<<
>>

§ 3. Опыт гармонизации трудового законодательства и формирования наднациональных источников трудового права в СНГ и ЕврАзЭС

Опыт гармонизации трудового законодательства в СНГ.

После распада на рубеже 1980-1990-х гг. СССР и провозглашения независимости бывших советских республик, как было показано в главе 1 настоящей работы, шел процесс активного формирования национального законодательства о труде.

Вместе с тем образованное в 1991 г. СНГ имело целью не только обеспечить цивилизованный «развод» советских республик, но и сохранить интеграционные связи между ними, а также обеспечить гармонизацию законодательства в различных сферах (экономики, культуры, науки, образования и т. д.), включая и социально-трудовую сферу.

Статья 7 Соглашения о создании Содружества Независимых Г осударств, заключенного 08.12.1991, подписанного Республикой Беларусь, Российской Федерацией и Украиной, ратифицированного в период с 1991 г. по 1994 г. всеми государствами -членами СНГ, отнесла к сфере их совместной деятельности: сотрудничество в формировании и развитии общего экономического пространства; вопросы миграционной политики и др.[941].

В принятом 22 января 1993 г. в г. Минске Уставе СНГ с участием Армении, Беларуси, Казахстана, Кыргызстана, России, а также Таджикистана и Узбекистана, в ч. 3 ст. 1 подчеркивается, что Содружество не является государством и не обладает наднациональными полномочиями[942]. На первый взгляд может показаться, что раз СНГ не обладает наднациональными полномочиями, то и вопрос о наднациональных источниках трудового права в данном интеграционном объединении закрыт. Но такой вывод был бы поверхностным. В действительности в рамках СНГ существуют формы «мягкого» права - модельные законы, которые создаются в рамках Содружества его институтами - надгосударственными органами (в частности, Межпарламентской ассамблеей СНГ), а не напрямую государствами, и поэтому данные источники можно именовать наднациональными. На правовой характер актов, принимаемых институтами (надгосударственными органами) СНГ нас ориентирует и п.

5 ст. 4 Положения об Экономическом Суде СНГ, утвержденного Соглашением о статусе Экономического Суда СНГ, согласно которому данный Суд осуществляет толкование: применения положений соглашений, других актов Содружества и его институтов. Правда, стоит оговориться, что модельные законы СНГ не имеют прямого действия в странах - участницах Содружества, а имеют рекомендательное значение для национальных парламентов.

В ст. 4 Устава СНГ сфера совместной деятельности государств-членов в сравнении с Соглашением о создании СНГ была расширена. В данном перечне были прямо указаны, в частности: обеспечение прав и основных свобод человека; вопросы социальной и миграционной политики. Выделение наряду с миграционной политикой и вопросов социальной политики позволило охватить сферой совместной деятельности государств- членов также трудовые и непосредственно связанные с ними отношения.

В аспекте гармонизации законодательной базы стран - участниц Содружества важны правила ст. 20 Устава СНГ, согласно которой государства-члены осуществляют сотрудничество в области права, в частности, путем заключения многосторонних и двусторонних договоров об оказании правовой помощи и способствуют сближению национального законодательства, а в случае противоречий между нормами национального законодательства, регулирующего отношения в сферах совместной деятельности, государства-члены проводят консультации и переговоры с целью выработки предложений для устранения этих противоречий. По существу, ст. 20 Устава СНГ ориентирует государства-члены на сближение национального законодательства как в миграционных вопросах, так и в социально-трудовой сфере, а равно указывает консультативнопереговорный механизм устранения коллизий между нормами национального законодательства. Конечно, такой мягкий механизм не всегда эффективен на практике, о чем свидетельствует более чем 25-летний опыт функционирования СНГ, когда не только нормы «мягкого» права, но и международные договоры, заключенные в рамках СНГ, далеко не всегда исполняются государствами-членами.

В связи с этим представляется обоснованным следующее мнение Е. Г. Лукьяновой о том, что дальнейшее «углубление взаимодействия внутригосударственного и международного права требуют и обуславливают гармонизацию российского законодательства с законодательством стран СНГ и Европы»[943]. И хотя данный автор делает основной акцент на сближении прежде всего предпринимательского и финансового законодательства, полагаем, что не меньшее значение для России и других стран СНГ имеет и сближение трудового законодательства, формирующего «общие правила игры» на рынке труда, от эффективности функционирования которого зависят и национальные экономики интегрирующихся постсоветских республик.

Таким образом, развитие интеграционных процессов в рамках СНГ обусловливает потребность в гармонизации законодательства о труде, которая осуществляется помимо заимствования (рецепции) отдельных норм из национального законодательства путем как заключения международных договоров, так и принятия модельных законов.

Армения, Беларусь, Казахстан, Кыргызстан и Российская Федерация, являющиеся государствами - членами СНГ наряду с другими шестью странами, активно участвовали в разработке и принятии на Межпарламентской ассамблее СНГ большого числа модельных законов (к примеру: «О коллективных договорах и соглашениях» от 08.06.1997[944], «О занятости населения» от 03.04.1999[945], «О социальном партнерстве» от 16.11.2006[946], «О социальной защите инвалидов» от 25.11.2008[947], «О деятельности частных агентств занятости» от 28.10.2010[948]).

Если первые три модельных закона в той или иной степени учитывались при разработке ТК Беларуси, то в отношении деятельности частных агентств занятости Республика Беларусь заняла выжидательную позицию в отличие от России. Как известно, в ТК РФ Федеральным законом от 05.05.2014 № 116-ФЗ[949] с 01.01.2016 введены нормы, регламентирующие отношения с организациями, оказывающими услуги по предоставлению труда персонала[950]. Россией в Федеральном законе № 116-ФЗ были частично учтены и положения как вышеуказанного модельного закона СНГ, так и некоторые нормы из рекомендации МОТ № 188 1997 г. «О частных агентствах занятости» (заметим, что ни Россия, ни Беларусь не ратифицировали одноименную конвенцию МОТ № 181 1997 г.). А. М. Лушников, М. В. Лушникова в качестве примеров относительно удачных рецепций называют включение в ТК РФ раздела 2 «Социальное партнерство в сфере труда» и главы 14 «Защита персональных данных работников»[951].

В качестве проблемы в сфере модельного законотворчества в рамках СНГ заострим внимание на сложностях, возникших в связи с разработкой и в итоге непринятием Модельного Трудового кодекса государств - участников СНГ (далее - МТК). Напомним, что на протяжении 1998-2001 гг. на экспертном уровне в рамках СНГ велась довольно активная работа по разработке проекта МТК. Проводились сессии рабочей группы (в 1998 г. - в ФРГ; в 2000 г. - в Нидерландах), на которых в ходе подготовки проекта МТК обсуждались структура Кодекса и другие вопросы. В работе над проектом МТК принимали участие ученые в области трудового права и юристы-практики из Азербайджана, Беларуси, Грузии, Казахстана, Кыргызстана, Молдовы, России, Таджикистана, Узбекистана, а также эксперты из Германии и Нидерландов. Однако до запланированного на 2001 г. рассмотрения проекта МТК в рамках Межпарламентской ассамблеи СНГ дело так и не дошло. С 2001 г. работа по данному документу приостановлена. Вероятной причиной такой приостановки стали сложности, с которыми столкнулась Россия, где длительное время разрабатывался и принимался ТК РФ. Полагаем, что такие опасения были излишни, поскольку МТК государств - членов СНГ носил бы рекомендательный характер, а за его основу можно было бы взять и многие институты и нормы ТК РФ, которые во многом уже восприняты, к примеру, в ТК Кыргызстана. При этом принятие МТК не потребует оперативного внесения изменений и дополнений в национальные ТК, эту работу можно провести в рамках планомерного реформирования соответствующих кодексов.

Таким образом, потребность в принятии МТК в рамках СНГ по-прежнему сохраняется, на что верно обращала внимание Г. С. Скачкова[952]. Разработка и принятие модельного кодифицированного закона в сфере труда позволит сблизить трудовое законодательство не только государств - членов ЕАЭС, но и других стран - участниц СНГ, что диктуется как тесными экономическими связями субъектов хозяйствования, так и растущими потоками трудящихся-мигрантов, нуждающихся в приближении уровня трудовых прав и гарантий в области оплаты труда, рабочего времени, времени отдыха, охраны труда, но с учетом состояния своих экономик и некоторых иных национальных особенностей.

Автором настоящей работы разработана примерная структура Модельного Трудового кодекса (см. приложение А), в которой учтены удачные законодательные решения в государствах-членах (к примеру, выделение разделов в ТК Армении и Беларуси с более четким обособлением институтов, относящихся к подотраслям коллективного и индивидуального трудового права), а также в отдельных главах отражены институты и подинституты, которые более удачно кодифицированы в ТК РФ, ТК Кыргызстана. Учтены и некоторые положительные моменты из ТК Казахстана и других стран-участниц СНГ.

Опыт гармонизации законодательства в рамках ЕврАзЭС.

Более 13 лет (с мая 2001 г. по 31 декабря 2014 г.) просуществовало такое межгосударственное объединение, как ЕврАзЭС, которое было создано на основании Договора об учреждении Евразийского экономического сообщества от 10.10.2000[953] пятью постсоветскими республиками (Беларусью, Казахстаном, Кыргызстаном, Россией и Таджикистаном) в целях развития процессов интеграции между ними и углубления взаимного сотрудничества в различных областях. 25 января 2006 г. был подписан протокол о присоединении к ЕврАзЭС Республики Узбекистан, с октября 2008 г. данное государство приостановило участие в работе органов ЕврАзЭС. Свою деятельность ЕврАзЭС и его органы прекратили с 1 января 2015 г. в связи с началом функционирования ЕАЭС на основании Договора о прекращении деятельности ЕврАзЭС от 10.10.2014[954].

Как верно писала С. Ю. Головина, сформировавшееся «стремление государств к экономическому взаимодействию, политическому и социальному сближению, обсуловившее создание Евразийского экономического союза, диктует и насущную необходимость конвергенции подходов к правовому регулированию труда»[955]. Несмотря на то что ЕврАзЭС уже прекратил свою деятельность, многие из его актов продолжают действовать и применяться. Это обстоятельство, а также ценность исторического опыта гармонизации законодательства о труде в рамках ЕврАзЭС объясняют потребность его изучения в целях поиска оптимальных моделей сближения трудового законодательства государств - членов ЕАЭС.

Источники трудового права, созданные в рамках ЕврАзЭС, условно можно было разделить на две группы: 1) первичные, или международные источники - учредительные документы и другие международные договоры, заключенные между государствами - членами ЕврАзЭС; 2) вторичные, или надгосударственные, - источники, которые принимались органами, созданными в рамках ЕврАзЭС. Здесь прослеживается определенная аналогия с правом ЕС[956], а ныне оно воспринято и в рамках ЕАЭС[957] в рамках так называемого евразийского права.

Первичным источником права ЕврАзЭС являлся Договор об учреждении ЕврАзЭС от 10.10.2000 (вступивший в силу 30.05.2001 и утративший силу с 01.01.2015)[958], который определял систему и компетенцию органов этого объединения, условия членства в нем государств и иные организационно-правовые вопросы.

В качестве примеров вторичных источников в ЕврАзЭС приведем два постановления Межпарламентской ассамблеи ЕврАзЭС: от 28.05.2004 № 5-21, которым был принят типовой проект законодательного акта МПА ЕврАзЭС «О прожиточном минимуме» и от 14.04.2005 № 6-16, которым был принят типовой проект законодательного акта «О социальном партнерстве» [959]. При оценке юридической силы вышеуказанных и других документов, принимавшихся в рамках ЕврАзЭС, следует учитывать, что в отличие от регламентов ЕС акты органов ЕврАзЭС не имели прямого действия. Они направлялись в парламенты государств - членов Сообщества для использования при разработке актов национального законодательства, что их сближает с модельными законами СНГ. Этот вывод был подтвержден в толковании Суда ЕврАзЭС (консультативное заключение Экономического Суда СНГ от 10.03.2006 № 01-1/3-05 «О толковании договора об учреждении Евразийского экономического сообщества от 10 октября 2000 года»)[960]. В связи с этим не было достаточных правовых оснований для включения большинства актов ЕврАзЭС в систему национальных источников трудового права его государств-членов. Для встраивания наднациональных актов этого Сообщества (кроме Основ законодательства) в системы национальных источников права требовалось как минимум два условия: во- первых, наделение органов ЕврАзЭС надгосударственными полномочиями по принятию актов прямого действия; во-вторых, санкционирование такого действия через внесение изменений в конституции и национальные законы государств-членов. Ни первое, ни второе условие в рамках ЕврАзЭС реализовано не было.

К актам «мягкого права» ЕврАзЭС, имеющим прямое отношение к трудовому праву, следует отнести Рекомендации по гармонизации трудового законодательства государств - членов ЕврАзЭС (на основе сравнительно-правового анализа национальных

законодательств), одобренные постановлением Межпарламентской Ассамблеи ЕврАзЭС от 13.05.2009 № 10-13[961]. Для целей настоящей работы воспроизведем только два положения, содержащиеся в данных Рекомендациях применительно к нашей теме, в которых усматривается некоторое противоречие. С одной стороны, Рекомендации, упоминая про три возможных способа гармонизации законодательства, отдают приоритет Основам законодательства как непосредственному инструменту правового регулирования труда, а с другой стороны, предусматривают, что систему источников национального трудового права государства-члены должны определять сами с учетом особенностей государственного устройства и традиций правоприменения. В случае принятия Основ законодательства с их приоритетом перед актами национального законодательства они могли бы подменять последние, что привело бы к нивелированию национальных особенностей правового регулирования труда.

Итак, единственный наднациональный источник права, существовавший в рамках ЕврАзЭС, порядок принятия и контроля в отношении которого имел довольно четкую нормативную базу, - это основы законодательства. Такой нормативной базой выступал Договор о статусе Основ законодательства ЕврАзЭС, порядке их разработки, принятия и реализации[962], вступивший в силу 24.09.2007 и утративший силу со вступлением в силу Договора о прекращении деятельности ЕврАзЭС от 10.10.2014 (т. е. с 1 января 2015 г.).

По мнению В. А. Абалдуева, применительно к Основам «присутствующий в названии термин «законодательство» к международно-правовым источникам вряд ли применим»[963]. С этим тезисом можно поспорить, поскольку, во-первых, как Основы законодательства - это акт надгосударственного органа (источник надгосударственного права, а не классического международного права), во-вторых, по своему предмету он нацелен на гармонизацию национальных законодательств интегрирующихся государств.

До 2014 г. велась разработка проекта Основ законодательства о труде ЕврАзЭС (далее - Основы) и планировалось его обсуждение и принятие на Межпарламентской ассамблее ЕврАзЭС[964]. По мнению руководителя экспертной группы С. Ю. Головиной, «Основы трудового законодательства ЕврАзЭС должны стать базовым правовым актом ЕврАзЭС, устанавливающим общие начала правового регулирования в сфере труда»[965]. Согласно концепции предполагалось, что Основы должны отвечать трем критериям: 1) соответствовать международным стандартам труда, в том числе учитывать конвенции и рекомендации МОТ; 2) исключать принципиальные отличия в правовом регулировании трудовых и непосредственно связанных с ними отношений в странах ЕврАзЭС; 3) оставить возможность сохранения национальных особенностей трудовых отношений.

По структуре Основы должны были состоять из общей и особенной частей. При этом в общую часть планировалось включить цели, задачи, принципы, сферу действия, источники, характеристику трудовых отношений и их субъектов, а также социальное партнерство. В особенную часть Основ предлагалось включить разделы, соответствующие институтам трудового права от трудового договора и заканчивая особенностями регулирования труда отдельных категорий работников[966]. С. Ю. Головиной было также высказано предложение о включении в Основы нормы об установлении приоритета Основ как международно-правового акта по сравнению с национальным законодательством[967]. По мнению Ю. А. Кучиной, разработчикам Основ следовало опираться «не только на нормы международного законодательства, но и на прогрессивные нормы национального трудового законодательства государств-участников ЕврАзЭС, которые уже доказали свою жизнеспособность и успешность»[968]. Этот подход сохраняет свою актуальность и для гармонизации трудового законодательства в рамках ЕАЭС и СНГ, а для этого в рабочие группы должны входить представители всех государств-членов.

В итоге кропотливая работа по экспертной подготовке Основ трудового законодательства ЕврАзЭС так и не увенчалась успехом, повторив судьбу проекта МТК СНГ. Причиной тому послужило создание с 1 января 2015 г. ЕАЭС, в рамках которого на данный момент не создан надгосударственный орган парламентского типа. Кроме того, такой вид наднационального источника права, как Основы законодательства, даже не упомянут в Договоре о ЕАЭС, что в настоящее время исключает юридическую возможность использования данной модели гармонизации трудового законодательства. Вместе с тем ЕАЭС создал другие правовые механизмы путей гармонизации законодательства о труде, о которых пойдет речь в следующих параграфах этой главы.

<< | >>
Источник: ТОМАШЕВСКИЙ Кирилл Леонидович. СИСТЕМЫ ИСТОЧНИКОВ ТРУДОВОГО ПРАВА ГОСУДАРСТВ - ЧЛЕНОВ ЕАЭС: ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА. Диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук. Москва - 2017. 2017

Скачать оригинал источника

Еще по теме § 3. Опыт гармонизации трудового законодательства и формирования наднациональных источников трудового права в СНГ и ЕврАзЭС:

  1. § 2 Правовой статус международных организаций и других участников международных торговых отношений
  2. §4. Международно-правовое регулирование трудовой миграции в Евразийском Экономическом Союзе
  3. СОДЕРЖАНИЕ
  4. ВВЕДЕНИЕ
  5. § 3. Опыт гармонизации трудового законодательства и формирования наднациональных источников трудового права в СНГ и ЕврАзЭС
  6. § 5. Пути гармонизации и упорядочения систем источников трудового права Армении, Беларуси, Казахстана, Кыргызстана и России
  7. § 1 Современные тенденции развития источников трудового права государств - членов ЕАЭС
  8. ЗАКЛЮЧЕНИЕ
  9. БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК[1131]
  10. § 2 Правовой статус международных организаций и других участников международных торговых отношений
  11. Введение
  12. БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -