Прочие области социального права

Те области права, которые сегодня мы относим к социальному праву, имеют свои корни в грандиозном социально-политическом вкладе средневековой католической церкви. После Реформации протестантские церкви в своих странах занялись этими социальными задачами.

Под влиянием движения Просвещения в XVIII в. государственная власть (как правило, в форме просвещенной деспотии) стала развивать социальную политику, включающую меры по государственной - иногда также муниципальной -организации здравоохранения, призрения бедных, ухода за детьми и т. п. По всей Европе выросла система учреждений, регулируемых специальным законодательством, направленным на эти цели. По меркам нашего времени этот вклад был весьма скромным. Отсутствовали экономические ресурсы для более широкомасштабных успехов социальной политики.

С индустриализацией появилась новая социальная проблематика, связанная с возможностями широкомасштабной замены прежних источников энергии и технических методов на новые и намного более эффективные. В сельском хозяйстве, ремесле и мануфактуре аграрного общества издревне рабочее время и окружающая среда определялись "по солнцу" и природными временами года, а также эффективностью основных источников энергии, не считая человеческую рабочую силу: ветром, гидроэнергией и тягловой силой. Поэтому трудовая жизнь, как правило, имела статичный характер. Когда источники энергии благодаря обычным механическим методам стали заметно эффективнее, оказалось выгодным не эксплуатировать человеческую рабочую силу сверх определенной границы. Иначе люди просто бы вымирали. Похожее пришлось пережить испанцам, когда они после завоевания нового мира превратили индейцев в рабов на плантациях и в шахтах.

352

установленными правилами, которые охраняли ее жизнь и здоровье.

С индустриализацией положение изменилось. Сила пара позволила создать более сложные машины, во много раз повысившие эффективность промышленного процесса. Одновременно появилась огромная потребность в рабочей силе, даже неквалифицированной. Это привело к беззастенчивому использованию человеческой рабочей силы, включая ту ее часть, которую представляли женщины и дети. Характерно использование "дымоходных детей". Наиболее эффективным способом чистки высоких и узких фабричных дымовых труб, появившихся в конце XVIII в. в Англии, оказалось использование труда несовершеннолетних детей, которые передвигались через дымовые трубы, чтобы снимать копоть. Жара от дымовых труб, газы и копоть приводили к тому, что дети на такой работе зачастую не могли прожить более нескольких месяцев. После античного рабства имеется очень мало примеров в истории подобного экстремального использования людей в качестве потребительского товара по использованию рабочей силы в странах периода ранней стадии индустриализации. Объяснение тому, что что-то подобное могло произойти в обществе, где по-прежнему сохранялась христианская традиция, имеет два уровня. Во-первых, эта эксплуатируемая рабочая сила не имела политического влияния, а с политически беззащитными меньшинствами, как правило, всегда плохо обращались в аграрном обществе с его характерной дефицитной экономикой. Во-вторых, процессы принятия политических решений были настолько неповоротливы, что проходило много времени, прежде чем требования гуманных реформ могли сначала привести к политическому решению, а затем дать настоящий эффект.

Передовой страной в области законодательства рабочего времени и охраны труда была, естественно, та страна, где индустриализация проходила наиболее быстро и где вызванные ею социальные диспропорции в качестве следствия проявились раньше всего, а именно Англия.

В Пруссии более ограниченная реформа была проведена в 1839 г. через закон о защите детей, который по английскому образцу запретил детский труд для тех, кто не достиг девятилетнего возраста, и ограничил рабочее время для детей моложе 16 лет десятью часами в день. К тому же этим детям

353

был запрещен труд ночью и по воскресеньям. Постепенно похожие законы появились в большинстве стран на европейском континенте. Такое развитие социального права привело во второй половине XIX в. к подробному регулированию женского и детского труда, рабочего времени, трудовой среды, мер защиты от несчатных случаев, гарантий заработной платы и т. п. Ведущей в этой области была Германская империя, где большой Закон об охране труда 1891 г. может рассматриваться как прорыв континентальной Европы к современному социально-правовому законодательству.

Указанным социальным успехам противодействовало не только противоречие интересов работодателей и рабочих. Сама идеологическая среда оказывыла сдерживающее воздействие. Ведь сильный в то время либерализм покоился на идее, что благодаря напряжению своих сил в конкуренции на свободном рынке товаров и услуг индивид самым эффективным способом содействовал успехам общества, а сам он достигал удовлетворения наибольших возможных потребностей. Поэтому меры социальной политики не могли быть столь щедрыми, поскольку удерживали индивида от того, чтобы сделать вклад сообразно своим способностям. Поэтому именно английский, так называемый манчестерский, либерализм относился к социально-политическим реформам особенно критически.

Главными политическими противниками этих либеральных воззрений в XIX в. были, как уже отмечалось, консерваторы. Они придерживались государственной патриархальности с сильными гуманными христианскими чертами. Поэтому ведущие консервативные политические деятели Европы XIX в. - Дизраэли в Англии, Бисмарк в Германии и Наполеон III во Франции - поддержали требования глубоких реформ, направленных на улучшение положения рабочих и вообще малозащищенных слоев путем проведения социально-политических мероприятий, прежде всего социального страхования. Тем самым они надеялись привлечь рабочих на сторону властей.

Передовой страной в сфере практической реформаторской деятельности под руководством Бисмарка стала Германия. Его главные политические воззрения следует скорее всего характеризовать как националистический феодализм. Когда Вильгельм I назначил Бисмарка на пост министра-президента Пруссии, тот воспринял поручение "как вассал, который видит затруднения своего феодала". Но поскольку у него были более современные взгляды на общество, постольку он рассматривал единение общества с государством в качестве инструмента князя. Поэтому он смог перенести христианско-патриархальную социальную политику просвещенной деспотии на прусскую государственную бюрократию XIX в. В обязанности этой бюрократии входило создание и управление

354 >

социально-правовыми институтами, нацеленными на заботу об экономически слабых слоях населения. С другой стороны, это должно было происходить благодаря роли государства, а не в результате влияния со стороны появившейся тогда Социал-демократической партии Германии. Напротив, на это был направлен исключительный Закон против социалистов 1878 г. На данном фоне интересно сформулированное Бисмарком так называемое послание о социальном мире 1881 г. Вильгельма I. В нем, в частности, говорилось: "Еще в феврале этого года мы позволили себе высказать убеждение, что исправление социальных диспропорций следует искать не исключительно в подавлении расширения власти социал-демократов, а в позитивном поощрении блага рабочих".

Таким образом, в 80-х годах XIX в. появилась целая серия важных законов о социальном страховании, среди которых надо особо отметить Закон о страховании по болезни (1886 г.), Законы о страховании от несчастных случаев (1884-1887 гг.), а также Закон о пенсионном страховании по инвалидности и возрасту 1889 г. Эта реформаторская деятельность далее развивалась и расширялась в больших масштабах в последующие десятилетия. Как по своим социально-политическим целям, так и благодаря своей юридической технике она стала также примером для соответствующей реформаторской политики во многих других европейских странах, в частности Северных.

Однако Бисмарк не смог достичь того, на что он политически рассчитывал, а именно завоевать рабочее движение на сторону существовавшего социального и экономического порядка. Своим "законом против социалистов" он оттолкнул Социал-демократическую партию Германии, в то время несравненно лучше всех в Европе организованную и политически наиболее ответственную социалистическую партию. И в дальнейшем пропасть между капиталом и трудом была слишком велика из-за отсутствия правовых конструкций, которые могли предоставить трудящимся влияние и право на совместное владение предприятием. Ни с точки зрения политики, ни с точки зрения правоведения не пришло еще время для реформистской политики и юридической техники, благодаря которым можно было бы преодолеть эту пропасть.

Представляется, что на социально-политической реформаторской деятельности XIX в. по-прежнему лежал отпечаток древних христианско-патриархальных взглядов. Но в дискуссиях о реформах постепенно также проявились общие гуманные и демократические течения. Они возникли во времена Французской революции и с начала XX в. приобрели более очевидное политическое значение. Помимо этих тече-

355

ний большую роль в новой, более общегуманной ориентации социальной политики сыграли сектантские церкви, которые зачастую были предшественниками социальных реформ.

Поскольку социально-политические мероприятия в XVIII и XIX вв., как правило, проводились в форме общих надлежащих административных обязательств, было естественным их отнесение к административному праву с точки зрения правовой систематики. В большинстве европейских стран эта систематика сохранилась до периода между двумя мировыми войнами. Но постепенно взгляд на социальную политику изменился так сильно, что стало естественным восприятие этой сферы труда как особой правовой дисциплины - социального права. Сам термин "социальное право" был предложен еще в 1868 г. немецким правоведом Отто фон Гирке. Его мотивация новой терминологии: общественное право, социальное право и частное право в основном определялась юридической техникой. Надо было найти терминологию, которая типологически определяла бы новую область права, которая появилась между традиционным общественным правом и традиционным частным. Под ней имелось в виду социальное и экономическое развитие, не зависящее от непосредственных действий государственных или муниципальных органов или свободной игры сил в рамках действий частных самостоятельных правовых субъектов. Вместо этого развитие управлялось благодаря прямому сотрудничеству социальных групп или добровольному выравниванию интересов, координируемому государственным органом. Изменение терминологии было также связано с тем что гуманные и демократические идеалы времен Французской революции начали доминировать в восприятии идеологичсекой мотивировки социальной политики. Это уже больше не рассматривалось главным образом в качестве звена государственного управления скудными ресурсами, которые можно было ассигновать на различные цели. С созданием лучших экономических предпосылок и общей гуманизацией общества социальная политика стала сферой деятельности государства, где право на помощь и заботу было основным правом человека.

II

356