<<
>>

ГЛАВА П МЕТАЛЛИЧЕСКИЕ ДЕНЬГИ

Мы подошли к следующему определению денег: это есть установленное\' законом (или обычаем) средство погашения долгов. Из этого определения вытекают обе функции, посредством которых мы пытались определить деньги вначале, т.

е. функции орудия обмена и мерила ценности.

Согласно классической теории деньги, как мы видели, есть избранный т.ов ар. Закон или обычай устанавливают, что долги могут быть уплачиваемы в золоте, в серебре или же в любом из этих металлов. Золото и серебро являются сырьем для некоторых отраслей промышленности и имеют ценность, как таковое, и в качестве такой ценности они представляют собою самостоятельное мерило для определения величины долгов. Обязательство банкира, будет ли оно облечено в форму банковского кредита или форму банкноты, становится обязательством уплатить деньги. Подобное обязательство может употребляться как средство платежа; должник, который имеет банковский кредит, может уплатить свой долг путем передачи этого кредита своему кредитору. Но банковский кредит, не будучи законным средством погашения долгов, должен быть легко обращаем в деньги по требованию. Обязательство банкира должно быть оплачиваемо деньгами.

Если золото .признано как законное средство платежа, оно должно быть выпущено на рынок в такой форме, в которой его количество может

быть легко, точно и верно установлено. Это достигается чеканкой. Чеканкой золото разделяется на мелкие части, удобные для держания в руках, и путем тисненной надписи, удостоверяется, что каждая такая часть имеет предписанный вес и пробу. При системе свободной чеканки каждый владелец золота может принести его правительству для такого разделения и засвидетельствования, и это последнее должно делаться или совершенно бесплатно, или за ничтожную сравнительно с ценностью золота плату. Если эта система действительно проводится, если все монеты, вес которых, вследствие изнашивания, заметно понижается, быстро извлекаются из обращения, если не существует никаких препятствий для расплавки монет и использования их не для обращения, тогда ценность монеты и ценность слаїгва не могут заметно расходиться, так как первая может быть превращена в другой с ничтожными затратами.

Тогда золото как товар может быть действительно мерилом ценности.

Дена золота, т. е. его ценность в значениях счетных денег, является постоянной. Эта постоянная цена, измеряемая ценностью монеты, в которую может быть превращено данное количество золота, называется чеканной ценой золота. Согласно английским монетным законам 623 соверена должны весить 160 уцций, а чеканная цена золота составляет 3 фун. стерл. 17 шилл. Ю[5]/^ пенсов за унцию пробы 11/12.

Всякое отступление от этой системы рассматривается классической теорией как извращение. Природу, степень и причины таких отступлений мы рассмотрим позднее. В настоящей главе мы предполагаем, что система свободной чеканки действительно и точно поддерживается. В следующей главе мы обратимся к рассмотрению систем, при которых ортодоксальная теория свободной чеканки игнорируется.

Наиболее важные положения классической теории заключаются в том, что ценность денежной единицы определяется ценностью металла при использовании его для других целей, а не для чеканки1 и что предложение денег, будучи зависимо от предложения металла, не может произвольно увеличиться.

При соединении золотой чеканки с кредитной системой, необходимо рассмотреть, где начинается одна и кончается другая. Платеж деньгами является законным погашением долга, тогда как платеж кредитом не является таковым, в силу чего деньги будут употребляться предпочтительно перед кредитом, если не будет некоторых преимуществ в пользовании кредитом. Для крупных платежей высшее удобство кредита очевидно, так как освобождает от труда по пересчету, хранению, установлению доброкачественности монет и от издержек и риска по перевозке и хранению. Более того, привилегии банковских клиентов весьма ценны для зажиточных людей и особенно для торговцев. Само собою разумеется, что все эти преимущества предполагают состоятельность банкира, но

мы можем утверждать, что риск банкротства крупного и хорошо органі зованяюго банка если не абсолютно ничтожен, то во всяком случае очень мал сравнительно с риском потерять деньги в том случае, если они, вместо того, чтобы быть депонированными в банке, хранятся в помещении торговца, на которого падает риск быть обокраденным.

При малых платежах преимущества кредита не так значительны. Платеж чеком, освобождающий при крупных суммах от затруднений, при мелких суммах, напротив, создает дополнительные трудности. Если небольшие платежи совершаются только кредитом, они должны совершаться банкнотами. Но банкноты имеют очень небольшие преимущества перед монетами. Подобно монетам, они могут быть потеряны; подобно монетам, они требуют счета, и иногда для них требуется размен. И в то время, как мелкие банкноты оказываются не имеющими никакого преимущества перед монетами, представляя сравнительно с ними (по закону) меньшую степень возможности погашения долгов, они особо неудобны в том отношении, что могут циркулировать между неосведомленными людьми, которые не могут судить о вредите банка, выпустившего эти банкноты, и которые могут быть охвачены неосновательным, хотя и широкораспространенным недоверием. Простой факт, что существуют люди, не желающие принимать банкноты частных банков, должен быть совершенно достаточной причиной для каждого требовать монету в обмен за банкноты. Даже те, которые сами считают банк совершенно состоятельным, не пожелают облекать свою покупательную силу в форму, которая не была бы приемлема для каждого. Мелкие банкноты — например, па сумму, меньшую, чем распространенная недельная заработная плата рабочих — создали бы вероятно скорее затруднения, чем источник прибыли для эмиттирующего банка, и соответственно они имели бы тенденцию выпадать из оборота, за исключением тех случаев, когда нмелись бы какие-либо особые причины предпочитать их.[6]

Следовательно, линия, разграничивающая деньги и кредит, совпадает с линией, отделяющей крупные сделки от мелких. Недельная заработная плата рабочих или низко оплачиваемых служащих выплачивается целиком деньгами. Относительно высокооплачиваемые служащие получают свое жалование кредитом. Крупные сделки между деловыми людьми несомненно проводятся путем кредита, и их прибыли также собираются в форме кредита. Но даже человеку, получающему свои доходы в форме кредита, приходится пользоваться деньгами для мелких розничных платежей, железнодорожных поездок и т.

д. Отсюда легко видеть, какие модификации должны быть введены в картину, данную в предыдущей главе о недельных сделках на кредитном базисе, для того что бы подойти к ознакомлению с деньгами.

Фабрикант, получивший кредит от своего банкира для выполнения данного ему торговцем заказа, будет еженедельно снимать с этого кре- дата некоторые суммы наличных денег для уплаты заработной платы. Получатели этих денег будут тратить их в течение недели на свои ежедневные расходы, и таким образом эти деньги попадут в руки розничных торговцев, сборщиков арендной платы, трамвайных компаний и т. д., которые внесут эти деньги обратно в банки. В то же самое время фабриканты, купцы, чиновники и другие люди, достаточно крупные доходы которых позволяют им иметь банковские счета, все же будут нуждаться в том, чтобы держать часть своей действительной покупательной силы в кошельке в виде монет. Удерживаемые таким образом суммы, предназначенные только для мелких расходов, будут очень малы сравнительно с общей суммой доходов этих лиц, но все эти лица в течение недели тратят некоторую су\'мму своих доходов, а поэтому должны брать из банка суммы, равные в среднем тем, которые они тратят. Торговцы, которые стоят между розннчниками и фабрикантами, заняты крупными \'сделками, для которых кредит наиболее приспособлен.

Употребление денег не лишает основания нормальный процесс создания кредита. Деньги, как известно, всегда вносятся в банки розничными торговцами и другими людьми, которые получают их в процессе своих операций, и они получают банковские кредиты в обмен за депонированные в банке деньги. Но для фабрикантов и других лиц, которые должны уплачивать деньги, вредит все еще создается обменом обязательств: немедленное обязательство банкира выдается клиенту в обмен на обязательство последнего уплатить в будущем. В дальнейшем мы опишем эту двойную операцию, как создание кредита. Посредством этих операций банкир из ничего создает \'средства платежа, тогда как, получая мешок от своего клиента, он только заменяет одно средство платежа, банковский кредит, — другим — равной суммой наличных денег.

Исследуем теперь результаты нарушения кредитного механизма с модификациями, внесенными употреблением денег. Рассмотрим результаты увеличения выдаваемого кредита. Положим, что в какую-нибудь неделю фабрикантам даны несколько большие, чем обычно, заказы и что фабриканты получили соответственно большие кредиты от банков. Эти большие кредиты требуются для возросшего выпуска товаров и направляются на платежи заработной платы, возросшие вследствие увеличения числа занятых рабочих рук и, быть может, вследствие работы в сверхурочное время. Из банков извлекается большая, чем обычно, суша наличных денег, и прибавляется она к запасу наличных денег, находящемуся на руках у рабочих. Часть — но вероятно не все — этих возросших получек наличными будет истрачена и придет таким образом обратно в банки через розничных торговцев. Таким образом произойдет увеличение массы покупок рабочего класса, которое приведет к дальнейшим заказам, даваемым фабрикантам. Ускорившиеся продажи будут означать возросшие прибыли розничных и оптовых торговцев, а возросший выпуск товаров будет означать возросшие прибыли фабрикантов; как только эти возросшие прибыли будут реализованы, они увеличат покупки ноль-

зующихся кредитом классов. Возрастание этих покупок, так же, как и возрастание покупок лицами, получающими заработную плату, быстро отразится на дальнейших заказах для пополнения запасов товаров.

Нам надлежит рассмотреть следующий важный вопрос: каков будет результат влияния указанных обстоятельств на распределение монет, так как пользование монетами является новым фактором в этой проблеме. Запас монет слагается из количества их, находящегося на руках \\ банкиров и на руках у населения. Запас у населения состоит из количества их, находящегося на руках у лиц, получающих заработную плату, и других, не имеющих банковских счетов, и из карманных денег тех, кто такие счета имеет. Карманные деньги даже очень богатых людей могут быть совсем небольшой суммой. Число лиц, имеющих банковские счета, очень мало сравнительно с числом тех, кто таких счетов не имеет. Общая сумма монет, которую первая группа, взятая в совокупности, употребляет как карманные деньги, по всей вероятности не велика сравнительно с наличными деньгами, которые представляют все текущие средства более многочисленного рабочего класса. Далее, карманные деньги зажиточных людей, вероятно колеблются меньше; они едва ли составляют большую сумму во время расцвета, чем во время упадка. Рабочие, напротив, вынуждены время от времени растягивать с-вои наличные средства на тяжелые времена, и для них тяжело заделывать щели в своих ресурсах. Но когда приходят хорошие времена и. рабочий люд получает регулярную работу со сверхурочным заработком и быстрое повышение размеров заработной платы, он может восстановить свои денежные запасы до размеров, требемых благоразумием. Несомненно, бережливые люди вложат свои сбережения в сберегательные кассы или другие учреждения, которые будут держать их в сохранности и платить за них Проценты. Однако они должны осмотреться сначала, чтобы иметь немного денег дома, и даже, коща их имеется достаточно и все дальнейшие сбережения идут в сберегательную кассу, рабочий не будет вносить каждую полукрону, как только он получит ее; если он вообще сберегает, он будет обычно иметь дача некоторое количество денег, ожидающих помещения в сберегательные кассы. Следовательно, когда рабочие имеют работу и заработная плата высока, некоторое количество денег, уплачиваемых еженедельно рабочим, не возвращается в банки на следующей неделе; тогда происходит то, что называют отвлечением денег для «внутреннего обращения». Эта утечка денег имеет большое значение для теории денежного обращения». Запас денег на руках у банкиров ограничен. Когда он истощается, банкиры будут ие в состоянии погашать свои обязательства, доставлять деньги по требованию, как бы состоятельны они не были. Если Они хотят избежать этой невыгоды, они должны предпринять шаги к приостановке утечки монет.

Отлив монет является только одним из многих эффектов кредитной экспансии. Из чистой суммы вновь отпущенного за неделю кредита, т. е. из суммы превышения новых кредитов над погашением существующих,

часть попадет в руки обеспеченных потребителей и будет потрачена ими в форме кредита, без превращения в каком бы то ни было периоде в монеты. Только часть этой суммы будет уплачена монетами получателям заработной платы, но в свою очередь большая доля этой части придет назад к розничным торговцам, в обмен за купленные товары. Вначале следовательно отлив монет в обращение будет едва заметен. Важным эффектом расширяющегося кредита в этот период являются дополнительные закупки для потребления как пользующихся кредитом, так и пользующихся монетами классов. Только когда это увеличение продажи товаров отразится в значительной степени на отпуске и ценах, тогда действительный рыночный эффект сделается чувствительным для заработков рабочего класса и следовательно для способности рабочего класса поглощать монету. Хотя регулярность работы и применение сверхурочной работы увеличивает заработки в значительной степени, но только после значительного промежутка времени благосостояние фабриканта отразится на увеличении уровня заработной платы. Вследствие этого только очень постепенно банкиры смогут заметить, что рост кредита является угрожающим их монетным запасам. Ко времени, когда отлиз монеты станет заметным, кредиты будут уже увеличены до такой степени, что значительный отлнв будет продолжаться даже и без дальнейшего расширения кредита. Не только заработная плата все еще остается ниже уровня, который мог бы быть обусловлен размерами прибылей, но получатели заработной платы все еще продолжают добавлять излишек своих еженедельных получек к своим небольшим запасам, и наличные деньги у них на руках составляют меньше той суммы, которая могла бы составиться даже без всякого увеличения заработной платы. Но, если бы банкиры были одарены некоторым предвидением, чем не всегда практические люди обладают, то, очутившись па этой стадии, они должны были бы предпринять всяческие меры к защите своего положения.

Опасность происходит от ненадлежащего увеличения кредитов; средство может быть найдено только в сокращении кредитов. Предоставление кредита зависит исключительно от банкира. Он не обязан по закону ссужать заемщика. Но простой отказ одолжить деньги торговцу, который действительно нуждается в ссудах для своих обычных операций, может иметь гибельные последствия. Если часть банкиров придерживается этой линии поведения, результатом будет просто увеличение затруднений для остальных. Если же будет иметь место общий отказ в ссудах, го произойдет всеобщее расстройство дел. Торговцы, которые имели намерение купить, брут не в состоянии выполнить своих договоров. Те, которые надеялись им продать, в свою очередь оказываются без средств, на которые они рассчитывали, и свои затруднения не могут ликвидировать путем займов. В результате совершенно состоятельный предприниматель будет не в состоянии выполнить свои обязательства.

Абсолютный отказ в ссудах редок; чаще бывает, что банкиры начинают сокращать кредиты. Они могут предъявить суровые требования к предлагаемым обеспечениям; они могут сократить максимальный срок, на который они соглашаются выдавать ссуды; они могут различать условия в зависимости от цели, для которой заемщик желает получить ссуду. Банкир хорошо знает дела своих клиентов и может часто практически налагать veto на рискованные и ненужные предприятия или может, по крайней мере, оказать большое воздействие осторожными советами.

Известно, что главным орудием банкиров в деле регулирования кредитов является процентная ставка. Когда имеется недостаток товаров, цены начинают расти, н в результате уменьшающегося предложения товары попадают к тем, кто даст за них более высокую цену. Ценою, уплачиваемой за ссуды, является процент по ним. Если спрос на ссуды превышает предложение, то рынок может быть приведен в равновесие повышением процентной ставки.

Иногда в качестве возражения против этого выдвигают, что процент по ссудам составляет такую незначительную статью в счете убытков и прибылей коммерсанта, что рост учетной ставки должен иметь только весьма относительное значение и что требуется какое-нибудь более сильно действующее средство, особенно в период высоких прибылей. Высокие прибыли должны быть конечно приняты в расчет при решении вопроса о размерах повышения учетной ставки. Причиной высоких прибылей являются повышающиеся цены, и рост ценности товарных запасов происходит даже тогда, когда они находятся на руках у торговцев. Но если учетная ставка повышается достаточно, чтобы поглотить сверхприбыль, извлекаемую благодаря этой причине, то нет оснований, почему бы это повышение учетной ставки не могло быстро, почти немедленно, отразиться па востребовании новых кредитов. Можно допустить, что фабриканты, хотя они и не относятся совершенно безразлично к размеру учетной ставки, могут рассматривать проценты по ссудам как небольшую величину сравнительно с пх другими издержками. Фабрикант особенно озабочен тем, чтобы полностью нспользовать свои машины и рабочих. Он получает заказы от оптового торговца и не думает отказываться от их приема потому, что для их исполнения он должен платить 7% годовых за занятые деньги (быть может, только за несколько недель) вместо 4%. Но сам оптовый торговец может быть напуган высоким процентом. Он занимает деньги, чтобы держать запасы товаров в течение их перехода от фабриканта к розничному торговцу. Прибыль оптового торговца слагается из разницы между ценой, по которой он покупает, и той ценой, по которой он продает, за вычетом из его валовой прибыли расходов по страхованию, уплате ренты, заработной платы и т. д.; эта прибыль является очень малой сравнительно с общей стоимостью товаров. Следовательно, вычет пз этой прибыли на уплату процентов не может являться незначительным. Для фабриканта стоимость готового продукта может например втрое превышать стоимость сырых материалов. Действительные издержки производства могут составлять, быть может, три четверти от двух третей, на которые возросла стоимость (продукта за время (производства, т. е.

половину конечной стоимости. Прибавка в 1%. или 2% к этой половине составляет почти ничтожную величину. Торговец, напротив, покупает и продает чрезвычайно много товаров в отношения к своему капиталу, но надбавка к тому за сколько он покупает, не является столь же крупной добавочной стоимостью, представляющей издержки производства, а составляет относительно малую добавочную стоимость, являющуюся прибылью пооредника-торговца. Эта прибыль может составить, положим, 10% от стоимости товаров, которые содержались на складе в течение, положим, шести или более месяцев. Та часть товаров, которая держится на занятые деныги, должна\'быть вдобавок к .прочим расходам оплачена процентом, и неожиданный скачок полугодовой ставки с 2% до ЗУг% достаточен, чтобы заставить торговца воздержаться от заказов на новые поставки товаров. Но как мы уже видели, именно торговцу принадлежит инициатива в расширении производства. Если он может быть склонен к задержке дачи новых заказов, то хотя его опрос на займы был бы неизменен в течение времени, пока данные им заказы не были бы выполнены, все же опрос на займы со стороны фабрикантов уменьшился бы немедленно. Торговец может выдержать очень значительное уменьшение его нормальных запасов товаров без того, чтобы испытывать какие-либо серьезные неудобства, и всякое уменьшение ценности его запасов будет уменьшать на соответствующую сумму его задолженность банкиру. Период, в течение которого торговец будет держать товары непроданными, прямо пропорционален количеству этих товаров; расход на уплату процентов пропорционален этому периоду; но за исключением изменения рыночных цен, прибыль от оборота товаров не зависит от периода пребывания. товаров на складе. Рост процентной ставки является таким образом прямой побудительной причиной для торговца к сокращению запасов и к задержке в даче новых заказов. А если торговец так чувствителен к процентной станке, то, следовательно, и весь кредитный механизм з целом, в котором торговец играет столь значительную роль, будет также чувствителен к процентной ставке. Но, как уже было упомянуто, рост ставки процента должен быть достаточен, чтобы поглотить эффект роста цен. Если цены растут, пока торговец держит свои товарные запасы, то сумма этого прироста цен .прибавляется к его прибыли от оборота. Если при неизменных ценах его прибыль составила бы 10%, то при 5%, роста цен его прибыль повысится до 15%. Когда торговцы ожидают повышения цен, они стараются увеличить свои запасы, чтобы добиться увеличения своей прибыли; делая так, они увеличивают немедленный спрос и стремятся приблизить время ожидаемого роста цен; эта тенденция к увеличению запасов прекращается, когда рост цен зайдет настолько далеко, что отнимает надежду на исключительные барыши. В расчетах торговца, стоит ли ему итги на увеличение своих запасов, одним из факторов, принимаемых во внимание, является уплата процентов за добавочные деньги, которые должны быть заняты на время, в течение которого торговец должен держать товары. Рост процентной ставки будет весьма существенно влиять на калькуляцию торговца. Когда он покупает товары в надежде на повышение цен, то он не только должен держать свои запасы более продолжительное время, чем обычно, — а потому и платить больше процентов по данной ставке,— но, в то время как выигрыш в цене более или менее спекулятивен, излишние расходы по уплате процентов являются определенными.

Торговец ценными бумагами реагирует на рост процентной ставки в значительной мере таким же образом, как и торговец товарами. Более того, он даже чувствительнее к нему. Он покупает ценные бумаги, чтобы продать с ограниченной и неопределенной выгодой; его расчет заключается в небольших и колеблющихся процентах, среди которых даже незначительный добавочный расход на уплату процентов может быть вполне серьезным фактором.

Когда банкиры, встревоженные отливом их наличности в обращение, повышают процентную ставку, их целью является довести ее до критического пункта, на котором она была бы достаточной, чтобы сдержать предприимчивость торговцев ценными бумагами и товарами. Если они смогут достичь этой точки, то поток новых требований как на предметы основного капитала, так и на потребительские товары будет приостановлен. И в той же пропорции, в какой понизится производство, понизятся так же я доходы, получаемые от производства. Тесная зависимость между суммою вновь создаваемого кредита и спросом на товары, которая является причиной неустойчивости кредита, таким образом, будет установлена. Но на практике чрезвычайно трудно для банкира как правильно выбрать момент для начала действия, так и быть уверенным — после того как эти действия уже предприняты,— в том, что они действуют успешно.

Способом, к которому банки прибегают почти неизменно, является стремление к сохранению некоторой постоянной пропорции между их кассовыми резервами и обязательствами. Если предоставлено слишком много кредита, то резервы некоторых или всех банков упадут ниже этой постоянной пропорции (которая отнюдь не должна быть орнаковой для всех заинтересованных банков). Каждый из банков, с которым это случится, немедленно предпримет шаги к сокращению своих кредитов и к восстановлению своих резервов на уровне обусловленной пропорции путем взимания более высокой процентной ставки, а благодаря этому рыночная процентная ставка также повысится. Если повышение ставки будет недостаточно, то показателем этого будет возобновившееся падение кассовых резервов.

С первого взгляда могло бы показаться, что этот метод действия должен абсолютно защищать банковскую систему против опасности чрезмерного кредитования. Но этот метод имеет и свои слабые места. Истинная причина чірезмерного спроса на вредит находится в исчерпании торговых запасов, в благосостоянии, которое позволило потребителям исчерпать эти запасы своими покупками и которое своим происхождением обязано новым заказам, данным для их пополнения. Но производительные силы общества ограничены, и, как только их использование приближается к максимуму, дальнейшие заказы будут выполняться все с большей и большей задержкой в поставках. Займы фабрикантов пропорциональны действительно производимой работе, а не сумме заказов, ожидающих исполнения, а потому может существовать крупный скрытый спрос на кредит, о котором банкиры ничего не знают. Балансы банкиров только покажут действительно отпущенные кредиты, а так как задолженность торговцев пропорциональна их запасам, которые исчерпаны и не могут быть немедленно пополнены, тогда как задолженность фабрикантов рассчитана на действительно производимую работу, пропорция обязательств к кассовым резервам может вовсе не быть чрезмерной, хотя конечно в обоих случаях кредиты должны расшириться благодаря высоким ценам.

Чем больше будет заказов на руках у фабрикантов, тем больше будут заработки их рабочих и тем большими будут требования на более высокую заработную плату- Вследствие этого, пока скопление заказов продолжается, отлив наличных денег также будет продолжаться, и он будет точно так же опасен для банковских резервов, несмотря на то, что сумма предоставленных кредитов вовсе не так значительна. Это положение опасно в двух отношениях: во-первых, благодаря видимой умеренности суммы отпущенных кредитов, банкиры могут считать себя в безопасности в то время, когда они должны предпринимать быстрые действия; а во- вторых, если даже они и предприняли эти действия, эффект не будет таким быстрым, как они ожидают. Они могла бы предотвратить главную опасность положения только тоща, если бы они действительно приостановили поток новых заказов торговцев фабрикантам, и, несмотря на это, спрос на новые кредиты и отлив денет в обращение мог бы оставаться не уменьшенным. Последствием этого может быть состояние паники среди банкиров, которые, не зная причин видимой недействительности принятых ими мер, теряют надежду спастись от краха, безрассудно отказывают в кредите, требуют погашения существующих займов, несмотря на затруднения у должников, и вызывает тем самым ряд банкротств среди своих клиентов и среди банкиров.

Действительное положение таково, что не существует золотого пра- ввла, которое бы позволяло держать в пределах умеренности напряжение кредита. Если банкиры держат крупные резервы и предпринимают преждевременные шаги к их охране, не только когда отношение резервов к обязательствам падает ниже нх обусловленного лимита, но как скоро торговля становится подозрительно выгодною, и если они решатся избегнуть панических мероприятий, даже когда их резервы кажутся готовыми совершенно растаять, они одинаково только контролируют положение. Но банкиры суть люди, и абсолютная безопасность кажется недостижимой до тех пор, пока законное средство платежа есть нечто такое, предложение чего ограничено, пли почти ограничено, и не может быть увеличено по желанию при разгаре кризиса. Сохранение в кредитной системе устойчивого мерила ценности является весьма двусмысленным усовершенствованием, если при этом инфляция кредита вместо обесценения единицы ценности порождает панику и длинный ряд банкротств.

Может быть высказано возражение, что опасность кризиса происходит только из предполагаемого абсолютного ограничения предложения золота и то, хотя и новое предложение золота, получаемое в короткий срок из рудников, по сравнению с уже существующими запасами, совершенно ничтожно, оно может быть получено из крупных запасов заграничных стран. В такой степени иностранные запасы могут быть привлечены, является весьма важным вопросом, к исследованию которого мы в скором времени перейдем. Но прежде мы должны обратиться к другому средству, благодаря которому возможно восполнить недостаток в снабжении деньгами.

<< | >>
Источник: Хоутри Р. Д.. Деньги и кредит. - М.,1930.. 1930

Еще по теме ГЛАВА П МЕТАЛЛИЧЕСКИЕ ДЕНЬГИ:

  1. БУМАЖНЫЕ ДЕНЬГИ И ИХ ЦЕННОСТЬ
  2. Глава 4. Металлические деньги
  3. Глава 5. Неметаллические деньги
  4. Глава 6. Кредитные деньги
  5. ГЛАВА П МЕТАЛЛИЧЕСКИЕ ДЕНЬГИ
  6. ГЛАВА III БУМАЖНЫЕ ДЕНЬГИ И КОЛИЧЕСТВЕННАЯ ТЕОРИЯ
  7. ГЛАВА IX СОКРАЩЕНИЕ КРЕДИТА
  8. ГЛАВА XII ДЕНЬГИ И ЧЕКАНКА
  9. ГЛАВА XIII ТЕОРИЯ БАНКОВОГО ДЕЛА
  10. ГЛАВА XVIII БАНКОВСКАЯ РЕСТРИКЦИЯ 1797 ГОДА
  11. ГЛАВА XIX ЗОЛОТАЯ ВАЛЮТА
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -