Понятие «третье государство». Виды третьих государств

Третье государство — это государство, которое не является участником данного международного договора. Государство пере­стает быть третьим, как только оно становится участником договора.

Таким образом, могут быть различные разновидности третьих государств с точки зрения степени их отношения к данному между­народному договору: государства, которые не имеют никакого отно­шения к договору; государства, участвовавшие в переговорах по договору; договаривающиеся государства и т. п.^[94] Было бы непра­вильным считать, что эти различия не влекут за собой никаких юридических последствий в правовом положении третьих государств в отношении международного договора. Так участвововавшие в пе­реговорах государства имеют право подписать и ратифицировать договор, в то время как совершенно посторонние государства имеют право только присоединиться к нему (если договор открыт для присоединения, а не для подписания). Ряд обязанностей по отноше­нию к договаривающимся государствам, не ставшим еще участника­ми многостороннего договора, имеет депозитарий этого договора: посылка им заверенных копий договора, информирование о доку­ментах и исправлениях к нему, уведомлениях и сообщениях, относя­щихся к договору, и т.д.

Особую категорию «третьей стороны» представляют междуна­родные организации. Данный вопрос возник практически в связи с обсуждением в Комиссии международного права проекта статей о праве договоров с участием международных организаций. Доклад­чик по этой теме — французский юрист П. Ретер поставил ряд новых вопросов, и прежде всего о том, является ли международная органи­зация третьей стороной по отношению к договору между государ­ствами, создающими эту организацию, то есть к ее уставу. Он прихо­дит к выводу, что хотя сама эта организация не является участницей такого договора, но и третьей стороной она не является. Все права и основные обязанности организации основываются на ее учредитель­ном акте, так что эта организация не только вправе ссылаться на свой учредительный акт, но и должна основывать на нем свои дей­ствия в процессе функционирования. Поэтому трудно говорить об отсутствии действия в отношении третьих государств договоров, заключенных или государствами — членами международной органи­зации, или самой организацией, когда эти договоры касаются вопро­сов, затрагивающих компетенцию этой организации и ее государств- членов^[95]. Еще более сложная ситуация возникает в случае, когда не все государства являются участниками международного договора, в котором участвует международная организация, куда входят не уча­ствующие в этом договоре государства.

Поставленные Ретером вопросы и его концепция, которую он провел в своих докладах (первый — в 1972 г., второй — в 1973 г. и шестой — в 1977 г.)^[96], вызвали оживленную дискуссию в Комиссии международного права. Результатом ее явились формулировки ст. 34-38 проекта и специальная ст. 36-бис, аналогичной которой нет в Венской конвенции 1969 года, о последствиях договора, участником которого является международная организация, для третьих госу­дарств — членов этой организации. Формулировка ст. 36-бис со времени ее рассмотрения на 30-й сессии Комиссии международного права вызвала много противоречивых мнений как в самой комиссии, так и в замечаниях правительств и в ходе прений в Шестом комитете Генеральной Ассамблеи ООН. Под влиянием острой критики П. Ре- тер предложил новую формулировку этой статьи, но и она подверг­лась критике^[97]. Ряд правительств, в том числе СССР, в своих замеча­ниях высказались вообще за исключение этой статьи из проекта как находящейся в противоречии с остальными статьями проекта и прин­ципами международного права, зафиксированными в Венской кон­венции о праве международных договоров в ее статьях, касающихся третьих государств^[98].

Что касается понятия «третья международная организация», то в ст. 2 проекта под ней понимается «международная организация, которая не является участницей международного договора». Это определение не раскрывает и не ставит перед собой цель раскрыть юридические последствия таких ситуаций. Рассмотрение всех этих вопросов нуждается в специальном исследовании, которое выходит за рамки данной книги. (См. книгу третью настоящего издания. — Ред.)

Возникает вопрос, не являются ли новые независимые госу­дарства, образовавшиеся на месте прежних колоний, «третьими» государствами в отношении договоров, заключенных от их имени колониальными державами — метрополиями? Нет, не являются, так как речь идет не о проблеме третьих государств, а о правопреемстве государств в отношении международных договоров. Новое госу­дарство является не третьим государством по отношению к таким договорам, а государством-правопреемником. Его правовое положе­ние, права и обязанности регулируются не Венской конвенцией о праве международных договоров 1969 года, а Венской конвенцией о правопреемстве государств в отношении международных договоров 1978 года, где действует принцип tabula rasa, а не принцип нераспро­странения договора на не участвующие в нем государства (pacta tertiis nec nocent nec prosunt). Юридическое содержание этих двух принципов неодинаково и потому требует отдельного рассмотре- ния^[99]. Рассмотрим тот из них, который непосредственно относится к праву международных договоров.

2.