§ 6. Принятие Декларации о правах. Провозглашение принца и принцессы Оранжских королем и королевой Англии

Одобренный Палатой общин 8/18 февраля проект принципов и мер, необходимых для лучшего обеспечения протестантской религии, законов и свобод, на следующий день был рассмотрен в верхней палате Конвента.

Например, в перечне прегрешений короля Джеймса II к фразе «посредством формирования и содержания постоянной армии в пределах королевства, в мирное время, без согласия парламента» они добавили слова «и размещая солдат на постой противно закону»[155].

Целый ряд исправлений формального характера был внесен в текст постановления об объявлении принца и принцессы Оранж- ских королем и королевой. Вместо фразы «указанные общины» было начертано «указанные лорды духовные и светские и общины». Перед словами «принц и принцесса Оранжские» были вставлены их имена — «Уильям и Мэри». B строке «чтобы управление правительством пребывало бы только в упомянутом принце Оранжском» слова «управление правительством» были заменены на «исключительное и полное осуществление королевской власти»[156].

B течение 10/20 и 11/21 февраля все содержание документа было согласовано между лордами и общинами. B процессе разработки и обсуждения этого документа в комитетах и палатах Конвента его обозначали по-разному: то как «heads» (принципы, руководящие положения), то как «petition» (петиция) или «address» (адрес), иногда как «declaration» (декларация). При публикации же ему было дано наименование «The agreement of the House ofLords, during this session, with the concurrence ofthe House of Commons, to this present eleventh of February, in the great affairs of these nations (Соглашение Палаты лордов, во время этой сессии, согласованное с Палатой общин, к одиннадцатому февраля текущего года, в великих делах этих наций)»[157].

Протокол заседания Палаты общин, состоявшегося 11/21 февраля, показывает, что в указанный день еще не было принято какого- либо одного его официального наименования.

12/22 февраля 1688/1689 года обе Палаты Конвента приняли окончательный вариант рассматриваемого документа. При этом он получил и окончательное название. B протоколах состоявшихся в указанный день заседаний Палаты лордов и Палаты общин его текст был озаглавлен как «The Declaration of the Lords Spiritual and Temporal, and Commons, assembled at Westminster (Декларация лордов духовных и светских и общин, собравшихся в Уэстминстере)»1.

Название этого документа «Декларацией о правах» является неофициальным, но оно довольно точно обозначает как цель, которую ставили перед собой его авторы, так и его основное содержание. Декларация лордов и общин, принятая накануне официальной церемонии восшествия принца и принцессы Оранжских на английский королевский трон, была призвана декларировать и утвердить права парламента и английских подданных. Об этом недвусмысленно говорилось в самом ее тексте. При этом подчеркивалось, что лорды и общины настаивают на соблюдении всех пунктов декларации «как на своих несомненных правах и свободах»2.

Опираясь на этудекларацию, Конвент издал 12/22 февраля «Прокламацию о провозглашении принца и принцессы Оранжских королем и королевой». B ней утверждалось, что «лорды духовные и светские, вместе с лордом мэром и горожанами Лондона и других общин этого королевства обнародуют и провозглашают, согласно указанной Декларации, Уильяма и Мэри, принца и принцессу Оранжских королем и королевой Англии, Франции и Ирландии со всеми принадлежащими им владениями и территориями»3.

Обстоятельства, при которых создавалась Декларация о правах, исключали возможность предъявления ее принцу Оранжскому в качестве условия (кондиций) его восшествия на престол. Штадхаудер Нидерландов стал фактическим верховным властителем Англии еще до созыва Конвента. Его власть не имела опоры в английском праве, но мощь нидерландских войск вполне компенсировала этот ее недостаток и давала ему возможность действовать, не принимая во внимание норм английской конституции, но руководствуясь исключительно собственными интересами.

Следует признать, что традиционная, формировавшаяся в течение многих веков юридическая конструкция государственного строя Англии была настолько хаотичной и противоречивой, что позволяла найти юридическое обоснование для самых разных вариантов королевской власти — как для наследственной, так и для избирательной. Более того, в политической истории Англии было несколько случаев, когда королями становились представители аристократии, не имевшие наследственных прав на королевский престол, но захватившие его с помощью военной силы. Самый яркий пример — восшествие на трон в 1399 году Генриха IV. B традиционной английской конституции находилось поэтому место не только институту королевской власти de jure, то есть законному королю, но и королевской власти de facto — королю по праву завоевания. Существование в юридической конструкции государственного строя Англии наряду с традицией законности, вытекающей из права, традиции «законности», опирающейся на силу, облегчало для штадхаудера Нидерландов решение задачи утверждения на английском королевском троне.

Для этого ему вполне достаточно было двух документов: 1) резолюции лордов и общин о том, что Джеймс II отрекся от королевской власти и английский королевский трон стал свободным; 2) прокламации Конвента, провозглашавшей принца и принцессу Оранжских королем и королевой Англии. Декларация же, принятая лордами и общинами 12/22 февраля 1688/1689 года, выражала политические воззрения и позицию тех группировок английского общества, которые намеревались править страной совместно с Вильгельмом Оранж- ским. Сам принц в таком документе совершенно не нуждался. Полный же его вариант, включавший в себя программу конституционной реформы, направленной на ограничение единоличной королевской власти и усиление роли парламента, и вовсе противоречил главной цели, к которой он стремился, затевая военную экспедицию в Англию, а именно: к захвату всех ресурсов данной страны в свое безраздельное распоряжение.

Тем не менее, принц Оранжский согласился на представление ему и его супруге во время торжественной церемонии вступления на королевский трон Декларации лордов и общин.

Члены Конвента желали придать своей декларации характер закона. Так, они приняли постановление о том, чтобы ее текст был начертан на пергаменте, закатан в свиток, зарегистрирован в королевской канцелярии и помещен среди парламентских актов. Ho Конвент не имел статуса парламента, и его декларация не могла стать законом.

Некоторое политическое значение этому документу было придано тем фактом, что его текст был зачитан принцу и принцессе Оранж- ским до принятия ими короны и до того, как главный королевский герольд огласил содержание прокламации Конвента, провозглашавшей их королем и королевой Англии. Немаловажным фактом был и ответ Вильгельма Оранжского на зачитанную ему Декларацию.

O том, как проходила церемония вступления Уильяма и Марии на английский королевский престол, можно узнать из мемуаров и записок лиц, присутствовавших на ней, а также из сообщения, записанного в Журнале Палаты общин.

Парламентарий Нарцисс Латтрелл (Narcissus Luttrell, 1657—1732) оставил в своем дневнике такую заметку об этом событии: «13-го [февраля] лорды и общины, собравшиеся в Уэстминстере, пришли обеими палатами в Банкетный зал в Уайтхолле и там предстали перед принцем и принцессой Оранжскими с декларацией о согласии на провозглашение их королем и королевой и, в свою очередь, получили от них согласие на это, после чего герольды вместе с лордами и общинами пошли немедленно к воротам Уайтхола и провозгласили их величествами, потом сделали это между воротами двух церковных храмов, затем в Чипсайде и у королевской биржи. Ночь завершилась фейерверком, звоном колоколов и громкими радостными криками»1.

Luttrell N. Abriefhistorical relation of state affaires from september 1678 to april 1714.

B Журнал Палаты общин под датой 13 февраля 1688 года была внесена следующая запись: «Около десяти часов господин спикер с жезлом и следующей за ним в полном составе Палатой общин, отправился в своей карете в Уайтхолл: там достопочтенный маркиз Xa- лифакс, спикер Палаты лордов, с Палатой лордов, разместившейся на правой стороне от двери, в Банкетном зале; и достопочтенный Генри Паул, эсквайр, спикер Палаты общин, с общинами на левой стороне от двери указанного Банкетного зала, ожидали прихода принца и принцессы Оранжских: которые немедленно после этого, войдя в Банкетный зал через верхнюю его часть, подошли и встали на ступень под государственным балдахином, где и остались стоять; спикеры обеих палат вместе с сопровождавшими их лордами и общинами были побуждены герольдмейстером Палаты лордов сделать три почтительных поклона, один — к нижнему концу комнаты, другой — к середине и один — к ступени, на которой стояли их Высочества. И потом спикер Палаты лордов ознакомил их высочества с той Декларацией, которую обе палаты согласились представить их высочествам и которую он пожелал зачитать, на что и получил разрешение от их высочеств; клерк Палаты лордов, по приказу этой Палаты, зачитал Декларацию их высочествам: по окончании чего его высочество произнес короткую речь, от своего имени и от имени принцессы, своей супруги: в которой он объявил о том, что они принимают корону. После чего присутствовавшие там лорды и общины около одиннадцати часов предполудня пошли к воротам Уайтхолла; где были наготове герольды и другие лица, обыкновенно участвующие в торжествах этого рода; главный королевский герольд Гартер, получив прокламацию, провозглашавшую принца и принцессу Оранжских королем и королевой, зачитал ее в присутствии указанных лордов и общин и там собралось множество народа»1.

About Ten of the Clock Mr. Speaker, attended with the Mace, and the House of Commons following him in a Body, went in their Coaches to Whitehall: Where the Right honourable the Marquis of Hallifax, Speaker of the House of Lords, with the House of Lords, being placed on the Right Side of the Door, within the Banqueting House; and the Right Honourable Henry Powle, Esquire, Speaker of the House of Commons, with the Commons on the Left Side of the Door of the said Banqueting House, waited the coming of the Prince and Princess of Orange: Who, immediately after, entering in at the upper End of the Banqueting House, came and stood upon the Step under the Canopy of State: Where being placed; the Speakers ofboth Houses, together with the Lords and Commons that accompanied them, were brought up by the Gentleman Usher of the

14/24 февраля 1688/1689 года — на следующий день после торжественной церемонии вступления принца и принцессы Оранжских на королевский трон — спикер Палаты общин поставил депутатов в известность, что он обратился к королю Уильяму с просьбой представить общинам «в письменном виде то, что было сказано вчера его величеством после представления ему и королеве декларации обеих палат»1.

15/25 февраля 1688/1689 года на заседаниях Палаты лордов и Палаты общин спикеры сообщили парламентариям, что его величество сказал в ответ на зачитанную ему Декларацию приблизительно следующее: «Это определенно величайшее доказательство того доверия, которое вы к Нам питаете и какое только может быть дано; это — то, что заставляет Hac ценить его в большей степени, и Мы с благодарностью принимаем предложенное вами. И так как Я не имел никакой другой цели в своем прибытии сюда, кроме сохранения вашей религии, законов и свобод, то вы можете быть уверены, что Я буду стремиться поддерживать их; и Я буду охотно соглашаться на любое дело, которое будет служить благу королевства; и буду делать все, что в Моей власти, для увеличения благосостояния и славы нации»2.

Black Rod making three Obeisances, One at the lower End of the Room, One in the Middle, and One at the Step where their Highnesses stood. And then the Speaker of the House of Lords acquainted their Highnesses, That both Houses had agreed upon a Declaration to be presented to their Highnesses; which he desired might be read: Which being granted by their Highnesses; the Clerk of the House of Lords, by Order of that House, read the Declaration to their Highnesses: Wliich being ended, his Highness made a short Speech, in the Name of Himself, and of the Princess his Consort: wherein he declared their Acceptance of the Crown. Upon which, the Lords and Commons, there present, about Eleven of the Clock in the Forenoon, came down to Whitehall Gate; where the Officers of Arms, and other Persons, usually concerned in Solemnities of that Nature, being ready, Garter Principal King of Arms, having received a Proclamation for proclaiming the Prince and Princess of Orange King and Queen, read the same in the Presence of the said Lords and Commons, and Multitudes of the People there assembled» (The Journal of the House of Commons. Vol. 10. P. 29).

The Journals of the House of Commons. Vol. 10. P. 30.

«THIS is certainly the greatest Proof of the Tmst you have in Us that can be given; which is the Thing that maketh Us value it the more, and we thankfully accept what you have offered to Us. And, as I had no other Intention in coming hither, than to preserve your Religion, Laws, and Liberties, so you maybe sure, that I shall endeavourto support them; and shall be willing to concur in any thing that shall be for the Good of the Kingdom; and to do all that is in My Power to advance the Welfare and Glory of the Nation» (The

Из этих слов видно, что принц Оранжский воспринимал Декларацию в качестве всего лишь формы, в которой делалось ему и его супруге предложение принять на себя английскую корону. И именно на это предложение он и отвечал, выражая благодарность собравшимся в Банкетном зале 13/23 февраля 1688/1689 года членам революционного Конвента. Данный ответ только подтверждал его отношение к Декларации как к документу, не имеющему юридической силы и ни к чему его не обязывавшему. Политическим группировкам, возлагавшим на эту Декларацию большие надежды, не оставалось ничего другого, какдобиваться придания ей статуса закона. Стремление английских парламентариев достичь этой цели приведет, в конце концов, к появлению Билля о правах — статута конституционного значения. B него войдет в качестве неотъемлемой составной части текст Декларации о правах, принятой Конвентом 12/22 февраля 1688/1689 года.

Journals of the House of Commons. Vol. 10. Р. 30). См. также: The Journals of the House of Lords. Vol. 14. P. 127-128.