§ 50. Начало и конецъ личности.

Правоспособность людей начинается съ ихъ рожденіемъ и окан­чивается съ ихъ смертью.

1. Человѣкъ рождается правоспособнымъ, если онъ является на свѣтъ живымъ, жизнеспособнымъ и въ человѣческомъ образѣ.

а) Необходима самостоятельная жизнь, т. е. дыханіе послѣ окончанія самаго процесса рожденія или окончательнаго отдѣленія отъ чрева матери \'). Новорожденный является правоспособнымъ даже въ томъ случаѣ, если онъ былъ изувѣченъ во время родового акта, лишь бы онъ только жилъ еще послѣ него ^{[347] [348]). Нѣкоторые римскіе юристы требовали еще сверхъ того, чтобы ребенокъ закри­чалъ послѣ рожденія, наивно усматривая въ этомъ первомъ обык­новенномъ проявленіи жизни необходмый ея признакъ. Еще саби- ніанцы оспаривали этотъ взглядъ; Юстиніанъ его окончательно оставилъ.}

Уголовное нраво беретъ ребенка подъ свою защиту, какъ че­ловѣка, даже пока опъ еще не вполнѣ отдѣлился въ живомъ видѣ отъ утробы матери. Такимъ образомъ считается дѣтоубійствомъ умерщ- вленіе матерью пезаконнорождеинато ребенка даже во время родовъ или тотчасъ послѣ ихъ окончанія. Сверхъ того уголовное право ие

требуетъ, чтобы дитя начало сейчасъ же дышать послѣ отдѣленія отъ тѣла матери; достаточно, чтобы оно жило во время процесса рож­денія ³).

Ь) Дитя должно быть жизнеспособно—vitalis, partus perfectus, т. e. оно должно быть доношено въ утробѣ матери; римскіе юристы считали достаточнымъ, чтобы оно находилось въ утробѣ матери по меньшей мѣрѣ шесть мѣсяцевъ; иначе это будетъ только выкидышъ— abortus, который не признается правоспособнымъ даже въ томъ слу­чаѣ, если онъ еще жилъ нѣкоторое время послѣ отдѣленія отъ матери [349] [350]).

Впрочемъ, не требуется жизнеспособности въ томъ смыслѣ, чтобы физическій организмъ ребенка былъ достаточно развитъ для дальнѣйшей, болѣе продолжительной жизни.

с) Уроды, лишенные человѣческаго образа, не считаются субъектами права. Просто уродливые люди, напротивъ, правоспо­собны; въ вопросѣ о правоспособности недостатокъ или излишекъ отдѣльныхъ членовъ роли не играетъ ⁵) ®).

2. Если дитя умираетъ тотчасъ послѣ своего рожденія, то правовыя послѣдствія, происшедшія въ силу признанія его субъек­томъ права, тѣмъ не менѣе не прекращаются. Такъ, напр., вдова, забеременѣвшая еще при жизни мужа, родила ребенка, умер­шаго вскорѣ или тотчасъ послѣ рожденія; этотъ ребенокъ сталъ наслѣдникомъ своего отца и затѣмъ оставляетъ уже свое наслѣдство, въ которомъ будетъ заключаться и наслѣдство, доставшееся ому послѣ смерти отца. Вслѣдствіе этого имущество отца можетъ перейти не къ тѣмъ лицамъ, которыя получили бы его при самостоятельному ихъ призваніи только къ наслѣдованію имущества отца. Весьма часто, иапр., наслѣдницей такого ребенка является мать, между тѣмъ какъ она не была бы вовсе или во всякомъ случаѣ была бы не въ такой долѣ наслѣдницей послѣ своего мужа ⁷).

3. Изъ того, что правоспособность возникаетъ только въ мо­ментъ рожденія, слѣдуетъ, что зародышъ разсматривается какъ часть матери; вотъ почему считалось бы вполнѣ послѣдователь- нымъ до момента рожденія оставлять его безъ всякаго впи­манія ^[351] .

Такое отношеніе однако было бы и неестественно, и несправед­ливо. Поэтому еще законъ XII таблицъ предписывалъ сохранять въ пользу зародыша долю въ отцовскомъ наслѣдствѣ, открывшемся во время его нахожденія въ утробѣ матери ^[352]). Далѣе, римляне признавали дѣйствительнымъ родство зародыша съ кровными родственниками его родителей, умершими во время нахожденія его въ утробѣ ма­тери, несмотря на то, что понятіе кровнаго родства обязательно предполагало одновременное существованіе родственниковъ ^{[353] [354]). За­родышу даже можетъ быть назначенъ попечитель 19• Онъ пользуется какъ частными, такъ и публичными правами [355]). Для объясненія этого римляне прибѣгали къ фикціи, что зародышъ уже человѣкъ. Ту же мысль позднѣйшіе юристы выразили словами:}