<<
>>

§2. Понятие и признаки предприятия как объекта гражданских прав

Легальное определение предприятия, закрепленное в статье 132 ГК РФ, исследуемое с учетом признаков собственно имущественного комплекса как объекта прав, сформулированных выше, позволяет установить, что специфическими свойствами предприятия, отличающими его от иных видов имущественных комплексов, являются:

1) использование предприятия для (с целью) осуществления предпринимательской деятельности;

2) понимание предприятия как недвижимости.

Круг признаков предприятия, выделяемых в юридической литературе, гораздо шире. Помимо законодательно закрепленных признаков, исследователи данной проблематики наделяют предприятие и иными свойствами - чертами имущественного комплекса как такового и признаками, присущими исключительно предприятию как объекту прав.

Таким образом, рассматриваемые ниже черты предприятия можно условно разделить на 3 группы: 1) признаки, которыми предприятие обладает

как один из видов имущественных комплексов; 2) императивно установленные свойства предприятия, отличающие его от иных имущественных комплексов; 3) отличительные черты, характерные для предприятия, по мнению цивилистов. Остановимся подробнее на каждой из групп.

1. Признаки, которыми предприятие обладает как один из видов имущественных комплексов

Подобно любому другому имущественному комплексу, предприятию присущи следующие признаки: 1) целостность, 2) имущественный характер,

3) юридическая природа, 4) обусловленность определенной целью.

Имущественный характер предприятия не отрицается никем из цивилистов. Действительно, логично, что предприятие, являясь в силу соответствующей законодательной установки имущественным комплексом, должно содержать в своем составе имущественные элементы. Вместе с тем, обоснование данного тезиса у различных исследователей имеет свои особенности.

Так, О.Е. Романов отмечает: «Предприятие, обращаемое с его активом и пассивом, можно свести к имуществу в этом значении слова1: если не входить в сугубо теоретические рассуждения и опереться на ст.

132 ГК РФ, нетрудно увидеть, что предприятие составляют как материальные, так и нематериальные, но всегда имущественные элементы»[88] [89]. При этом обязательной составляющей таких элементов, по мнению автора, должны являться обязанности и права требования, без наличия которых квалифицировать набор имущества как предприятие нельзя[90].

Аналогичного мнения придерживается С.А. Степанов, считающий, что «предприятие может выступать в качестве объекта гражданского права либо как имущественный комплекс, объединяющий вещи и имущественные права, либо как имущественный комплекс, состоящий только как определенная совокупность имущественных прав и обязанностей. Предприятие как имущественный комплекс, состоящий только из вещей, ни теоретически, ни практически не возможно1.

Изложенное обоснование, разделяемое рядом иных авторов (например, Ю.С. Поваровым[91] [92], В.В. Жариковым[93], В.А. Беловым[94] и др.), представляется, и на наш взгляд, абсолютно верным.

Таким образом, в вопросе наличия у предприятия имущественной составляющей ученые проявляют полное единодушие.

В соответствии со ст. 132 ГК РФ предприятием как объектом прав признается имущественный комплекс, используемый для осуществления предпринимательской деятельности. Положения изложенной нормы права свидетельствуют о том, что предприятие как разновидность имущественного комплекса рассматривается законодателем в качестве особого объекта прав. Между тем, состав предприятия достаточно разнороден, а законодательно установленный примерный перечень объектов, входящих в состав предприятия, конкретизируется в каждом конкретном случае собственником предприятия, определяющим, какое именно имущество подлежит объединению в комплекс. Изложенное свидетельствует, что у предприятия отсутствуют внутренние естественные предпосылки для возникновения в качестве единого и самостоятельного объекта прав. Данное обстоятельство, в свою очередь, позволяет сделать вывод о том, что предприятие как объект прав и разновидность имущественного комплекса отвечает отмеченному выше признаку имущественных комплексов в целом, а именно: имеет в основе своего происхождения не естественно-правовую, а юридическую природу - то есть возникает в силу соответствующей воли законодателя (определяющего предприятие как объект гражданских прав в статье 132 ГК РФ) и собственника (создающего конкретное предприятие как объект гражданских прав).

Цитируемая выше статья 132 ГК РФ свидетельствует, что возникновение и существование предприятия как особого объекта прав подчинено определенной цели, а, следовательно, подтверждает наличие у предприятия еще одного признака, присущего имущественным комплексам - признака целеполагания.

Свойство целостности предприятия тесно связано с его изложенным выше признаком и проявляется в том, что отдельные объекты имущества, объединяемые собственником предприятия в рамках последнего, вступают в тесное взаимодействие, становятся связанными (юридически) с иными объектами соответствующего имущества и все вместе используются для достижения целей, во имя которых осуществляется использование предприятия. В этом смысле последнее представляет собой своего рода разноцветный «клубок», в котором переплетены «нити» - составляющие предприятие элементы.

C одной стороны, эти «нити» - фактически самостоятельные объекты, которые вполне могут участвовать в хозяйственном обороте. C другой стороны, войдя в состав предприятия, такие «нити» - объекты имущества, хотя и не изымаются из хозяйственного оборота (поскольку нормы действующего права не содержат запрета на совершение сделок с таким имуществом - любой станок, здание, стол и т.д. можно продать (заложить, сдать в аренду), если от этого не пострадает предприятие), но перестают быть интересны праву как независимые объекты гражданских прав, а следуют судьбе предприятия. Возвращение указанных элементов предприятия в хозяйственный оборот в качестве самостоятельных объектов прав и предметов гражданско-правовых сделок происходит посредством их выделения из состава предприятия. При этом, поскольку момент вычленения указанного элемента из состава предприятия и превращения его в самостоятельный объект прав уловить довольно сложно, таким моментом нами предлагается считать дату заключения договора о передаче прав на соответствующий объект иному собственнику.

2) Императивно установленные свойства предприятия, отличающие его от иных имущественных комплексов

Вторую группу признаков предприятия составляют закрепленные в законодательстве свойства предприятия, отличающие его от иных имущественных комплексов.

В качестве таковых, как уже отмечалось выше, следует выделить следующие предусмотренные ст. 132 ГК РФ черты: использование предприятия с целью осуществления предпринимательской деятельности; понимание предприятия как недвижимости.

Использование имущественного комплекса в предпринимательской деятельности (то есть в самостоятельной, осуществляемой на свой риск деятельности, направленной на систематическое получение прибыли - ст. 2 ГК РФ) является основным признаком, отграничивающим предприятие от иных имущественных комплексов. Этот же признак должен использоваться при разграничении (в том числе и для целей наследования) имущества гражданина - предпринимателя, входящего в состав предприятия, и иного имущества, используемого указанным собственником в личных целях.

Применение данного критерия к объектам, определенных выше в качестве имущественных комплексов, позволяет отметить, что аэропорт и гостиница при их использовании в деятельности, отвечающей признакам предпринимательской, будут являться не самостоятельным видом имущественного комплекса, а разновидностью предприятия.

Учитывая нормы современного законодательства, ученые-юристы определяют в качестве обязательного признака предприятия его способность быть реально использованным в предпринимательской деятельности и в гражданском обороте.

Однако в понимании данного признака во взглядах цивилистов имеются определенные расхождения. Так, О.Е. Романов считает, что «в юридическом смысле важно лишь то, чтобы комплекс имущества был пригоден к ведению дела, с которым он был связан и для которого предназначен. ... Поскольку «лежачие» предприятия можно реанимировать и превратить в основу процветающего предпринимательства, постольку ... положение ст. 132 ГК РФ о том, что предприятием является используемый имущественный комплекс, понимать по буквальному смыслу нельзя - логическое толкование позволяет распространить ст. 132 и на некоторые имущественные комплексы, не включенные в работу»1. В отличие от О.Е. Романова, С.А.

Степанов, отмечая необходимость выделения в предприятии «основного предпринимательского звена», обеспечивающего реальное использование предприятия в предпринимательской деятельности, указывает на то, что предприятием может быть лишь реально функционирующий (причем вовлеченный именно в предпринимательскую деятельность) имущественный комплекс[95] [96] [97]. Аналогичного взгляда придерживается и В.В. Витрянский, отмечающий, что «обязательным признаком предприятия как особого объекта гражданских прав, отличающим его, в частности, от иных

имущественных комплексов, следует признать его фактическое

- з

использование для предпринимательской деятельности» .

Ю.С. Поваров также причисляет функционирование к числу важнейших признаков предприятия, отмечая, что «предприятием должны именоваться не комплексы оборудования и иных вещей, ...а находящиеся в эксплуатации (курсив автора - В.С.) имущественные комплексы, состоящие наряду с вещами из иных объектов гражданских прав»1. Вместе с тем, в параграфе 2.2.3 монографии, наиболее существенным признаком предприятия автором называется «способность предприятия к возобновлению коммерческой деятельности», в случае утраты которой «имущественный комплекс теряет статус предприятия и должен рассматриваться как совокупность разрозненных объектов, не образующих предприятие» . Изложенная точка зрения, нашедшая свое отражение и в работе И.П. Зиновьева , с теоретической точки зрения является правильной, поскольку позволяет учитывать в качестве имущественных комплексов не только вовлеченные в производственную деятельность, но и временно не функционирующие, а также только что созданные предприятия. Однако на практике установить, способно ли предприятие к возобновлению коммерческой деятельности, может быть затруднительно, поскольку данный признак носит оценочный характер, а потому подобное понимание предприятия породит массу судебных споров.

Ввиду изложенного представляется, что наиболее близким к букве закона, а также отвечающим сущности предприятия является приведенный выше взгляд В.В.

Витрянского, понимающего предприятие как фактически вовлеченный в предпринимательскую деятельность имущественный комплекс.

Данный вывод подтверждается также судебной практикой. Так, например, в постановлении от 03.06.2003 г. по делу №Ф04/2442-631/А46- 2003 Федеральный арбитражный суд Западно-Сибирского округа указал, что предприятию как объекту гражданских прав присущ следующий признак: его имущество должно представлять из себя единый работающий имущественный комплекса используемый в предпринимательской деятельности (для извлечения прибыли)4. Фактическое использование предприятия для осуществления предпринимательской деятельности названо в качестве обязательного признака предприятия как объекта гражданских прав, отличающего его от иных имущественных комплексов, и в постановлении Федерального арбитражного суда Западно-Сибирского [98] [99] [100] [101] округа от 22.09.2003 г. по делу №Ф04/4693-784/А75-20031. Опираясь на отсутствие в материалах дела доказательств использования объектов недвижимости в производственной деятельности предприятия (мясокомбината), в постановлении от 21.03.2005 г. по делу №008-505/2005 Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа признал правомерным вывод судов нижестоящих инстанций о том, что спорные объекты не входят в состав проданного сторонами предприятия[102] [103].

Сравнивая понимание предприятия в ГК РФ с состоянием законодательства иных зарубежных стран по соответствующему вопросу следует отметить, что необходимость использования предприятия в той или иной деятельности, осуществляемой с целью извлечения прибыли, признается законами большинства европейских стран, закрепляющих предприятие в качестве объекта прав. Однако «выпадает» из общего ряда данных законов и потому представляется особенно любопытным. Торговый кодекс Португалии 1888 г., определяющий в качестве торгового лишь предприятие, используемое в строго определенной законом деятельности.

Так, в соответствии со ст. 230 названного Кодекса торговыми предприятиями (индивидуальными или коллективными) являются предприятия, созданные с намерением: 1) перерабатывать вручную или посредством механизмов сырье, используя для этого рабочих и (или) машины (за исключением лиц, которые обрабатывают землю исключительно для получения ее продуктов, а также художников, промышленников, мастеров механической мастерской, непосредственно занимающихся своим искусством, промыслом или ремеслом); 2) поставлять в различное время товары как частным лицам, так и государству за согласованную цену (за исключением собственника или лица, эксплуатирующего землю, которые осуществляют поставки продуктов с соответствующего владения); 3) посредничать в сделках или на аукционах за счет других и за обусловленную плату в конторе, открытой публике; 4) эксплуатировать какие-либо публичные зрелища; 5) издавать, опубликовывать или продавать произведения науки, литературы, искусства (за исключением автора, который издает, публикует или продает свои произведения)[104].

Приведенный перечень представляется странным. Во-первых, он является далеко неполным перечнем видов деятельности, в которых с учетом экономических реалий можно использовать предприятие. При этом поскольку понятия иных, «неторговых» предприятий Кодекс Португалии не дает, напрашивается вывод о том, что положения ст. 230, подлежащие распространению на все предприятия, существенно ограничивают сферы, в которых они (предприятия) могут быть использованы.

Кроме того, исходя из приведенных положений, автор произведения литературы, искусства, равно как крестьянин - сельскохозяйственник не могут иметь предприятие по продаже своих изделий даже в случае, если они привлекают для соответствующей деятельности наемных рабочих либо механизмы и хотят извлекать из нее прибыль. Данное положение делает весь предусмотренный в статье 230 TK Португалии перечень лишенным логики.

Одним из закрепленных в законодательстве признаков предприятия является признание его в ст. 132 ГК РФ недвижимостью.

Для оценки цели такого закрепления представляется необходимым рассмотреть критерии, по которым производится разграничение движимого и недвижимого имущества.

Во-первых, следует отметить, что правовое конструирование классификации объектов на движимые и недвижимые, как правило, осуществляется одним из двух следующих способов: путем прямого перечисления недвижимого имущества2 либо законодательного закрепления критериев определения такового. При этом движимое имущество либо формируется по остаточному принципу, либо, подобно недвижимости, прямо перечисляется в законе.

В соответствии со ст. 130 ГК РФ к недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки, участки недр, обособленные водные объекты и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе леса, многолетние насаждения, здания, сооружения, объекты незавершенного строительства. К недвижимым вещам относятся также подлежащие государственной регистрации воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания, космические объекты. Законом к недвижимым вещам может быть отнесено и иное имущество. Вещи, не относящиеся к недвижимости, включая деньги и ценные бумаги, признаются движимым имуществом.

Формулировка изложенной статьи позволяет установить, что действующим российским законодательством используется смешанный способ классификации объектов недвижимости: как путем прямого указания в качестве таковых земельных участков, участков недр, обособленных водных объектов, воздушных и морских судов, судов внутреннего плавания, космических объектов, так и путем формулирования принципа тесной связи с землей как критерия отнесения объектов к недвижимости.

Критерии деления имущества на движимое и недвижимое в разных государствах также являются различными. Проанализировав современное право, можно выявить следующие критерии определения недвижимости:

1) базовый - недвижимость по природе; к такой разновидности недвижимого имущества традиционно относится земля, участки недр, обособленные ввозные объекты;

2) производный - объекты, тесно связанные с землей, перемещение которых невозможно без существенного ущерба для них; в ГК РФ к таким относятся здания, сооружения, многолетние насаждения;

3) законодательный - объекты, признаваемые недвижимостью в силу соответствующего указания закона; в ГК РФ таковыми являются воздушные и морские суда, суда внутреннего плаванья, космические объекты, жилые и нежилые помещения, предприятия;

4) недвижимость в силу назначения- Такой критерий в ГК РФ отсутствует. Соответствующие положения содержатся в нормах Гражданского кодекса Мексики, Гражданского кодекса Бразилии, Гражданского кодекса Франции, в которых под такой недвижимостью понимаются предметы, помещенные на участке для его обслуживания и эксплуатации, а также движимые вещи, навсегда присоединенные к недвижимости, отделение которых невозможно без повреждения или существенного ухудшения состояния недвижимости, к которой они присоединены *.

Следует отметить, что критерий земли и тесной связи с ней является более «органичным», чем остальные изложенные, поскольку учитывает природу объектов, подлежащих разграничению на движимости и недвижимости, что облегчает осуществление соответствующего разделения. Закрепление же в нормах права того или иного имущества в качестве недвижимого в противоречие его естественным свойствам обусловлено желанием законодателя контролировать его участие в хозяйственном обороте, смену собственников и т.п. Зачастую такой контроль осуществляется путем законодательного закрепления обязанности по государственной регистрации прав на объекты недвижимого имущества и сделок с ними.

Анализируя правовую природу предприятия применительно к положениям статьи 130 ГК РФ можно сделать следующий вывод: соответствующий имущественный комплекс, будучи искусственным образованием, что отражено в его признаках, изложенных выше, не может быть отнесен к объектам недвижимости в силу его неразрывной связи с землей. Следовательно, формулируя положения статьи 132 ГК РФ, законодатель руководствовался третьим из приведенных критериев. Данное мнение разделяет Ю.С. Поваров .

Некоторые авторы считают, что статус недвижимости, придаваемый предприятию, ничем не обусловлен, поэтому, учитывая громоздкость предусмотренного законодательством порядка такой регистрации, цивилисты предлагают внести в действующее законодательство изменения и отменить регистрацию предприятия как объекта недвижимости. Кроме того, некоторые из теоретиков, в частности, О.Е. Романов, предлагают внести изменения в ст.132 ГК РФ, прямо закрепив отнесение предприятия к движимому имуществу3.

Изложенное мнение О.Е. Романова представляется нам излишне категоричным. Действительно, процедура государственной регистрации прав на предприятие создает определенные препятствия для совершения сделок с соответствующим объектом гражданских прав. Однако говорить о том, что упрощение такой регистрации либо ее полная отмена (которую поддерживает О.Е. Романов) придаст предприятию фактический статус движимого имущества, на наш взгляд, не следует, поскольку признание предприятия недвижимостью, как уже отмечалось, обусловлено, в первую очередь, желанием государства контролировать оборот данного объекта права.

В стремлении государства контролировать процесс смены собственников предприятия как имущественного комплекса нет ничего противоречащего сущности соответствующего объекта прав. Более того, [105] такой контроль способствует не только упорядочению гражданского оборота, но и своевременному выявлению недобросовестных налогоплательщиков, попыток недобросовестной конкуренции - занятия доминирующего положения на рынке путем скупки предприятий, используемых для деятельности в том или ином сегменте рынка определенных товаров (работ, услуг).

Выступая против определения предприятия как недвижимости, К.Д. Овчинникова отмечает, что ни в одном из рассматриваемых ею «зарубежных законодательств предприятие в целом, как имущественный комплекс, не признается объектом недвижимости, хотя оно может иметь в своем составе недвижимые объекты. В этой связи подход российского законодателя, признающего предприятие недвижимостью, противоречит общим тенденциям правового оформления статуса предприятия как объекта гражданских прав. Торговое дело за все время своего существования может и не иметь в собственности ни одного объекта недвижимости. В новых условиях, когда предприятие стало обозначать живое предпринимательское дело - бизнес, основную его ценность составляют нематериальные и «незамечаемые» бухгалтерским или налоговым учетом блага»

В противовес изложенной точке зрения представляется необходимым отметить, что вероятность нахождения в составе предприятия неимущественных элементов, «незамечаемых» бухгалтерским учетом, равна вероятности нахождения в нем объектов, являющихся недвижимостью по своей природе, отсутствие контроля за оборотом которых внесет путаницу в гражданско-правовые отношения.

Положения о предприятии как недвижимости выполняют еще одну очень важную роль - они являются «центростремительной силой», которая наряду с принципом целевой направленности использования предприятия [106]

объединяет составляющие его элементы в некое единство. Признание предприятия недвижимостью подчеркивает особую правовую связь элементов соответствующего имущественного комплекса, поскольку даже движимые вещи, составляющие предприятие, приобретают статус недвижимости. Такой феномен (своего рода юридическую фикцию) В.А. Лапач назвал «правовая иммобилизация», дав ей следующее определение: это способ юридического скрепления разных видов имущества (обычно не создающего угрозы общественным интересам), которые в своей совокупности приобретают сверхсуммарный эффект - способность выступать в качестве хозяйственного, экономического комплекса1. При этом подобное свойство, по мнению профессора, вовсе не означает неподвижности и неизменности натурально-вещественных компонентов комплекса. Природа предприятия полностью отвечает данному признаку, что свидетельствует о возможности отнесения термина правовая иммобилизация и к рассматриваемому нами объекту прав.

Отмеченный выше особый интерес государства в осуществлении контроля за юридической судьбой предприятия подтверждается также тем, что сделки с этим объектом гражданских прав характеризуются большей степенью формализованности, чем с иным имуществом, относимым нормами права к недвижимому. Так, например, по общему правилу договор купли- продажи недвижимого имущества подлежит совершению в простой письменной форме, несоблюдение которой влечет недействительность соответствующего договора (ст. 550 ГК РФ). Для продажи же предприятия законодателем установлено, помимо изложенного, дополнительное условие - необходимость государственной регистрации договора купли-продажи, при этом несоблюдение субъектами правоотношений названного условия влечет незаключенность договора. Договор аренды зданий и сооружений в силу ст.651 ГК РФ подлежит государственной регистрации лишь в том случае, [107]

если он заключен на срок не менее года, при передаче же в аренду предприятия соответствующий договор подлежит государственной регистрации независимо от срока, на который он заключается (ст. 658 ГК РФ). Кроме того, в силу ст. 22 ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» от 21.07.1997 г. 7^122-03[108] при совершении сделки в отношении предприятия как имущественного комплекса подлежит регистрации не только сама сделка, но и наличие, а также переход права на предприятие. При этом регистрация указанных фактов, в отличие от большинства иных объектов недвижимости, осуществляется федеральным органом в области государственной регистрации (а не его территориальными подразделениями).

Вместе с тем, признание законодателем предприятия недвижимым имуществом при отсутствии на то естественно-правовых предпосылок делает вопросы о сущности предприятия еще более дискуссионными.

Так, Р.Е. Бурмистров полагает, что отнесение предприятия к недвижимому имуществу объясняется необходимостью наличия в составе предприятия объектов недвижимости. Поэтому, на взгляд ученого, государственной регистрации подлежит предприятие как объект права лишь при наличии в его составе объектов недвижимости1. Данная позиция не согласуется с положениями ГК РФ и Федерального закона №122-ФЗ и представляется спорной, поскольку обязательное наличие в составе предприятия недвижимого имущества законодательными актами РФ не предусмотрено.

А.В. Бегичев, напротив, занимает обоснованную позицию, отмечая, что предприятие признается недвижимостью независимо от того, входит ли в его состав недвижимое имущество, принадлежащее собственнику. Это объясняется необходимостью подчинения сделок с предприятием специальному правовому режиму недвижимости в целях обеспечения повышенной надежности таких сделок, защиты прав как их участников, так и третьих лиц[109] [110].

Рассмотрение вопросов сущности и признаков предприятия (в том числе исследование предприятия как недвижимости) имеет важное значение для изучения проблем наследования соответствующего объекта прав, поскольку позволяет ответить на один из первых и главных вопросов, возникающих при попытке применения норм ГК РФ о наследовании предприятия - вопрос о том, что же представляет собой предприятие как объект наследования, и в каких случаях оно входит в наследственную массу.

Так, например, А.В. Бегичев, рассматривая предприятие как недвижимость с применением к нему положений статьи 131 ГК РФ и 22 ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество...» приходит к выводу о том, что объектом наследственного преемства является лишь то предприятие, которое к моменту открытия наследства надлежащим образом зарегистрировано. При отсутствии государственной регистрации наследуется не предприятие как имущественный комплекс, а отдельные объекты, входящие в его состав[111].

Однако данная точка зрения представляется весьма дискуссионной.

Так, в соответствии со ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно ст. 219 ГК РФ право собственности на здания, сооружения и другое вновь создаваемое недвижимое имущество. подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации.

Статьей же 22 Федерального закона №122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» установлено, что в ЕГРП подлежат регистрации права на земельные участки и иные объекты недвижимого имущества, входящего в состав предприятия, регистрация же наличия и перехода прав на предприятие как имущественный комплекс необходима лишь в случае совершения сделки в отношении соответствующего объекта прав.

Таким образом, буквальное толкование данной статьи (не предусматривающей обязательной регистрации возникновения прав на предприятие при создании последнего) позволяет сделать вывод о том, что предприятие как имущественный комплекс не отнесено законодательством к недвижимому имуществу, указанному в ст. 219 ГК РФ, а регистрация прав на предприятие, впервые являющееся объектом гражданско-правовой сделки, носит не правоустанавливающий, а правоподтверждающий характер. Поэтому, на наш взгляд, нет оснований полагать, что права на предприятие возникают у его первичного собственника лишь в момент их государственной регистрации, и только при совершении таковой предприятие превращается из разрозненной совокупности имущества в комплекс. Ведь, если признать обратное, необходимо будет согласиться и с тем, что сделка, например, купли-продажи вновь созданного предприятия (хронологически заключаемая ранее регистрации перехода, а, следовательно, и наличия прав на предприятие) на момент ее совершения будет беспредметна (поскольку права на предприятия на продавцом еще не будут зарегистрированы), а продавец по такой сделке (в силу указанных причин) будет передавать права, которых он за момент ее заключения не имеет. Однако подобная ситуация, сводящая на нет все попытки совершения каких- либо сделок с предприятием, представляется абсурдной.

В подтверждение возможности существования в качестве самостоятельных объектов прав предприятий, права на которые в установленном законом порядке не зарегистрированы, следует привести судебную практику, оценивающую сделки купли-продажи, совершаемые в течение незначительного промежутка времени между одними и теми же сторонами и направленные на реализацию всех основных средств продавца, в качестве взаимосвязанных сделок, прикрывающих фактическое отчуждение предприятия как имущественного комплекса, используемого продавцом в предпринимательской деятельности, без пассива предприятия и без государственной регистрации договора. Подобная точка зрения изложена, например, в постановлении ФАС Восточно-Сибирского округа от 21.02.2005 г. по делу №АЗЗ-1676/04-С1-Ф02-4ІЗ/05-С2, постановлении ФАС Волго- Вятского округа от 15.04.2002 г. по делам №А28-6327/01-271/19, №А28- 6328/01-272/19, № А28-6329/01 -273/19, №А28-633 0/01 -274/19, № А28-6331/01- 275/19, №А28-6332/01-276/19, №А28-6333/01-277/19, №А28-6335/01-279/19, в постановлении ФАС Северо-Кавказского округа от 28.11.006 г. по делу №Ф08-5935/2006[112].

Обоснование А.В. Бегичевым приведенной выше точки зрения ссылкой на ст. 131 ГК РФ также не выдерживает критики, поскольку содержание данной статьи излагается цивилистом достаточно вольно: «право собственности на недвижимое имущество подлежит государственной регистрации», в то время как норма названной статьи говорит о регистрации права собственности и других вещных прав на «недвижимые вещи». При этом, поскольку, как отмечалось выше, понятие, употребляемый законодателем термин «имущество» по своему содержанию шире понятия «вещь», а предприятие, включая в себя как материальные, так и нематериальные объекты имущественного характера, вещью не является, применение к предприятию положений статьи 131 ГК РФ представляется невозможным.

Ввиду изложенного полагаем, что закрепление в части 2 статьи 22 Закона №122-ФЗ необходимости регистрации только «наличия и перехода прав на предприятие в целом» (но невозникновения соответствующих прав) является важным моментом в характеристике предприятия как объекта недвижимости и полностью соответствует избранной законодателем модели регистрации прав на предприятие только при совершении сделок с ним, позволяющей как соблюсти интересы государства, формализующего сделки с соответствующим объектом прав, так и учесть специфику предприятия как сложного и изменчивого во времени комплекса.

Таким образом, изложенное свидетельствует, на наш взгляд, что объектом наследования может являться не только предприятие, права наследодателя на которое зафиксированы соответствующим свидетельством (то есть предприятие, приобретенное наследодателем по гражданско- правовой сделке), но и имущественный комплекс, который наследодатель фактически использовал в своей предпринимательской деятельности. При этом, поскольку осуществление предпринимательской деятельности как с экономической, так и с юридической точки зрения невозможно без наличия у предпринимателя определенного имущества (овеществленного и (или) представляющего собой права и обязанности, связанные с ведением бизнеса), по нашему мнению, любая предпринимательская деятельность предполагает наличие у лица, ее осуществляющего, имущественного комплекса - предприятия, которое подлежит включению в наследственную массу в случае смерти предпринимателя.

3) Отличительные черты, характерные для предприятия, по мнению цивилистов

Третью группу признаков предприятия составляют черты, которыми наделяют предприятие исследующие его сущность ученые. Обобщение встречающихся в настоящее время в юридической литературе взглядов позволяет в качестве таких признаков выделить следующие: неделимость и непотребляемость предприятия, а также его стоимость.

Многие авторы выделяют в качестве необъемлемого признака предприятия его неделимость[113]. C изложенным мнением следует согласиться, поскольку такой вывод предопределен самой сущностью имущественного комплекса, а именно таким его признаком как целостность. Расчленение предприятия на составляющие его элементы приводит к тому, что предприятие перестает быть имущественным комплексом и становится простой совокупностью вещей, используемых одним собственником. Изложенное, однако, не свидетельствует о том, что состав предприятия является статичным: входящее в него имущество изнашивается и подлежит замене, в процессе хозяйственной деятельности изменяется субъектный и количественный состав долговых обязательств и прав требования. Вместе с тем, при изменении конкретных объектов имущества, входящего в его состав, предприятие сохраняет определенный минимальный набор элементов, необходимых для его функционирования («основное предпринимательское звено»)1. Дробление же таких элементов приводит к уничтожению предприятия как имущественного комплекса.

Свойство неделимости предприятия подтверждено и законодателем в статье 1178 ГК РФ, согласно которой в случае, когда никто из наследников не имеет указанного преимущественного права или не воспользовался им, предприятие, входящее в состав наследства, разделу не подлежит и поступает в общую долевую собственность наследников.

В противоречие с изложенными положениями вступает, на наш взгляд ст. 132 ГК РФ, предусматривающая возможность совершения сделок с частью предприятия. Логика законодателя в этом случае представляется непонятной. Так, возможность выделения каких-либо имущественных элементов предприятия в качестве его части без ущерба для самого предприятия по изложенным выше основаниям сводит на нет характеристику последнего как имущественного комплекса, даваемую ему законодателем в той же статье 132 ГК РФ. Если же трактовать часть предприятия как существующий внутри такового «мини-комплекс» со всеми присущими имущественному комплексу признаками, то тогда соответствующий «миникомплекс» будет самостоятельным объектом гражданских прав предприятием (как обладающий для этого всеми необходимыми качествами), а не частью иного предприятия.

Таким образом, выделение законодателем части предприятия, способной быть самостоятельным предметом гражданско-правовых сделок, по изложенным основаниям представляется излишней и противоречащей сущности предприятия как имущественного комплекса, а потому упоминание о «части предприятия» и сделках с нею из действующего законодательства следует исключить.

Соответственно, в качестве объекта наследственного правопреемства часть предприятия как единого и неделимого имущественного комплекса рассматриваться также не должна.

Опровергая изложенный вывод, некоторые цивилисты рассматривают в качестве примера части предприятия имущество филиала юридического лица, расположенное в географически отдаленном от основного предприятия месте1. Данное утверждение можно признать правильным только в случае, когда филиал фактически «слит» с имуществом основного юридического лица, является неотделимой частью последнего, утрата которой приведет к невозможности дальнейшего функционирования предприятия как комплекса[114] [115]. Однако при такой ситуации имущество филиала, будучи неразрывной частью предприятия, не может являться самостоятельным (то есть отдельным от предприятия) предметом гражданско-правовых сделок.

Формулируя же норму ст. 132 ГК РФ, законодатель приравнял по оборотоспособности предприятие и его часть, закрепив, что каждый из названных объектов может являться самостоятельным предметом гражданско-правовых сделок. Данное обстоятельство свидетельствует о том, что часть предприятия также понимается законодателем как некий комплекс имущества[116].

При этом, на наш взгляд, часть предприятия может быть объектом купли-продажи (аренды и других договоров) только в том случае, когда она может быть отделена от основного предприятия без ущерба для последнего (то есть без утраты им свойств имущественного комплекса и без утраты его назначения). Следовательно, часть предприятия по смыслу ст. 132 ГК РФ представляет собой «мини-комплекс» внутри большого имущественного комплекса - предприятия. А раз так, то получается, что предприятие и его часть обладают одинаковым набором признаков и свойств, то есть юридически представляют собой однородные объекты. Поэтому введение законодателем части предприятия в гражданский оборот в качестве самостоятельного объекта прав лишено всякого смысла.

Возвращаясь к примеру с филиалом, следует отметить, что если рассматривать имущество географически удаленного филиала в качестве части предприятия в смысле ст. 132 ГК РФ, то необходимо признать, что такой филиал должен быть настолько обособленным, чтобы отчуждение его имущества не сказалось на деятельности основного предприятия. Практическим проявлением такой обособленности может быть наличие у филиала самостоятельного баланса и банковского счета, позволяющих отграничить имущество, связанное с деятельностью филиала от имущества основного предприятия. При таком состоянии вещей филиал является как бы «предприятием в миниатюре», обладателем всех признаков имущественного комплекса. Следовательно, понимание имущества филиала как объекта, по своей сущности идентичного предприятию (имущественному комплексу), в качестве части последнего является неверным.

Имущественный комплекс соответствующего филиала должен быть признан предприятием как самостоятельным объектом прав (а не его частью), принадлежащим тому же собственнику, что и основное предприятие, а права на имущество такого филиала подлежат передаче в порядке, определенном законодателем для предприятия в целом1.

Косвенным подтверждением изложенного мнения является также то, что действующее гражданское законодательство РФ не содержит запрета на нахождение нескольких предприятий в собственности одного лица[117] [118]. Подобная возможность признается также судебной практикой. Например, в постановлении от 30.01.2002 г. №6245/01 Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ констатировал факт принадлежности истцу по делу нескольких имущественных комплексов (предприятий), три из которых были проданы обществом путем заключения трех самостоятельных договоров купли-продажи[119].

Одним из признаков предприятия В.А. Белов называет его стоимость, говоря при этом, что «общая стоимость предприятия как имущественного комплекса, функционирующего в определенной области предпринимательства, остается единственным критерием, позволяющим индивидуализировать предприятия, выделить его среди других и считать сохраняющимся, несмотря на изменения, происходящие в его составе»[120].

Изложенное позволяет сделать вывод о том, что стоимость предприятия понимается исследователем как постоянная и неизменная величина. Данный вывод представляется неверным, поскольку общая стоимость предприятия находится под влиянием многих факторов: совокупной цены движимого и недвижимого имущества, входящего в его состав, соотношения актива и пассива предприятия, фактического положения предприятия на рынке и т.д. При этом указанные факторы не являются статичными, поэтому формируемая ими цена также не может быть величиной постоянной, не зависящей от изменений в составе имущества предприятия. Ввиду изложенного стоимость предприятия, на наш взгляд, не может его индивидуализировать, в связи с чем выделение соответствующего признака предприятия представляется нецелесообразным.

В юридической литературе выделяется также такое свойство предприятия, как его непотребляемость. Обосновывая данный признак, А.В. Грибанов справедливо указывает, что, несмотря на то, что в состав предприятия могу входить объекты, которые сами по себе потребляемы, предприятие как объект прав - вещь непотребляемая, поскольку независимо от изменения его состава, прибытия одних элементов и выбытия других оно продолжает выполнять свое основное назначение - служить средством осуществления предпринимательской деятельности - вплоть до прекращения его собственником этой деятельности[121].

Изложенное свидетельствует о том, что предприятие не только обладает всеми признаками, присущими имущественному комплексу, но и имеет свои черты, отличающие его от иных видов имущественных комплексов. Данное обстоятельство позволяет сделать вывод о том, что предприятие есть самостоятельный объект гражданских прав и гражданско- правовых сделок, относящийся в системе объектов гражданских прав к имущественным комплексам.

Соответствующим образом, как единый и неделимый имущественный комплекс, предприятие проявляет себя и в наследственных правоотношениях. Это обстоятельство, с одной стороны, дает основания для рассмотрения предприятия в качестве отдельного элемента наследственной массы, а, с другой стороны, порождает необходимость учета сущности столь необычного объекта гражданских прав путем закрепления специальных правил о его наследовании.

Таким образом, сделанные в настоящем параграфе выводы о сущности и признаках предприятия имеют важное значение для рассмотрения вопросов его наследования, поскольку позволили установить следующее.

Предприятие наследуется как самостоятельный объект прав (причем, как указывалось при рассмотрении предприятия как недвижимости, наследование предприятия возможно как в случае, когда до смерти наследодателя права на предприятие были зарегистрированы в ЕГРП, так и в случае отсутствия такой регистрации), в наследственных отношениях предприятие остается единым и неделимым объектом прав (что подчеркивается законодателем в статье 1178 ГК РФ при запрете раздела предприятия в случае получения его несколькими наследниками), необходимость использования предприятия в предпринимательской деятельности означает, что круг наследодателей предприятия уже в сравнении с иными объектами наследственного правопреемства, а, следовательно, данный вопрос нуждается в дополнительном исследовании.

Кроме того, установление ГК РФ особых правил наследования предприятия означает, что для их применения необходимо отграничить предприятие от иного имущества, входящего в наследственную массу, которая, как указано выше, по своей сущности также представляет собой имущественный комплекс. В связи этим, поскольку механизм такого разграничения в действующем законодательстве отсутствует, а данный вопрос по изложенным выше основаниями представляется важным и актуальным для применения норм ГК РФ о наследовании предприятия, в главе 3 настоящей работы с учетом выявленных признаков и сущности предприятия будет произведено исследование поставленной проблемы.

<< | >>
Источник: Смирнова Виктория Юрьевна. Наследование предприятия как имущественного комплекса в российском гражданском праве. Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Ростов-на-Дону, 2007. 2007

Скачать оригинал источника

Еще по теме §2. Понятие и признаки предприятия как объекта гражданских прав:

  1. § 1. Понятие и виды объектов гражданских прав
  2. § 2. Вещи как объекты гражданских прав
  3. Тема: "Имущественные комплексы как объекты гражданских прав"
  4. Земельная недвижимость как объект вещных прав
  5. § 1. Возникновение интеллектуальных прав на производные объекты
  6. § 1.1. Становление и развитие договора поставки как института гражданского права
  7. Обособление предприятия от иного имущества, входящего в наследственную массу
  8. 3.1. Возможность параллельной охраны отдельных видов произведений как объектов авторского права и обозначений (товарных знаков)
  9. 1.2.4. Классификация вещей как объектов гражданских прав
  10. §2. Обоснование нрава юридического лица на управление внутренними делами как самостоятельного субъективного права
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -