ЦЕНТР ДЭВИДА РОКФЕЛЛЕРА

Нил хотел повысить учебный потенциал Гарварда в этой важной области и был заинтересован в моей помощи. Поскольку я искал возможность именно такого рода, наше общение оказалось очень удачным. После нашей беседы он провел консультации с деканами нескольких школ Гарвардского университета и заручился их поддержкой в деле создания общеуниверситетского Центра латиноамериканских исследований, который должен был объединить значительные ресурсы профессорско-преподавательского состава Гарварда в одно целое. Центр должен был быть расположен в собственном здании и иметь собственный бюджет и собственного директора. Нил решил назвать это новое учреждение Центром латиноамериканских исследований имени Дэвида Рокфеллера.

Стоимость создания Центра была оценена в 30 млн. долл. Чтобы начать проект, Нил попросил меня предоставить 1 млн. долл., аналогичную сумму предоставлял Гарвард. Я согласился на это и согласился предоставить еще 10 млн. долл. со временем, при условии, что Гарвард сможет собрать остающиеся 20 млн. в виде пожертвований со стороны. Мы оба согласились, что было бы крайне желательно, чтобы латиноамериканцы играли важную роль в работе Центра, а также предоставили финансовые средства, необходимые для его успеха.

Центру был дан старт. Джон Коатсуорт, известный историк, специализирующийся по Латинской Америке, стал его директором. Специалисты Гарварда по Латинской Америке, начиная от историков и вплоть до специалистов по общественному здравоохранению и зоологов - основная группа, состоящая из 50 ученых, в настоящее время работают в Центре в тесном сотрудничестве.

В результате важность Латинской Америки в учебной программе Гарварда выросла, и число латиноамериканских студентов, обучающихся там, более чем удвоилось. Гарвард стал в Соединенных Штатах важным местом научных встреч различного рода, относящихся к Латинской Америке.

В начале XXI века у меня вызывают все большее беспокойство вопросы, касающиеся политической и экономической стабильности Латинской Америки. Серьезное ускорение экономического роста, последовавшее за структурными реформами конца 1980-х и начала 1990-х годов, значительно повысившими уровень жизни к югу от Рио-Гранде, в настоящее время практически прекратилось. Двумя яркими точками в регионе являются Мексика, руководимая в настоящее время президентом Винсенте Фоксом, и Чили. Обе страны продолжают следовать политике свободного рынка и демократических реформ и достигли определенных результатов, хотя и не без некоторых болезненных проявлений и ненормальностей. Однако ободряющей перспективе этих двух стран, по крайней мере с моей точки зрения, противостоят неудовлетворительные экономические результаты большинства других стран и углубляющийся социальный кризис, который явно наблюдается в ряде из них, особенно в Аргентине, Эквадоре, Колумбии и Венесуэле. В некоторых отношениях ситуация очень похожа на конец 1950-х годов - период, предшествовавший Союзу ради прогресса, или на ситуацию в начале 1980-х годов - непосредственно перед тем, как долговой кризис в полной мере оказал свое воздействие.

Однако существуют два серьезных различия между этими прошлыми кризисами и кризисом, с которым мы сталкиваемся в настоящее время.