РОЛЬ ЖРЕЦОВ В РАЗВИТИИ РИМСКОГО ПРАВА

Так в чем же была особенность сакральных законов царского перио­да? И были ли это вообще законы или скорее религиозные табу доклас­сового общества? Наконец, каковы критерии, позволяющие назвать царские нормы религиозными табу или все же законами с точки зрения современного значения этого слова? Попытаемся найти ответ на эти вопросы в данных античных источников.

По представлению древних римлян, в частности Цицерона (De off.

III. 23), только божественное право покоится на естественных законах справедливости, и следовательно, оно имеет приоритет перед человече­ским правом, так как законы людей часто не отвечают принципу спра­ведливости. Любопытно отметить, что римляне сохранили в своей па­мяти довольно реалистичное воспоминание о первобытности, когда не было ни государства, ни частной собственности. В то же время перво-

битный коммунизм ассоциировался у них с эпохой непосредственного правления бога на земле. Наиболее характерно это представление от­ражает Макробий: «Предки постановили, чтобы храм Сатурна был казной римлян, потому что говорят, когда Сатурн жил в Италии, ника­кого воровства в его владениях не совершалось либо по той причине, что при нем вообще не было никакой частной собственности: “Ведь не было в обычае знаком отмечать землю или межой разделять поле, все они сообща добывали”^[666]; либо по той причине, что у него в распоряже­нии находилось общее имущество народа, при нем все общественное имущество служило всем людям»^[667].

Именно идея о том, что все на земле принадлежит богу, и лежит в основе архаического сакрального права. Именно у бога следовало брать землю и любое другое имущество в пользование, именно у него надо было просить хорошего урожая, обильного приплода или значи­тельных доходов (С/с. Nat. deor. III. 88). В условиях господства такого рода представлений особую роль в обществе играли жрецы как толко­ватели воли богов^{[668] [669].}

ского сословия к гражданской форме»^[670]. Как уже отмечалось выше (1.2.2), антиквар Лид признает факт исполнения древнейшими жреца­ми функций магистратов «общеизвестным». Ясно, что в подобных выводах он опирался на позднереспубликанскую литературу. Вполне возможно, что среди этой литературы не последнее место занимал трактат Варрона «Antiquitates», на который поздние авторы, например Августин, вообще довольно часто ссылаются.

Однако уже в архаическом Риме между жреческими коллегиями существовало своеобразное разделение труда, распределение сфер влияния на ту или иную сторону социальной жизни общины. Соответ­ственно «божественное право» делилось на понтификальное (ius pontificium), авгуральное право (ius augurale), право фециалов (ius fetiale), фламинов и, наконец, так называемое право жертвоприноше­ний^{[671] [672]. Следует остановиться на некоторых правовых аспектах деятель­ности основных жреческих коллегий: авгуров, понтификов и фециалов. Эти коллегии в Риме VJTI-V вв. до н.э. имели значительные полномо­чия, а также право наложить запрет на любое деяние как частных лиц, так и магистратов, нарушающее установления богов в находящемся под надзором конкретной коллегии праве. Главное разделение жреческого права совпадает с разделением самой римской религии на две основные части, о чем Цицерон пишет следующее: «Вся религия римского народа разделена на жертвоприношения и ауспиции» (С/с. De nat. deor. 111. 29). Выше уже отмечалось значение, которое играли ауспиции при проце­дуре принятия законов, а жертвоприношения - при определении санк­ции против нарушителя закона. В первом случае важнейшую роль иг­рали авгуры и выработанное ими авгуральное право. На характере дея­тельности авгуров и их роли в процессе формирования и развития рим­ского права следует остановиться в первую очередь.}

1.6.1.