92. Право собственности.

Законодатель не можетъ надавать законовъ, наносящихъ ущербъ собственности отдѣльныхъ лицъ. Въ силу Деклараціи правъ, собственность относится къ числу ѳетественныхъ правъ, которыми человѣкъ надѣленъ въ самый моментъ своего рожденія.

случаѣ, когда общественная необходимость, законно установленная, требуетъ этой жертвы» (тит. I, § 4). Право собственности подтверждено въ такомъ же смыслѣ Деклараціей нравъ 1793 r., ст. 19, и констит 1793 r., ст. 122. Съпервагожедпясвоегосуществова- нія, Конвентъ объявилъ, что «личность и собственность находятся подъ охраной націи(Декретъ 21 сентября 1792 г.) и B3 марта издалъ декретъ, опредѣляющій смертную казнь каждому, кто «предложитъ аграрный или другой какой-нибудь законъ, нарушающій территоріальную, коммерческую и промышленную собственность» ]).

Текстъ,утверждавшій( что «шраво собственности есть право неприкосновенноеисвященное>; не былъ въ проектѣ Деклараціи правь 1789 г. Ho, когда ст. 16 была уже вотирована, большое чиоло денутатоиъ просило включить вь Декларацію особый пунктъ о собственности. Дюпортомъ была предложена редакція, принятая немедленно, несмотря на многочисленныя поправки; она составила ст.

Въ какомъ смыслѣ законодатель-учредитель понималъ въ указанныхъ законахъ собственность? Очевидно, въ смыслѣ римскаго права: это есть исключительное предназначеніе извѣстнаго богатства для потребностей индивида, съ возможностью пользоваться веіцью, получать съ нея плоды и ею располагать. Декларація 1789 г. не опредѣлила права собственности. Ho въ ст. 16 Деклараціи 1793 r., мы читаемъ: «Право собственности, принадлежащее всѣмъ гражданамъ, заключается въ правѣ пользо- [407]

ваться и располагать по своей волѣ своимъ имуществомъ, доходами, плодами своего труда и своего промысла» и въ ст. 5 Деклараціи правъ III года совершенно одинаковая формула. Наконецъ, гражданскій кодексъ, главной цѣлью котораго было установить гарантіи праву собственности, неприкосновенность котораго была закрѣплена Деклараціями и конституціями революціоннаго періода (такъ что справедливо можгго назвать сго кодексомъ co6- ствеппости), опредѣлилъ собственность въ ст. 544: «Собственность есть право абсолютнымъ образомъ пользоваться и располагать вещами, лишь бы при этомъ не были перейдены предѣлы, установленные закономъ и регламентами».

Заявляя, что собственность есть естественное право человѣка, право священное и неприкосновенное, исключая случаи экспропріаціи для общей пользы и за справедливое и предварительное вознагражденіе, законодатель 1789 r., раззпмѣѳтся, не хотѣлъ сказать, что человѣкъ, только потому, что родился человѣкомъ, можетъ быть собственникомъ извѣстнаго количества богатства. Если бы Декларація 1789 г. имѣла въ виду такой смыслъ, то опа выразила бы принципы чистаго коммунизма. Ko- - нечно, понявъ буквально вышеупомянутые тексты и законы 1789 r., можно заключить, что каждый человѣкъ, рождаясь, приноситъ съ собой естественное и священное право быть собственникомъ, и что всѣ люди имѣютъ право быть собственниками равнаго количества имущества.

Бабувизмъ есть логическое развитіе якобинства. L’Analyse de Ia JDoctrine de Babetifn Mamfeste des едали: суть только логичс- ское развитіеДекларацІи прапъ. Въ нервомъ изъ этихъ докумон- товъговорится:«10Природа дала всѣмъ людямъ право равенства въ пользованія всѣми благами. . б^Никто не могъ, не совершая преступленій, присвоивать себѣ исключительной собственности на землю или на промышленность - 70 Въ настоящемъ обществѣ не должно быть ни бѣдныхъ, ни богатыхъ>, При этомъ авторъ этого документа ссылается именно на конституцію J793 г «Конституція 1793 г. есть иотипныЙ закопъ французовъ.* Тѣ, кто налагаетъ руку на конституцію1793г., совершаютъ преступное оскорбленіе народнаговеличеетва1).

Bce ото было въ частности подготовлено якобинской теоріей собственности, изложенной Робеспьеромъ вьрѣчщлро- изнесенной въ Конвентѣ 24 апрѣля 1793 г. и начинавшейся словами: «Я предложу вамъ сначала нѣсколько статей, необходимыхъ для пополненія вашей теоріи о собственности. Пусть это слово никого не тревожитъ Души изъ грязи, цѣнящія лишь золото, я не хочу касаться вашихъ сокровищъ, [408] какъ бы яи былъ нечистъ ихъ источникъ> Робеспьеръ рая виваетъ ту идею, что собственность есть соціальное учре лсденіе и предлагаетъ опредѣлить собственность, какъ «право каждаго гражданина пользоваться и располагать своей долей имущества, гарантированной ему закономъ>, и такъ какъ въ то же время онъ утверждаетъ, что всѣ люди равны и общество должно гарантировать это равенство, можно вы вести отсюда, что законъ, чтобы провести принципъ равен сіва, долженъ обезпечить каждому гражданину владѣніе и пользованіе равной долей богатства Эго не было сказано Робеспьеромъ, но это логическій выводъ изъ его заявленій [409]J

Такимъ образомъ, когда новѣйшіе коллективисты есыла ются, въ ПОЛЬЗ} своихъ доктрпнъ, на принципы революціи, они не вполнѣ неправы Ни доктрины коммунистовъ,ни док трины коллективистовъ не были, конечно въ умахъ людей 1789—91 и 1793 г,по,сострогойлогичностыо,можно сказать, что онѣ содержались въ принципахъ, которые тѣ формули ровали

Идея, господствовавшая въ умѣ законодателя революціоннаго періода, была очень проста, именио что сохраненіе существующей собственности должно быть гарантировано за нынѣшними носителями этой собственности Онъ хотѣлъ подтвердить, что для TOI о, кто является или явится въ будущемъ собствен никомъ, существуетъ право, которое исключаетъ права которыя другіѳ могутъ потребовать, и на которое самъ законодатель не можетъ посягать безъ предварительнаго вознагражденія экспропріируемому собственнику

Эта неприкосновенность сущeствующей собственности была уже въ засѣданіи 4 августа подтверждена для феодальныхь нравъ, которыя были признаны настоящими правами соб ственности и не подлежащими уничтоженію безъ возяагра жденія Ст 1 декрета гласитъ Національное Собраніе объ являетъ феодальный режимъ совершенно уничтоженнымъ

Феодальныя права, относящіяся къ реальной или личной мертвой рукѣ и къ вѣчному крѣпостному состоянію, уничтожаются безъ вознагражденія, всѣ остальныя объявляются подлежащими выкупу; цѣну и способъ выкупа опредѣлить Національное СобраніеП). Такимъ образомъ,права, происшедшія отъ крѣпостного права, были уничтожены безъ вознагражденія; но эти права,являющіяся слѣдствіемъограниченія свободы личности, не могутъ быть разсматрвпаемы,какъ собственность.

Утверждая неприкосновенность существующей собственности, имѣли ли Учредительное Собраніе и Конвентъопредѣленньш взглядъ на основаніе законности личной собственности?

Фагэ писалъ: «ЧлепыУчрсдительнагоСобранія иКонвснта были сторонниками собственности, потому что они были либералами: они стояли за личную собственность, потому что стояли за личную свободу со всѣмъ, что изъ нея проистекаетъ, и что ее поддерживаетъ»^). Такимъ образомъ,подобно либеральной школѣ XIX вѣка, они видѣли въ неприкосновенности личной собственности необходимое и прямое слѣдствіе индивидуальной свободы, ибо собственность является результатомъ свободнаго развитія дѣятельности личности, а личность по природѣ имѣетъ законное и священное право на продукты своей дѣятельности и можетъ распоряжаться ими свободно.

Очень вѣроятно, что громадное большинство членовъ Учредительнаго Собранія и Конвента не имѣло яснаго воззрѣнія на основаніе собственности; они не задавали себѣ этого вопроса. Онипонимали собственность въ юридическомъ смыслѣ, т.-е. съ точки зрѣнія слѣдствій, которыя она влечетъ за собой, и выгодъ, которыя она приноситъ имѣющимъ ее, не касаясь ии философскаго, ни экономическаго ея значенія, ни ея основаній, ни ея общественнаго значенія. Они хотѣли подтвердить, что всякая существующая собственность должна быть неприкосновенной; но не желали указать, почему именно это должно быть такъ. Если они торжественно утверждали право собственности, то потому, что громадное большинство изъ нихъ было собственниками.

Поэтому, въ томъ короткій моментъ, когда демократическій элементъ, казалось, долженъ былъ восторжествовать, въ 1793 г. Робеспьеръ, лучше всѣхъ представлявшій его, утверждалъ, что собственность является только уступкою закона, откуда онъ выводилъ, что законъ, когда ему угодно, можетъ взять обратно эту концессію ф Робеспьеръ, очевидно, долженъ былъ вдохновляться Руссо, который въ своемъ C I)

Впрочемъ,лучшимъ доказательствоьгь,что громадноеболь- шинство членовъ Учредительнаго Собранія и Конвента не имѣло яснаго понятія объ основаніяхъ собственности, служитъ то, что ни тѣ, ни другіе не колебались конфиско вать ичз щее гва духовенства и дворяпства въ пользу націи А,конечно, если собственность — право естественное и оено ванное на свободѣ лкчностщто всякая собственность должна быть одинакова уважаема Мнопе законы революціонной эпохи, которые, подобно вышеуказаннымъ, освящаютъ неприкосновенность собственности, имѣютъ въ виду особекно безвозвратность продажи нащональныхь имуществъ-[413] [414]) Такимъ образомъ, эти тексты освящаютъ сразу и конфискацію этихъ имуществъ у ихь прежнихъ собственниковъ, вопрекы принципу неприкосновенности собственности, и неприкосновенность пріобрѣтеній, сдѣланныхъ скупщиками національныхъ имуществъ Словомь, собственность дворянъ и духо векетва не была неприкосновенной, но собственность буржуа, творцовъ и наслѣдниковъ Революціи, напротивъ, нѳприкосно венна

Декретъ 2 ноября 1789 г когорый *передаетъ иъ распоряженіе нацш всѣ церковныя имущества>, бьигь принять только послѣ очень ддиннаго обсужденія Изъ чтешя этихъ дебатовъ получается очень ясное впечатлѣніе, что лица, руководившія Собраніемъ, не имѣли опредѣленной доктрины объ основаніи собственности, что они принимали собственность, какъ фактъ, когорый они желали сохранить вь такой мѣрѣ,въ какой измѣненіе въ положеніи вещей МОГЛО НріІЧИїШТЬ имъ вредъ, но который они смѣло измѣняли въ гой степени, ИЪ какой это ихъ не касалось.

uoe право, предшествующее закону, но при этомъ онъ прибавляетъ, что это справедливо только относительно ЛИЧНОЙ собственности оТица и организаціи въ этомъ случаѣ раз- тичны въ своихъ правахъ Лица, существующія раньте за кона, имѣютъ права, исходящія отъ природы, права неогъ емлемыя; таково право собственности Всѣ организаціи, наоборотъ, не имѣютъ природныхъ правъ, имъ права да ются закономъ и могутъ имъ измѣняться и уничтожаться *) Что касается Мирабо, то онь признавалъ, какъ сдѣлалъ потомъ и Робеспьеръ, что собственность имѣетъ основаніемъ юлько законъ, и логическимъ слѣдствіемъ отсюда является, что законъ можетъ уничтожить собственность 2),

Итакъ, Учредительное Собраніе и Конвентъ, прежде всѳго, имѣли въ виду гарантировать существующую собственность буржуазнаго класса, къ которому принадлежала большая часть изъ нихъ У нихъ не было твердыхъ принциповъ относи телыіо основанія собственности Нѣкоторые видЬли въ ней естественное право, но громадное большинство видѣло въ ней только созданіе положительнаго закона,объ общественномъзначенщ котораго, одпако, не высказывались точно Впрочемъ, неопредѣленныя и общія формулы, которыя ошт употребляли, могутъ, въ соединеніи съ принципомъ равенства, дать точку опоры для новѣйшихъ коммунистическихъ и коллективистическихъ доктринъ

Изъ этого слйдуетъ, что постановленія Деклараціи правъ 1789 г, относящіяся къ собственности, не могутъ пынѣ имѣть ограничительной силы, кото рую имѣютъ для законодателя положенія относительно свободы Эта послѣдняя есть право, предше ствующее обществу, Декларація дравъ освящаеть

9 Mondeui, геппріеьыоп, II, етр 81

9 Momtemf remipresbion, II, стр 11

ее, и положенія, заключающіяся въ неи по этому вопросу, обязательны для законодателя. Собствен- ность, безъ сомнѣнія, фигурируетъ въ Деклараціи правъ; ие смотря на это, она только уступка законодателя, этотъ послѣдній, слѣдовательно, можетъ измѣнить и ограничить, и даже уничтожить еѳ, нѳ нарушая высшаго закона

Быгь-можетъ, возможно утверждать что вь конст. 1848 r. собственность разсматривалась, какъ право,ЕЫсшее по отношенію къ положительнымъ законамъ, ускользая такимъ образомъ отъ посягательства обыкновеннаго законодателя Въ ст, 8 введенія мы читаемъ. ; Республика привнаетъ права и обязанности, предшествующія положительному закону и стоящія выше его , и въ ст. 8: