БОЛЕЗНЕННЫЕ ПОТЕРИ

В то время как я ожидал приказов, полковник Таунсенд Херд из командования разведки США попросил о моем переводе в его часть, которая вот-вот должна была быть направлена в Майами. Признаюсь, это оказалось приятным сюрпризом. Как бы то ни было, я не мог видеть себя в качестве «секретного агента» в каирских барах. Перевод состоялся, и в начале осени я явился для прохождения службы в Майами-Бич, где ко мне присоединились Пегги и маленький Дэвид. Мы сняли небольшой дом на острове Ла-Горс, и каждый день я ездил на работу на велосипеде. Мои обязанности не были особенно впечатляющими или важными - я был курьером и нес караульную службу.

В это время Дик Гилдер находился на воздушной базе в северной Флориде. Узнав, что его эскадрилья вскоре отправляется за океан, Дик добился получения 24-часового разрешения посетить нас перед отбытием. В день, когда он приехал, я нес караульную службу - следил, чтобы на лошадей полковника, находящихся в поместье Файерстоун, не падали кокосовые орехи!

Дик пришел, чтобы провести со мной часть той ночи. Мы не говорили о чем-то особенном, однако в то время все казалось важным, и меня очень тронуло, что он предпринял немалые усилия, чтобы повидать меня. Он напомнил мне об обещании, которое я дал ему в Нью-Йорке, и я сказал, что он может рассчитывать на нас. Когда меня сменили, мы отправились домой, чтобы провести несколько часов с Пегги. Рано следующим утром мы отвезли Дика на станцию. Когда отходил поезд, Пегги и я посмотрели друг на друга, почему-то мы знали, что больше никогда не увидим его.

Мы разговаривали с Диком в последний раз, когда он позвонил нам из своего дома в Тиринхэме, штат Массачусетс, непосредственно перед отбытием в Англию.

Прежде чем война закончилась, погибли еще два моих близких друга. Уолтер Розен, мать которого играла на инструменте терменвокс, попытался вступить в армейский воздушный корпус, однако ему отказали из-за плохого зрения. Тогда он вступил в Королевские канадские военно-воздушные силы и погиб во время битвы за Британию. Билл Уотерс, с которым я делил жилище во время учебы в Лондонской школе экономики и который всего несколькими годами раньше стоял рядом со мной, смотря, как Гитлер марширует по улицам Мюнхена, погиб, когда его самолет разбился около города Кано в Нигерии. Он с экипажем входил в состав большой армады самолетов, летевших через Южную Атлантику и Африку и далее - через «горб» Гималаев в Нанкин для поддержки националистических сил Чан Кайши.

ШКОЛА КАНДИДАТОВ В ОФИЦЕРЫ

После нескольких месяцев, проведенных во Флориде, я попросил разрешение полковника Херда подать заявление в школу кандидатов в офицеры. Он сказал мне, что конкурс очень трудный, но наилучшие шансы быть быстро принятым состоят в том, чтобы подать заявление в Инженерную школу для кандидатов в офицеры в Форт-Бельвор, штат Вирджиния, имевшую репутацию наиболее «трудной» во всей системе. Мое заявление было принято, и я начал трудный трехмесячный курс в январе 1943 года.

Подготовка в школе для кандидатов в офицеры была значительно более напряженной по сравнению с базовой подготовкой как в интеллектуальном, так и в физическом отношении. В конце курса нам нужно было совершить марш-бросок на 20 миль, имея при себе винтовку М-1 и полевой рюкзак, весивший 80 фунтов.

Меня произвели в лейтенанты инженерных войск в марте 1943 года, и я получил приказ явиться в Центр подготовки военной разведки в Кэмп-Ричи, штат Мэриленд, после двухнедельного отпуска. Пегги была уже на довольно позднем сроке своей второй беременности, и я был рад короткому отпуску, который позволил мне побыть с ней в Нью-Йорке. Судьбе было угодно распорядиться, чтобы Пегги отправилась в больницу рожать Эбби спустя лишь несколько часов после того, как я отбыл в Кэмп-Ричи. По приезде мне сообщили об этом и предоставили трехдневный отпуск для поездки в Нью-Йорк, чтобы повидать Пегги и новорожденную дочку.

Двухмесячный курс в Ричи был посвящен подготовке офицеров для разведывательной работы в боевых частях пехоты. Упор подготовки делался на действия в боевых условиях. Мы изучали боевые порядки и боевую тактику как союзников, так и вражеских сил, учились чтению карт, методам разведки и овладевали техникой допроса военнопленных. Специфика отбора основывалась на знаниях иностранных языков и культуры зарубежных стран, что было необходимо для действий на европейском театре, к которым нас в конечном итоге готовили.

В Кэмп-ричи я встретил интересных людей, жизнь которых в последующем пересекалась с моей жизнью: Филип Джонсон был тогда младшим архитектором, уже участвовавшим в работе по созданию Музея современного искусства; Джон Клуге, родившийся в Германии, позже основал компанию «Метромедиа»; Джон Оукс впоследствии был редактором редакционной страницы газеты «Нью-Йорк тайме»; армейский офицер Фред Хендерсон, в жилах которого текла кровь индейцев-апачей, после войны сделал карьеру в ЦРУ. Его сын Брайан начал работать в «Чейз Манхеттен бэнк» в 1960-х годах, а потом ушел на руководящий пост в фирме «Мэррил Линч».

После завершения курса я был назначен инструктором во французском отделении школы и оставался в ней в течение еще трех месяцев, преподавая организацию французской армии на французском языке. Это работа хорошо подготовила меня для решения задач, с которыми я столкнулся в последние годы войны в Северной Африке и Франции.