6. Проблемы и противоречия приватизации (их очень много, проанализируем основные):

1-ое противоречие – приватизация стала осуществляться в тех условиях, когда предприятия к ней не были готовы. Они были потенциально, а затем стали реально убыточными. Хроническая убыточность огромного количества российских предприятий значительно осложнило процесс приватизации.

Почему было так много убыточных предприятий и только недавно (в ходе приватизации) выяснилось, что это помеха для развития экономики?

Так было, поскольку раньше в условиях государственной монополии убыточным предприятиям было гарантировано существование вне зависимости от результатов его хозяйственной деятельности. Государство оплачивало любому предприятию его продукт вне зависимости от его качества и т.д. Гарантировался сбыт продукции. Потом их приватизировали, и выяснилось, что уже без государственных дотаций эти предприятия развиваться не в состоянии. Они были брошены на произвол судьбы и должны были сами себя обеспечивать. Выяснилось, что предприятия имея юридически статус частных собственников экономически его реализовать не могут, т.к. они убыточны и не способны самофинансироваться.

Хотя убыточные предприятия бывают разными, есть объективно убыточные предприятия, которые изначально обречены на то, чтобы производить низкокачественную продукцию с высокими затратами, они никогда не станут прибыльными. И это огромная нагрузка на бюджет – поддерживать такие предприятия. Проще новое создать, а убыточное ликвидировать. Однако это не всегда возможно, т.к. многие предприятия, особенно в годы первых пятилеток, строились как градообразующие, и вся жизнь города была связана с ним.

Сейчас во многих провинциальных городах эта проблема стоит очень остро, и закрыть такие предприятия невозможно. Инвестор туда не идёт, а если закрыть, то необходимо платить пособие по безработице, возникают социальные проблемы и т.д. Поэтому государство предпочитает финансировать эти предприятия.

Существуют и субъективно убыточные предприятия, у них есть возможность самофинансироваться, но в силу неэффективного менеджмента они остаются убыточными и не могут реализоваться как частные собственники.

Ещё одна очень распространённая группа убыточных предприятий – фиктивно убыточные, которые имеют необходимый потенциал для эффективного развития, способны производить конкурентоспособную продукцию, но при этом остаются убыточными. Их убыточность связана с запутанными схемами управления имущественными потоками предприятий, особенно крупных.

Допустим, существует предприятие, производящее более-менее конкурентоспособную продукцию, например, ВАЗ – головная компания (см. схему). По идее она должна получать прибыль, но чем эффективнее компания функционирует, тем больше она окружает себя различными посредниками десятками, сотнями или тысячами, чтобы замкнуть на себе весь хозяйственный оборот головной компании. Чтобы забрать все её активы и доходы, а ей оставить одни долги.

При этом головная компания должна работать, а посредники это, как правило, ООО, в которых один два участника, у них нет особого имущества – ничего не делают. Например, существует какой-то поставщик, и вместо того, чтобы поставлять продукцию сразу на головную компанию, он продаёт её посреднику по рыночной цене, а головной компании уже посредник продаёт по завышенной цене.

Потребителю готовая продукция также продаётся через посредника – головная компания продаёт посреднику по заниженной цене, а уже он потребителю по завышенной. Получается, головная компания теряет дважды – на входе и на выходе.

За посредниками стоят представители правоохранительных органов, налоговой инспекции. Посредники нужны для того, чтобы, например, тот же генеральный директор головной компании мог получать нормальный доход. Головная компания это же АО, нужно отчёты публиковать, а посредники это другое дело, там всё можно делать закрыто.

В итоге выясняется, что у этой головной фирмы нет имущества для покрытия своих обязательств и т.д.

Такая ситуация не может продолжаться до бесконечности, а может, финансовый кризис какой начнётся. Тогда кто-то из головной компании едет в Москву и умоляет дать денег на поддержку предприятия. Деньги дают, например, компания получает беспроцентный кредит в Центробанке.

Деньги должны, по идее, поступить в банк, обслуживающий эту компанию (Б1) и он должен сразу направить их в компанию. Однако вместо этого он предоставляет уже на рыночных условиях на короткое время кредит какому-то внешнему банку (Б2). Дали под 0 % (Б1), а он (Б2) предоставил под, например, 20 %. Получается неплохая прибавка к пенсии. Тем более, если эта схема работает в экспортно-импортном варианте и есть подставные компании в оффшорных зонах это вообще супер. Создаются подставные фирмы, которые принимают на себя налоговую нагрузку, а затем самоликвидируются.

*п – Банк-посредник

Любое убыточное предприятие – это идеальный механизм для раскручивания инфляции (на входе в него вкладывают 1 руб., а на выходе оно даёт продукции на 50 коп.). Из-за этих предприятий происходит обесценивание национальной валюты, дефицит бюджета. Убыточные предприятия же не платят налогов, ничего не давая государству, а только получая от него.

Что же делать с убыточными предприятиями? Частные инвесторы ими заниматься не будут. В условиях экономической нестабильности никто не будет реализовывать такой долгосрочный проект, который потребует большого количества времени и средств, как превращение убыточного предприятия в прибыльное. Необходимо активнее подключать к решению этой проблемы государство, но оно в настоящий момент не располагает достаточными средствами для инвестиций, и так огромные деньги уходят на элементарную поддержку убыточных предприятий.

Что же делать, ведь часто эти предприятия градообразующие и их невозможно просто так закрыть? Единственный выход – привлечение инвестиций на льготных условиях. Необходимы частные инвестиции, и заниматься такими предприятиями должны частные инвесторы, т.к. государство, как показала практика, проявляет себя в качестве плохого менеджера и управляющего. Для этого нужно выдавать льготные кредиты, давать налоговые льготы таким инвесторам, вводить долевое финансирования убыточных предприятий и т.д.

2-ое противоречие (оно одно из главных) – подавляющее количество предприятий было продано по заниженной цене. Первоначально предполагалось продать предприятия в частную собственность, сформировав широкий слой «народных собственников» и доходы от продажи должны были поступать в бюджет. Т.е. приватизация рассматривалась в качестве источника дохода и средства борьбы с инфляцией.

Однако надежды государства не оправдались, т.к. в процессе продажи цена предприятий была значительно занижена. Так, например, «Нефтегаз» был продан за 10 млн. долларов, хотя его реальная стоимость была 600 млн. долларов. В среднем новые собственники заплатили лишь 5-10% от реальной стоимости предприятий.

Вообще цену предприятия составляет сумма его чистых активов, которая определяется путём инвентаризации его имущества за вычетом долгов предприятия. В преддверии приватизации делали всё возможное для того, чтобы вывести как можно большее количество активов из предприятия, чтобы оценка была как можно меньше. Для этого заключались всякого рода фиктивные сделки, создавались подставные фирмы и т.д., чтобы вывести имущество из предприятия (часто оно оставалось на месте, но по бумагам уже находилось в собственности другой фирмы) и предприятие продавалось по заниженной цене. Таким образом, государство недополучало средства.

Из-за занижения стоимости происходило и резкое занижение номинала акций (при приватизации предприятия преобразовывались в АО), т.к. он рассчитывался из стоимости чистых активов предприятия.

В итоге государство получило только 30% тех средств от приватизации, на которые рассчитывало. Сейчас предлагается ввести «компенсационный налог» на тех, кто тогда не доплатил полную рыночную стоимость предприятий, но это

остаётся предложением, и введут ли его на практике неизвестно.

3-е противоречие – приватизация совпала с бурной монополизацией экономики.

До 1991 г. экономика была очень сильно монополизирована, многие предприятия были фактическими монополистами, а часто и единственными производителями определённой продукции. Социалистическое государство действовало по принципу – один продукт, один производитель. Не считали нужным организовывать много предприятий, а тем более создавать конкуренцию. Особенно так было в годы первых пятилеток.

Но в течение долгого времени монополия себя не проявляла «классическим образом», т.к. все предприятия были государственными, оно определяло цены, планы, количество закупок, рынки сбыта и т.д. Хотя «скрытая» монополия была и многие директора предприятий, которые были единственными производителями каких-то стратегических товаров, чуть ли не ногой открывали двери в министерские кабинеты, чтобы решить какие-то вопросы.

В 90-е гг. такие предприятия приватизировали, и они стали частными. Теперь эти частные собственники стали устанавливать цены, самостоятельно распоряжались своими доходами и т.д.

4-ое противоречие – экономические реформы и приватизация совпали с распадом СССР, что способствовало разрушению хозяйственных связей. Раньше технологические цепочки выстраивались по принципу союзной целостности (например, одно звено в Харькове, другое в Молдавии), определённые звенья для производства продукции были закреплены за отдельными республиками. Теперь возникли самостоятельные государства со своей валютой, органами власти, таможней. Если до этого центр определял взаимоотношения между звеньями, то теперь на пути взаимодействия встали различные препоны – валюта, таможня и т.д. Многие предприятия потеряли поставщиков и потребителей, многие из них разорились, получив статус частного собственника. Они просто не могли работать без поставок или потребителей.

И приватизация подсказала способ как с этой проблемой справиться – путём создания частных предприятий, которые займутся реанимацией нарушенных хозяйственных связей и посредничеством. Раньше был Госплан, Государственный комитет по труду и социальным вопросам, теперь же появились частные предприятий, которые занялись этим вопросом. Государство уже не оказывало поддержки в восстановлении нарушенных связей.

В начале 1993 г. мы занимали первое место в мире по числу бирж, их стало более 3000, и они занимались восстановлением нарушенных хозяйственных связей для получения дохода, поэтому они были коммерческими организациями (а не некоммерческими как во всём мире и сейчас у нас).

Собственники бирж пользовались старыми данным, например, товарно-сырьевые биржи образовались на базе строго Госснаба и имели доступ к информации о бывших связях между предприятиями. Но при этом стоимость подобных услуг завышалась, искусственно удлинялся путь движения товаров, в чём были заинтересованы эти биржи, т.к. на избыточных звеньях в пути большее количество посредников получало доход. Посредники способствовали росту цен, что опять вело к недостатку денег для покупки товаров, эмиссии, а с ней и инфляции. Всё это приводило к финансовой нестабильности и кризису неплатежей, т.к. предприятия испытывали всё большие издержки в связи с инфляцией и ростом цен на услуги посредников. Предприятия должны были устанавливать более высокую цену на свою продукцию, чтобы покрыть свои расходы. Часто предприятия не могли покрыть своих расходов и оплатить полученное сырьё (затем уже никто не хотел это сырьё продавать данному предприятию, поэтому произвести продукцию без сырья становилось невозможно). Другое предприятие, не получив за своё сырьё денег, не могло рассчитаться со своими поставщиками, а те со своими кредиторами и т.д. В итоге такой массовый кризис неплатежей привёл к бартеру.

5-ое противоречие – чрезмерные темпы приватизации, такие, что просто полный… (в 1917 г были чрезмерные темпы национализации).

За первые 4 года было приватизировано 70 % экономического потенциала страны, поэтому многие предприятия экономически были не готовы реализовать себя в качестве частного собственника. Не была сформирована рыночная инфраструктура, банковская система, эффективная система маркетинга и менеджмента, что затрудняло реализацию нового собственника в качестве полноценного частного.

Такие темпы обусловлены тем, что практически за 70 летний период потребность в частной собственности настолько накопилась, что в начале приватизации людям часто было неважно, что они приобретают в собственность. Главное было взять, а потом уже разбираться.

В КНР в 80-е гг. началась приватизация, но её не проводили с фанатизмом методом «шоковой терапии». У них всё происходило постепенно – сначала приватизировали сельское хозяйство, малый и средний бизнес (не тяжёлую промышленность). За счёт поступления доходов от приватизации в бюджет были преобразованы базовые отрасли, чтобы они не испытывали трудностей, подобные нашим. И только тогда крупная промышленность была отчасти приватизирована. Поэтому у них и экономический рост сейчас 15 %.

6-ое противоречие. Первоначально приватизация задумывалась для формирования слоя народных собственников, преодоления отчуждения работников от результатов своей деятельности и превращения их в заинтересованных хозяев. На самом деле собственность оказалась в руках крупных владельцев, и приватизация превратилась в «прихватизацию».

Собственность была разбита на куски, и каждый получил свой, когда партийно-государственная собственность была просто разделена между «своими людьми», а слой народных собственников не был сформирован. Сейчас только 2-3 % ВВП это малый бизнес. Большинство малых предприятий сейчас находятся под контролем крупных или создаются ими.

В 1992-1993 гг. каждый гражданин России получил ваучер на сумму 10 тыс. рублей (1 января 1992 г. общая сумма достигла 4, 5 трл. Если разделить на количество населения (150 млн. чел.), то получим 30 тыс. руб., а не 10 тыс. Так было потому, что ваучеризацию предполагалось провести в 3 этапа). Их можно было обменять на акции или вложить в чековые инвестиционные фонды (80 % из которых вскоре разорилось).

Реально оказалось, что акции стоят значительно дороже номинала ваучера. Если и можно было что-то приобрести, то только в розницу. Поэтому эти ваучеры скупали у населения и те, у кого их было много мог что-то решить. (В Чехии население получало купонные книжки на сумму 2000 долларов)

Возник конфликт между Чубайсом и руководителями крупных промышленных центров, например, Лужковым. Т.к. они не хотели, чтобы на предприятия приходили инвесторы с какими-то бумажками, обменивали их на акции и получали власть.

Отсечение физических лиц от процесса приватизации затруднял формирование среднего класса, который должен выполнять социально-стабилизирующую функцию. Доходы практически не росли и были очень дифференцированными. Доступа к собственности не было. А нет среднего класса – нет стабильности.

7-ое противоречие – в процессе приватизации не была решена главная задача – заинтересованность собственников в развитии своей собственности, а вместе с ней и государства. Сформировались социально неэффективные собственники. Социально неответственные собственники, которые были заинтересованы в получении лишь своего дохода, и им было наплевать на других. Многие не платили налогов. Они не развивали предприятия, а стимулировали собственников, играя на понижении и повышении курса своих акций. Частная собственность стала мощным стимулом для развития теневой экономики. В этих условиях внешняя среда воспринималась лишь в качестве врага – никто не платил налоги, обособлялся, экономика криминализировалась.

8-ое противоречие – приватизация совпала с либерализацией внешнеэкономической деятельности. В 1991 г. частным субъектам было разрешено выходить на внешний рынок вне зависимости от их организационно-правовой формы. Этим воспользовались частные предприятия. Особенно выиграли сырьевые экспортёры. Стали создаваться схемы теневого экспорта и импорта

Прогноз – общемировая тенденция к обобществлению частной собственности, особенно в развивающихся странах. В РФ ситуация примерно такая же, но из-за эйфории приватизации у нас не сформирован класс частных собственников, чтобы можно было преобразовываться в корпоративные компании. Сейчас многие предлагают провести реприватизацию, т.к. много безответственных собственников. В какой-то мере это обоснованно, но вставать на этот путь опасно. Это сразу обвалит весь рынок. Необходимо, чтобы предприятия переходили в руки эффективных частных собственников, а не государства, т.к. оно плохой менеджер. Необходимо вводить прогрессивное налогообложение, рентные налоги на эксклюзивные ресурсы, доходы должны инвестироваться в производство, государство должно выступать соучредителем и соинвестором различных проектов. Можно усилить контроль государства над важнейшими предприятиями через долевое участие.