<<
>>

Глава 1. ИНСТИТУТ УСЛОВНОГО ОСУЖДЕНИЯ В РОССИЙСКОМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ: РЕТРОСПЕКТИВНЫЙ АНАЛИЗ

Поднимая вопрос о времени возникновения института условного осуждения в России, необходимо отметить, что в уголовном праве дореволюционного периода данный институт не получил законодательного воплощения.

Однако под влиянием сложившейся в России социально- экономической и политической обстановки попытки ввести условное осуждение в законодательство и судебную практику в начале 90-х годов XIX столетия предпринимались неоднократно. Инициатива введения института условного осуждения исходила от многих представителей передовой части интеллигенции и некоторых имеющих прогрессивные взгляды ученых. Значительная часть либерально настроенного правящего класса, отдельные ученые-юристы в свете происходящих событий также вынуждены были присоединиться к сторонникам введения условного осуждения. Они, в частности, надеялись на то, что смогут использовать этот, в общем прогрессивный, институт в своих интересах. Анализируя архивные документы и юридическую литературу, можно сделать вывод о том, что эта проблема обстоятельно разрабатывалась сторонниками введения условного осуждения. Они создавали специальные комиссии, принимали активное участие в подготовке законопроектов об условном осуждении, подвергали активному обсуждению эти вопросы, доказывая практическую возможность, целесообразность и необходимость введения данного института в России1.

Впервые вопрос о необходимости введения в России института условного осуждения был поставлен в 1890 году в ходе заседания пенитенциарной комиссии С.-Петербургского юридического общества под председательством профессора И.Я. Фойницкого. Этот институт получил положительные характеристики и был рекомендован многими юристами, которые участвовали в работе вышеуказанной комиссии. Но, несмотря на это последняя не приняла положительного решения[10] [11]. В 1892 году профессором Н.С. Таганцевым в его работе «Лекции по русскому уголовному праву» было высказано положительное мнение о введении института условного осуждения.

В 1894 году вышла в свет монография профессора Казанского университета А.А. Пионтковского, в которой он настоятельно доказывал необходимость законодательного признания и закрепления института условного осуждения. В 1897 году С.-Петербургское юридическое общество по докладу С.К. Гогеля и при участии В.Д. Спасовича высказалось за

желательность и возможность введения этого института в России1. И на местах идея введения условного осуждения находила все более широкое распространение. Так, 18 апреля 1898 года состоялось собрание Курского юридического общества, в ходе проведения которого был сделан доклад «Об условном осуждении». В нем была обоснована целесообразность введения условного осуждения как весьма «действенного средства в борьбе с так называемой случайной преступностью». Развитые докладчиком идеи были поддержаны в ходе прений большинством участников, хотя выступившие ничего не говорили о проводимой царским правительством политике усиления уголовной репрессии по вполне понятным причинам. Обосновав целесообразность уменьшения применения наказаний, и в особенности тюремного заключения, собрание общества высказалось за введение условного осуждения и приняло ряд конкретных предложений по отдельным вопросам его применения[12] [13].

Членами русской группы Международного союза криминалистов было уделено большое внимание разработке условного осуждения. Данный институт обсуждался на трех съездах вышеуказанного союза в 1899 - 1906 гг. Вопрос об условном осуждении был одним из основных в работе первого съезда, в ходе заседания которого можно было услышать категоричные возражения и резкую критику в адрес условного осуждения со стороны противников данного института. Однако победителями оказались его сторонники (в результате прений большинством 16 голосов против 3 при 2 воздержавшихся), по предложению которых и была принята резолюция о возможности и целесообразности законодательного признания условного осуждения. Хотя представители российской науки положительно относились к институту условного осуждения, редакционная комиссия по составлению проекта Уголовного уложения высказалась против его введения в России.

Несколько по-другому отнеслось к вышеуказанной идее Особое Совещание при Государственном Совете по предварительному рассмотрению проекта Уголовного уложения. Оно отметило ряд положительных сторон в рассматриваемом институте, однако, указав на трудности при реализации условного осуждения и на отсутствие необходимых данных по этому вопросу, «не нашло возможным» «остановиться ныне же на каких-либо определенных относительно него заключениях и полагало более осторожным предоставить Министерству юстиции подвергнуть подробному соображению вопрос возможности практического применения условного осуждения и свои по сему предмету предположения, по сношении с кем следует внести установленным порядком на законодательное рассмотрение»[14]. Особое Присутствие Государственного Совета, учрежденное для обсуждения проекта Уголовного уложения, вопрос об условном осуждении не обсуждало, но ввело в свое заключение

«формулу», выработанную Особым Совещанием. Общее собрание Государственного Совета утвердило заключение Особого Присутствия, и 22 марта 1903 года мнение Государственного Совета было санкционировано Государем Императором1.

В 1904 году проект закона об условном осуждении был разослан на заключение судебных и судебно-административных мест, советов присяжных поверенных и юридических обществ, которые в огромном большинстве решительно высказались за введение в России института условного осуждения. Однако недоверие царской России к условному осуждению как мере либеральной оказалось сильнее единодушного вотума теоретиков и практиков русского правосудия[15] [16]. Официальные правительственные органы всеми способами противодействовали принятию законопроекта об условном осуждении. Проект не стал законом.

Наблюдая резкий подъем революционного движения, внешним выражением которого явились события 1905 года, и, оценивая критическую ситуацию, сложившуюся в государстве, царское правительство формально не препятствовало движению за введение условного осуждения.

Оно даже само, в лице Государственного Совета, Особого Совещания и Министерства юстиции, затеяло инсценировку разработки и обсуждения проекта закона об условном осуждении.

Однако принятия такого закона царское правительство не могло допустить, так как это противоречило бы его политике усиления уголовной репрессии в России[17] [18]. И вследствие этого стоило только сторонникам условного осуждения предпринять конкретные меры по претворению этой идеи в жизнь, как они тотчас же встречали противодействие правительственных органов. Таким образом, о введении в России условного осуждения не могло быть и речи. Вторую попытку провести закон об условном осуждении сделала третья Государственная Дума, которая на заседании 2 декабря 1909 года, после предварительной двухлетней разработки, приняла соответствующий проект. Однако Государственный Совет решительно высказался против указанной реформы и на заседании 7 апреля 1910 года категорично отклонил думский проект. В дальнейшем

никакие официальные органы обсуждением этого вопроса вообще не

4

занимались .

Ознакомление с первыми законодательными актами советского периода, а также с практикой судов показывает, что институт условного осуждения, который в царской России на протяжении двух десятков лет не был законодательно оформлен, получил свое распространение сразу после октября 1917 года. Однако время законодательного закрепления института условного осуждения в праве советского периода относится к числу спорных.

Часть ученых, составляющих подавляющую группу, высказывают мнение, что данный институт впервые был введен Декретом о суде № 2, принятым 7 марта 1918 года Всероссийским ЦИК1. Другие отмечают, что этот институт был установлен несколько позже, в «Руководящих началах по уголовному праву РСФСР» 1919 г[19] [20] Третьи, проанализировав первые декреты и другие нормативные акты, указывают, что первым таким нормативным актом было постановление первого советского правительства на Украине - Народного Секретариата Украины от 4 января 1918 г.

«О введении народного суда»[21]. Это постановление, как отмечает В.А. Ломако, «не только восприняло и распространило на территории Украины положения Декрета о суде № 1, но и предоставило судам право применять условное осуждение» (ст.20). А немного позднее право применять условное осуждение было предоставлено и революционным трибуналам Украины, о чем говорилось в ст.9 «Положения о революционных трибуналах» от 23 января 1918 г.[22] [23]

Анализ имеющейся литературы и законодательства того времени показывает, что, хотя в какой-то степени формально, но, действительно, институт условного осуждения впервые был закреплен в постановлении Народного Секретариата Украины от 4 января 1918 г., поскольку Декрет о суде № 2 был принят 7 марта 1918 г., т.е. позже, чем вышеуказанное постановление, что подтверждает мнение В.А. Ломако и В.В. Скибицкого.

Существовавшее в то время законодательство не обладало условиями для детальной регламентации рассматриваемого нами института и поэтому в ст.20 постановления, в частности, лишь указывалось на возможность применения условного осуждения народными судами.

В законодательстве РСФСР институт условного осуждения юридическое признание получил впервые в Декрете о суде № 2, изданном ВЦИК 7 марта 1918 г. Так, «народные заседатели, - гласила ст.29 Декрета о суде №2, - решают вопрос не только о факте преступления, но и о мере наказания, причем они имеют право и уменьшить положенное в законе наказание по своему убеждению вплоть до условного или полного освобождения обвиняемого от всего наказания»3.

Декрет о суде № 2 в отличие от украинского постановления предоставлял право условного осуждения только народным заседателям, а не постоянным судьям и ограничивал возможность его применения только по делам, подсудным окружным, а не местным народным судам.

По данным уголовной статистики того времени, и местные народные суды постепенно все чаще стали применять этот вид наказания. Так, если в Москве в январе 1918 г.

условное осуждение к лишению свободы составляло 13% от всех случаев осуждения к лишению свободы, то в июне 1918 года - уже 29%. И применялось оно, как утверждает Н. Чермончакевич, далеко не одинаково в отдельных народных судах. Например, местные народные суды Арбатского и Кузнецкого участка г. Москвы применяли этот вид наказания в 57-58% случаев осуждения к лишению свободы1, а другие полностью игнорировали этот институт.

Из-за отсутствия в законодательстве регламентации института условного осуждения органы юстиции на местах стали самостоятельно заполнять эти пробелы. В Положении об условном осуждении, принятом съездом комиссаров юстиции Сибири, Урала и Туркестана 25 мая 1918 года[24] [25], по мнению многих ученых, это было сделано наиболее удачно. В Положении делалась попытка определить сущность условного осуждения: «... суд определяет осужденному наказание заслуженное, но вместе с тем постановляет, что приговор этот в части, касающейся личного наказания, оставляется без исполнения на срок, в каждом отдельном случае определяемый тем же судом» (пункт второй Положения); устанавливалась продолжительность испытательного срока в один год (см. примечание к п. 2); определялись последствия испытания. Отмечалось, что приговор об условном осуждении считается исполненным, если условно осужденный в течение определенного судом срока вновь не совершит преступления. Условно осужденный, вновь совершивший преступление до истечения установленного судом срока, подвергался наказанию за прежнее деяние и вновь совершенное преступление (п.п. 3 - 4). В Положении имелась норма, оказывающая огромное воспитательное значение на осужденного условно, в соответствии с которой освобождение от отбывания наказания не освобождало это лицо от обязанности возмещения ущерба, причиненного преступлением (п.5).

Перечислив положительные стороны указанного Положения, необходимо кратко остановиться и на его недочетах. Положение не определяло оснований применения условного осуждения, не были указаны виды наказаний, по которым могло быть применено условное осуждение. Кроме того, действие Положения не распространялось на лиц, совершивших преступные деяния, подсудные революционным трибуналам.

Законодательное закрепление изучаемого нами института, как показывает судебная статистика, дало значительный толчок расширению практики его применения. По сведениям Д.И. Курского1, судами г. Москвы во второй половине 1918 г. из общего числа осужденных (1181, или 61% всех обвиняемых) к лишению свободы безусловно было приговорено 2406 (21,5%), а к условному лишению свободы - 1577 (14,1%), что составляло 33% всех приговоренных к лишению свободы. Со второй половины 1918 г. в практику народных судов, помимо условного лишения свободы, начинают входить принудительные работы без лишения свободы и условное осуждение применительно к этой мере наказания. Из числа всех осужденных во второй половине 1918 г. 120 человек были приговорены к принудительным работам безусловно и 119 - условно, т.е. процент условного осуждения уже достигал 50%[26] [27].

Примечательно, что условное осуждение применялось в основном по имущественным преступлениям. По делам о кражах, например, условные приговоры местными народными судами были вынесены в более чем 50% случаев[28]. А по преступлениям, угрожавшим новому революционному порядку - контрреволюционным преступлениям, спекуляции, саботажу, важнейшим должностным преступлениям, подсудным революционным трибуналам, - ни в Декрете о суде № 1 от 24 ноября 1917 г., ни в декрете СНК «О революционных трибуналах» от 4 мая 1918 г. не было даже упоминания о возможности вынесения условного осуждения. Случаи применения условного осуждения если в практике трибуналов иногда и встречались, то были крайне редки[29]. В качестве примера можно указать такой случай: за спекуляцию мукой Московский революционный трибунал в 1918 г. приговорил Ченцова к тюремному заключению сроком на 5 лет условно[30].

Вскоре институт условного осуждения нашел свое формальное признание в Инструкции НКЮ РСФСР 23 июля 1918 г. «Об организации и действии местных народных судов», ст.36 которой гласила: «Местный народный суд имеет право уменьшить положенное в законе наказание по своему убеждению вплоть до условного или полного освобождения обвиняемого от всякого наказания... за исключением тех случаев, когда в декрете установлен минимум наказания»[31].

Имеющаяся в последней строке данной статьи ссылка на ст.29 Декрета о суде № 2 в отношении отдельных преступлений (контрреволюционных,

саботажа, спекуляции и др.), к которым применение условного осуждения признавалось нежелательным, была отменена Декретом ВЦИК «О народном суде РСФСР» от 30 ноября 1918 г. Согласно ст.23 названного декрета народным судам было предоставлено право по своему усмотрению применять условное осуждение по любому делу. Однако в то же время было указано, что суд обязан в каждом отдельном случае назначения условного осуждения мотивировать применение этого института1.

Для достижения какой же цели был издан закон, расширяющий пределы применения условного осуждения? В.А. Ломако так пишет об этом: «... изменение закона ... было вызвано, прежде всего, данными судебной практики, подтверждающей многочисленные случаи использования враждебными элементами малограмотных и других несознательных представителей трудящихся масс для совершения опасных преступлений. Поэтому сама жизнь вызвала необходимость предоставить суду право самостоятельно решать вопрос, кого в подобных случаях необходимо подвергнуть строгому наказанию, а к кому применить условное осуждение»[32] [33] [34].

В процессе применения условного осуждения судами нередко допускались ошибки, носящие серьезный характер, связанные с распространением условного характера осуждения лишь на часть наказания. В целях недопущения таких ошибок НКЮ УССР циркуляром от февраля 1922 г. указал на недопустимость распространения условного осуждения на часть назначенного наказания, разъяснив, что подобный случай является результатом непонимания сущности условного осуждения .

Специальный декрет СНК Украины от 17 марта 1919 г. «Об условном осуждении», Положение о полковых судах СНК РСФСР от 10 июля 1919 г., а также Положение о революционных военных трибуналах ВЦИК от 20 ноября 1919 г. явились следующим этапом развития института условного осуждения.

Декрет от 17 марта 1919 г. впервые детально регламентировал многие вопросы применения условного осуждения в масштабе одной союзной республики. Суд по своему усмотрению мог решать вопрос о применении условного осуждения. Но декрет не указывал пределы его применения и условия неприменения. Реально условное осуждение было возможно лишь в случае назначения осужденному наказания не свыше 10 лет лишения свободы. При совершении другого однородного или аналогичного преступления наказание осужденному назначалось по совокупности преступлений. Повторное применение условного осуждения декретом не допускалось[35].

Проанализировав содержание условного осуждения, закрепленного декретом, можно сделать вывод, что условное осуждение понималось зако­нодателем как условное освобождение виновного от реального отбывания наказания.

Важным моментом, который был закреплен в Положении о полковых судах от 10 июля 1919 г.1, является то, что впервые в нем законодатель обязал суд выносить приговор об условном осуждении с соблюдением условий ст. 10 постановления НКЮ РСФСР «О досрочном освобождении» от 25 ноября 1918 г. и устанавливать орган или лицо, обязанное осуществлять надзор за условно осужденным[36] [37].

Из содержания второго примечания к ст. 33 Положения о революционных военных трибуналах ВЦИК от 20 ноября 1919 г. следует, что законодатель в то время условное осуждение воспринимал как условное освобождение виновного от реального отбывания лишения свободы[38].

Целый VII раздел был отведен институту условного осуждения в Руководящих началах по уголовному праву РСФСР[39] [40], принятых НКЮ РСФСР 12 декабря 1919 г. «Когда преступление, - гласила ст.26 Руководящих начал, - по которому судом определено наказание в виде заключения под стражу, совершено осужденным: 1) впервые и при том 2) при исключительно тяжелом стечении обстоятельств его жизни, 3) когда опасность осужденного для общежития не требует немедленной изоляции его, - суд может применить к нему условное осуждение, т.е. постановить о неприведении обвинительного приговора в исполнение до совершения осужденным тождественного или однородного с совершенным деяния. При повторении

такого деяния условное осуждение теряет характер условного, и

5

первоначальный приговор немедленно приводится в исполнение» .

Из вышеизложенного можно сделать вывод, что в Руководящих началах впервые устанавливались специальные условия применения условного осуждения: а) преступление должно было быть совершено впервые; б) при исключительно тяжелых обстоятельствах его жизни; в) когда опасность осужденного не требовала обязательной изоляции его от общества; а также была определена сущность условного осуждения как освобождение виновного от реального отбывания наказания в виде заключения под стражу. Но было условие: несовершение другого тождественного или однородного преступления.

Вместе с тем в Руководящих началах остались несколько вопросов неразрешенными: а) условное осуждение в них связывалось с такой мерой наказания, как лишение свободы. Однако судебная практика того времени

знала условное осуждение к расстрелу, исправительным работам и другим мерам наказания1; б) в них не устанавливался испытательный срок и вследствие этого создавалось впечатление, что условное осуждение могло действовать в течение неопределенного времени; в) не был решен вопрос и о возможности сочетания условного осуждения с дополнительными мерами наказания; г) в них не указывались юридические последствия правомерного поведения осужденного; д) отсутствовали в них разъяснения о порядке применения наказания.

Однако в целом, благодаря Руководящим началам, в судебной практике произошло расширение применения института условного осуждения. Об этом свидетельствует приведенная ниже таблица репрессивной политики народных судов и революционных трибуналов в 1919-1922 гг. (до издания УК 1922 г.)[41] [42].

Таблица 1

Количество условно осужденных к лишению свободы (на каждые 100 осужденных), в %

Год Народными судами Ревтрибуналами
1919 10,8 1919 1-е полугодие 10,3
1920 13,6 1920 1-е полугодие 24,8 2-е полугодие 35,5
1921 1-е полугодие 17,2 1921 1-е полугодие 35,1 2-е полугодие 29,6
1922 1-е полугодие 12,5 1922 1-е полугодие 19,2

Из приведенной таблицы видно, что процент условно осужденных в ревтрибуналах был выше, чем в народных судах, причем его рост увеличивался с каждым годом по мере укрепления Советского государства. По данным Е. Н. Тарновского, 84% всех дел, рассмотренных ревтрибуналами в этот период, относились к делам против порядка управления. Та строгость репрессии, которая обнаружилась именно в этой области в первые годы революции, потом значительно ослабла, и условное осуждение по этим категориям дел стало применяться даже несколько чаще, чем по делам об имущественных преступлениях, главным образом подсудных окружным народным судам[43].

На уголовное законодательство Украины Руководящие начала оказали большое влияние, но в то же время официального признания они не получили. Так, декрет СНК Украины от 19 ноября 1921 г. «О лишении

свободы, условно-досрочном освобождении и условном осуждении» отменил декрет от 17 марта 1919 г. «Об условном осуждении», отметив при этом, что условное осуждение можно применить, если степень опасности виновного не требует немедленного отбывания наказания. А также установил по сравнению с Руководящими началами более широкие пределы применения условного осуждения1.

Немного позже НКЮ УССР в циркулярах от 25 марта 1922 г[44] [45] и от 4 апреля 1922 г. № 62[46] акцентирует внимание судебных органов на необходимость в каждом конкретном случае четко указывать в приговоре мотивы применения условного осуждения при назначении принудительных работ.

Дальнейшее развитие юридической природы условное осуждение получило в ст. 32, 36, 37 и 82 УК РСФСР 1922 г., в которых оно раскрывалось в качестве вида условного освобождения от реального отбывания наказания (ст.36), как это имело место в первых декретах и Руководящих началах 1919 г. В УК 1922 г. условное осуждение было уже составной частью системы наказаний (ст.32). Следовательно, сам закон в таком качестве условное осуждение не рассматривал. А по ст.36 УК 1922 г. применение условного осуждения было возможно лишь в случае назначения судом наказания в виде лишение свободы. Поэтому конкретным наказанием выступало именно лишение свободы, а не само условное осуждение.

Кроме того, в УК РСФСР 1922 г. говорилось не об условном наказании, а об условном осуждении и указывалось, что оно заключается в праве суда «постановить о неприведении обвинительного приговора в части, касающейся лишения свободы, в исполнение». Также необходимо отметить, что ни в одной статье Особенной части УК 1922 г. условное осуждение в качестве наказания не фигурирует[47].

По существу, статья 36 УК РСФСР 1922 г. воспроизвела положения Руководящих начал 1919 г., касающиеся оснований применения условного осуждения. Об условном осуждении можно было говорить только в случае назначения такого наказания, как лишение свободы (без строгой изоляции), независимо от определенного судом срока. Применение к осужденному института условного осуждения есть право, но не обязанность суда. Более того, закон указывал на такие случаи, когда суд вправе был применить к виновному условное осуждение (ч. 1 ст. 36 УК).

Вопрос о применении судом дополнительных наказаний при условном осуждении также нашел свое отражение в УК РСФСР 1922 г. В ч. 2 ст.36 УК указывалось, что присоединение к лишению свободы дополнительных наказаний в виде денежного и имущественного взыскания приводится в

исполнение на общих основаниях, независимо от того, что основное наказание приговором назначено условно. При назначении обвиняемому поражения прав законом было запрещено применение условного осуждения. По этому поводу в ч.З ст.36 УК было записано: «Когда суд определяет, что последствием осуждения данного обвиняемого должно явиться поражение его прав, суд не вправе применять к нему условное наказание».

В ст. 37 УК РСФСР 1922 г., которая имела важное значение для дальнейшего совершенствования института условного осуждения, решались вопросы продолжительности испытательного срока и последствий условного осуждения. Она определяла продолжительность испытательного срока от 3 до 10 лет, а единственным поводом к отмене условного осуждения и применению реальной меры наказания признавалось совершение условно осужденным в течение испытательного срока нового деяния, тождественного или однородного с совершенным ранее преступлением. При наступлении вышеуказанного повода лишение свободы, назначенное осужденному по первому приговору, подлежало реальному отбыванию наряду с мерой нака­зания, назначенной за второе преступление, но общий срок лишения свободы не должен был превышать 10 лет. Для погашения судимости ст.37 УК ставила более серьезные условия: судимость не погашается, если в течение испытательного срока условно осужденный совершал преступление, тождественное, однородное или какое-либо иное преступление, «влекущее за собой лишение свободы»1.

Из вышеизложенного можно сделать вывод, что статьи 36 и 37 УК РСФСР 1922 г. более основательно и всесторонне регламентировали условия и порядок применения условного осуждения. Однако и здесь оставались неразрешенными некоторые вопросы: 1) УК РСФСР 1922 г. определял, что условное осуждение применимо лишь к лицам, приговоренным к лишению свободы. К другим видам наказания применение этой меры исключалось; 2) не были установлены последствия успешного отбытия условно осужденным испытательного срока. В УК указывалось лишь на то, что назначенное условное лишение свободы в этом случае вовсе не приводится в исполнение[48] [49]; 3) в нем существовала определенная внутренняя несогласованность между статьями 36 и 37. Статья 36 УК требовала для применения условного осуждения совершения преступления впервые, а статья 37 УК указывала в качестве повода для реального исполнения условно отсроченного наказания совершение или несовершение однородного или тождественного преступления в течение испытательного срока. Получалось, что условно осужденный мог совершать разнообразные новые преступления, не повторяя лишь те, за которые он был условно осужден, и отсроченное наказание не

было бы приведено в исполнение; 4) в кодексе отсутствует упоминание о надзоре за условно осужденным.

Отметим, что с введением УК 1922 г. сократилось применение условного осуждения. Если в 1922 г. количество условно осужденных достигало 44%, то в 1923 оно снизилось до 10,2%1. Одной из причин такого снижения процента применения условного осуждения связано с узостью рамок, в которых находились суды при решении вопроса об условном осуждении. В судебной практике редко встречались случаи совпадения всех условий, указанных в ст.36 УК РСФСР 1922 г.

Несмотря на все вышеуказанное, УК РСФСР сыграл значительную роль в законодательном регулировании института условного осуждения. В то же время в регулировании данного института осталось немало неразрешенных вопросов, которые возникли прежде всего, в результате внутренней несогласованности статей 36 и 37 УК РСФСР 1922 г.

После образования СССР развитие института условного осуждения получило новый толчок и выдвинуло сразу несколько задач, главными из которых были: а) ликвидация неясностей и недостатков, в том числе вытекающих из внутренней несогласованности статей 36 и 37 УК РСФСР 1922 г. в правовом регулировании этого института; б) задача установления общих начал и унификации практики применения условного осуждения всех союзных республик; в) необходимость расширения пределов и возможностей применения условного осуждения.

Совершенствование института условного осуждения продолжалось в уголовных кодексах союзных республик и путем принятия различных нормативных актов, которые порой противоречили друг другу. В расширении пределов и возможностей применения условного осуждения важную роль сыграл декрет ВЦИК и СНК РСФСР от 11 августа 1924 г.[50] [51] Постановление СНК РСФСР «О мероприятиях по борьбе с хулиганством» от 29 октября 1926 г. в п.4 запретило применять условное осуждение по делам о хулиганстве[52], сужая тем самым объем применения условного осуждения.

Декрет ВЦИК и СНК РСФСР «О дополнении ст.37 Уголовного кодекса» (УК РСФСР 1922 г.) от 9 февраля 1925 г. был первым актом, который еще до принятия УК РСФСР 1926 г. разрешил вопрос о последствиях благополучного окончания испытательного срока при условном осуждении, указав, что «если в течение назначенного судом испытательного срока условно осужденные не совершат тождественного или однородного преступления, или какого-либо другого преступления, влекущего за собой лишение свободы, приговор суда считается утратившим силу, и условно осужденный признается лицом не судившимся»[53]. На

основании вышеуказанного декрета признание приговора потерявшим силу означает неприведение приговора в исполнение (ст.36 УК 1922 г.). Если лицом, прежняя судимость которого погашена, совершалось новое преступление, то оно рассматривалось как совершенное впервые.

Однако данный декрет не снял внутреннюю несогласованность статей 36 и 37 УК 1922 г., и вопрос остался открытым.

Дальнейшее развитие институт условного осуждения получил в Основных началах уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик, принятых 31 октября 1924 г.1, которые явились первым актом общесоюзного значения по уголовному праву. Статьи об условном осуждении в Основных началах были помещены в третьем разделе - «Меры социальной защиты и их применение» (ст. 36, 37). Условное осуждение не было включено в перечень видов наказаний.

В статье 36 было указано, «если при вынесении приговора, присуждающего к принудительным работам или к лишению свободы со строгой изоляцией или без нее, окажется, что степень общественной опасности осужденного не требует изоляции его или назначения ему принудительных работ, то суду предоставляется право постановить о неприведении приговора в исполнение под условием несовершения осужденным нового, не менее тяжкого преступления в течение установленного судом срока, который не может быть менее года и более 10 лет»[54] [55], т.е. объем применения условного осуждения в Основных началах по сравнению с Руководящими началами 1919 г. и УК РСФСР 1922 г. несколько был расширен. Условное осуждение теперь допускалось в отношении не только лишения свободы, но и принудительных работ. Была расширена и возможность применения условного осуждения.

В соответствии с Основными началами единственным условием для применения условного осуждения было требование, чтобы степень общественной опасности осужденного не требовала его изоляции или назначения ему принудительных работ. То есть в основу применения или неприменения к лицу, совершившему преступление, условного осуждения закон положил именно степень общественной опасности совершенного преступления и личность преступника.

В Основных началах (ст. 36) иначе, чем в УК РСФСР 1922 г., был решен вопрос об условиях, исключающих применение назначенного судом условного наказания, и продолжительности испытательного срока. Единственным условием для неприведения условного приговора в исполнение служило несовершение в течение испытательного срока «нового, не менее тяжкого преступления». Теперь продолжительность испытательного срока назначалась от 1 года до 10 лет (вместо 3 лет по УК РСФСР 1922 г.). Такое понижение минимума испытательного срока, как об этом писал М.М. Исаев, нельзя не приветствовать, так как трехлетний срок при условном

осуждении на несколько месяцев лишения свободы представлялся чрезмерным[56].

В соответствии со ст.37 Основных начал поводом отмены условного осуждения являлось совершение условно осужденным в течение испытательного срока нового, не менее тяжкого преступления. При наступлении данных обстоятельств Основные начала, как и УК РСФСР 1922 г., устанавливали, что при отмене отсроченного наказания - меры социальной защиты - приводятся в исполнение независимо от меры социальной защиты, назначенной по новому делу с учетом того, чтобы лишение свободы по совокупности не превышало 10 лет.

Сравнив статьи 36 и 37 Основных начал с одноименными статьями УК РСФСР 1922 г., можно сделать вывод о том, что нормы последнего, оп­ределяющие юридическую природу института условного осуждения, с некоторыми изменениями условий применения принудительных работ, ограничения условий продолжительности испытательного срока, характера данного поведения в течение испытательного срока, почти полностью перешли в союзное законодательство. Вместе с тем Основные начала не упоминали, что дополнительные наказания в виде денежного или имущественного взыскания реализуются независимо от того, что основное наказание назначается условно, что условное осуждение недопустимо, когда осуждение связано с правопоражением (ст.36). Кроме того, Основные начала не указывали на предпочтительное применение условного осуждения по отношению к несовершеннолетним (примечание к ст.36 УК).

Основные начала служили базовой основой всего советского уголовного законодательства продолжительное время. На этом фундаменте через два года начали создаваться и развиваться уголовные кодексы союзных республик. Достаточно подробная разработка в рассматриваемое время института условного осуждения в Основных началах и удачное практическое его применение сыграло свою роль, и республиканские уголовные кодексы не вносили в его регламентацию каких-нибудь существенных дополнений и в основном воспроизводили положения Основных начал. Однако исходя из указания ч.2 ст. 37 Основных начал они несколько более подробно регламентировали некоторые вопросы условного осуждения.

Во-первых, статья об условном осуждении в УК РСФСР 1925 г. была помещена в отдельный раздел - «Об условном осуждении и условно­досрочном освобождении», а не в раздел о мерах социальной защиты, как было в Основных началах.

Во-вторых, новое содержание для данной статьи было определено в уголовных кодексах союзных республик. «Если суд признает, что степень опасности осужденного не требует обязательной его изоляции или обязательного исполнения им принудительных работ, он вправе постановить

об условном его осуждении»[57], т.е. акцент был сделан исключительно на социальную опасность преступника как личности, а не на социальную опасность совершенного деяния и на социальную опасность преступника, как это требовалось при определении мер социальной защиты.

В-третьих, ничего не было сказано в Основных началах о судьбе дополнительных наказаний при условном осуждении. Исходя из указания ч.2 ст. 37 Основных начал этот вопрос, как и некоторые другие, нашел неодинаковые решения в уголовных кодексах союзных республик. Так, в примечании к ст.53 УК РСФСР 1926 г. (к ст.47 УК Таджикской ССР 1935 г.) записано, что денежное или имущественное взыскание приводится в исполнение независимо от того, что основное наказание определено условно. Вместе с тем в ст.34 УК РСФСР и ст.34 УК Таджикской ССР сказано, что поражение в правах не может быть соединено с условным осуждением.

Напротив, УК Азербайджанской ССР 1927 г. устанавливал, что условное осуждение применимо к лицу, осужденному к лишению свободы с поражением прав.

Уголовные кодексы УССР 1927 г., БССР 1928 г. и Армянской ССР 1927 г. не содержали никаких указаний по этому вопросу.

Разрешение присоединять к условно назначенному наказанию дополнительные наказания содержалось в уголовных кодексах Грузинской ССР 1928 г., Туркменской ССР 1927 г., Узбекской ССР 1926 г. Тем самым они разрешали присоединить к условному лишению свободы безусловное поражение в правах.

В-четвертых, продолжительность испытательного срока в ст.36 Основных начал предусматривалась от одного года до десяти лет. Такие пределы испытательного срока установлены в ст.53 УК РСФСР и в большинстве уголовных кодексов других союзных республик. В УК УССР и УК БССР продолжительность испытательного срока определялась более дифференцированно: он зависел от назначенного срока лишения свободы. В ст.48 УК УССР указывалось, что «... при назначении в приговоре принудительных работ или лишения свободы на срок не свыше года испытательный срок назначается в пределах от одного года до трех лет. При назначении в приговоре лишения свободы на срок более года испытательный срок назначается в пределах от трех до 10 лет».

В-пятых, по Основным началам единственным условием отмены условного осуждения было совершение виновным в течение испытательного срока нового, не менее тяжкого преступления. Это условие прослеживалось и в большинстве уголовных кодексов союзных республик. Ограничивались требованием «нового преступления» уголовные кодексы УССР (ст.48), Армянской ССР (ст.53), а совершение «нового, не менее тяжкого либо однородного или тождественного преступления» предусматривал УК Узбекской ССР (ст.34).

Если говорить о практике по этому вопросу Верховного Суда СССР, то следует отметить, что она не характеризовалась единообразием. В постановлении Пленума Верховного Суда СССР от 8 мая 1928 г. поражение в правах допускалось в качестве дополнительной меры к условному лишению свободы. При этом Пленум исходил из того, что поражение в правах и условное осуждение имеют разную правовую природу и служат разным целям1. В дальнейшем точка зрения им была изменена и в постановлении от 4 мая 1945 г. по делу Ю. он признал, что запрещение занятия той или иной должности, как и иных видов правопоражения, не может быть применено в качестве дополнительного наказания, если основное наказание определено условно[58] [59].

И наконец, в отношении последствий благополучного истечения испытательного срока при условном осуждении в Основных началах конкретно ничего не указывалось. Из содержания ст.36 Основных начал вытекало лишь одно, что при несовершении нового, не менее тяжкого преступления, условно назначенное наказание не приводилось в исполнение. При этом судебная практика поставила вопрос, до какого же времени лица, осужденные условно, должны считаться имеющими судимость.

Данный вопрос был решен в постановлении ВЦИК СССР «Об изме­нении Основных начал уголовного законодательства СССР и союзных республик» от 25 февраля 1927 г. На основе этого постановления Основные начала были дополнены статьей 101, где в пункте «б» говорилось, что лица, условно осужденные, которые в течение назначенного судом испытательного срока не совершили нового преступления, признаются не имеющими судимости[60]. Как следует из этой статьи, для погашения судимости потребовались более серьезные критерии - несовершение любого нового преступления в течение испытательного срока. Тем самым закон повысил роль института условного осуждения, признав его большое воспитательное значение.

Постановлением ВЦИК и СНК РСФСР от 6 июня 1927 г. это изменение в скором времени было внесено в ст.55 УК РСФСР 1926 г. Однако согласно ст.5 5 УК РСФСР условием погашения судимости являлось несовершение нового, не менее тяжкого преступления, что противоречило ст.101 Основных начал. Однако отметим, что несколько позже Пленум Верховного Суда СССР в постановлении от 10 февраля 1940 г. указал на это существующее противоречие и на то, что согласно статье 20 Конституции СССР 1936 г. в случае расхождения между союзным и республиканским законом действует первый. При этом Пленум предложил при разрешении вопроса о погашении судимости руководствоваться ст.101 Основных начал, т.е. считать судимость

погашенной при несовершении «любого нового», а не только «не менее тяжкого преступления».

При применении условного осуждения в эти годы, несмотря на всестороннюю законодательную регламентацию, допускались существенные нарушения. В постановлении ВЦИК РСФСР «О карательной политике и состоянии мест заключения» от 26 марта 1928 г. на это было обращено внимание. Данное постановление не только ориентировало суды на более широкое применение условного осуждения, но и указывало на недостатки судебной практики в этой области, в том числе «применение судами условного осуждения вместо оправдательных приговоров»1. Специальным пунктом этого постановления было признано необходимым «уполномочить суды в перерассмотрении дел об условном осуждении при совершении ими вторичного преступления и назначить меры социальной защиты по своему усмотрению, независимо от определенной первым приговором меры»[61] [62]. То есть судам было предоставлено право в отношении лиц, осужденных ранее к условной мере наказания, в случае совершения ими повторных преступлений применять к ним меры наказания, не связанные с лишением свободы. При этом возможность повторного вынесения приговора об условном осуждении не исключалась.

Постановление ЦИК и СНК СССР «Об изменении и дополнении Основных начал уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик» от 13 октября 1929 г. сыграло большую роль в совершенствовании института условного осуждения. В целях устранения имеющих место ошибок в судебной практике оно изменило повод к отмене условного осуждения. Статья 37 Основных начал 1924 г. была изменена и дана в следующей формулировке: «В случае совершения условно осужденным в течение испытательного срока нового преступления суду предоставляется право либо присоединить условно отсроченную меру полностью или частично к мере социальной защиты, назначенной по новому делу, либо применить к осужденному только меры социальной защиты, назначенные по второму приговору. В первом случае при назначении лишения свободы таковое по совокупности не должно превышать 10 лет. Условия и порядок применения условного осуждения устанавливаются законодательством союзных республик».

Кроме того, до 1929 г. совершение «нового, не менее тяжкого преступления» влекло в соответствии с Основными началами безусловную отмену условного приговора. Неотбытое наказание присоединялось к назначенному по новому приговору с тем, чтобы лишение свободы не превышало 10 лет.

Отказалось от такой чисто механической отмены условного осуждения постановление ЦИК и СНК СССР от 13 октября 1929 г. Оно предоставило решение этого вопроса на усмотрение суда. В соответствии с этим

постановлением в случае совершения условно осужденным в течение испытательного срока «нового преступления» суд мог: а) присоединить наказание, назначенное ранее условно, полностью к наказанию, определенному за новое преступление; б) или присоединить наказание, ранее назначенное условно, частично к наказанию, определенному за новое преступление; в) либо применить к осужденному только наказание за новое преступление.

Изменения, внесенные в ст.37 Основных начал, были воспроизведены в соответствующих статьях уголовных кодексов союзных республик. Так, постановление ВЦИК и СНК РСФСР от 10 апреля 1930 г. изменило ст.54 УК РСФСР 1926 г. В нем указывалось, что поводом к отмене условного осуждения может послужить вновь совершенное этим лицом преступление. Кроме того, был введен и новый порядок назначения наказания в подобных случаях.

Постановление Президиума ЦК ВКП (б) и НК РКИ «О работе органов юстиции» от 25 марта 1932 г. указывало на необходимость широкого применения мер общественно-дисциплинирующего значения и считало, что «необходимо ввести в практику судов новую форму условного осуждения, поставив исполнение или аннулирование приговоров в зависимость от характера работы осужденного на производстве, после вынесения приговора и давая возможность трудящимся, случайно оказавшимся на скамье подсудимых, своим активным участием в деле социалистического строительства исправить последствия своих преступных действий и вновь занять соответствующее место в трудовой семье строителей социалистического общества» (∏.5)1.

Видимо, на основании данного постановления М. Гельфер, Ф. Раниш высказали мнение, что в 30-е годы судебная практика ввела новую форму условного осуждения[63] [64]. В дальнейшем такое мнение учеными оспаривалось. Так, В.А. Ломако считает, что «новая форма условного осуждения в нашем законодательстве и в судебной практике не вводилась. Указанное постановление имело в виду предоставить судам право в случае примерной (ударной) работы условно осужденного досрочно, т.е. до истечения испытательного срока, аннулировать приговор и досрочно снять с таких лиц судимость»[65]. В подтверждение своего мнения В.А. Ломако указывает на разъяснения постановления Пленума Верховного Суда СССР от 26 мая 1932 г. и постановления НКЮ УССР от 23 августа 1932 г., которые предписывают: «В целях расширения мер общественного воспитательного воздействия суд, если условно осужденный своей ударной работой, активным и добросовестным участием в социалистическом строительстве докажет, что он более не нуждается в применении к нему мер уголовной репрессии, может

до истечения испытательного срока вынести постановление об аннулировании приговора и судимости»1.

Однако это положительное новшество до принятия уголовных кодексов союзных республик 1960-1962 гг. не было законодательно закреплено и не получило дальнейшего распространения в судебной практике[66] [67].

После принятия УК РСФСР 1926 г. доля условно осужденных в составе контингента осужденных сокращалась в течение ряда лет. Если принять общее число осужденных за все преступления в РСФСР за 100% (без автономных республик), то из них было осуждено условно: в 1926 году 13,2%, в 1927 - 8,1, в 1928 - 7,3, в 1929 - 3,4, в 1930 - 2,7, в 1931 - 4,1, в 1932 - 5,6, в 1933 - 6,2, 1934 - 7,8%[68] [69].

В чем же причина падения процента применения условного осуждения?

Н.В. Крыленко связывал это с растяжимостью формулировки в законе условий реализации приговора и плохой постановкой практики. Применение

условного осуждения, указывает он, фактически стало равняться

4

оправданию, что дискредитировало целиком этот институт .

По мнению А. Шляпочникова, основная причина заключалась в коренных дефектах в практике применения условного осуждения, с переходом к реконструктивному периоду, в связи с обострением классовой борьбы в стране и ростом ряда категорий преступлений, вызвавших необходимость усиления борьбы с ними. Известную роль в снижении применения условного осуждения сыграло значительно возросшее назначение принудительных работ без лишения свободы, ставших реальным институтом именно в последние годы[70].

М.И. Якубович считал причиной резкого ограничения применения условного осуждения сокращение минимального срока лишения свободы и увеличение числа лиц, осужденных к кратким срокам[71].

Думается, что действительной причиной резкого снижения случаев применения института условного осуждения в этот период можно считать всю совокупность отмеченных А.С. Шляпочниковым и М.И. Якубовичем факторов, но не следует не забывать о проводимой в это время политике усиления репрессий, которая проводилась, в свою очередь, на основе ошибочной теории Сталина об усилении классовой борьбы по мере продвижения нашего государства вперед. Поэтому не стоит объяснять это

снижение только недостатками уголовного законодательства, на что правильно указывал еще в 60-е годы Г.С. Гаверов1.

Условное осуждение во время Великой Отечественной войны применялось обычно к лицам, пострадавшим от немецких захватчиков, если они совершали впервые незначительные преступления[72] [73]. Следует отметить, что в военные годы условное осуждение применялось по небольшой категории преступлений. В начале войны число условно осужденных несколько сократилось, но уже в конце оно увеличилось. Так, в процентах ко всем осужденным по СССР было осуждено условно:

- во втором полугодии 1941 г. з,4;
- в первом полугодии 1942 г. 4,2;
- во втором полугодии 1942 г. 6,6;
- в первом полугодии 1943 г. Ю,3;
- во втором полугодии 1943 г. 16,0;
- в первом полугодии 1944 г. 25,2;
- во втором полугодии 1944 г. 14,0.[74] [75]

По мнению Э.А. Саркисовой, сравнительно редкое применение условного осуждения во время войны объяснялось и тем, что в эти годы

получил широкое распространение близкий по своей природе к условному

4

осуждению институт отсрочки исполнения приговора .

Недостатком Основных начал и уголовных кодексов союзных республик являлось то, что ими не был предусмотрен надзор за условно осужденными и проведение с ними в течение испытательного срока воспитательной работы. Но судебная практика по мере возможности заполняла эти пробелы закона.

Директивным письмом Верховного Суда СССР и Прокуратуры СССР от 21 июля 1935 г. № 36/71 было предусмотрено, что судом «в случаях вынесения приговоров с условными мерами наказания, а также отдачей на поруки с мерами общественно-воспитательного характера (порицания, предостережения) обязательно периодически проверять результаты через общественный актив»[76].

В постановлении от 17 февраля 1948 г. Верховный Суд СССР вернулся к этому вопросу, где указал, что при применении условного осуждения суд обязан «в приговоре или особым определением возложить на органы

народного образования, опеки или на родителей обязанность осуществления повседневного надзора за поведением и воспитанием осужденного»[77].

Следующим этапом развития института условного осуждения стали Основы уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик (в дальнейшем Основы) 1958 г., которые, сохраняя и развивая проверенные многолетним опытом новеллы уголовного законодательства, внесли в них ряд существенных изменений и дополнений. Статья 38 Основ, определяющая юридическую природу этого института, была помещена в разделе «О назначении наказания и об освобождении от наказания». Эта норма установила, что «если при назначении наказания в виде лишения свободы или исправительных работ суд, учитывая обстоятельства дела и личность виновного, придет к убеждению о нецелесообразности отбывания виновным назначенного наказания, он может постановить об условном неприменении наказания к виновному с обязательным указанием в приговоре мотивов условного осуждения. В этом случае суд постановляет не приводить приговор в исполнение, если в течение определенного судом испытательного срока осужденный не совершит нового однородного или не менее тяжкого преступления».

Тем самым Основы поставили вопрос применения условного осуждения в зависимость от убеждения суда о нецелесообразности отбывания виновным назначенного наказания в виде лишения свободы или исправительных работ исходя из обстоятельств дела и личности виновного. Условное осуждение могло быть применено лишь в тех случаях, когда суд, установив в действиях подсудимого состав конкретного преступления, приговаривает его к лишению свободы или исправительным работам. В данном нормативном документе законодатель впервые требовал от суда при применении условного осуждения указывать в приговоре мотивы вынесения такого решения.

Условное осуждение не применялось в отношении осужденных к иным мерам наказания (ссылка, высылка и т.д.). В том случае, если суд придет к выводу о нецелесообразности применения условного осуждения, он обязан будет освободить осужденного от отбывания наказания на весь срок назначенного наказания, а не на его часть.

Каких-либо ограничений в отношении видов преступлений, за совершение которых не может быть применено условное осуждение, ст. 38 Основ не содержала. Также в ней не предусматривался перечень лиц, на которых оно не распространяется. Ответ на этот вопрос дается в разъяснении Пленума Верховного Суда СССР «О судебной практике по применению условного осуждения» от 4 марта 1961 г., где акцентировалось, что «условное осуждение, как правило, не должно применяться к лицам, виновным в совершении тяжких преступлений. Суд может применять условное осуждение к отдельным участникам таких преступлений лишь в тех случаях, когда установлена второстепенная роль этих лиц, а также если данные, характеризующие личность виновного и обстоятельства, при которых совершено преступление, дают основание считать нецелесообразной изоляцию осужденного от общества.

С.12.

С особой осторожностью суды должны подходить к применению условного осуждения в отношении лиц, которые хотя в данном случае и совершили преступление, не представляющее большой общественной опасности, но в прошлом неоднократно совершали преступления»[78].

Часть 3 ст.38 Основ указывала, что в качестве дополнительного наказания при условном осуждении мог быть назначен только штраф, который являлся безусловным, т.е. приводился в исполнение на общих основаниях. Однако в соответствии со ст.30 УК РСФСР применение штрафа в качестве дополнительной меры наказания было допустимо лишь тогда, когда статья соответствующего закона, по которому виновный привлекался к ответственности, включала указанное дополнительное наказание.

В то же время ч.З ст.30 УК РСФСР при невозможности уплаты штрафа предоставила суду право поставить вопрос о замене его возложением обязанности загладить причиненный вред или общественным порицанием.

Основы 1958 г. признавали успешно выдержавшим испытательный срок такого условно осужденного, который не совершил не только не менее тяжкое преступление, как было предусмотрено ст.36 Основных начал 1924 г., но и однородное преступление. Если вышеуказанные условия соблюдены полностью, то условно назначенное наказание в исполнение не приводится. В том случае, если условия не были соблюдены, суд должен назначить условно осужденному наказание по правилам, предусмотренным ст.36 Основ, т.е. суд имеет право присоединить к наказанию, назначенному по новому приговору, полностью или частично наказание, назначенное ранее условно, а в соответствии со ст.37 Основных начал (в редакции от 13 октября 1929 г.), помимо частичного или полного присоединения в случае совершения условно осужденным в течение испытательного срока нового преступления, суду было предоставлено право применить к осужденному только меры социальной защиты, «назначенные по второму приговору».

При анализе содержания ч.2 ст.38 Основ можно прийти к такому выводу, что совершение условно осужденным во время испытательного срока другого неоднородного с ранее совершенным или менее тяжкого преступления, чем то, за которое он был осужден условно, не влияет на первоначально назначенное условное наказание. Суд определяет наказание за новое преступление, а наказание, назначенное по первому приговору, остается условным и по нему продолжает течь испытательный срок. Практически возможно, что испытательный срок будет продолжаться в период отбывания виновным наказания за новое преступление в местах лишения свободы.

С.360.

По-иному решался вопрос о погашении судимости. Часть 2 ст.47 Основ устанавливала, что не имеющим судимость признается условно осужденный, который не совершил любого преступления независимо от его тяжести. Отсюда следует, что при совершении виновным в течение испытательного срока нового преступления судимость по окончании испытательного срока не снимается, а продолжает течь до погашения судимости за новое преступление[79].

В ч. 4 ст.38 Основ указывалось, что законодательством союзных республик должны быть установлены: а) пределы испытательного срока; б) порядок наблюдения за условно осужденным и проведения с ним воспитательной работы. В отношении испытательного срока требование ч.4 ст.38 Основ было выполнено всеми союзными республиками, однако ими были установлены различные сроки испытания.

В четырех УК (ст.45 УК УССР; ст.43 Узбекской ССР; ст.41 УК Азербайджанской ССР и ст.43 УК Молдавской ССР) срок был установлен в пределах от одного года до трех лет, а во всех остальных республиках - от одного года до пяти лет. Испытательный срок может быть равен длительности условно назначенного наказания, превышать его или же быть меньше него. Кроме того, большинство УК (за исключением уголовных кодексов Украинской, Узбекской, Грузинской, Молдавской и Киргизской ССР), принятых в 1959-1961 гг., предусмотрели возможность сокращения продолжительности испытательного срока.

Например, ст.44 УК РСФСР предусмотрела, что общественная организация или коллектив трудящихся, которым поручено наблюдение за условно осужденным, может возбудить перед судом ходатайство о сокращении испытательного срока. Однако было отмечено, что такого рода ходатайство возможно после истечения не менее половины испытательного срока. Аналогичное положение предусмотрели уголовные кодексы Азербайджанской, Литовской, Латвийской, Таджикской ССР. Уголовный кодекс Латвийской ССР, кроме того, предусмотрел также ходатайство лиц, которым было поручено наблюдение за условно осужденным.

По УК Белорусской, Армянской и Таджикской ССР этот срок по ходатайству общественной организации или коллектива трудящихся по месту работы осужденного может быть сокращен независимо от того, был ли он им передан для исправления и перевоспитания или нет. УК Эстонской предусмотрел возможность сокращения испытательного срока по ходатайству общественной организации, коллектива трудящихся по месту работы или учебы условно осужденного, исполкома местного Совета депутатов трудящихся либо лиц, которым было поручено наблюдение за условно осужденным.

Вопрос о сокращении испытательного срока в соответствии со ст.368 УПК РСФСР разрешался определением районного (городского) народного суда по месту жительства осужденного.

Порядок наблюдения за условно осужденными и проведение с ними воспитательной работы устанавливался союзными республиками также неодинаково. Так, в соответствии со ст.44 УК РСФСР учет условно осужденных и общий контроль за их поведением был возложен на суд, вынесший приговор. Такое исполнение предусматривалось и в уголовных кодексах Армянской, Белорусской, Грузинской, Литовской и Таджикской ССР.

Что наблюдение за поведением условно осужденного должно осуществляться общественными организациями по месту работы, а в отношении неработающих местными Советами народных депутатов было отмечено в уголовных кодексах Казахской, Киргизской, Молдавской и Латвийской ССР.

В уголовных кодексах Таджикской, Азербайджанской и Украинской ССР этот вопрос не нашел своего решения, а в УК Узбекской ССР (ст.43) установление порядка наблюдения за условно осужденными и проведения с ними воспитательной работы отнесено к исправительно-трудовому законодательству.

С учетом накопленного в прошлом опыта в Основах 1958 г. впервые было закреплено в ст.38 положение об участии общественности в исправлении условно осужденных. Часть 5 ст.38 Основ по этому поводу указывала: «Учитывая обстоятельства дела, личность виновного, а также ходатайства общественных организаций или коллектива рабочих, служащих, колхозников по месту работы виновного о его условном осуждении, суд может возложить на эти организации или коллектив обязанность по перевоспитанию и исправлению условно осужденного»[80].

У большинства союзных республик уголовные кодексы расширили эту возможность. Так, ст.44 УК РСФСР наряду с передачей условно осужденных на перевоспитание и исправление коллективу трудящихся или общественным организациям по их ходатайству предусматривает также право суда возложить на определенный коллектив трудящихся или лицо с их согласия обязанность по наблюдению за условно осужденным и проведению с ним воспитательной работы.

Эти два положения закона имеют различия: а) в первом случае необходимо, чтобы имелось ходатайство общественной организации или коллектива рабочих, служащих, колхозников об условном осуждении виновного, во втором - такого ходатайства не требуется; б) в первом случае суд может передать условно осужденного для перевоспитания и исправления тем общественным организациям или трудовым коллективам, где работал

осужденный, а также при наличии ходатайства указанных организаций, во втором - суд может возложить такую обязанность на любой коллектив трудящихся или лицо, или группу лиц как по месту работы условно осужденного, так и не работающих с ним; в) в первом случае передача условно осужденного на перевоспитание и исправление производится судом при наличии ходатайства коллектива или общественной организации об условном осуждении виновного, во втором - требуется обязательное согласие по наблюдению за условно осужденным и проведению с ним воспитательной работы.

11 июля 1969 г. Верховным Советом СССР был принят Закон «О внесении дополнений и изменений в Основы уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик»[81], который был направлен на дальнейшее совершенствование уголовного законодательства, и в частности, института условного осуждения. Изменения, внесенные этим законом в ч.1 и 2 ст. 38 Основ, касаются преступления, совершение которого прерывает течение испытательного срока при условном осуждении, а также последствий условного осуждения.

Часть 1 ст.38 Основ в первоначальной редакции устанавливала, что «суд постановляет не приводить приговор в исполнение, если в течение определенного судом испытательного срока осужденный не совершит нового однородного или не менее тяжкого преступления». Но в теории и законодательстве понятие однородного и не менее тяжкого преступления не было четко определено. Эта нечеткость приводила к серьезным трудностям в практике применения условного осуждения. Поэтому Закон от 11 июля 1969 г. отказался от этих понятий и в ч.1 ст.38 Основ установил, что при условном осуждении суд постановляет приводить приговор в исполнение, если в течение определенного судом испытательного срока осужденный не совершил нового умышленного преступления. В противном случае у осужденного к лишению свободы условное осуждение утрачивает свою силу и наступают определенные последствия.

Эти последствия были закреплены в ч.2 ст.38 Основ, где говорилось, что в случае совершения условно осужденным в течение испытательного срока нового умышленного преступления, за которое назначалось лишение свободы, суд окончательно определяет наказание по правилам, предусмотренным ст.36 Основ. То есть в таких случаях суд применяет правило сложения и полностью или частично присоединяет условно назначенное лишение свободы или исправительные работы к вновь назначенному наказанию.

Из смысла ч.2 ст.38 Основ в новой редакции следовало, что совершение условно осужденным в период испытательного срока нового умышленного преступления, за которое либо вообще не может быть назначено наказание в виде лишения свободы (ч.1 ст.37, ст. 123, 124 УК РСФСР и др.), либо судом фактически назначено наказание, не связанное с

лишением свободы, либо совершение неосторожного преступления не приводит к отмене условного осуждения. При совершении преступления в указанных случаях суд обязан определить наказание за это преступление, а испытательный срок по ранее вынесенному приговору продолжается.

Президиум Верховного Совета СССР, разъясняя порядок применения ст.38 Основ, в новой редакции указал, что эта статья применяется к условно осужденным, вновь совершившим до 1 ноября 1969 г. умышленное преступление, за которое они осуждаются к лишению свободы. Статья 38 Основ в редакции нового Закона применяется, если положение виновного не отягощается.

Практика многих лет показала, что условное осуждение применяется в соответствии с законом и с учетом конкретных обстоятельств дела и личности виновного и вполне оправдывает себя, оказывая большое воспитательное и предупредительное воздействие. Так, по свидетельству советских ученых, рецидив в СССР после применения условного осуждения в среднем не превышал 2%1. И в связи с этим условное осуждение получило значительное распространение в судебной практике. Например, в 1977 г. оно было применено к 21,3% осужденным из числа несовершеннолетних[82] [83] [84].

Несмотря на неоднократно внесенные изменения в законодательство по совершенствованию и развитию условного осуждения, практика его применения выявила некоторые недостатки, которые проявились прежде всего в чрезмерно малых требованиях, предъявляемых к поведению условно осужденного - несовершение им в течение установленного судом испытательного срока нового умышленного преступления, за которое он может быть осужден к лишению свободы.

Следовательно, как ранее было отмечено, совершение условно осужденным нового умышленного преступления, за которое либо вообще не может быть назначено наказание в виде лишения свободы (ч.1 ст. 97, ст. 123, 124 УК РСФСР), либо судом фактически назначено наказание, не связанное с лишением свободы, либо совершение неосторожного преступления не влекло отмены условного осуждения.

Кроме того, при решении вопроса об отмене условного осуждения принимались во внимание такие обстоятельства, отрицательно характеризующие личность условно осужденного, как систематическое нарушение последним общественного порядка, пьянство, ведение им

аморального образа жизни, уклонение от общественно полезного труда и

3

Т.д.

Указом Президиума Верховного Совета СССР «О дальнейшем совершенствовании уголовного и исправительно-трудового

законодательства» от 26 июля 1982 г. указанные и некоторые другие недостатки, отрицательно сказывающиеся на результативности применения условного осуждения, в значительной мере были устранены1.

Указом были изменены: содержание условий, соблюдение которых было необходимо для того, чтобы назначенное наказание не было обращено к исполнению; порядок контроля за условно осужденными; распространение возможности применения дополнительных наказаний при условном осуждении; расширение прав контролирующих органов, общественных организаций и трудовых коллективов по воспитанию условно осужденных; правила назначения наказания условно осужденным в случае совершения ими нового преступления, что влияло на правила погашения судимости этих лиц.

Функции контролирующего органа также были подвергнуты изменениям. Законом был установлен более строгий контроль за поведением условно осужденных. Раньше учет условно осужденных и общий контроль за их поведением осуществлялись судом, вынесшим приговор. Новая редакция ст.38 Основ возложила контроль за поведением условно осужденных на органы внутренних дел (инспекции исправительных работ и трудоустройства ОВД, участковых инспекторов), а в отношении несовершеннолетних, помимо инспекций по делам несовершеннолетних горрайорганов внутренних дел, на комиссии по делам несовершеннолетних при исполнительных комитетах районных, городских, районных в городах Советов народных депутатов. Кроме того, полномочия по контролю за поведением условно осужденных, которые находятся на действительной военной службе, осуществляются командирами воинских частей, начальниками учреждений и учебных заведений[85] [86].

Закон, наделяя эти органы весьма существенными правами, одновременно установил и более строгий контроль за поведением условно осужденных. Если условно осужденный не выполнял условий, которые ему были определены судом, указанные органы были вправе внести представление в суд об отмене условного осуждения и направлении осужденного для отбывания наказания, назначенного по приговору суда (ч.З ст.38 Основ). Основанием для направления в суд такого представления закон признавал систематическое нарушение условно осужденным в течение испытательного срока общественного порядка, повлекшее применение мер административного взыскания или общественного воздействия.

Как было отмечено выше, Указ от 26 июля 1982 г. расширил возможности применения дополнительных наказаний при условном осуждении. Так, если ст.38 Основ прежней редакции допускала применение в качестве дополнительного наказания только штраф, то при новой редакции ст.38 устанавливала возможность назначения любых дополнительных

наказаний, за исключением ссылки, высылки и конфискации имущества. Другими словами, в качестве дополнительного наказания наряду со штрафом могли быть назначены: лишение права занимать определенные должности, заниматься определенной деятельностью; увольнение от должности; возложение обязанности загладить причиненный вред; лишение воинского или специального звания; лишение родительских прав.

Таким образом, новым в институте условного осуждения стало введение более строгих требований к поведению осужденного в период испытательного срока и существенное расширение прав общественных организаций и трудовых коллективов по воспитанию условно осужденного. Например, если условно осужденный в течение испытательного срока систематически нарушал общественный порядок и к нему применялись за это меры административного взыскания или общественное воздействие, то суд по представлению органа внутренних дел, а в отношении несовершеннолетнего также комиссии по делам несовершеннолетних выносит определение об отмене условного осуждения и о направлении его для отбывания назначенного судом наказания (ч.З ст.38 Основ).

Такое же решение суд принимал и по ходатайству общественной организации или трудового коллектива, которым условно осужденный был передан для исправления и перевоспитания и под наблюдение, если он не оправдал их доверия, нарушал обещание примерным поведением и честным трудом доказать свое исправление либо оставил трудовой коллектив с целью уклониться от общественного воздействия (ч.4 ст.38 Основ).

По-новому определил Указ от 26 июля 1982 г. условия назначения наказания условно осужденному в случае совершения им нового преступления. Часть 2 ст.38 Основ в редакции от 11 июля 1969 г. (ст.45 УК РСФСР) отмечала, что условно назначенное наказание могло быть полностью или частично присоединено к наказанию, назначенному за преступление, совершенное в период испытательного срока, лишь тогда, когда новое преступление было умышленным и виновный осуждался к лишению свободы. В новой редакции этой статьи (ч.5 ст.38) условно осужденный, совершивший во время испытательного срока любое новое преступление, подвергается наказанию по правилам совокупности приговоров (ст.36 Основ, ст.41 УК РСФСР), независимо от вида вновь назначенного наказания.

Следующие изменения и дополнения, касающиеся условного осуж­дения, были внесены Указом Президиума Верховного Совета СССР «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты СССР» от 15 октября 1982 г., который несколько иначе, чем прежде, решал вопрос о погашении судимости в отношении лица, к которому применялось условное осуждение. В соответствии со ст.47 Основ в редакции Указа от 15 октября 1982 г. лица, осужденные условно, признаются не имеющим судимости, «если в течение испытательного срока не совершат нового преступления и если в течение указанного срока условное осуждение в

отношении этих лиц не будет отменено по иным основаниям, предусмотренным законом» (п.2 ч.1 ст.47 Основ, п.З ч.1 ст.57 УК РСФСР).

Таким образом, Основы уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1958 г. и УК союзных республик более подробно раскрыли и закрепили в законе юридическую природу института условного осуждения. Однако, несмотря на все положительные моменты, некоторые вопросы данного института оставались неразрешенными: а) закон не определил, какие конкретно обстоятельства следует относить к закрепленным в законе в качестве оснований применения условного осуждения обстоятельствам дела и личности виновного; б) закон также не определил и начало течения испытательного срока. Между тем это очень важно для установления момента его окончания, поскольку с ним связано прекращение действия правовых последствий для условно осужденного; в) ни в ст.38 Основ, ни в соответствующих статьях уголовных кодексов союзных республик не говорилось о том, исполняются ли дополнительные наказания реально или они могут быть определены условно.

Из вышеизложенного следует, что в нашей стране отчетливо вырисовывалась картина необходимости кардинальной переработки имеющегося на тот момент законодательства, и в частности законодательства, касающегося института условного осуждения.

Требовалось новое уголовное законодательство, и для этого были определенные причины. В первую очередь это обусловлено происшедшими в СССР на рубеже 1980-1990-х гг. социально-экономическим переменами. Уголовный кодекс РСФСР 1960 г. перестал соответствовать новому этапу развития общества. Несмотря на то, что в него было внесено множество изменений, он оставался по своей сути кодексом безвозвратно ушедшего времени и не мог удовлетворять новые запросы общества и государства по борьбе с качественно изменившейся преступностью, т.е. перестал отвечать реалиям жизни. Он не обеспечивал охрану новых общественных отношений, запаздывал с криминализацией появившихся опасных для общества деяний.

Снизилось значение уголовного закона в обеспечении социальной справедливости, защите прав и интересов граждан. Все это требовало коренной реформы уголовного законодательства.

13 января 1987 г. на Пленуме ЦК КПСС была отмечена необходимость разработки нового уголовного законодательства. В марте 1987 г. на расширенном заседании Ученого совета Института Прокуратуры СССР были сформированы рабочие группы по подготовке Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик. Немного позже проект Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик был подготовлен и в декабре 1988 г. вынесен на всенародное обсуждение. 2 июля 1991 года Основы уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик были приняты Верховным Советом СССР и должны были реализоваться через год, но так и не вступили в действие.

После распада СССР в России началась подготовка нормативных актов, определяющих новую судебную систему, новое уголовное, уголовно­процессуальное и уголовно-исполнительное законодательство.

24 мая 1996 г. Государственная Дума РФ приняла Уголовный кодекс Российской Федерации. 5 июня 1996 года он был одобрен Советом Федерации. 13 июня 1996 г. подписан Президентом и вступил в действие с 1 января 1997 г.

В рамках концепции нового УК России одной из сформулированных задач был принцип реализации «экономии репрессий». В связи с этим из уголовного закона должны были быть исключены малозначительные деяния и деяния, ответственность за которые может быть реализована в иной правовой сфере. Кроме того, принцип «экономии уголовной репрессии» предполагал минимизацию и точную дозировку наиболее суровых мер уголовного наказания, и прежде всего лишения свободы.

При реализации этого принципа институт условного осуждения, как и многие другие институты, был подвергнут существенной переработке и в новом Уголовном кодексе России предстал в новом свете.

В Уголовном кодексе 1996 года статья 73 об условном осуждении помещена в главу «Назначение наказания», что подчеркивает особый порядок назначения отдельных видов наказаний.

В правовое регулирование условного осуждения внесены существенные изменения. Наличие многих сходных черт у ранее существовавших двух родственных правовых институтов, таких как условное осуждение и отсрочка исполнения приговора, позволило объединить их в единый институт условного осуждения, придав ему комплексный характер и дополнив положениями, относившимися ранее к отсрочке исполнения приговора (в частности, наложение судом ряда обязанностей на осужденных).

Если поставить вопрос, в какую сторону произошло изменение законодательства об условном осуждении - в сторону смягчения или ужесточения, то, основываясь на определении Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 24 апреля 1997 г. и исходя из сопоставления содержания статьи 44 УК РСФСР и статей 73 и 74 УК РФ, следует, что в новый закон включены требования, ужесточающие порядок отбывания наказания и ухудшающие положение лица, осужденного к условной мере наказания: предусмотрена возможность возложения на условно осужденного исполнения определенных обязанностей, способствующих его исправлению, при неисполнении которых суд может постановить об отмене условного осуждения и исполнении наказания, назначенного приговором суда; в случае уклонения от исполнения возложенных на осужденного обязанностей суд по новому закону вправе продлить испытательный срок, но не более чем на один год[87].

Исходя из смысла закона применение условного осуждения допускается только тогда, когда судом будет установлена возможность исправления осужденного без реального отбывания назначенного наказания, причем в приговоре обязательно должны быть указаны мотивы применения условного осуждения. Данная формулировка основания применения условного осуждения представляется нам более точной по отношению к формулировке, имевшейся в УК 1960 года, которая звучала следующим образом: суд «придет к убеждению о нецелесообразности отбывания виновным назначенного наказания». Причем контроль за поведением условно осужденного рассматривается как необходимый признак этой меры.

В новом Уголовном кодексе был несколько расширен круг обстоятельств, анализируемых судом при решении вопроса о возможности исправления осужденного без отбывания наказания: «при назначении условного осуждения (по УК РФ) суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, в том числе смягчающие и отягчающие обстоятельства», в противовес УК 1960 года, который определял в качестве аналогичных обстоятельств: «обстоятельства дела и личность виновного».

Изначально уголовный закон не ставил никаких ограничений для применения условного осуждения в зависимости от характера и степени тяжести совершенного преступления или от того, совершал ли виновный в прошлом другие преступления, однако постановлениями высших судебных инстанций разъяснялось, что условное осуждение, как правило, не должно применяться к лицам, совершившим тяжкие преступления. Исключение могло быть сделано лишь в отношении отдельных участников таких преступлений, если будет доказана их второстепенная роль, а характеристика личности виновного и обстоятельства совершения преступления позволят прийти к выводу о нецелесообразности реального отбывания наказания[88]. В настоящее время такие ограничения имеются и сформулированы в действующей редакции ч.1 ст. 73 УК РФ.

УК РФ расширил круг наказаний, при назначении которых законодателем разрешено применение института условного осуждения. Если по УК 1960 года условное осуждение применялось лишь при назначении наказания в виде лишения свободы и исправительных работ (ч.1 ст. 44 УК РСФСР), то сейчас к ним добавились: содержание в дисциплинарной воинской части, ограничение по военной службе (ч.1 ст. 73 УК РФ).

Основное условие, которое теперь в соответствии со ст.73 УК РФ ставится перед условно осужденным на время испытательного срока, выражается по сравнению с прежним УК (осужденный должен примерным поведением и честным трудом оправдать оказанное ему доверие) по-иному: он должен своим поведением доказать исправление. Новое требование, по нашему мнению, звучит более четко и определенно.

В отличие от ст. 44 УК РСФСР (1960 г.) статья 73 УК РФ регламентирует определение продолжительности испытательного срока в зависимости от назначенного наказания. Эту продолжительность суд может определить в двух временных параметрах:

1) в случае назначения лишения свободы на срок до одного года или более мягкого вида наказания испытательный срок может быть не менее шести месяцев и не более 3 лет;

2) в случае назначения лишения свободы на срок свыше одного года - не менее шести месяцев и не более 5 лет.

Как уже было отмечено выше, основная задача испытательного срока заключается в том, чтобы проверить, исправился ли осужденный, может ли он выполнить возложенные на него судом обязанности, восстановить и развить в себе те положительные качества, которые были ранее утрачены или значительно деформированы у него. Согласно ч. 2 ст. 74 УК РФ, если условно осужденный уклонился от исполнения возложенных на него судом обязанностей, уклонился от возмещения вреда (полностью или частично), причиненного преступлением, в размере, определенном решением суда, или совершил нарушение общественного порядка, за которое он был привлечен к административной ответственности, суд по представлению органа, осуществляющего контроль за условно осужденным, может продлить испытательный срок (в том числе и за пределами максимального срока, названного в ч. 3 ст. 73 УК РФ), но не более чем на один год (по УК 1960 года нарушение общественного порядка, за которое было наложено административное взыскание, рассматривалось как основание для отмены условного осуждения и реальном исполнении наказания).

Часть 5 статьи 73 УК РФ определяла изначально перечень обязанностей, которые могли быть возложены судом на условно осужденного (практически те же самые обязанности предусматривались при отсрочке исполнения приговора по УК 1960 года): не менять постоянного места жительства, работы, учебы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего исправление осужденного, не посещать определенные места, пройти курс лечения от алкоголизма, наркомании, токсикомании или венерического заболевания, осуществлять материальную поддержку семьи. В последствие, после внесенных изменений Федеральными законами от 27 декабря 2009 г. № 377-Ф31 и от 02 июля 2013 г. № 185-ФЗ[89] [90] перечь был скорректирован законодателем и приобрел

обязательный характер. В настоящее время перечень обязанностей, возлагаемых на условно осужденного выглядит следующим образом: «не менять постоянного места жительства, работы, учебы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, не посещать определенные места, пройти курс лечения от алкоголизма, наркомании, токсикомании или венерического заболевания, трудиться (трудоустроиться) либо продолжить обучение в общеобразовательной организации». Однако отмечено, что данный перечень обязанностей не является исчерпывающим и может быть расширен по усмотрению суда в целях достижения цели исправления осужденного. Более того, количество обязанностей, возложенных на условно осужденного, может быть увеличено судом в течение испытательного срока по представлению органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного. И, напротив, по представлению того же самого государственного органа суд может отменить полностью или частично ранее установленные для условно осужденного обязанности1.

Новое и примечательное в содержании условного осуждения состоит в том, что данный институт теперь является объектом регулирования двух кодексов Уголовного и Уголовно-исполнительного. В Уголовном кодексе ему посвящены две статьи (73 и 74), а в Уголовно-исполнительном - отводится целый раздел (VIII), содержащий одну главу (24), в которой имеется четыре статьи (187 - 190), регламентирующие осуществление контроля за поведением условно осужденных, кроме того Федеральным законом от 29 июня 2009 г. № 141-ФЗ[91] [92] [93] в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации была введена глава 40.1. «Особый порядок принятия судебного решения при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве» и теперь, не смотря на то, что действующее уголовное законодательство не предусматривает возможность применения института условного осуждения при заключении досудебного соглашения, последняя установлена ч.5 ст. 317.7 УПК РФ.

Контроль за поведением условно осужденных в течение испытательного срока, как было отмечено выше, регламентируется разделом VIII Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации и возлагается на специализированные государственные органы, входящие в структуру подразделений Федеральной службы исполнения наказаний (уголовно-исполнительные инспекции по месту жительства условно

осужденных), а в отношении условно осужденных военнослужащих - на командование воинских частей и учреждений.

В ч,2 ст. 187 УИК РФ отмечено, что в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации и нормативными правовыми актами, к осуществлению контроля за поведением условно осужденных, кроме сотрудников уголовно-исполнительных инспекций, привлекаются работники служб органов внутренних дел (например, участковые уполномоченные полиции). По принятой концепции Уголовного кодекса недопустимо перекладывать эти обязанности на общественные организации и трудовые коллективы (как это было предусмотрено в ст. 44 УК РСФСР 1960 г.), однако это не препятствует общественности принимать участие в контроле за поведением условно осужденных.

Для обеспечения действенного контроля за поведением условно осужденного с целью его исправления законом закрепляется обязанность осужденных отчитываться перед уголовно-исполнительной инспекцией либо командованием воинской части о своем поведении, исполнении возложенных на них судом обязанностей, возмещать вред, причиненный преступлением, в размере, определенном решением суда, являться по вызову в уголовно­исполнительную инспекцию. При неявке без уважительных причин условно осужденный может быть подвергнут приводу (ч.4 ст. 188 УИК РФ).

При уклонении условно осужденного от исполнения возложенных на него судом обязанностей, уклонении от возмещения вреда (полностью или частично), причиненного преступлением, в размере, определенном решением суда, путем сокрытия имущества, доходов, уклонения от работы или иным способом либо при нарушении им общественного порядка, за которое он привлекался к административной ответственности, уголовно-исполнительная инспекция или командование воинской части предупреждает его в письменной форме о возможности отмены условного осуждения (ч.1 ст. 190 УИК РФ).

Подводя итоги, необходимо сказать, что рассмотрение исторического развития института условного осуждения позволяет определить и сформулировать функцию, которую он выполнял на протяжении своего исторического развития и выполняет в настоящее время, а также в свете последних достаточно серьезных изменений, происходящих в связи с внесением изменений как в уголовное, уголовно-исполнительное, так и уголовно-процессуальное законодательство, выявить положительные стороны данного института и наметить пути его дальнейшего совершенствования.

Следует отметить, что с момента введения института условного осуждения в России и до настоящего времени данный институт выполняет функцию освобождения осужденного от реального отбывания наказания, назначенного судом.

<< | >>
Источник: Э.В. Лядов. Институт условного осуждения: уголовно-правовой и уголовно­исполнительный аспекты : монография / Э.В. Лядов. - Рязань,2016. - 184 с.. 2016

Еще по теме Глава 1. ИНСТИТУТ УСЛОВНОГО ОСУЖДЕНИЯ В РОССИЙСКОМ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ: РЕТРОСПЕКТИВНЫЙ АНАЛИЗ:

- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -