<<
>>

Глава 12КРАЖА ДВУХ С ПОЛОВИНОЙ МИЛЛИОНОВ

Однажды поздно ночью в субботу машина Швенда резко притормозила в окрестностях Шлосс-Лаберса. Наружу выскочил телохранитель и застыл в готовности отреагировать на любую угрозу. Швенд кивнул и вошел в двери.
В одной из малых комнат для гостей он нашел Главана, которого сразу же спросил:

— Как дела у Камбера? Он пришел в себя после того приступа желчного пузыря?

— До того, как он отправился спать, с ним все было в порядке, — ответил Главан, — но это не значит, что завтра с ним все будет так же хорошо. Случилось что-то особенное?

— Наконец-то мы все уладили с той большой сделкой с оружием. Завтра утром нужно будет вносить оплату в Триесте.

— Может быть, вам нужна моя помощь в том, чтобы пересчитать деньги?

— Нет, спасибо. Два с половиной миллиона вот уже несколько недель как упакованы и ждут своего часа. Давайте лучше немного поспим. Завтра нам придется рано вставать.

— Спокойной ночи.

Воскресный день обещал быть прекрасным. Стояло жаркое солнце, а с запада дул мягкий освежающий бриз. Швенд отдавал последние распоряжения своим подчиненным, расположившимся в машине у хранилища, когда подошла его секретарь Гертруда Хюллен. Увидев машину, она спросила:

— Если кто-то собрался ехать куда-то, не мог бы он захватить меня с собой? Сегодня было бы так прекрасно проехаться куда-нибудь.

Швенд посмотрел на Камбера и Метцгера, и, поскольку те не собирались возражать, он ответил:

— Хорошо, вы поедете с ними. Чем больше людей находится при деньгах, тем безопаснее.

Метцгер помог Гертруде сесть на переднее сиденье рядом с водительским, которое он собирался занять сам. Почти все заднее сиденье занимали деньги, два самых обычных кожаных чемодана, в которых лежали банкноты первой категории по классификации операции «Бернхард», изготовленные в Заксенхаузене. Рядом с деньгами сел Камбер, готовый взять на себя охрану двух с половиной миллионов фунтов стерлингов.

Швенд остался доволен тем, что все документы были в порядке и что в машине было достаточно бензина на обратную дорогу, махнул рукой, давая сигнал на отправление.

— Какая гора свалилась с моих плеч, — проговорил он, когда автомобиль скрылся из виду.

Гертруда предвкушала, что она прекрасно, как никогда в жизни, проведет время. Когда машина прибудет в Триест, она собиралась отправиться обедать в дорогой ресторан, а потом, возможно, сходить куда-нибудь потанцевать. Но в любом случае эта поездка отлично поможет ей отвлечься от мрачного замка с его скучными солдафонами. Лейтенант-инвалид превратился в настоящего зануду со своими вечными приглашениями на прогулку. Ей хотелось в большой город, она соскучилась по его огням, веселью и суете. Девушка почувствовала себя настолько счастливой, что запела. На склонах холмов начал вызревать зеленый виноград, согретый теплым ласковым солнцем. Метцгер отважился сделать несколько довольно смелых замечаний относительно ее песни, но она не попалась в эту ловушку.

Когда они проехали несколько километров, Метцгер заметил, что Камбер не сказал за все утро ни одного слова. Он попытался завязать разговор, но его коллега в ответ отделывался лишь короткими междометиями. Тогда Метцгер повернул зеркало и посмотрел на заднее сиденье. Камбер скрючился в углу сиденья, плотно сцепив руки и уронив голову на грудь. Его лицо было искажено гримасой боли.

— Снова старая проблема? — спросил Метцгер.

Камбер в ответ промычал что-то нечленораздельное.

Взмахнув руками, Метцгер спросил у Гертруды:

— Вы прошли экзамен по оказанию первой помощи?

— Да, а что?

— Боюсь, что вскоре у вас появится пациент.

Тут в разговор вмешался Камбер:

— Со мной все будет хорошо, продолжайте спокойно рулить.

Машина ехала все дальше на юг. Она миновала несколько виноградников, расположенных вокруг ярких домиков-усадеб, которые мелькали в утренней дымке, пока солнце медленно поднималось над горизонтом. Потом потянулись оливковые рощи.

Темные листья деревьев горели в золоте солнечных лучей. Несмотря на то что было все так же тепло и солнечно, что-то в атмосфере начало неуловимо меняться. Гертруде больше не хотелось петь. Метцгер тоже замолчал. Машина проехала Больцано, и когда она приблизилась к городку Ора, откуда оставалось совсем немного до поворота на Триест, Метцгер стал проявлять все больше признаков беспокойства. Он размышлял, действительно ли Камбер был болен, одновременно стараясь не отвлекаться от дороги. Он обернулся и спросил:

— Как вы? Вам лучше?

Не получив ответа, Метцгер снова повернулся вперед и приготовился сосредоточиться на дороге, когда вдруг он услышал позади голос, прозвучавший настолько холодно и решительно, что сначала он не узнал его:

— Продолжайте ехать прямо. Не нужно поворачивать здесь налево. Я скажу вам, где повернуть.

Метцгер приготовился ответить, когда вдруг почувствовал прикосновение чего-то твердого в районе шеи около уха. Он сразу понял, что это был ствол револьвера. Поскольку Метцгер не мог ничего сделать, он продолжал вести машину прямо, мучительно пытаясь найти выход из положения. Через несколько секунд он глубоко вздохнул и с деланым спокойствием спросил:

— Вы думаете, что таким образом сумеете заполучить два с половиной миллиона? Может быть, вам это и удастся, но что вы собираетесь делать потом?

Гертруда, чьи мысли до этого были далеко, посмотрела на Метцгера и, увидев револьвер, сразу же начала кричать. Камбер тем же мертвенно-холодным тоном бросил:

— Перестаньте хныкать!

После этого Гертруда заплакала еще громче. Камбер раздраженно прокричал:

— Закройте рот носовым платком!

Гертруда повиновалась, но все еще не могла остановиться. Она плакала, давясь рыданиями и всхлипывая. Девушка сразу же стала выглядеть совершенно больной.

Камбер, на лице которого читалось все большее раздражение, приказал Метцгеру ехать быстрее. Метцгер послушно гнал машину, продолжая лихорадочно размышлять, чем все это может закончиться.

Хватит ли у Камбера решимости застрелить их обоих, а потом попытаться скрыться, имея в машине приз на сумму два с половиной миллиона фунтов стерлингов? Или он предпочтет высадить и бросить их где-нибудь в безлюдном месте, а сам скроется с деньгами? Его мысли внезапно прервались, когда он увидел впереди длинную очередь из остановившихся машин. «Мы спасены, — подумал Метцгер, — дорога блокирована». Остановившись и пристроившись в хвост очереди, он прошептал Гертруде:

— Можете взбодриться. Пока рядом полиция, мы в безопасности.

— Я не был бы так в этом уверен, — предупредил Камбер. — Одно неверное слово, и с вами все будет кончено. Так что никаких глупостей. — Потом он повернулся к Гертруде и распорядился: — Когда подойдет полицейский, ревите как можно громче.

Вскоре на контрольном пункте машину окружили полицейские. Один из них подошел ближе и потребовал предъявить личные документы и документы на машину. Метцгер протянул ему бумаги, в то время как Гертруда продолжала жалобно подвывать. Полицейский так долго находился рядом, что Метцгер начал подумывать, не крикнуть ли ему: «Арестуйте этого человека сзади!» Но не успел он принять решение, как полицейский спросил:

— Что случилось с девушкой?

— Она очень больна, — вмешался Камбер, — и мы везем ее к доктору в Триест. Мы хотели бы немедленно ехать дальше, если, конечно, вы не собираетесь нас задержать.

— Если ей действительно так плохо, везите ее поскорее в больницу.

И когда машина тронулась, Камбер, подавшись вперед, скомандовал:

— А теперь гоните на полной скорости.

Метцгер, раздосадованный на себя за то, что не смог использовать свой шанс, разогнал машину. У его шеи снова был револьвер. Гертруда все больше впадала в истерику, пока, наконец, когда машина подъезжала к озеру Левико, девушка не упала в обморок прямо на Метцгера.

— Гертруда потеряла сознание, — проговорил он. — Разрешите мне остановиться и привести ее в чувство.

— Она сама придет в себя. Продолжайте ехать вперед.

Обочину дороги теперь покрывали трава и низкий кустарник.

Лишь иногда то тут, то там попадались отдельные деревья. На некотором расстоянии от озера от дороги пошла узкая развилка. Камбер скомандовал:

— Поворачивайте здесь.

Метцгер снизил скорость и свернул на узкую дорожку, раздумывая, не будет ли лучше пойти на риск и, опрокинув автомобиль, внезапно напасть на Камбера. В этот момент он посмотрел на Гертруду, которая уже пришла в себя, но все еще была во власти ужаса, и понял, что не сможет ничего сделать. Через несколько минут, когда дорожка превратилась в извилистую узкую тропинку, Камбер приказал Метцгеру остановить машину. После того как машина резко встала, Камбер приказал обоим выйти. Гертруда была так напугана, что не могла пошевелиться. Метцгер мягко взял ее за руки, осторожно вытолкал из машины туда, где светило солнце, а потом обратился к Камберу:

— Вы не можете просто оставить нас здесь.

Камбер в ответ только оскалился, завел машину и резко надавил на педаль газа, подняв облако пыли. Через несколько секунд он исчез из вида.

Метцгер оставил Гертруду на земле, а сам посмотрел вокруг, думая о том, что он будет делать дальше. Он не знал точно, где они находятся, хотя несколько раз ему приходилось проезжать по соседней дороге. Прежде всего, следовало добраться до нее. Он посмотрел на Гертруду, которой теперь, после того как она не видела больше револьвер, явно стало лучше. Сначала ему приходилось помогать ей идти и подбадривать девушку. Фактически он почти нес ее на руках. Но вскоре она достаточно пришла в себя и смогла двигаться самостоятельно.

А в это время Камбер по ужасной дороге гнал синий «фиат» в сторону Борго. Примерно через полчаса он должен был добраться туда. Ему предстояло прибыть в точку, где была назначена встреча с друзьями, проследить за тем, чтобы машину уничтожили, а потом исчезнуть со своей долей денег.

Гертруда начала все больше и больше прихрамывать, когда Метцгер вдруг воскликнул:

— Посмотрите туда!

Она подняла голову и увидела большое здание. Метцгер был очень взволнован:

— Теперь я вспомнил, что это за место.

Здесь находятся казармы военной полиции. Давайте пойдем побыстрее, мы все еще можем поймать его.

В казарме они быстро рассказали свою историю, но не стали упоминать о двух чемоданах, где лежали два с половиной миллиона фунтов стерлингов. Полицию, казалось, не очень заинтересовал их рассказ, но они записали приметы Камбера и номер машины, которые, как они заверили, будут переданы на все полицейские посты. Гертруда настаивала на том, чтобы они позвонили и штурмбаннфюреру СС доктору Вендигу в Мерано. Но того не оказалось на месте. Подошедший к телефону Главан обещал приехать за пострадавшими и забрать их в Шлосс-Лаберс. Все говорило о том, что их поездка не удалась. Командир полицейских явно не желал иметь ничего общего с таким сложным случаем. Он усадил Метцгера и Гертруду в машину, которая отвезла их в Тренто.

Камбер уже почти доехал до Борго, когда обнаружил, что его преследует полицейская патрульная машина. Было невозможно поверить в то, что его спутники сумели так быстро поднять тревогу, но Камбер решил лишний раз убедиться в этом. Он прибавил скорости и посмотрел в зеркало. Патрульная машина тоже поехала быстрее. Полицейские явно преследовали его. Он попытался оторваться от них, но у него ничего не вышло. Вскоре патруль нагнал его и пристроился сбоку. Полицейские приказали Камберу остановиться и, когда он отказался, стали прижимать его к обочине. Наконец, когда до спасительного Борго оставалось совсем немного, его вынудили остановиться. На Камбера надели наручники и пересадили в патрульную машину. Один из полицейских сел за руль «фиата». Обе машины поехали в сторону Тренто.

Там в управлении полиции уже находились Метцгер и Гертруда, которым пришлось совсем несладко в обществе капитана, который попросту не поверил в их историю. Он постоянно повторял один и тот же вопрос:

— Зачем кому-то было нужно высаживать двоих человек в глуши?

Ответы тоже не отличались разнообразием:

— Государственная тайна.

Для полицейского чина это звучало настолько неправдоподобно, что он попытался поймать пострадавших на противоречиях и начал задавать Гертруде все более подробные вопросы, но она все время только повторяла:

— Если вы хотите узнать что-то еще, позвоните штурмбаннфюреру СС доктору Вендигу.

Поскольку капитану так и не удалось ничего добиться от этой пары, он решил задержать их и провести дополнительное расследование. Но тут появилась патрульная машина, старший которой попросил, чтобы его начальник вышел к нему. Капитан попросил странную пару подождать. В это время появился старший патруля, который вел Камбера в наручниках. За ними несли два чемодана.

Выглядевший сконфуженным Камбер попросил у Гертруды извинения за свое поведение. Но прежде чем девушка смогла вымолвить хоть слово, капитан спросил:

— Что в чемоданах?

Камбер и Метцгер продолжали хранить молчание, а Гертруда снова заявила:

— Мы уже говорили вам, что это государственная тайна. Пожалуйста, позвоните штурмбаннфюреру.

— Откройте чемоданы! — рявкнул капитан.

Когда крышки подняли, он смог вымолвить только: «Боже мой!»

Для того чтобы убедиться, что его глаза не обманывают его, капитан потрогал руками несколько туго перетянутых пачек денег, вытащил несколько купюр и проверил их на свет. Как ему показалось, он убедился, что деньги настоящие. Он задумался на несколько минут, а потом распорядился:

— Запечатайте чемоданы. Их следует поместить в отдельные сейфы в управлении службы безопасности. А я немедленно доложу обо всем в Берлин.

В понедельник утром Олендорф получил из Тренто радиограмму следующего содержания:

«До ваших дальнейших распоряжений в местном управлении содержатся арестованные сегодня двое мужчин и одна женщина, у которых изъяты поддельные документы. В машине, в которой следовали арестованные, обнаружены два чемодана с очень большим количеством британских банкнотов крупного номинала, точная сумма которых до сих пор не установлена. Трое подозреваемых утверждают, что они выполняют задание под грифом „государственная тайна“ в интересах подразделения, которое подчиняется непосредственно Кальтенбруннеру. Предполагаемым руководителем подразделения является доктор Вендиг, а местом дислокации — Шлосс-Лаберс, близ Мерано».

Олендорф прочитал донесение несколько раз, пока не заучил наизусть. Ему в голову тут же пришла мысль: «Вот, наконец, то, что мне нужно, чтобы под благовидным предлогом избавиться от Швенда». Он попросил секретаря немедленно соединить его с Кальтенбруннером.

Кальтенбруннер внимательно прочитал радиограмму, однако Олендорф, который наблюдал за своим шефом, так ничего не смог определить по выражению его лица. Выдержав паузу, он предложил:

— При всем моем уважении данный инцидент свидетельствует о том, что Швенд не в состоянии обеспечить соблюдение надлежащего уровня секретности при выполнении операции «Бернхард», не так ли?

Он собирался продолжить свою речь, но Кальтенбруннер перебил его:

— Давайте послушаем, что по этому поводу скажет сам Швенд.

Он позвонил в Шлосс-Лаберс. Швенд доложил, что капитан из Тренто уже связался с ним после того, как его несколько раз настойчиво попросили об этом Метцгер и его секретарша. Теперь все проблемы улажены. Винить во всем следует не его людей, а капитана полиции. Олендорфа, который прислушивался к каждому слову, эти объяснения удовлетворили не в полной мере. Для того чтобы хоть как-то подсластить пилюлю, Кальтенбруннер отрывисто бросил:

— В любом случае от Камбера следует избавиться.

— В Тренто? — уточнил Швенд.

— Нет. Передайте в Тренто, чтобы его немедленно передали вашим людям и отконвоировали в Мерано. Заберите чемоданы и сделайте так, чтобы все поскорее забыли эту историю.

В тот же день Камбера передали сотрудникам из отдела службы безопасности в Мерано, здание которого располагалось близ гостиницы «Бристоль», которые поместили его в камеру. Оба чемодана вернули в Шлосс-Лаберс, где Швенд сразу же организовал вечеринку с целью отпраздновать счастливое завершение инцидента. Но празднование проходило без обычного веселья, и даже сам Швенд казался озабоченным и даже раздраженным. Неожиданно Гертруда спросила его, что будет с Камбером.

— Я точно не знаю, — ответил Швенд. — Я получил послание Кальтенбруннера, где он говорит, что дело Камбера будут вести следователи гестапо из Больцано.

Метцгер отослал девушку и озабоченно поинтересовался:

— Может быть, было бы лучше, если бы о нем позаботились сотрудники службы безопасности?

— Завтра мы все узнаем.

Когда все разошлись спать, Швенд вызвал к себе Главана. Лично он предпочел бы дать Камберу денег и отослать его куда-нибудь подальше, например в Перу, но Главан придерживался иного мнения:

— У нас не остается другого выхода, кроме как передать его по инстанции, — заявил он. — Вы получили приказ от Кальтенбруннера и можете быть уверены, что он проследит за тем, чтобы он был выполнен.

— Но это будет убийством.

— А что было бы с вами и со всеми нами в случае, если бы он сумел скрыться с деньгами?

— В любом случае нас бы не казнили за это, — возразил Швенд. До рассвета они продолжали спорить о том, заслуживает ли Камбер смертного приговора, но Швенд так и остался при своем мнении. Он полагал, что приказ Кальтенбруннера следовало каким-то образом обойти.

На следующее утро Камбера привезли из тюрьмы. Сопровождавший его унтерштурмфюрер (лейтенант) СС из службы безопасности настаивал, что он должен сопровождать арестованного до самого конца. Напрасно Швенд, пустив в ход все свое обаяние и все имевшиеся у него аргументы, пытался убедить офицера отправиться обратно в Мерано в одиночестве. Все было бесполезно.

Должно быть, сам Камбер тоже уже находился во власти нехороших предчувствий. Он умолял Швенда:

— Пожалуйста, дайте мне любое наказание, но не отнимайте жизнь.

Тогда Швенд сделал последнюю попытку.

— Могу я поговорить с арестованным наедине? — спросил он унтерштурмфюрера.

— Да, но я буду находиться у дверей.

Они вошли на территорию замка, а Главан занялся машиной, на которой привезли Камбера. Швенд пояснил:

— Я получил приказ, который должен выполнить. Вас отвезут в Больцано, где вы предстанете перед судом. Как только вы окажетесь там, я ничем уже не смогу вам помочь. Я попытаюсь сделать так, чтобы мы сделали остановку по дороге. Если мне это удастся, вы сможете воспользоваться этим. Лично я предпочел бы отправить вас подальше за границу, но у меня есть приказ, и, как вы видите, унтерштурмфюрер не успокоится, пока не выполнит его.

Когда они снова вышли из здания, погода испортилась. Небо покрылось тяжелыми низкими тучами, откуда сразу же посыпались мелкие брызги дождя. С гор опустились похожие на призраков клочья тумана. Все сели в машину. Место водителя занял Главан. Рядом с ним на переднем сиденье расположился Швенд с автоматом в ногах, унтерштурмфюреру с Камбером досталось сиденье сзади. Как только машина выехала из замка, Главан поехал очень быстро. После одного-двух опасных заносов на скользкой дороге Швенд приказал:

— Пожалуйста, помедленнее. Мы не спешим.

— Хорошо, но чем раньше мы покончим с этим, тем будет лучше.

Они снова проезжали те же самые места, которые всего пару дней назад так радовали взгляд под солнечными лучами, что заставили Гертруду петь. Теперь окружающий ландшафт имел, скорее, похоронные тона. Никто не говорил, каждый чувствовал себя напряженным и подавленным. Швенд, раздав всем сигареты, попытался разрядить обстановку. Камбер жадно затянулся дымом. Только Главана, казалось, никак не волновало происходящее.

Они ехали через фруктовые сады, когда двигатель машины вдруг громко застучал.

— Что случилось с машиной? — с беспокойством спросил унтерштурмфюрер.

— Ничего страшного. Мне придется остановиться ненадолго, чтобы посмотреть, что с двигателем, пока мы совсем не заглохли.

Машина продолжала движение под ровными рядами яблоневых деревьев, с листьев которых все еще падали капли воды, хотя дождь уже кончился. Мотор машины застучал громче, и Главан предложил:

— Будет лучше, если мы сделаем остановку и посмотрим, что случилось.

Он свернул с дороги на боковую дорожку и остановил машину.

— Можно нам пройтись и размять ноги? — спросил Камбер.

— Как угодно, только недолго.

Первые робкие лучи солнца пытались прорваться сквозь завесу туч. Швенд и Камбер вместе прогуливались под яблонями. По дороге Швенд протянул арестованному сигарету и негромко проговорил:

— Это может быть вашим шансом. Я иду обратно. — Он зажег сигарету, обернулся назад и прокричал Главану: — Случилось что-то серьезное?

Не поднимая головы из-под капота, Главан ответил:

— Не думаю. Сейчас я заведу машину и посмотрю.

Он открыл водительскую дверь и склонился над рулем.

В это время Камбер отходил все дальше в туман, окутавший яблоневые деревья. Двигатель завелся, но продолжал работать все с тем же шумом. Главан снова наклонился под капотом. Унтерштурмфюрер встал рядом с водителем. Камбер обернулся и, увидев, что только Швенд смотрит в его сторону, бросился бежать. Он успел пробежать несколько шагов, когда Главан вдруг вынырнул из-под капота, достал пистолет и прицелился.

— Не стреляйте! — закричал Швенд. — Предупредите его, пусть он вернется!

В ответ Главан быстро расстрелял всю обойму. Камбер, вскрикнув, споткнулся и, упав, вытянулся на мокрой земле.

— Я же сказал вам не стрелять, — сердито выговаривал Швенд Главану.

Унтерштурмфюрер подошел к Камберу, внимательно посмотрел на распростертое тело и небрежно перевернул его носком сапога.

— Сейчас уже поздно беспокоиться о нем, — проговорил эсэсовец.

Не обращая на него внимания, Швенд и Главан продолжали громко переругиваться.

— Вы убили его в спину! — с горечью воскликнул Швенд.

— А что я, по-вашему, должен был делать? Попросить его повернуться, а потом стрелять? Вряд ли это было бы лучше.

Унтерштурмфюрер прищурился, потом полез в карман и достал оттуда лист бумаги и ручку.

— Все в порядке. Арестованный был убит при попытке к бегству. Я так и напишу в своем рапорте.

Главан полагал, что все разрешилось замечательно, справедливость восторжествовала. Громкий шум двигателя заглушил выстрелы. Он снова выключил зажигание, полез в багажник и вытащил оттуда два куска брезента. Вместе с эсэсовцем они подошли к убитому. Когда они грузили изрешеченное пулями тело на брезент, Главан с кривой усмешкой заметил:

— Теперь, когда здесь пролилась кровь, яблоки будут расти лучше.

Вместе с унтерштурмфюрером они убрали следы крови с земли и, плотно обернув труп брезентом и сложив его, чтобы он поместился в багажник, понесли тело назад к машине. Бросив тело в багажник, Главан с эсэсовцем снова сели в машину. Швенд стоял в стороне и нервно курил. Наконец, Главан завел машину и раздраженно крикнул ему:

— Вы едете или остаетесь?

Не говоря ни слова, Швенд открыл заднюю дверь и уселся на место, которое всего несколько минут назад занимал Камбер.

Казалось, машину тяготил груз, который ей пришлось перевозить. Медленно, как катафалк, она двинулась прочь из фруктового сада. Вскоре снова по дороге застучали капли дождя, видимость ухудшилась, покрытие стало ненадежным. Огромные мокрые тополя, выстроившись в ряд вдоль обочины, скорбно провожали осторожно продвигавшуюся прочь машину. Унтерштурмфюрер дремал. Швенд, плотно сжав губы, полностью погрузился в свои мысли. Только Главана, казалось, никак не тронуло произошедшее.

Извилистая дорога вскоре привела путников в небольшой поселок под названием Лана. Главан оглянулся, чтобы завязать разговор, но заметил, что унтерштурмфюрер спит, а Швенд отрешенно уставился в окно. Он остановил машину напротив городской церкви, большого темного здания за каменным забором. Главан вышел из машины, притворив за собой дверь. Унтерштурмфюрер, очнувшись ото сна, поспешил за ним на церковный двор. Они быстро разыскали там пожилого человека, который, не обращая внимания на дождь, прогуливался вдоль могил. Главан вежливо спросил его:

— Подскажите, где нам найти могильщика?

— Я и есть могильщик.

— Вы могли бы вырыть могилу прямо сейчас?

— А когда похороны?

— Похороны тоже состоятся прямо сейчас.

— А у вас есть разрешение на покупку могилы?

— Нет, — растерянно признался Главан.

— Без разрешения похороны запрещены, — сварливо заметил могильщик.

— Но у нас особый случай. Мы ехали в Бозен, когда вдруг услышали выстрелы. Мы вышли из машины и обнаружили умирающего мужчину. Мы пытались помочь ему, но было уже слишком поздно. Мы решили не оставлять тело там и привезли сюда, чтобы похоронить по-христиански. Неужели вы нам не поможете?

— Я не такой дурак, — раздраженно ответил старик, — и я ничего не могу сделать для вас без разрешения.

Главан вынул из кармана несколько банкнотов, но и возможность получить взятку не сделала старика сговорчивее. На похороны необходимо иметь разрешение. В конце концов, Главану пришлось смириться с этой мыслью, и он отправился на поиски нужной бумаги. Могильщик направил Главана к мэру.

Мэр наотрез отказался помогать немцам, не имея на руках данных медицинского освидетельствования трупа. С трудом, но все же удалось найти и доктора, но он отказался покинуть пациентку, у которой сложно протекали роды. Доктор прибыл на место только ближе к вечеру. Это был веселый жизнерадостный толстяк. Он шумно поприветствовал собравшуюся компанию возгласом: «Я только что помог появиться на свет прекрасному малышу весом восемь фунтов. А теперь покажите мне, где этот покалеченный труп?»

Доктору показали тело Камбера, которое он некоторое время осматривал, а затем объявил:

— Смерть наступила от многочисленных пулевых ранений в спину и в голову. Как мне кажется, этого человека казнили. Мне уже приходилось видеть десятки подобных трупов, в основном, как я полагаю, это было дело рук партизан. Но мне нужно бежать, я и так уже опоздал к обеду.

Но мэр не позволил ему удалиться:

— На какое имя выписывать разрешение?

— Не имею представления, на нем нет никаких отметок, по которым этого человека можно было бы опознать.

Мэр безуспешно рылся в книгах, пытаясь найти ответ на интересующий его вопрос, пока доктор не взмолился:

— Ради бога, поставьте вместо имени «Неустановленое лицо» или просто «Неизвестный», а мне позвольте отправиться домой. Моя жена сживет меня со света за опоздание.

Наконец, получив вожделенный документ, немцы вернулись на церковный двор. Могильщик, надев очки, сначала внимательно изучил документ, а потом скрупулезно перенес данные оттуда в церковную регистрационную книгу. Потом он, наконец, приступил к работе, но делал это так медленно, что Главан, отбросив притворную вежливость, закричал:

— Эй вы, давайте сюда лопату, я помогу!

Он копал как бешеный и, когда небольшая яма была готова, потребовал:

— Давайте положим его сюда и закончим на этом!

— Но мы должны похоронить его с должным уважением, как христианина, — запротестовал старик.

— Мы и так уже потеряли на это добрую половину дня! — раздраженно крикнул Главан. — А теперь делайте, как я говорю. После того как мы уедем, можете поступать как хотите.

С помощью унтерштурмфюрера он опустил труп в узкую яму, и вдвоем они быстро забросали могилу мокрой после дождя землей. Могильщик стоял рядом и, будто обращаясь к самому себе, вслух читал немногие известные ему молитвы, которые произносят на похоронах. После того как закутанное в брезент тело было покрыто тонким слоем земли, Главан и эсэсовец воткнули лопаты в землю. Главан достал плотную пачку банкнотов, которую вложил в карман могильщика.

— Молитесь за его душу, — попросил он и в сопровождении унтерштурмфюрера отправился к машине.

— Мы убрали за собой, — сообщил Главан Швенду, — он похоронен как положено, и теперь мы можем отправляться домой.

Швенд в ответ лишь кивнул.

Когда компания вернулась в Шлосс-Лаберс, в замке царила суета. Сделка с оружием успешно завершилась, кроме того, прибыли два курьера с драгоценностями для Фегелейна, которые сразу же отправили в Берлин. Без всякого интереса Швенд выслушал новости. Им все еще владело чувство вины. Он не смог предотвратить убийство, а самое худшее ждало его впереди. Ему придется докладывать о происшествии Кальтенбруннеру.

Он вызвал Гертруду и попытался продиктовать рапорт. После трех безуспешных попыток он бросил это занятие и попросил:

— Обратитесь к Главану и подготовьте рапорт сами. Скажите ему, что от нас нужно только подтверждение: главным документом будет рапорт унтерштурмфюрера.

После того дня Швенд работал над операцией «Бернхард» уже без всякого интереса. Ведь она сделала его убийцей или, по крайней мере, пособником убийц человека, который на очень краткий миг стал обладателем двух с половиной миллионов фунтов стерлингов.

<< | >>
Источник: Антони Пири. Фальшивомонетчики. Экономическая диверсия нацистской Германии. Операция «Бернхард». 1941 — 1945"»: Центрполиграф; М.. 2011

Еще по теме Глава 12КРАЖА ДВУХ С ПОЛОВИНОЙ МИЛЛИОНОВ:

  1. Глава 12КРАЖА ДВУХ С ПОЛОВИНОЙ МИЛЛИОНОВ
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -