<<
>>

Развитие теории продолжаемого преступления б уголовном праве эксплуататорского общества

Продолжаемое преступление является одним из древнейших поня­тий теории права. Уже в те далекие времена» когда еще не сущест­вовало науки уголовного права, а человечество не имело кодифици­рованного уголовного законодательства, в изречениях судебных ора­торов, имевших силу закона, мы находим положения, прямо или кос­венно относящиеся к понятию продолжаемого преступления.

Раскрывая своеобразие продолжения отдельных видов преступлений, древнее право вообше и римское в особенности при всей стройности его принципов и глубине теоретических разработок тем не менее не да­вало определения общего понятия продолжаемого преступления. Ана­лиз основных источников рабовладельческого права показывает, что оно даже не употребляло термина delictum continuatum , Если За­коны рабовладельческого Востока, Драконта в Греции и ХП Таблиц в Рюле совершенно обходили молчанием вопрос о продолжаемом преступ­лении и строили теорию преступления и наказания в полном соответ­ствии с принципом quot crimina tot poena , то позднейшие источ­ники рабовладельческого права Рима - Дигесты и Кодекс Юстиниана - содержали первые указания на категорию "продолжения" применитель­но к отдельным преступным деяниям. Заслугой римских юристов явля­лось то, что преступление, совершенное многократно, признавалось ими как единое продолжаемое только тогда, когда имело место пося­гательство на единый объект, понимаемый не в смысле правоохраняе­мого интереса, а в своем телесном, физическом, естественном смыс­ле, Такое понимание категории "продолжения" находилось в соответ­ствии с его этимологическим содержанием, хотя не учитывало психи-

ческото фактора поведения субъекта, Отсутствие внимания древних юристов к субъективному отношению виновного к совершаемому им деянию объяснялось господством в праве принципа объективного вме­нения» облеченного в краткую формулу quot crimina tot poena* Согласно этому принципу, наказание в отношении виновного применя­лось столько раз, сколько было совершено преступных актов* Приз­нание же в ряде случаев многократных преступных воздействий на один и тот же предает единым продолжаемым преступлением и назна­чение одного наказания явилось одним из исключений из этого прин­ципа* Таким образом, римское право в отношении продолжаемого пре­ступления с полным основанием придерживалось правила non plura in idera, согласно которому ”не много раз наказывается виновный, од- нахда совершивший деяние”*

Первая попытка употребления категории ’’продолжения” преступ­ления в преторском праве имела место применительно к понятию по­хищения1* Изречение известного римского юриста Цельза гласит: ’’Если у вора похитили юношу, ио он, отыскав его, вновь похитил, то хотя им и совершена двойная кража, содеянное в целом должно быть признано единой кражей* Нет сомнений, что при оценке всего содеянного следует придерживаться стоимости юноши, а не ребенка* Что может быть более невероятнее того предположения, что виновный именно в случае продолжаемой кражи оказывается в привилегирован- I* Конечно же, деяние признававшееся продолжаемым преступлением в те времена было по сути весьма отдаленным от современного его понимания* Но для того и необходимо изучать то или иное понятие в историческом его развитии, чтобы проследить каким оно было в момент своего зарождения, каков его эволюционный путь, под влиянием каких факторов оно изменялось* Еще в 1916 г* В .И Ленин писал: "Весь дух марксизма, вея его система тре­бует, чтобы каждое положение рассматривать лишь (сС) историче­ски; (уз) лишь в связи с другими; (у) лишь в связи с конкретным опытом истории”*- Ленин В.И.

Полн*собр*соч*, т*49, с*329*

Z8

ном положении?11 *

По мнению польского исследователя А .Садовского» continuatio furti в приведенном случае "не имело значения продолжаемого пре­ступления, а относилось скорее всего к длительному состоянию,выз- ванноглу вследствие похищения невольника. Это состояние с точки зрения сегодняшней науки уголовного права представляет собой тип о

длящегося, а не повторного преступления"\ Видимо, к такому выво­ду автора привело положение, требующее взыскания с похитителя "стоимости юноши, а не ребенка".

Это изречение привлекло также внимание и криминалистов Запа­да. Мнения их сходились в одном: continuatio furti - разновид­ность продолжаемого преступления в car.roй его элементарной форме. Свидетельством тому служит тот факт, что один из родоначальников германской буржуазной доктрины уголовного права А.Фейербах опре­деляет понятие продолжаемого преступления на основе римской кон­цепции единства объекта, ссылаясь при этом на упомянутое изрече­ние Цельза3. По такому же пути следуют К.Грольман и Абег^. А по мнению А.Шретера, duo furta римского изречения не означало пов­торной кражи, ибо отдельно взятому его акту римское право не при­давало самостоятельного значения ввиду посягательства на один и тот же предает * Эта позиция древнего мыслителя отчетливо выраже- _________ ____ 4 4. * *

I# Corpus iuris civilis. Vol.4. Instituteones. Bigesta.Berrolini, 1886,s .772.- d. 47.2, de furtis. 68 (67), § 2.- В дигесте речь идет о похищении ребенка, ^последствии ставшего юношей.

2. Sadowski A. Przestepstwo ciagle. Lublin, 1$49, s.2.

3. Фейербах А. Уголовное право. Кн.1. Философическая или всеобщая часть уголовного права. Спб., 1810, с.118.- Концепция А.Фейер­баха будет подробно рассмотрена позднее.

4. Grolman,C. Grundsatz^ der Criminal rechtswissenschaft.Giessen. 4818, S.1955,Abegg,I. Lehrbych der Strafreohts-Wissenschaft• ITeustadt a.d. Orla. 1856, s.245-244.

5. Schroter A. IJand'buch des peinlichen Rechts.

Erster Band.Leip­zig, 1818, S.2CH.

на. в признании им факта, что похититель в случае совершения duo furta одного и того же предмета находится в привилегированном по­ложении. Стало быть если похититель совершит последовательно две кражи различных предметов, то, согласно правилу quot crlmina tot poena, с него будет взыскана стоимость каждого из них. Поэтому понимание римской юридической доктриной continuatio furti как продолжаемой кражи очевидна.

Исключение принципа guot crimina tot poena и применение пра­вила non plura in idem последовательно проводилось и римским юристом Ульпианом. Он писал: "Если я совершил множество правона­рушении, к примеру, беспорядков, посягая тем самым на публичный порядок, то все эти действия должны быть наказуемы в одно и то же время. Вряд ли при этом целесообразно добиваться наказания за каждое отдельное правонарушение, ибо совершены они в одно и то же время и являются связанными между собой"1. В основу понимания продолжаемого правонарушения в данном случае,безусловно, положена концепция единого объекта, дополненная идеей Марциана о поглоще­нии преступлений, согласно которой "если множество преступлений одного и того же вида соединяются в одно единое, отдельные акты о должны стремиться к поглощению”’'.

Правила non plura in idem придерживался также и Кодекс Юс­тиниана, где в девятом законе "Об обвинении в случае множества преступлений" сказано: ’’Каково если кто-либо совершит продолжи­тельное нападение и вследствие этого убийство потерпевшего? В этом случае принимается во внимание продолжение деяния во времени и вее же, насколько это возможно, действия, совершенные до на- отупления смерти, должны рассматриваться единым деянием’’^. [2][3][4]

Итак, продолжаемое,,преступлено- в .дицджкрм. праве понималось как единое преступное деяние, состоящее из многократных преступ­ных актов» связанных между, собой посягательством на один и тот же объект и потому заслуживающих единого судебного разбирательства* Тем самым от правила quot criniina tot poena было сделано первое принципиальное отступление: единство объекта признано условием объединения множества актов в единое преступное деяние♦

С развитием юридической мысли понятие продолжаемого претуп- ления привлекает все больше внимания в связи с такими смежными с ним институтами как стечение и повторение преступлений, что отра­зилось во взглядах средневековых каноников-криминалистов*

Заметим, что законодательные акты эпохи средневековья (Сали­ческая, Саксонская, Рипуарская и другие варварские правды (У-У1 вв*), "Саксонское Зерцало" (ХШ э*), Бамбергенэис Тем самым от римского постулата Quot crimina tot poena было сделано еще одно существенное отступление: римская концепция единого объекта была дополнена, концепцией единой цели.

С принятием первых буржуазных уголовных кодексов возрастает интерес ученых к проблеме продолжаемого преступления♦

Исторически первое законодательное определение понятия про­должаемого преступления в буржуазном праве было сформулировано в УК Баварии 1813 г*,автором которого является известный ученый проф. А.Фейербах. В ст. НО УК сказано: "Если совершаются прес­тупления в отношении одного и того же предмета или одного и того же лица, то эти несколько преступлений следует считать единым

о продолжаемым деянием" .

Основу этого определения составляет римская концепция едино­го объекта и отрицание субъективного единства преступных актов* Вследствие этого отграничение продолжаемых преступлений от пов­торных проводилось игл по количеству объектов посягательства: там, _________________ J________ •

I4 Engau R. Elements iuris criminalis Germanp-Caro^ini ex Genui- nis Fontipus. Editio sexta. lens,.6767, s.52—55* .

2. Schultz P< De concursu delictorum, Halle, 6692, s.5f§ 6.

3. Законодательство идущей к власти французской буржуазии в УК 1791 г., а затем и в УН I8IO г* отказалось от понятия продол­жаемого преступления "ввиду его непрактичности и отсутствия какой-либо в нем необходимости -при наличии института стечения Преступлений”.- См.: Kostlin R. System des deutscjhen Straf- rechts. Allgeineiner Theil. Tubingen, 6855< S.546.

где объектом последовательно совершаемых актов являлся один и тот хФейер­баха еще не вскрыла реальную, истинную сущность продолжаемого преступления,ибо идеализируя объективное,отрицая его связь с субъ­ективна, А.Фейербах дал чрезмерно расширенную трактовку продол­жаемого преступления, частично поглотив им понятие повторного преступления (а именно: случаи множества преступлений против од­ного и того же объекта)«Отрицание диалектики двух противоположно­стей - объективного и субъективного - в природе рассматриваемого явления,вычленение на этой основе из сущности данного явления его определяющей,содержательной стороны дало автору возможность лиаь внешнего восприятия этого явления, к узрению, так сказать, его "объективной видимости”, "кажимости" (Гегель), не вникая в сущ­ность данного явления, Мееду тем, кажимость (кажущееся), по сло­вам В.И,Ленина, есть "о г р аг.

е н и е сущности в себе (ней)

2 3

самой . Кажущееся есть явление сущности самой в самой себе . А для того, чтобы усмотреть, познать сущность объективно видимого (кажущегося), необходимо "охватить противоположности в их единст- [5][6][7]

ве” (Гегель), ибо "движение познания к объекту может идти линь диалектически”^. "Познание,- писал В .И. Ленин,- может быть... по­лезным в практике человека... лишь тогда, если оно отражает о объективную истину, независящую от человека" . Однако, будучи по­следовательным кантианцем в своих теоретических воззрениях, А.Фейербах настойчиво проводил идею отрыва, разобщенности объек­тивного и субъективного в определении не только понятия продол­жаемого преступления, но по существу всех институтов уголовного о

права . Именно поэтому его учение о продолжаемом преступлении бы­ло подвергнуто обоснованной критике со стороны диалектически настроенных кри?лииалистов еще при жизни самого автора.

Так, в 1818 г. А.Шретером был высказан взгляд, согласно ко­торому понятие продолжаемого преступления не должно ограничивать­ся единством предмета посягательства. Преступные действия даже в отношении различных предметов должны быть признаны единым продол­жаемым преступлением при условии, если они объединены между собой единым намерением4. Имевший в основе теорию единства противопо­ложностей объективного к субъективного, этот подсод в исследова­нии продолжаемого преступления был поддержан множеством кримина­листов.

Так, в Германии в поддержку субъективной теории выступили

1. Ленин В.И. Полн.ссбр.соч., т.29, е.252.

2. Ленин ВЛ. Яолн.собр.соч., т.18, с.142.

3. В 1847 г. выходит в свет последнее издание его учебника по курсу Общей части уголовного права, где он (на стр.218) изло­жил ту же самую точку зрения. Но несмотря на это концепция

Л.Фейербаха получила поддержку в кругу авторитетных ученых первой половины XIX в.- См., н-глер.: Quistorp С. Grundsatse des deutschen peinlichen Rpchtp.

E^step Band. Rostov and Leip­zig, 1809, S.43; Gpolman C. Op.cit., 8.134; Abegg I. Op.cit., S.24^. , . , ,

4. Schroter A. Handbuch des peinlichen Rechts, S.199-201.

Р.Кестлин^ и Р.Ион^, в России - В.Спасовичд, Н. С. Таганцев* и

к

А.фон-Реэон . В Польше концепцию единства намерения в продолжав- о

мом преступлении поддержал С.Еудзинский - На стороне субъектив-

7 ной теории в 1875 г. во Франции выступил М.Ортолан , Позиция сто­ронников данной теории в Италии в 1876 г. нашла отражение в ст.83 проекта общей части УК страны» в котором было предусмотрено: "Несколько нарушений одного и того яе уголовного закона, совер­шенные действиями, вытекающими из одной и той же преступной ре­шимости, признаются единым продолжаемым преступлением1’♦

Таким образом, сторонниками субъективной теории была дана реалистическая трактовка; цонятид продолжаемого преступления. Бла­годаря им доктрине удалось заглянуть в сущность этого социаль­ного явления и_найти связующее звено основных его компонентов, отразив его в категории единого намерения.

Последующие исследования сторонников данной теории привели к новому пониманию сущности продолжаемого преступления, в основу которого положена идея продолжаемости как умышленных, так и не­осторожных преступлений. Так, П.Д.Калмыков считал, что продолжае­мое преступление состоит из целого ряда преступных деяний, "про­истекающих, если они умышленные,из одного и того же намерения,а если они совершены по неосторожности, то из одной и той же причи-

J. Kostlin R. Systen des deutschen 3tra±rechts, S.>42.

2. Ichn R, Die Lehre vom,fortgesetzten Veybrechen mid von der

Verbrechonsconcurrenz. Berlin, I860, S/11,

3. Спасович В. Учебное уголовного права. Спб., 1863, т.1,0.298.

4. Таганцев Н.С. Курс русского уголовного права. Часть общая. Кн.1. Учение о преступлении. Спб., 1878, с.264.

5. Резон А. О продолжаемом преступлении. - Журнал гражданского и уголовного права. Спб., 1875, кн.1, с.19.

6. Будзинский С. Начала уголовного права. Варшава, 1870, с.290.

7. Ortolan И, fiiements de droit penal. Paris, 1875, s»555, etc.

ны”1. Н.С.Таганцев полагал, что "единство намерения может быть только при умышленных преступлениях; что касается неосторожных, то там можно говорить о единстве разве только тогда, когда одно и то же легкомыслие, небрежность вызвало несколько случаев причине- ния вреда *

Однако делая основной упор на признаки субъективной стороны в определении продолжаемого преступления,авторы субъективной тео­рии в то же время необоснованно отвергали по существу правильную идею о единстве объекта в определении понятия продолжаемого прес­тупления, предложенную А.Фейербахом и его последователями* Допус­кал возможность множества пострадавших объектов, посягательства на которые объединены единством умысла, теоретики тем самым от­вергали другой, не менее важный объективный признак продолжаемого преступления, без наличия которого оно не могло быть признано единичным преступным деянием, а именно, признак единства преступ­ного результата- Поэтому в этой части теория "субъективистов11 также оставляла место для возможности поглощения понятием продол­жаемого преступления случаев множественности преступлений, ибо желание посягательства на множество объектов в едином умысле оз­начает ни что иное как желание совершения множества самостоятель­ных преступлений*

Во второй половине XIX в* на основе объективной теории сло­жились нигилистическая, эклектическая теории, а также теория ото­ждествления продолжаемых преступлений с повторными. И если первые теории призывали к возврату принципа quot crimina tot poena [8][9]

то теория отождествления вела к искусственному подведению повтор­ных преступлений под понятие единого продолжаемого.

Так, А.С.Яиряов, рассматривая вопрос о совокупности преступ­лений, писал, пто она может быть троякого рода: как результат од­ного деяния; как результат однородных или разнородных деяний и как результат множества одинаковых действий, законом рассматривае­мых в качестве единого продолжаемого преступления^-.

Попытки объединить ряд одинаковых преступлений в одно целое единым намерением А.С.Еиряев считал неубедительными, ибо каждому из этих актов сопутствует свое намерение, своя решимость действо­вать и потому следует говорить не об одном намерении, а об одина­ковых намерениях. "Сколько раз человек действует,- писал Л.СЛи- ряев,- столько раз он и решается". Отсюда, по его мнению, продол­жаемое преступление есть только особый вид. повторных преступлений и особенность его состоит именно в том, что законодателю угодно при определении меры наказуемости за некоторые повторные преступ­ления рассматривать их как нечто целое. Но эта воля законодателя якобы основывается на чем угодно, но не на мнимой единичности

2

деяния, взятого само по себе ♦

Иначе решал вопрос о продолжаемом преступлении представитель эклектической теории проф. А.А.Пионтковский (старший). Он пола­гал, что продолжаемое преступление представляется то единым пре­ступлением, то специфическим видом реальной совокупности, в зави­симости от того, изменяется ли состав с достижением конечного ре­зультата или нет. Если этот состав изменяется и с достижением Ho­le Мирнее А.С. Уголовное право. Лекции.- Юридический вестник.

Вып.41. Спб., 1863, К II, с. 19.

2. Там же, с.23-24. Аналогичные взгляды развивал ВХаблер.- См. его: 0 значении давности в уголовном праве. М., 1872, с.181- 183. В Германии с такими же идеями выступил Лилиенталь.- См. его: ■ Beitrgige sur Lehre von den Collectivdelicten. Leipzig, И879, S.61.

печного результата не представляется тождественным составу от­дельных актов, из которых эта деятельность слагается, то тогда все содеянное представляет из себя единое преступное деяние. Ес­ли же этот состав и по достижении конечного результата остается тождественным составу отдельных преступных актов (как это имеет место, например, при похищении библиотеки путем уноса каждый раз нескольких книг), то такое продолжаемое преступление представля­ется деятельностью многократной, состоящей из ряда самостоятель­ных преступных деяний^, Таким образом, допуская при определен­ных условиях сложение отдельных преступных антов в одно собира­тельное целое без учета субъективной направленности действий ви­новного, эклектическая теория , как и нигилистическая, считала возможным применение правила quot criiaina tot poena в отношении части продолжаемых преступлений и поэтому не отражала действи­тельную сущность продолжаемых и повторных преступлений♦

Наконец, своеобразную трактовку продолжаемого преступления давал представитель теории отождествления продолжаемых и повтор­ных преступлений Г.Вехтер. Он предлагал в продолжаемом преступ­лении отыскивать ту границу меры и протяжения, которая свойст­венна преступлению согласно его природе, определяемой законом. И если внутри этих границ путем повторения отдельных актов вос­производится одно и то же преступление, то независимо от нали­чия или отсутствия единого намерения содеянное будет представлять собой единое продолжаемое преступление.Под эту формулу Г.Вехтср подводил и такие случаи, когда виновный после неоднократного воздействия на одно и то же лицо намеревался прекратить преступ­ное деяние, но затем снова совершал в отношении того же лица то

I. Пионтковский А.А. Уголовное право. Пособие к лекциям. Часть общая. Казань, 1916, вып.2, с.188,

же самое преступление- Продолжаемым, а не повторным, по его мне­нию, будет н преступление, учиненное виновным над различными ли­цами, и при отсутствии единства намерения, если оно было совер­шено посредством непрерывной деятельности (например, последова­тельное хищение имущества лиц из различных номеров одной и той же гостиницы в одно и то же время)Таким образам, в первом слу­чае Г.Вехтер исключал повторность преступлений в отношении одно­го и того же лица, во втором случае - в отношении различных лиц. В основе этой концепции лежит присущее буржуазной уголовно-пра­вовой науке нормативистское понимание объекта как нормы, под­вергшейся посягательству со стороны действующего лица, ибо, по­сягая как на одно, так и на несколько лиц и совершая при этом одно и то же преступление, виновный согласно нормативной теории, посягает на одну и ту же норму. На этой основе излагаемая теория давала чрезмерно широкую трактовку продолжаемого преступления за счет отрицания повторного, и также не вскрывала действитель­ную сущность рассматриваемых явлений.

Таково состояние разработки теории продолжаемого преступле­ния в буржуазной науке уголовного права конца XIX - начала XX вв.

Отсутствие единства взглядов в трактовке понятия продолжае­мого преступления, наличие множества различных теорий dего ис­следовании являются лишь свидетельством запутанности рассматри­ваемого вопроса в буржуазной науке права и неспособности послед­ней прийти тс единому выводу о сущности данного понятии. Объясне­нием тому служит то обстоятельство, что в рамках единой уголовно­правовой науки понятие продолжаемого преступления подвергалось исследованию с различных методологических позиций. Различные тео­рии в стремлении вскрыть сущность данного явления исходили из различных философских течений, объединенных единой идеалистичес-

I. Wachter G. Dentschars Strafrecht. Leipzig, 1881, 3,250 u.s.w.

кой направленностью* При этом следует учесть, что интересы бур­жуазного теоретика в рассмотрении данного вопроса (также, как и всякого частного) опирались на общие классовые интересы буржуазии и таким образом в конечном итоге сводились к защите основ буржу­азного общества, интересов частного капитала. Как говорил К.Маркс, в буржуазной науке рассматриваемого периода "дело шло уже не о том, правильна или не правильна та или другая теорема, а о том, полезна она для капитала или вредна, удобна или неудобна, согла­суется с полицейскими соображениями или нет1^* В 1914 г* ВЛ Ле­нин писал: "Они (буржуазные ученые - А.О.) искренне и добросовес­тно изучают вопросы с такой точки зрения и такими методами, кото­рые по их искреннему и добросовестному убеждению совпадают с ин-

о тересами "вождей" нашей торговли и промышленности * Социальная потребность защиты существующего строя допускала возможность при­менения различных методологических теорий в исследовании правовых понятий и институтов* Именно поэтому буржуазное право не в состоя­нии достигнуть единообразного понимания сущности продолжаемого преступления*

Множественностью теорий в исследовании рассматриваемого по­нятия характеризуется и современная буржуазная уголовно-правовая доктрина*

Так, например, в уголовном праве Финляндии господствующей является объективная теория продолжаемого преступления, отражен­ная в УК страны, однако, как свидетельствует Б.Хонкасало, своих сторонников имеет и субъективная теория *

Признанием большинства криминалистов пользуется объективная теория и в уголовном праве Австрии, хотя, по мнению Ф.Новаковско- [10][11][12]

го, судебная практика в отношении продолжаемого преступления тре­бует наличия единого умысла, охватывающего составляющие его дея- ния^.

Объективной теории в понимании продолжаемого преступления как единичного преступного деяния придерживается и Примерный УК CiliA. В и. 2 ст Л. 07 сформулировано правило, согласно которому "депо подсудимого не подлежит самостоятельном}/ судебному разби­рательству по каждому из входящих в множественность посяга­тельств, которые выразились.в одном и том же поведении или воз­никли из одного и того же события преступления, если об этих по­сягательствах было известно надлежащему должностному лицу, осу­ществляющему уголовное преследование, в момент возбуадения пер­вого судебного разбирательства, и если они находятся в пределах юрисдикции одного и того же суда . Столь механический, искусст­венный подход к оценке содеянного как единичного преступления лишний раз свидетельствует о господстве в американском уголовном праве принципа объективного вменения в вину и р нежелании амери­канской доктрины вскрыть истинную сущность социальных явлений с целью дать объективное (правдивое) решение процессуальных и дру-- гих правовых вопросов.

Нельзя признать научной и трактовку продолжаемого преступ­ления, существующую в английском уголовном праве. Решая вопрос о том, следует ли считать событие, подлежащее рассмотрению в уголовном порядке, одним действием или множеством действий» англий­ское право также отказывается от исследования действительной сущ­ности рассматриваемого явления и предлагает руководствоваться ес­тественными житейскими представлениями,Иначе говоря,если обыденно

1. Новаковский Ф. Австрийское уголовное право. - В кн.:Современ­ное зарубежное уголовное право. Том 3. I’J.i&l, 1961, с.650.

2. Примерный Уголовный кодекс (США). И,: Прогресс, 1959, с.38.

сознание подсказывает в одном случае наличие одного действия (на­пример, поток нецензурных слов, высказанных в одно время), стало быть налицо одно преступление, если же множество действий, исходя из житейского представления,нельзя рассматривать как одно дейст­вие (например, ежедневное похищение денег из автоматического рас­пределителя газа), то считается, что налицо множество самостоя­тельных посягательств, подлежащих самостоятельному судебному рас- т

смотрению"* ♦

В праве некоторых буржуазных государств господствующей явля­ется субъективная теория продолжаемого преступления* Однако,до­пуская в конструкции продолжаемого преступления наличие единства Задела,она вместе с тем не устраняет возможности отождествления продолжаемых и повторных преступлений* Таковая, как правило, вы­ражается в наличии в конструкции продолжаемого преступления мно­жества подвергшихся посягательству объектов. Так, например, швей­царский ученый Г.Ф.Пфеннингер отмечает, что согласно практике Со­юзного суда продолжаемое преступление налицо, если "‘однородные или сходные действия, направленные против одинакового правового о

блага, вызваны одним и тем же волевым решением11 , В сущности та­кова же позиция итальянского УК 1930 г.» требующая в ст.81 для бытия продолжаемого преступления неоднократного нарушения одного и того же постановления закона .

Таково современное состояние теорий продолжаемого преступле­ния в буржуазном уголовном праве* [13][14][15]

<< | >>
Источник: ОРАЗДУРДЫЕВ АШИР М0ВЛАНОВИЧ. ПРОДОЛЖАЕМОЕ ПРЕСТУПЛЕНИЕ ПО СОВЕТСКОМУ УГОЛОВНОМУ ПРАВУ. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Казань - 1984. 1984

Еще по теме Развитие теории продолжаемого преступления б уголовном праве эксплуататорского общества:

- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -