Развитие теории продолжаемого преступления б уголовном праве эксплуататорского общества

Продолжаемое преступление является одним из древнейших поня­тий теории права. Уже в те далекие времена» когда еще не сущест­вовало науки уголовного права, а человечество не имело кодифици­рованного уголовного законодательства, в изречениях судебных ора­торов, имевших силу закона, мы находим положения, прямо или кос­венно относящиеся к понятию продолжаемого преступления.

ческото фактора поведения субъекта, Отсутствие внимания древних юристов к субъективному отношению виновного к совершаемому им деянию объяснялось господством в праве принципа объективного вме­нения» облеченного в краткую формулу quot crimina tot poena* Согласно этому принципу, наказание в отношении виновного применя­лось столько раз, сколько было совершено преступных актов* Приз­нание же в ряде случаев многократных преступных воздействий на один и тот же предает единым продолжаемым преступлением и назна­чение одного наказания явилось одним из исключений из этого прин­ципа* Таким образом, римское право в отношении продолжаемого пре­ступления с полным основанием придерживалось правила non plura in idera, согласно которому ”не много раз наказывается виновный, од- нахда совершивший деяние”*

Первая попытка употребления категории ’’продолжения” преступ­ления в преторском праве имела место применительно к понятию по­хищения¹* Изречение известного римского юриста Цельза гласит: ’’Если у вора похитили юношу, ио он, отыскав его, вновь похитил, то хотя им и совершена двойная кража, содеянное в целом должно быть признано единой кражей* Нет сомнений, что при оценке всего содеянного следует придерживаться стоимости юноши, а не ребенка* Что может быть более невероятнее того предположения, что виновный именно в случае продолжаемой кражи оказывается в привилегирован- I* Конечно же, деяние признававшееся продолжаемым преступлением в те времена было по сути весьма отдаленным от современного его понимания* Но для того и необходимо изучать то или иное понятие в историческом его развитии, чтобы проследить каким оно было в момент своего зарождения, каков его эволюционный путь, под влиянием каких факторов оно изменялось* Еще в 1916 г* В .И Ленин писал: "Весь дух марксизма, вея его система тре­бует, чтобы каждое положение рассматривать лишь (сС) историче­ски; (уз) лишь в связи с другими; (у) лишь в связи с конкретным опытом истории”*- Ленин В.И.

Z8

ном положении?¹¹ *

По мнению польского исследователя А .Садовского» continuatio furti в приведенном случае "не имело значения продолжаемого пре­ступления, а относилось скорее всего к длительному состоянию,выз- ванноглу вследствие похищения невольника. Это состояние с точки зрения сегодняшней науки уголовного права представляет собой тип о

длящегося, а не повторного преступления"\ Видимо, к такому выво­ду автора привело положение, требующее взыскания с похитителя "стоимости юноши, а не ребенка".

Это изречение привлекло также внимание и криминалистов Запа­да. Мнения их сходились в одном: continuatio furti - разновид­ность продолжаемого преступления в car.roй его элементарной форме. Свидетельством тому служит тот факт, что один из родоначальников германской буржуазной доктрины уголовного права А.Фейербах опре­деляет понятие продолжаемого преступления на основе римской кон­цепции единства объекта, ссылаясь при этом на упомянутое изрече­ние Цельза³. По такому же пути следуют К.Грольман и Абег^. А по мнению А.Шретера, duo furta римского изречения не означало пов­торной кражи, ибо отдельно взятому его акту римское право не при­давало самостоятельного значения ввиду посягательства на один и тот же предает * Эта позиция древнего мыслителя отчетливо выраже- _________ ____ 4 4. * *

I_# Corpus iuris civilis. Vol.4. Instituteones. Bigesta.Berrolini, 1886,s .772.- d. 47.2, de furtis. 68 (67), § 2.- В дигесте речь идет о похищении ребенка, ^последствии ставшего юношей.

2. Sadowski A. Przestepstwo ciagle. Lublin, 1$49, s.2.

3. Фейербах А. Уголовное право. Кн.1. Философическая или всеобщая часть уголовного права. Спб., 1810, с.118.- Концепция А.Фейер­баха будет подробно рассмотрена позднее.

4. Grolman,C. Grundsatz^ der Criminal rechtswissenschaft.Giessen. 4818, S.1955,Abegg,I. Lehrbych der Strafreohts-Wissenschaft• ITeustadt a.d. Orla. 1856, s.245-244.

5. Schroter A. IJand'buch des peinlichen Rechts.

на. в признании им факта, что похититель в случае совершения duo furta одного и того же предмета находится в привилегированном по­ложении. Стало быть если похититель совершит последовательно две кражи различных предметов, то, согласно правилу quot crlmina tot poena, с него будет взыскана стоимость каждого из них. Поэтому понимание римской юридической доктриной continuatio furti как продолжаемой кражи очевидна.

Исключение принципа guot crimina tot poena и применение пра­вила non plura in idem последовательно проводилось и римским юристом Ульпианом. Он писал: "Если я совершил множество правона­рушении, к примеру, беспорядков, посягая тем самым на публичный порядок, то все эти действия должны быть наказуемы в одно и то же время. Вряд ли при этом целесообразно добиваться наказания за каждое отдельное правонарушение, ибо совершены они в одно и то же время и являются связанными между собой"¹. В основу понимания продолжаемого правонарушения в данном случае,безусловно, положена концепция единого объекта, дополненная идеей Марциана о поглоще­нии преступлений, согласно которой "если множество преступлений одного и того же вида соединяются в одно единое, отдельные акты о должны стремиться к поглощению”’'.

Правила non plura in idem придерживался также и Кодекс Юс­тиниана, где в девятом законе "Об обвинении в случае множества преступлений" сказано: ’’Каково если кто-либо совершит продолжи­тельное нападение и вследствие этого убийство потерпевшего? В этом случае принимается во внимание продолжение деяния во времени и вее же, насколько это возможно, действия, совершенные до на- отупления смерти, должны рассматриваться единым деянием’’^. ^[2][3][4]

Итак, продолжаемое,,преступлено- в .дицджкрм. праве понималось как единое преступное деяние, состоящее из многократных преступ­ных актов» связанных между, собой посягательством на один и тот же объект и потому заслуживающих единого судебного разбирательства* Тем самым от правила quot criniina tot poena было сделано первое принципиальное отступление: единство объекта признано условием объединения множества актов в единое преступное деяние♦

С развитием юридической мысли понятие продолжаемого претуп- ления привлекает все больше внимания в связи с такими смежными с ним институтами как стечение и повторение преступлений, что отра­зилось во взглядах средневековых каноников-криминалистов*

Заметим, что законодательные акты эпохи средневековья (Сали­ческая, Саксонская, Рипуарская и другие варварские правды (У-У1 вв*), "Саксонское Зерцало" (ХШ э*), Бамбергенэис Тем самым от римского постулата Quot crimina tot poena было сделано еще одно существенное отступление: римская концепция единого объекта была дополнена, концепцией единой цели.

С принятием первых буржуазных уголовных кодексов возрастает интерес ученых к проблеме продолжаемого преступления♦

Исторически первое законодательное определение понятия про­должаемого преступления в буржуазном праве было сформулировано в УК Баварии 1813 г*,автором которого является известный ученый проф. А.Фейербах. В ст. НО УК сказано: "Если совершаются прес­тупления в отношении одного и того же предмета или одного и того же лица, то эти несколько преступлений следует считать единым

о продолжаемым деянием" .

Основу этого определения составляет римская концепция едино­го объекта и отрицание субъективного единства преступных актов* Вследствие этого отграничение продолжаемых преступлений от пов­торных проводилось игл по количеству объектов посягательства: там, _________________ J________ •

I₄ Engau R. Elements iuris criminalis Germanp-Caro^ini ex Genui- nis Fontipus. Editio sexta. lens,.6767, s.52—55* .

2. Schultz P< De concursu delictorum, Halle, 6692, s.5_f§ 6.

3. Законодательство идущей к власти французской буржуазии в УК 1791 г., а затем и в УН I8IO г* отказалось от понятия продол­жаемого преступления "ввиду его непрактичности и отсутствия какой-либо в нем необходимости -при наличии института стечения Преступлений”.- См.: Kostlin R. System des deutscjhen Straf- rechts. Allgeineiner Theil. Tubingen, 6855< S.546.

где объектом последовательно совершаемых актов являлся один и тот хФейер­баха еще не вскрыла реальную, истинную сущность продолжаемого преступления,ибо идеализируя объективное,отрицая его связь с субъ­ективна, А.Фейербах дал чрезмерно расширенную трактовку продол­жаемого преступления, частично поглотив им понятие повторного преступления (а именно: случаи множества преступлений против од­ного и того же объекта)«Отрицание диалектики двух противоположно­стей - объективного и субъективного - в природе рассматриваемого явления,вычленение на этой основе из сущности данного явления его определяющей,содержательной стороны дало автору возможность лиаь внешнего восприятия этого явления, к узрению, так сказать, его "объективной видимости”, "кажимости" (Гегель), не вникая в сущ­ность данного явления, Мееду тем, кажимость (кажущееся), по сло­вам В.И,Ленина, есть "о г р аг.

2 3

самой . Кажущееся есть явление сущности самой в самой себе . А для того, чтобы усмотреть, познать сущность объективно видимого (кажущегося), необходимо "охватить противоположности в их единст- ^[5][6][7]

ве” (Гегель), ибо "движение познания к объекту может идти линь диалектически”^. "Познание,- писал В .И. Ленин,- может быть... по­лезным в практике человека... лишь тогда, если оно отражает о объективную истину, независящую от человека" . Однако, будучи по­следовательным кантианцем в своих теоретических воззрениях, А.Фейербах настойчиво проводил идею отрыва, разобщенности объек­тивного и субъективного в определении не только понятия продол­жаемого преступления, но по существу всех институтов уголовного о

права . Именно поэтому его учение о продолжаемом преступлении бы­ло подвергнуто обоснованной критике со стороны диалектически настроенных кри?лииалистов еще при жизни самого автора.

Так, в 1818 г. А.Шретером был высказан взгляд, согласно ко­торому понятие продолжаемого преступления не должно ограничивать­ся единством предмета посягательства. Преступные действия даже в отношении различных предметов должны быть признаны единым продол­жаемым преступлением при условии, если они объединены между собой единым намерением⁴. Имевший в основе теорию единства противопо­ложностей объективного к субъективного, этот подсод в исследова­нии продолжаемого преступления был поддержан множеством кримина­листов.

Так, в Германии в поддержку субъективной теории выступили

1. Ленин В.И. Полн.ссбр.соч., т.29, е.252.

2. Ленин ВЛ. Яолн.собр.соч., т.18, с.142.

3. В 1847 г. выходит в свет последнее издание его учебника по курсу Общей части уголовного права, где он (на стр.218) изло­жил ту же самую точку зрения. Но несмотря на это концепция

Л.Фейербаха получила поддержку в кругу авторитетных ученых первой половины XIX в.- См., н-глер.: Quistorp С. Grundsatse des deutschen peinlichen Rpchtp.

4. Schroter A. Handbuch des peinlichen Rechts, S.199-201.

Р.Кестлин^ и Р.Ион^, в России - В.Спасович^д, Н. С. Таганцев* и

к

А.фон-Реэон . В Польше концепцию единства намерения в продолжав- о

мом преступлении поддержал С.Еудзинский - На стороне субъектив-

7 ной теории в 1875 г. во Франции выступил М.Ортолан , Позиция сто­ронников данной теории в Италии в 1876 г. нашла отражение в ст.83 проекта общей части УК страны» в котором было предусмотрено: "Несколько нарушений одного и того яе уголовного закона, совер­шенные действиями, вытекающими из одной и той же преступной ре­шимости, признаются единым продолжаемым преступлением¹’♦

Таким образом, сторонниками субъективной теории была дана реалистическая трактовка; цонятид продолжаемого преступления. Бла­годаря им доктрине удалось заглянуть в сущность этого социаль­ного явления и_найти связующее звено основных его компонентов, отразив его в категории единого намерения.

Последующие исследования сторонников данной теории привели к новому пониманию сущности продолжаемого преступления, в основу которого положена идея продолжаемости как умышленных, так и не­осторожных преступлений. Так, П.Д.Калмыков считал, что продолжае­мое преступление состоит из целого ряда преступных деяний, "про­истекающих, если они умышленные,из одного и того же намерения,а если они совершены по неосторожности, то из одной и той же причи-

J. Kostlin R. Systen des deutschen 3tra±rechts, S.>42.

2. Ichn R, Die Lehre vom,fortgesetzten Veybrechen mid von der

Verbrechonsconcurrenz. Berlin, I860, S/11,

3. Спасович В. Учебное уголовного права. Спб., 1863, т.1,0.298.

4. Таганцев Н.С. Курс русского уголовного права. Часть общая. Кн.1. Учение о преступлении. Спб., 1878, с.264.

5. Резон А. О продолжаемом преступлении. - Журнал гражданского и уголовного права. Спб., 1875, кн.1, с.19.

6. Будзинский С. Начала уголовного права. Варшава, 1870, с.290.

7. Ortolan И, fiiements de droit penal. Paris, 1875, ^s»555, etc.

ны”¹. Н.С.Таганцев полагал, что "единство намерения может быть только при умышленных преступлениях; что касается неосторожных, то там можно говорить о единстве разве только тогда, когда одно и то же легкомыслие, небрежность вызвало несколько случаев причине- ния вреда *

Однако делая основной упор на признаки субъективной стороны в определении продолжаемого преступления,авторы субъективной тео­рии в то же время необоснованно отвергали по существу правильную идею о единстве объекта в определении понятия продолжаемого прес­тупления, предложенную А.Фейербахом и его последователями* Допус­кал возможность множества пострадавших объектов, посягательства на которые объединены единством умысла, теоретики тем самым от­вергали другой, не менее важный объективный признак продолжаемого преступления, без наличия которого оно не могло быть признано единичным преступным деянием, а именно, признак единства преступ­ного результата- Поэтому в этой части теория "субъективистов¹¹ также оставляла место для возможности поглощения понятием продол­жаемого преступления случаев множественности преступлений, ибо желание посягательства на множество объектов в едином умысле оз­начает ни что иное как желание совершения множества самостоятель­ных преступлений*

Во второй половине XIX в* на основе объективной теории сло­жились нигилистическая, эклектическая теории, а также теория ото­ждествления продолжаемых преступлений с повторными. И если первые теории призывали к возврату принципа quot crimina tot poena ^[8][9]

то теория отождествления вела к искусственному подведению повтор­ных преступлений под понятие единого продолжаемого.

Так, А.С.Яиряов, рассматривая вопрос о совокупности преступ­лений, писал, пто она может быть троякого рода: как результат од­ного деяния; как результат однородных или разнородных деяний и как результат множества одинаковых действий, законом рассматривае­мых в качестве единого продолжаемого преступления^-.

Попытки объединить ряд одинаковых преступлений в одно целое единым намерением А.С.Еиряев считал неубедительными, ибо каждому из этих актов сопутствует свое намерение, своя решимость действо­вать и потому следует говорить не об одном намерении, а об одина­ковых намерениях. "Сколько раз человек действует,- писал Л.СЛи- ряев,- столько раз он и решается". Отсюда, по его мнению, продол­жаемое преступление есть только особый вид. повторных преступлений и особенность его состоит именно в том, что законодателю угодно при определении меры наказуемости за некоторые повторные преступ­ления рассматривать их как нечто целое. Но эта воля законодателя якобы основывается на чем угодно, но не на мнимой единичности

2

деяния, взятого само по себе ♦

Иначе решал вопрос о продолжаемом преступлении представитель эклектической теории проф. А.А.Пионтковский (старший). Он пола­гал, что продолжаемое преступление представляется то единым пре­ступлением, то специфическим видом реальной совокупности, в зави­симости от того, изменяется ли состав с достижением конечного ре­зультата или нет. Если этот состав изменяется и с достижением Ho­le Мирнее А.С. Уголовное право. Лекции.- Юридический вестник.

Вып.41. Спб., 1863, К II, с. 19.

2. Там же, с.23-24. Аналогичные взгляды развивал ВХаблер.- См. его: 0 значении давности в уголовном праве. М., 1872, с.181- 183. В Германии с такими же идеями выступил Лилиенталь.- См. его: ■ Beitrgige sur Lehre von den Collectivdelicten. Leipzig, И879, S.61.

печного результата не представляется тождественным составу от­дельных актов, из которых эта деятельность слагается, то тогда все содеянное представляет из себя единое преступное деяние. Ес­ли же этот состав и по достижении конечного результата остается тождественным составу отдельных преступных актов (как это имеет место, например, при похищении библиотеки путем уноса каждый раз нескольких книг), то такое продолжаемое преступление представля­ется деятельностью многократной, состоящей из ряда самостоятель­ных преступных деяний^, Таким образом, допуская при определен­ных условиях сложение отдельных преступных антов в одно собира­тельное целое без учета субъективной направленности действий ви­новного, эклектическая теория , как и нигилистическая, считала возможным применение правила quot criiaina tot poena в отношении части продолжаемых преступлений и поэтому не отражала действи­тельную сущность продолжаемых и повторных преступлений♦

Наконец, своеобразную трактовку продолжаемого преступления давал представитель теории отождествления продолжаемых и повтор­ных преступлений Г.Вехтер. Он предлагал в продолжаемом преступ­лении отыскивать ту границу меры и протяжения, которая свойст­венна преступлению согласно его природе, определяемой законом. И если внутри этих границ путем повторения отдельных актов вос­производится одно и то же преступление, то независимо от нали­чия или отсутствия единого намерения содеянное будет представлять собой единое продолжаемое преступление.Под эту формулу Г.Вехтср подводил и такие случаи, когда виновный после неоднократного воздействия на одно и то же лицо намеревался прекратить преступ­ное деяние, но затем снова совершал в отношении того же лица то

I. Пионтковский А.А. Уголовное право. Пособие к лекциям. Часть общая. Казань, 1916, вып.2, с.188,

же самое преступление- Продолжаемым, а не повторным, по его мне­нию, будет н преступление, учиненное виновным над различными ли­цами, и при отсутствии единства намерения, если оно было совер­шено посредством непрерывной деятельности (например, последова­тельное хищение имущества лиц из различных номеров одной и той же гостиницы в одно и то же время)Таким образам, в первом слу­чае Г.Вехтер исключал повторность преступлений в отношении одно­го и того же лица, во втором случае - в отношении различных лиц. В основе этой концепции лежит присущее буржуазной уголовно-пра­вовой науке нормативистское понимание объекта как нормы, под­вергшейся посягательству со стороны действующего лица, ибо, по­сягая как на одно, так и на несколько лиц и совершая при этом одно и то же преступление, виновный согласно нормативной теории, посягает на одну и ту же норму. На этой основе излагаемая теория давала чрезмерно широкую трактовку продолжаемого преступления за счет отрицания повторного, и также не вскрывала действитель­ную сущность рассматриваемых явлений.

Таково состояние разработки теории продолжаемого преступле­ния в буржуазной науке уголовного права конца XIX - начала XX вв.

Отсутствие единства взглядов в трактовке понятия продолжае­мого преступления, наличие множества различных теорий dего ис­следовании являются лишь свидетельством запутанности рассматри­ваемого вопроса в буржуазной науке права и неспособности послед­ней прийти тс единому выводу о сущности данного понятии. Объясне­нием тому служит то обстоятельство, что в рамках единой уголовно­правовой науки понятие продолжаемого преступления подвергалось исследованию с различных методологических позиций. Различные тео­рии в стремлении вскрыть сущность данного явления исходили из различных философских течений, объединенных единой идеалистичес-

I. Wachter G. Dentschars Strafrecht. Leipzig, 1881, 3,250 u.s.w.

кой направленностью* При этом следует учесть, что интересы бур­жуазного теоретика в рассмотрении данного вопроса (также, как и всякого частного) опирались на общие классовые интересы буржуазии и таким образом в конечном итоге сводились к защите основ буржу­азного общества, интересов частного капитала. Как говорил К.Маркс, в буржуазной науке рассматриваемого периода "дело шло уже не о том, правильна или не правильна та или другая теорема, а о том, полезна она для капитала или вредна, удобна или неудобна, согла­суется с полицейскими соображениями или нет¹^* В 1914 г* ВЛ Ле­нин писал: "Они (буржуазные ученые - А.О.) искренне и добросовес­тно изучают вопросы с такой точки зрения и такими методами, кото­рые по их искреннему и добросовестному убеждению совпадают с ин-

о тересами "вождей" нашей торговли и промышленности * Социальная потребность защиты существующего строя допускала возможность при­менения различных методологических теорий в исследовании правовых понятий и институтов* Именно поэтому буржуазное право не в состоя­нии достигнуть единообразного понимания сущности продолжаемого преступления*

Множественностью теорий в исследовании рассматриваемого по­нятия характеризуется и современная буржуазная уголовно-правовая доктрина*

Так, например, в уголовном праве Финляндии господствующей является объективная теория продолжаемого преступления, отражен­ная в УК страны, однако, как свидетельствует Б.Хонкасало, своих сторонников имеет и субъективная теория *

Признанием большинства криминалистов пользуется объективная теория и в уголовном праве Австрии, хотя, по мнению Ф.Новаковско- ^[10][11][12]

го, судебная практика в отношении продолжаемого преступления тре­бует наличия единого умысла, охватывающего составляющие его дея- ния^.

Объективной теории в понимании продолжаемого преступления как единичного преступного деяния придерживается и Примерный УК CiliA. В и. 2 ст Л. 07 сформулировано правило, согласно которому "депо подсудимого не подлежит самостоятельном}/ судебному разби­рательству по каждому из входящих в множественность посяга­тельств, которые выразились.в одном и том же поведении или воз­никли из одного и того же события преступления, если об этих по­сягательствах было известно надлежащему должностному лицу, осу­ществляющему уголовное преследование, в момент возбуадения пер­вого судебного разбирательства, и если они находятся в пределах юрисдикции одного и того же суда . Столь механический, искусст­венный подход к оценке содеянного как единичного преступления лишний раз свидетельствует о господстве в американском уголовном праве принципа объективного вменения в вину и р нежелании амери­канской доктрины вскрыть истинную сущность социальных явлений с целью дать объективное (правдивое) решение процессуальных и дру-- гих правовых вопросов.

Нельзя признать научной и трактовку продолжаемого преступ­ления, существующую в английском уголовном праве. Решая вопрос о том, следует ли считать событие, подлежащее рассмотрению в уголовном порядке, одним действием или множеством действий» англий­ское право также отказывается от исследования действительной сущ­ности рассматриваемого явления и предлагает руководствоваться ес­тественными житейскими представлениями,Иначе говоря,если обыденно

1. Новаковский Ф. Австрийское уголовное право. - В кн.:Современ­ное зарубежное уголовное право. Том 3. I’J.i&l, 1961, с.650.

2. Примерный Уголовный кодекс (США). И,: Прогресс, 1959, с.38.

сознание подсказывает в одном случае наличие одного действия (на­пример, поток нецензурных слов, высказанных в одно время), стало быть налицо одно преступление, если же множество действий, исходя из житейского представления,нельзя рассматривать как одно дейст­вие (например, ежедневное похищение денег из автоматического рас­пределителя газа), то считается, что налицо множество самостоя­тельных посягательств, подлежащих самостоятельному судебному рас- т

смотрению"* ♦

В праве некоторых буржуазных государств господствующей явля­ется субъективная теория продолжаемого преступления* Однако,до­пуская в конструкции продолжаемого преступления наличие единства Задела,она вместе с тем не устраняет возможности отождествления продолжаемых и повторных преступлений* Таковая, как правило, вы­ражается в наличии в конструкции продолжаемого преступления мно­жества подвергшихся посягательству объектов. Так, например, швей­царский ученый Г.Ф.Пфеннингер отмечает, что согласно практике Со­юзного суда продолжаемое преступление налицо, если "‘однородные или сходные действия, направленные против одинакового правового о

блага, вызваны одним и тем же волевым решением¹¹ , В сущности та­кова же позиция итальянского УК 1930 г.» требующая в ст.81 для бытия продолжаемого преступления неоднократного нарушения одного и того же постановления закона .

Таково современное состояние теорий продолжаемого преступле­ния в буржуазном уголовном праве* ^[13][14][15]