностям, каждому по потребностям»,\' т.-е. когда люди настолько привыкнут к соблюдению основных правил общежития и когда их труд будет настолько производителен, что они добровольно будут трудиться по способностям. «Узкий горизонт буржуазного права», заставляющий высчитывать, с черствостью Шейлока, не переработать бы лишних получаса против другого, не получить бы меньше платы, чем другой, этот узкий горизонт будет тогда перейден. Распределение продуктов не будет требовать тогда нормировки со стороны общества количества получаемых каждым продуктов; каждый будет свободно брать «по потребности».

C точки зрения буржуазной легко объявить подобное общественное устройство «чистой утопией» и зубоскалить по поводу того, что социалисты обещают каждому право получать от общества, без всякого контроля за трудом отдельного гражданина, любое количество трюфелей, автомобилей, пианино и т. п. Таким зубоскальством отделывается и поныне большинство буржуазных «ученых», которые обнаруживают этим и свое невежество и свою корыстную защиту капитализма.

Невежество, ибо «обещать», что высшая фаза развития коммунизма наступит, ни однсму социалисту в голову не приходило-, а предвидение великих социалистов, что она наступит, предполагает и нетеперешнюю производительность труда и нетеперешнего обывателя, способного «зря», вроде как бурсаки у Помяловского, портить склады общественного богатства и требовать невозможного.

До тех пор, пока наступит «высшая» фаза коммунизма, социа- -листы требѵют строжайшего контроля со стороны общества я со ■стороны государства над мерой труда и мерой потребления, дю только контроль этот должен начаться с экспроприации капиталистов, с контроля рабочих за капиталистами и проводиться не государством чиновников, а государством вооруженных рабочих.

Корыстная защита капитализма буржуазными идеологами (и их прихвостнями вроде гг. Церетели, Черновых и K0) состоит именно в том, что спорами и разговорами о далеком будущем они подме- ■няют насущный и злободневный вопрос сегодняшней политики: экспроприацию капиталистов, ,превращение всех граждан в работников и служащих одного крупного «синдиката», именно: всего государства, и полное подчинение всей работы всего этого синдиката государству действительно демократическому, государству ■Советов Рабочих и Солдатских Депутатов.

B сущности, когда ученый профессор, а за ним обыватель, а за ним господа Церетели и Черновы говорят о безрассудных утопиях, о демагогических обещаниях большевиков, о невозможности «введения» социализма, они имеют в виду именно высшую •стадию или фазу коммунизма, «вводить» который никто не только не обещал, HO и не помышлял, ибо «ввести» ее вообще нельзя.

И здесь мы подошли к тому вопросу о научном различии между социализмом и коммунизмом, которого коснулся Энгельс B .приведенном выше рассуждении его о неправильности названия «социал-демократы»13. Политически различие между первой, или низшей, и высшей фазой коммунизма со временем будет, вероятно, громадно, но теперь, при капитализме, признавать его было бы смешно и выдвигать его на первый план могли бы разве лишь отдельные анархисты (если еще остались среди анархистов люди, ничему не научившиеся после «плехановского» превращения Кропоткиных, Грава, Корнелиссена и прочих «звезд» анархизма в социал-шовинистов или в анархо-траншейников, как выразился один из немногих сохранивших честь и сооесть анархистов Гэ).

Ho научная разница между социализмом и коммунизмом ясна. То, чтб обычно называют социализмом, Маркс назвал «первой» .или низшей фазой коммунистического общества. Поскольку общей собственностью становятся средства производства, постольку слово «коммунизм» и тут применимо, если не забывать, что это не полный коммунизм. Великое значение разъяснений Маркса состоит в том, что он последовательно применяет и здесь материалистическую диалектику, учение о развитии, рассматривая коммунизм, как нечто развивающееся яз капитализма.

B первой своей фазе, на первой своей ступени коммунизм не ..может еще быть экономически вполне зрелым, вполне свободным от традиций или следов капитализма. Отсюда такое интересное явление, как сохранение «узкого горизонта буржуазного права» .при коммунизме в его первой фазе. Буржуазное право по отно-

шению к распределению продуктов потребления предполагает, конечно, неизбежно и буржуазное государство, ибо право есть ничто без аппарата, способного принуждать к соблюдениюнорм права. і I ; ,.

Выходит, что не только при коммунизме остается в течение известного времени буржуазное право, ж> даже и буржуазное государство без буржуазии!

Это может показаться парадоксом или просто диалектической игрой ума, в которой часто обвиняют марксизм люди, не потрудившиеся ни капельки над тем, чтобы изучить его чрезвычайно глубокое содержание.

Ha самом же деле, остатки старого в новом показывает нам жизнь на каждом шагу, и в природе, и в общестзе. И Маркс не произвольно всунул кусочек «буржуазного» права в коммунизм, а взял то, что экономически и политически неизбежно в обществе, выходящем из недр капитализма.

Демократия имеет громадное значение в борьбе рабочего класса против капиталистов за свое освобождение. Ho демократия вовсе не есть предел, его же не прейдеши, а лишь один из этапов по дороге от феодализма к капитализму и от капитализма к коммунизму.

Демократия означает равенство. Понятно, какое великое значение имеет борьба пролетариата за равенство и лозунг равенства, если правильно понимать его в ‘.смысле уничтожения классов. Ho демократия означает только формальное равенство. И тотчас вслед за осуществлением равенства всех членов общества по отношению к владению средствами производства, т.-е. равенства труда, равенства заработной платы, пред человечеством неминуемо встанет вопрос о том, чтобы идти дальше, от формального равенства к фактическому, т.-е.

Демократия есть форма государства, одна из его разновидностей. И, следовательно, она представляет из себя, как и всякое государство, организованное, систематическое применение насилия к людям. Это с одной стороны. Ho, с другой стороны, она означает формальное признание равенства между гражданами, равного1 права всех на определение устройства государства и управление им. A это, в свою очередь, связано с тем, что на известной ступени развития демократии она, во-первых, сплачивает революционный против капитализма класс, пролетариат, и дает ему возможность разбить, сломать вдребезги, стереть с лица земли буржуазную, хотя бы и республикански буржуазную, государственную машину, постоянную армию, полицию, чиновничество, заменить их более демократической, но все еще государственной Машиной в виде вооруженных рабочих масс, переходящих к поголовному участиюнарода в милиции.

Здесь «количество переходит в качество»: такая степень демократизма связана с выходом из рамок буржуазного общества, с началом его социалистического переустройства. Если действительно все участвуют в управлении государством, тут уже капитализму не удержаться. И развитие капитализма, в свою очередь, создает предпосылки для того, чтобы действительно «все» могли участвовать в управлении государством. K таким предпосылкам принадлежит поголовная грамотность, осуществленная уже рядом наиболее передовых капиталистических стран, затем «обучение и дисцигошниро.вание» миллионов рабочих крупным, сложным, обобществленным аппаратом почты, железных дорог, крупных фабрик, крупной торговли, банкового дела и т.

При таких экономических предпосылках вполне возможно немедленно, с сегодня на завтра, перейти к тому, чтобы, свергнув капиталистов и чиновников, заменить их ів деле контроля за производством и распределением, в деле учета труда и продуктов вооруженными рабочими, поголовно вооруженным народом. (He надо смешивать вопрос о контроле и учете с вопросом о научно образованном, персонале инженеров, агрономов и np.: эти господа работают сегодня, подчиняясь капиталистам, будут работать еще лучше завтра, подчиняясь вооруженным рабочим.)

Учет и контролъ — вот главное, что требуется для «налаже- ния», для правильного функционирования первой фазы коммунистического общества. Bce граждане превращаются здесь в служащих по найму у государства, каковым являются вооруженные рабочие. Bce граждане Становятся служащими и рабочими одного всенародного, государственного «синдиката». Bce дело в том, чтобы они работали поровну, правильно соблюдая меру работы, и получали поровну. Учет этого, контроль за этим у п p о щ e н капитализмом до чрезвычайности, до необыкновенно простых, всякому грамотному человеку доступных операций наблюдения и записи, знаниячетырех действий арифметики и выдачи соответственных расписок[32] [33] [34] [35].

Когда большинство народа начнет производить самостоятельно и повсеместно такой учет, такой контроль за капиталистами (превращенными теперь, в служащих) и за господами интеллигентй- ками, сохранившими капиталистические замашки, тогда этот контроль станет действительно универсальным, всеобщим; всенародным, тогда от него нельзя будет никак уклониться, «некуда будет деться».

Bce общество будет одной конторой и одной фабрикой с равенством труда и равенством платы.

Ho эта «фабричная» дисциплина, которую победивший капиталистов, свергнувший эксплуататоров пролетариат распространит на все общество, никоим обраэом не является ни идеалом нашим, ни нашей конечной целью, а только ступенькой, необходимой для радикальной чистки общества от гнусности и мерзостей капиталистической эксплуатации и для дальнейшего движения вперед.

C того момента, когда все члены общества или хотя бы громадное большинство их сами научились управлять государством, сами взяли это дело в свои руки, «наладили» контроль за ничтожным меньшинством: капиталистов, за господчиками, желающими сохранить капиталистические замашки, за рабочими, глубоко развращенными капитализмом, с этого момента начинает исчезать надобность во всяком управлении вообще. Чем полнее демократия, тем ближе момент, когда она становится ненужной. Чем демократичнее «государство», состоящее из вооруженных рабочих и являющееся «уже не государством в собственном смысле слова», тем быстрее начинает отмирать всякое государство.

Ибо, когда в с e научатся управлять и будут на самом деле управлять самостоятельно общественным производством, самостоятельно осуществлять учет и контроль тунеядцев, баричей, мошенников и тому подобных «хранителей традиций капитализма»,тог- да уклонение от этого всенародного учета и контроля неизбеж^ но сделается таким неимоверно трудным, таким редчайшим исключением, будет сопрозождаться, вероятно, таким быстрым и серьезным наказанием (ибо вооруженные рабочие — люди практической жизни, а не сантиментальные интеллигентики, и шутить они с собой едва ли позволят), что я e о б X о д и м о с т ь соблюдать несложные, основные правила всякого человеческого общежития очень скоро станет л p и в ы ч к о й.

И тогда будет открыта настежь дверь к переходу от перзой фазы коммунистического общества к высшей его фазе, а вместе с тем к полному отмиранию государства.

1. B послесловии к первому изданию брошюры «Государство и рево

люция» В. И. Ленин писал: «Мною был уже составлен план следующей,

седьмой, главы: «Опыт русских революций 1905 и 1917 годов». Ho, кроме

Заглавия, я нёі ўсгіел написать *из этои главы нй строчки* «помешал» Политический кризис, канун октябрьской революции 1917 года» (Л e н и н, т. XXI, стр. 455). Варианты плана седьмой (ненаписанной) главы опубликованы в Ленинском сборнике, т. XXI, стр. 25—26.

2. B заключительных строках «Нищеты философии» К. Маркс писал: «Идя по пути своего развития, трудящийся класс заменит старое гражданское общество ассоциацией, исключающей как классы с их антагонизмом, так и политическую власть в собственном смысле, так как политическая власть есть именно официальное выражение антагонизма классов в гражданском обществе.

A до тех пор антагонизм между пролетариатом и буржуазией останется классовой борьбой, которая, будучи доведена до высшей степени своего напряжения, является полною революцией. Да и іудивительно ли, что общество, основанное на п p о т и в о п о л о ж н о с т и классов, приходит, как к последней развязке, к грубому п p о т и в о p e ч и ю, к физическому столкновению людей?» (К. Маркс и Ф. Энгельс, Сочинения, т. V, стр 416).

B «Коммунистическом манифесте» К. Маркс и Ф. Энгельс писали: «Коммунисты считают излишним скрывать свои взгляды и намерения. Они открыто заявляют, что их цели могут быть достигнуты лишь путем насильственного ниспровержения всего современного общественного строя.

Пусть господствующие классы содрогаются перед коммунистической революцией. Пролетарии могут потерять в ней только свои цепи. Приобретут же они целый мир.

Пролетарий всех стран, соединяйтесь!».

(К. M a p к с и Ф. Э н г e л ь с, Сочинения, т. V, стр. 513).

3. Готская !программа была принята в 1875 г. на объединенном конгрессе

в Готе, на котором две фракции германских социалистов (лассальянцы и эйэенахцы) слились в социалйЬтическую рабочую партию Германии. Лишь в 1891 г. Готская программа была заменена новой дрограммой-Эрфурт- екой. i

К. Маркс и Ф. Энгельс подвергли Готскую программу жесточайшей критике (см. К. Маркс, Письмо к В. Браккс 5 мая 1875г.,Сочинения,т.ХѴ, стр. 267—287); Ф. Энгельс, Письмо А. Бебелю 18(28) марта 1875 r., Сочинения, т. XV,, стр. 288—294).

4. Ленин имеет в виду следующие слова из «Манифеста коммунистической партии»:

«Политическая власть, в собственном -смысле этого слова, есть организованная сила одного класса, имеющая целью подчинение другого класса. Если .пролетариат в борьбе против буржуазии необходимо объединяется как класс, путем революции становится господствующим классом и, как господствующий класс, насильственно уничтожает старые условия производства, то вместе с последним он уничтожает также и условия существования антагонизма классов, классы вообще, а тем самым и собственное классовое господство» (К. Маркс и Ф. Энгельс, Сочинения, т. V, CTD, 502), ,•

5. Ленин приводит данную цитату из (работы Маркса «Гражданская война во Франции 1871 г.» (К. Маркс, Избранные произведения, Партиз- дат, 1935, т. 2, стр. 395).

6. Ленин цитирует из той же работы Маркса (см. К. M a p к с, Избранные произведения, Партиздат, 1935, т. 2, стр. 396—397).

7. В. И. Ленин имеет в виду передовую статью «Обновление ведомств и демократия» в органе партии эсеров «Дело народа», № 113 от 11 августа (29 июля) 1917 г. (Ленин, Сочинения, т. XXI, стр. 638, примечание 161).

8. Ленин цитирует из работы Маркса «Гражданская война во Франции» (К.Маркс, Избранные іпроизведения, Партиздат, 1935, т. 2, стр. 396).

9. Ленин приводит данные цитаты из статьи Энгельса «К критике проекта социал-демократической партии 1891 г.» (К. Марксчв Ф Энгельс Сочинения, Партиздат, 1936, т. XVI, ч. II, стр. 110, Ш).

10. В. И. Ленин цитирует из статьи Ф. Энгельса «Введение к брошюре Маркса «Гражданская война во Франции» (К. Маркс и Ф Энгельс* Сочинения, Партиздат, 1936, т. XVI, ч. II, стр. 93).

11. Ленин цитирует из статьи Маркса «Критика Готской программы» (К. Маркс и Ф. Энгельс, Сочинения, Партиздат, 1933, т. XV, стр. 283).

12. Ленин имеет, в виду следующие слова Энгельса из письма к Бебелю по поводу Готской программы от 18(28) марта 1875 r.: «...Покапро- летариат еще нуждается в государстве, он нуждается в нем не в интересах свободы, а в интересах подавления своих противников, а когда становится возможным говорить о свободе, тогда государство как таковое перестает существовать» (К. Мдркс и Ф. Энгельс, Сочинения, т.ХѴ, стр. 292).

13. Ленин имеет в виду предисловие Энгельса к сборнику статей «Internationales aus dem Volksstaab> от 3 января 1894 г. (К. M a p к с и Ф. Э н г e л ь с, Сочинения, Партиздат, 1936, т. XVI, ч. II, стр. 386).