<<
>>

Современный международно-правовой режим космического пространства и небесных тел

Аэрокосмический полет на определенных этапах предполагает его осуществление в космическом пространстве. Причем, если в настоящее время, речь идет об его осуществление преимущественно в околоземном пространстве, то в ближайшем будущем нельзя исключить, что будут [172] [173] выполняться межпланетные аэрокосмические полеты, а также полеты до Луны.

По мнению автора, необходимо не допустить повторения ситуации, имевшей место в воздушном праве в середине XX в., когда государства зафиксировали правила управления воздушным движением только после значительного количество столкновений воздушных судов в воздухе. Для этого предполагается создать единую систему управления движением в космосе, как в околоземном пространстве, так и на геостационарной орбите (далее - ГСО), Луне и других небесных тел. В связи с этим, в настоящей главе будут рассмотрены вопросы определения правового статуса и установления правового режима космического пространства и небесных тел.

Правовой режим космического пространства и небесных тел определяется в соответствии с их правовыми статусами. Определение и установление правового режима и правового статуса космического пространства и небесных тел началось спустя один год после запуска 4 декабря 1957 г. СССР первого искусственного спутника Земли. В резолюции Генеральной Ассамблеи ООН (далее - ГА ООН) был признан «общий интерес

174

человечества в космическом пространстве» .

175

Последующая Резолюция ГА ООН, принятая еще через один год , содержит следующие аспекты, относящиеся к определению статуса и началу формирования режима космического пространства и к космической деятельности:

• заинтересованность всего человечества в развитии использования космического пространства в мирных целях;

• исследование и использование космоса должны быть направлены на пользу государствам, независимо от уровня их экономического или научного развития;

• важность международного сотрудничества в деле изучения и освоения космоса в мирных целях.

[174] [175]

Кроме того, на ООН была возложена обязанность содействовать государствам в вопросе международного сотрудничества в использовании космоса в мирных целях.

После принятия указанных двух резолюций ГА ООН оставался не решенным вопрос распространения суверенитета государства на космос. В то время существовало две позиции на этот счет. Доктрина космического права в СССР высказывалась против национального присвоения космического пространства, Луны и других небесных тел. В то время как среди юристов США первоначально господствовало мнение о допустимости захвата небесных

176

тел и последующего распространения на них прав, присущих суверенитету . Указанные споры велись в научной литературе вплоть до 1960 г. Только после того, как в 1959 г. советские космические аппараты сфотографировали невидимую сторону Луны и совершили первую посадку на небесном теле, США окончательно признали позицию СССР относительно не присвоения небесных тел единственно верной и возможной.

Необходимо отметить, что в западной литературе в тот период нередко обсуждался вопрос о передаче космического пространства во владение международным организациям, в частности под управление ООН. Тем не менее, земной опыт определения правовых статусов некоторых территорий, в частности, Антарктики повлиял на окончательное решение по определению правового статуса и установление режима космического пространства.

Идеи о передаче космоса и небесных тел под управление международной организации, а также идеи об их национальном присвоении были отвергнуты, что подтвердилось принятой в 1961 г. Резолюцией ГА ООН , признавшей присвоение космоса и небесных тел не допустимым. Указанная Резолюция распространила международное право, включая Устав ООН и другие международные договоры и соглашения на космос и небесные тела. Кроме того, на основе международного права космическое пространство и небесные [176] [177] тела становились доступными для исследования и использования всеми государствами.

Все указанные положения резолюций ГА ООН, принимаемые в период с 1958 по 1961 гг., легли в основу Декларации правовых принципов, регулирующих деятельность государств по исследованию и использованию космического пространства (далее - Декларация по исследованию и использованию космического пространства) .

Декларация по исследования и использованию космического пространства стала основой для подготовки и принятия Договора о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела 1967 г. (далее - Договор о космосе) , зафиксировавшего окончательное юридическое видение правового

статуса и режима космоса и небесных тел. Договор о космосе является универсальным международно-правовым актом и в соответствии со ст. XIV открыт для подписания всеми государствами. Во время его принятия СССР и США были единственными государствами, осуществляющими космическую деятельность. В связи с этим указанные государства стали депозитариями документа. Кроме того, депозитарием Договора о космосе является Великобритания.

В соответствии со ст. II Договора о космосе космическое пространство не подлежит национальному присвоению ни путем провозглашения на него суверенитета, ни путем использования или оккупации, ни любыми другими средствами. В связи с этим, космическое пространство имеет правовой статус международного пространства, что предполагает свободное исследование и использование космического пространства. Несмотря на то, что аналогичное положение было включено в предшествующие резолюции ГА ООН, принятые в [178] [179] отношении космического пространства, в Договоре особое внимание уделяется тому, что исследование и использование космоса должно осуществляться без дискриминации, на основе равенства и в соответствии с международным правом, при свободном доступе во все районы небесных тел.

В то же время, свобода космоса для государств связана с определенными ограничениями. В ст. I Договора о космосе зафиксировано положение, согласно которому исследование и использование космического пространства должно осуществляться на благо и в интересах всех государств, независимо от степени их экономического или научно-технического развития, без какой-либо дискриминации и на основе равноправия.

Космос является достоянием всего человечества. Дополнением к этой норме можно считать ст. IX Договора о космосе, в соответствии с которой государства осуществляют деятельность в

космическом пространстве с должным учетом соответствующих интересов

180

других государств .

Согласно ст. VI Договора о космосе государства несут международную ответственность за национальную деятельность в космическом пространстве, включая Луну и другие небесные тела, независимо от того, какими субъектами она осуществляется (публичными или частными лицами), а также за обеспечение того, чтобы национальная деятельность соответствовала требованиям, установленным указанным Договором.

Договором о космосе (ст. VIII) установлено, что государство, в регистр которого занесен объект, запущенный в космическое пространство, сохраняет юрисдикцию и контроль над таким объектом и над экипажем указанного объекта во время их нахождения в космическом пространстве, в том числе и на небесном теле. Права собственности на космические объекты, запущенные в космическое пространство, включая объекты, доставленные или сооруженные на небесном теле, и на их составные части остаются незатронутыми во время их нахождения в космическом пространстве или на небесном теле, или по [180] возвращении на Землю. В то же время, ст. VII Договора о космосе закреплено, что государство, которое осуществляет или организует запуск объекта в космическое пространство, в том числе на Луну и другие небесные тела, а также государство, с территории или установок которого производится запуск объекта, несет международную ответственность за ущерб, причиненный таким объектом или его частями другому государству, в том числе физическим или юридическим лицам данного государства, независимо от места причинения ущерба. Таким образом, государство или другой субъект, осуществляющий космическую деятельность не может снять с себя правовые обязательства по отношению к космическим объектам в случае их выхода из строя или окончания срока службы и не может перестать нести ответственность за данные объекты, отказавшись от них каким-либо иным способом.

Принципы исследования и использования космического пространства, зафиксированные в Договоре о космосе, обязательны не только для участников самого Договора, в связи с тем, что они стали нормами международного обычного права в процессе единогласного принятия многочисленных резолюций Генеральной Ассамблеей ООН и практики государств в полном соответствии с этими рекомендациями . Среди таких обычаев в доктрине выделяют следующие: применение международного права в космическом пространстве, не присвоение государствами космоса, Луны и других небесных тел, свободное (без ограничений) исследование и использование космического пространства всеми государствами с учетом интересов развивающихся государств и для общего блага всех государств, государства несут ответственность за национальную космическую деятельность, в том числе, в случае нанесения ущерба другим государствам .

Статьи IX, X и XI Договора по космосу устанавливается, что государства обязуются осуществлять космическую деятельность на основе принципа сотрудничества. Кроме того, если космическая деятельность, осуществляемая [181] [182] одним государством создает потенциально вредные помехи космической деятельности других государств, то оно должно провести соответствующие международные консультации перед началом деятельности.

Космическое пространство является частично демилитаризованным. Под демилитаризацией космоса и небесных тел понимается запрещение

183

деятельности, которая преследует военные цели в мирное время . Что касается частичной демилитаризации, то под ней подразумевается запрещение строго определенных в международных соглашениях видов военной космической деятельности. Указанный принцип закреплен в ст. IV Договора по космосу.

К запрещенным видам деятельности относятся: испытание ядерного оружия и вывод на орбиту Земли любых объектов с ядерным оружием или любыми другими видами оружия массового уничтожения, а также размещение такого оружия в космическом пространстве каким-либо иным образом.

Согласно Конвенции о запрещении военного или любого иного враждебного использования средств воздействия на природную среду 1977 г.[183] [184] (далее - Конвенция о запрещении враждебного использования) государства обязались не прибегать к военному или иному враждебному использованию средств воздействия на космическое пространство для изменения его динамики, состава или структуры путем управления природными процессами в качестве способа разрушения, нанесения ущерба или причинения вреда любому другому государству — участнику Конвенции. Запрещено такое воздействие на космос, если оно имеет «широкие, долгосрочные или серьезные последствия».

Небесные тела, в том числе Луна, были объявлены полностью демилитаризованными зонами и могут использоваться «исключительно в мирных целях». Под полной демилитаризацией признается запрещение любой деятельности, преследующей в мирное время военные цели. В связи с этим на Луне и небесных телах запрещено создание военных баз, сооружений и укреплений военного характера, испытание оружия и проведение военных маневров. Также полностью исключается возможность установки объектов с ядерным оружием или любыми другими видами оружия массового уничтожения. Указанный принцип закреплен в ст. IV Договора о космосе

При условии достижения договоренностей о полной демилитаризации космического пространства, принцип использования космоса и небесных тел в мирных целях заменит формулировки Договора о космосе касательно полной и частичной демилитаризации. В настоящее время, подобный международноправовой документ еще не принят, несмотря на то, что соответствующие проекты были дважды подготовлены Россией и Китаем в 2008 и 2014 гг. и обсуждены на конференциях ООН. В связи с этим, государства должны стремиться к достижению исключительно мирного исследование и использование космического пространства.

Для этого необходимо полностью запретить вывод на орбиту Земли, Луны и других небесных тел любых объектов военного назначения, не использовать космическое пространство для целей военных маневров, испытания оружия, в том числе, боевых воздушно - космических устройств и аппаратов, а также ракет[185].

В настоящее время кроме Договора о космосе правовой режим космического пространства закреплен в следующих документах: Соглашение о спасании космонавтов, возвращении космонавтов и возвращении объектов, запущенных в космическое пространство, 1968 г. (далее - Соглашение о спасании космонавтов), Конвенция о международной ответственности за ущерб, причиненный космическими объектами, 1972 г. (далее - Конвенция об ответственности), Конвенция о регистрации, Соглашение о деятельности государств на Луне и других небесных телах 1979 г. (далее - Соглашение о Луне). Стоит обратить внимание, что указанные международно-правовые акты приняты и вступили в силу довольно давно, в связи с этим, по мнению

некоторых ученых, они нуждаются в доработке[186] [187]. Кроме того, сами международно-правовые акты, в частности Конвенция об ответственности и Конвенция о регистрации, содержат указание на необходимость включения вопросов об их пересмотре в предварительную повестку дня ГА ООН по истечении 10 лет со дня вступления их в силу, с тем чтобы рассмотреть вопрос о том, нуждаются ли они в изменении. Формально данные вопросы были рассмотрены ГА ООН, в то же время решения об изменении документов приняты не были . Данный факт может говорить о том, что правовое регулирование, закрепленное в указанных документах является

удовлетворительным. С другой стороны, некоторые юристы-международники полагают, что в 1980-е гг. больший интерес представляло не правовое регулирование космической деятельности, а развитие соответствующих технологий, позволяющих исследовать и использовать космос. По этой причине, государства не уделили должного внимания вопросу

усовершенствования правового режима ответственности и регистрации космических объектов в международном космическом праве.

Указанными международными договорами расширены

основополагающие принципы правового режима космического пространства, зафиксированные в Договоре о космосе. Необходимость принятия

дополнительных международно-правовых документов была вызвана тем, что космическая деятельность представляет серьезную опасность как для всех государств, как осуществляющих, так и не осуществляющих космическую деятельность. Последствия инцидента, произошедшего при запуске, в лучшем случае могут быть ограничены только территорией запускающего государства, в то же время, в иных ситуация третьему государству может быть также причинен значительный ущерб. Поэтому правовое регулирование космической деятельности не могло ограничиться принципами, установленными Договором

о космосе и требовало их расширения в рамках группы международных- правовых документов.

В рамках правового режима космического пространства государствам был определен ряд прав и обязанностей, которые должны соблюдаться в рамках исследования и использования космического пространства.

К правам относятся:

• право осуществлять исследование и использование космоса и небесных тел; указанное исследование и использование должно производиться на благо и в интересах всех стран исходя из того, что исследование и использование космоса «являются достоянием всего человечества»;

• право использовать военный персонал и любое оборудование или средства для осуществления научного исследования Луны и других небесных тел;

• право собирать на Луне и других небесных телах образцы минеральных и других веществ и вывозить их с Луны, а также использовать их для поддержания жизнедеятельности станций на Луне;

• право на полную юрисдикцию и контроль над запущенными космическими объектами и их экипажем в космическое пространство и на небесных телах (с учетом возможности распределить юрисдикцию и контроль между несколькими запускающими государствами на основании отдельного соглашения). Кроме того, за государствами сохраняется право собственности на запущенные космические объекты. В то же время, правовой режим космического пространства и небесных тел не дает ответ на вопрос о юрисдикции государства над космическим аппаратом во время прохождения через воздушное пространство иностранного государства. Указанный вопрос

должен решаться на основе отдельного многостороннего или двустороннего

188

соглашения ;

• право создавать системы международного непосредственного телевизионного вещания (далее - НТВ) с помощью спутников; [188]

• право осуществлять дистанционное зондирование Земли (далее - ДЗЗ) из космоса;

• право использовать на борту космических объектов ядерные источники энергии;

К обязанностям относятся:

• обмен информацией с другими государствами и Генеральным секретарем ООН в случаях установления явлений, которые могут представлять опасность для космонавтов;

• возложение международной ответственности за национальную деятельность в космосе и за ущерб, причиненный запускаемыми космическими объектами;

• ведение национальных регистров, содержащих данные о запущенных космических объектах, а также сообщение Генеральному секретарю ООН данных о таких объектах для включения их в Международный реестр;

• возвращать космические объекты государству регистрации, в случае их обнаружения;

• избегать вредного загрязнения и неблагоприятных изменений земной среды и орбит вследствие исследования и использования космического пространства, а также доставки внеземного вещества при осуществлении космической деятельности. Указанный вопрос приобрел особенное значение в свете увеличивающейся плотности нахождения космических объектов на орбитах Земли (в частности, на геостационарной орбите), а также проблемы серьезного увеличения объемов космического мусора. В целях предотвращения подобного засорения космоса необходимо до минимума сократить количество космических объектов, потерявших функциональное назначение, в связи с выходом из строя и другими причинами. Кроме того, проблема предотвращения загрязнения космоса включает в себя необходимость

недопущения радиоактивного, биологического и химического заражения

189

космического пространства ;

• содействовать международному сотрудничеству в научных исследованиях космоса и небесных тел и поощрение подобного сотрудничества;

• учитывать потребности развивающихся государств при осуществлении космической деятельности;

• придерживаться правил, связанных с особым статусом космонавтов как «посланцев человечества в космос» и при необходимости оказывать им помощь в случае аварии, бедствия или вынужденной посадки за пределами

190

запускающего государства .

Вопросы регистрации космических аппаратов в значительной мере раскрыты в Конвенции о регистрации. При запуске космического аппарата в космос, он должен быть зарегистрирован в двух существующих регистрах. Во-первых, в регистре, который ведется государством запуска, как это определено в ст. I Конвенции о регистрации, содержание и условия ведения которого определяются соответствующим государством регистрации. Во-вторых, космический аппарат должен быть зарегистрирован в одном из двух реестров, ведение которого осуществляет Генеральный секретарь ООН (созданного в результате принятия Резолюции ГА ООН 1721 (XVI) от 20 декабря 1961 г. и созданного в результате принятия Конвенции о регистрации). Последний из указанных двух является наиболее важным (и является продолжением первого), так как исходя из данных, содержащихся в указанном регистре, существует возможность установить так называемую «принадлежность» космического аппарата, в том числе владельца и государство, осуществившее запуск. Данный регистр имеет важное значение для определения субъекта, в юрисдикции которого находится аппарат и, соответственно, для определения того, кто несет ответственность за возможный [189] [190] ущерб, причиненный космическим аппаратом. По функциям указанный регистр имеет сходства с национальными реестрами государств в отношении прав на объекты движимого и недвижимого имущества. Таким образом, концепция регистрации, закрепленная в международном договоре, не предполагала использование регистров и международного реестра космических объектов для целей организации аэрокосмической навигации и их применение для этих целей представляется затруднительным (подробнее об этом в параграфе 2.3 и 3.2 настоящего диссертационного исследования).

В Конвенции о регистрации закреплен ряд определений понятий, представляющих важность для правового режима космического пространства: запускающее государство, космический объект, государство регистрации. Для целей Конвенции государство признается запускающим в четырех случаях: 1) оно запускает космический объект; 2) оно организует запуск космического объекта; 3) с его территории осуществляется запуск космического объекта; 4) с его установок осуществляется запуск космического объекта. В связи с этим, возникает серьезный вопрос, может ли такое правовое регулирование быть достаточным в современных условиях? Представляется, что требуется совершенствование указанного правового регулирования, так как в настоящее время круг субъектов осуществляющих космическую деятельность расширился. Зачастую запускающими государствами космического объекта могут признаваться 3 и более государства, что приводит к размытию ответственности государств за ущерб, причиненный космическими объектами и другим правовым проблемам.

Определение понятия «космический объект» включает в себя составные части космического объекта, а также средство его доставки и его части. Представляется, что подобная формулировка термина была включена с целью попытки установления правовой связи между запускающим государством/государством регистрации и космическим мусором, который образуется в результате деятельности государств по исследованию и использованию космоса. Под термином «государство регистрации» согласно

Конвенции понимается запускающее государство, в регистр которого занесен космический объект. В случае, если в отношение космического объекта сразу несколько государств выступают запускающими, то регистрация осуществляется одним из указанных государств согласно требованиям, установленным Конвенцией, при согласовании с другими запускающими государствами. Стоит обратить внимание, что ст. II Конвенции о регистрации допускает заключение соглашений между запускающими государствами по вопросу о юрисдикции и контроле над космическим объектом и любым его экипажем. Примером данного соглашения может служить Соглашение между Правительством Канады, правительствами государств-членов ЕКА,

Правительством Японии, Правительством РФ и Правительством США относительно сотрудничества по международной космической станции (далее - МКС)[191] гражданского назначения 1998 г.[192] [193] (далее - Соглашение по МКС). В соответствии со ст. 5.1 Соглашения по МКС каждый государство-партнер обязуется регистрировать свой орбитальный элемент. Таким образом, несмотря на отсутствие единой национальной юрисдикции и контроля над орбитальными элементами со стороны какого-либо одного государства, тем не менее, исходя из тесного характера совместного сотрудничества государств-партнеров, можно утверждать, что международная космическая станция все же является единым космическим объектом, независимо от положений Конвенции о регистрации .

Как отмечалось ранее, пересмотр Конвенции о регистрации в 1986 г. так и не состоялся. В связи с этим в доктрине был поднят дискуссионный вопрос

относительного того, возможно ли на практике устранить выявленные недочеты Конвенции путем совершенствования национального правового регулирования или модернизации регистрационных процедур, не меняя текст международного документа[194]. Представляется, что вне зависимости от выбранного способа развития правового регулирования вопросов, закрепленных Конвенцией о регистрации, государства должны стремиться к всесторонней имплементации положений Рекомендаций по совершенствованию практики регистрации космических объектов государствами и международными межправительственными организациями[195], принятыми ГА ООН в 2007 г.

Правовое регулирование вопросов возвращения космических объектов закреплено в Соглашении о спасании космонавтов. Основными предпосылками для разработки и принятия указанного международного Соглашения явились следующие: значительно возросшее число пилотируемых и непилотируемых космических полетов, довольно большая вероятность неуспешных космических запусков.

В Преамбуле Соглашения о спасании космонавтов закреплено, что оно разработано для целей развития и дальнейшей конкретизации обязательств государств в этой сфере, установленных Договором о космосе. Статья V указанного международно-правового документа предусматривает всемерную помощь государств космонавтам другого государства в случае аварии, бедствия или вынужденной посадки на территории государства за пределами государства регистрации или в открытом море. Космонавты, которые совершают такую вынужденную посадку, должны быть в безопасности и незамедлительно возвращены государству регистрации. Согласно ст. VIII Договора о космосе космические объекты или их составные части в случае их обнаружения за пределами государства регистрации, подлежат возвращению этому государству.

Соглашение о спасании закрепляет различные обязанности государств в отношении экипажа космического корабля (ст. 1-4) и в отношении

космических объектов (ст. 5). Причем международный договор действует не только в отношении космических объектов, но и их составных частей. В Соглашении о спасании закреплено определение понятия «власти, осуществившие запуск». Под ними понимается государство или международная межправительственная организация, ответственная за запуск космического объекта. Как видно, данное понятие более краткое и ограниченное, чем термин «запускающее государство», закрепленный в Конвенции о регистрации.

Согласно ст. 1 указанного Соглашения «... Договаривающаяся Сторона, которая получает сведения или обнаруживает, что экипаж космического корабля потерпел аварию, или находится в состоянии бедствия, или совершил вынужденную или непреднамеренную посадку на территории, находящейся под ее юрисдикцией, или в открытом море, или в любом другом месте, не находящемся под юрисдикцией какого-либо государства» должна осуществить два действия: 1) проинформировать об этом факте власти, осуществившие запуск космического объекта (или довести информацию до всеобщего сведения, в случае если не удается идентифицировать власти, осуществившие запуск); 2) проинформировать Генерального секретаря ООН, который передаст это сообщение через свои каналы связи. Впоследствии, как предусмотрено ст. ст. 2 и 3 Соглашения, Договаривающаяся Сторона обязуется информировать власти, осуществившие запуск и Генерального секретаря ООН о принимаемых мерах и о достигаемых результатах в ходе проводимых операций по спасанию экипажа.

В соответствии со ст. 2 Соглашения о спасании Договаривающаяся Сторона обязуется незамедлительно принять все возможные меры для спасания и оказания всей необходимой помощи, если в результате аварии, бедствия, вынужденной или непреднамеренной посадки экипаж космического корабля приземлится на территории, находящейся под ее юрисдикцией. Указанной статьей Соглашения предусмотрена возможность сотрудничества властей, осуществивших запуск, с Договаривающейся Стороной, в случае, если это может обеспечить быстрое спасание или в значительной мере способствовать эффективности операции по поиску и спасанию. На первый взгляд, не совсем ясно, кто определяет, будет ли указанное сотрудничество способствовать эффективности спасания или нет. Однако, руководствуясь тем, что операции по спасению должны быть поставлены под руководство и контроль Договаривающейся Стороны, следует предположить, что государство, на чьей территории обнаружен космический объект, будет самостоятельно решать вопрос о сотрудничестве с властями, осуществившими запуск.

В случае, если экипаж космического корабля опустился в открытом море или в другом месте, не находящемся под юрисдикцией какого-либо государства, то Договаривающиеся Стороны, которые в состоянии сделать это, окажут в случае необходимости помощь в осуществлении операций по поиску и спасанию экипажа в целях обеспечения его быстрого спасания (ст. 3 Соглашения о спасании). Таким образом, в данном случае власти, осуществившие запуск, самостоятельно определяют, нужна ли им помощь от третьих государств по поиску и спасанию экипажа космического объекта[196]. Формулировка статьи помимо поиска экипажа космического объекта в открытом море, предполагает его нахождение «в другом месте, не находящемся под юрисдикцией какого-либо государства». К такому месту, например, можно отнести Антарктиду.

Статья 4 Соглашения о спасении установлено, что вне зависимости от места нахождения экипажа космического объекта, он должен быть в безопасности и незамедлительно возвращен представителям властей, осуществивших запуск.

Как и в случае с экипажем космического объекта, Договаривающаяся Сторона, получившая сведения или обнаружившая, что космический объект или его составные части возвратились на Землю независимо от его/их места нахождения информирует: 1) власти, осуществившие запуск космического объекта; 2) Генерального секретаря ООН. Меры, направленные на спасание космического объекта или его составных частей, находящихся на территории Договаривающейся Стороны, принимаются только по просьбе властей, осуществивших запуск космического объекта. Кроме того, при спасании космического объекта или его составных частей, Договаривающееся государство имеет право запросить помощь у властей, осуществивших запуск. Космические объекты или их составные части, обнаруженные за пределами территории властей, осуществивших запуск, возвращаются представителям этих властей по их просьбе. По требованию Договаривающейся Стороны власти, осуществившие запуск, должны до возвращения космических объектов или их составных частей представить опознавательные данные. Все расходы Договаривающихся Сторон, связанные с выполнением вышеуказанных обязательств в отношении космического объекта или его составных частей компенсируются властями, осуществившими запуск.

В случае, если космический объект или его составные части, обнаруженные на территории, находящейся под юрисдикцией

Договаривающейся стороны, или спасенные ею в ином месте, являются опасными или вредными по своему характеру, Договаривающаяся Сторона может уведомить об этом власти, осуществившие запуск. В таком случае последние незамедлительно принимают меры для устранения возможной опасности причинения вреда под руководством и контролем

Договаривающейся Стороны.

Вопросы ответственности за ущерб, причиненный космическими объектами, закреплены в Договоре о Космосе и Конвенции об ответственности.

Конвенция об ответственности была принята в связи с необходимостью разработки эффективных международных правил и процедур относительно ответственности за ущерб, причиненный космическими объектами,

и обеспечения безотлагательной выплаты компенсации жертвам ущерба.

Представляется, что вопросы ответственности за ущерб от космической деятельности государств являются предметом отдельного широкого круга научных изысканий. Однако, так как отдельные вопросы ответственности (ответственность за ущерб, причиненный третьим лицам, в связи со столкновением с воздушным судном, с иным космическим или аэрокосмическим аппаратом) серьезно влияют на правовой режим аэрокосмической навигации, в настоящем диссертационном исследовании (параграф 3.2) затрагивается вопрос совершенствования концепции «Вины», установленной Конвенцией. По этой причине диссертантом рассмотрены предложения, касающиеся отдельных положений Конвенции о регистрации.

В Конвенции об ответственности закреплена схожая терминология с Конвенцией о регистрации, за исключение отсутствующих в последней определений понятий «ущерб» и «запуск». В соответствии со ст. I Конвенции под ущербом понимается лишение жизни, телесное повреждение или иное повреждение здоровья; уничтожение или повреждение имущества государств, либо физических или юридических лиц или имущества международных межправительственных организаций. Под запуском понимается, в том числе, попытка запуска.

Согласно концепции, закрепленной в указанном международном договоре, запускающее государство несет абсолютную ответственность за выплату компенсации за ущерб, причиненный его космическим объектом на поверхности Земли или воздушному судну в полете. Однако, с точки зрения аэрокосмической навигации, важность представляет и вопрос распределения ответственности между государствами в случае столкновения двух и более космических и аэрокосмических аппаратов. На этот счет в соответствии со ст. 3 Конвенции применяется концепция «Вины», то есть, государство несет ответственность только в случае, когда ущерб причинен по его вине или по вине лиц, за которых оно отвечает.

Что касается правового режима небесных тел, ни один из принятых до сегодняшнего дня международных документов не дает определения термина «небесное тело». В состав Солнечной системы помимо Луны и ближайших планет входит несколько тысяч астероидов, комет и множество мелких метеоритных тел. В галактики входят системы аналогичные по составу Солнечной системе. И хотя физическая природа всех естественных космических объектов различна, все они в отдельности являются небесными телами. Это обусловлено тем, что с юридической точки зрения важность представляет не факт существования небесного тела или его физические свойства, а все, что связано с деятельностью государств на нем.

На небесных телах возможны разработка и добыча полезных сырьевых ресурсов, что при отсутствии должного правового регулирования в последствии может стать поводом к серьезным разногласиям или даже конфликтам, возникающим между государствами, или дополнительным препятствием к техническому прогрессу.

Наиболее реальными для научного исследования и использования посредством аэрокосмических полетов являются Луна, а также планеты Марс и Венера. Не случайно, в настоящее время, наиболее развитые государства (Россия, Китай, США), а также Европейское космическое агентство (далее - ЕКА) имеют долгосрочные программы по подготовке беспилотных и пилотируемых полетов к указанным небесным телам. Это объясняется тем, что они наиболее приближены к Земле и, как следствие, более других изучены. К примеру, Луна находится в среднем на расстоянии всего 384 000 км от Земли, что в 100 раз ближе, чем ближайшая из планет, Венера, во время ее прохождения мимо Земли на минимальном удалении.

Учитывая ближайшие перспективы исследования и использования Луны, а также значительный объем беспилотных и пилотируемых операций, проведенных на Луне к концу 1970-х гг., в КОПУОС значительное внимание уделялось рассмотрению проблем, касающихся будущей деятельности на Луне.

Согласно ст. 2 Соглашения о Луне, вся деятельность на Луне должна осуществляться в соответствии с международным правом, включая Устав ООН, с учетом других важных международных актов и в интересах поддержания международного мира и безопасности и поощрения международного сотрудничества и взаимопонимания и с должным учетом соответствующих интересов всех других государств-участников.

Принятое Соглашение о Луне подтвердило положение Договора о космосе в части обязанности использовать Луну и другие небесные тела исключительно в мирных целях (п. 1 ст. 3). Более того, в указанной ранее статье Соглашения был зафиксирован дополнительный запрет на вывод любого оружия массового уничтожения на орбиты вокруг Луны и других небесных тел, а также на угрозу силой или применение силы или другие враждебные действия в отношении Земли, Луны, космических аппаратов, экипажей космических аппаратов.

Несмотря на представленную возможность использования «военного персонала для научных исследований или каких-либо иных целей» (п. 4 ст. 3), государства не в праве осуществлять какую-либо военную деятельность на Луне. Представляется, что в настоящее время, с возрастающим количеством космических запусков и большим привлечением гражданских лиц в космическую деятельность, положение о возможности использования военного персонала, может потерять свое значение.

В ст. 4 отдельно указывается, что государства должны вести

деятельность, связанную с исследованием и использованием Луны, на основе

197

принципа сотрудничества и взаимопомощи .

Государства обязались не использовать достижения в исследовании и освоении космического пространства для выдвижения притязаний на владение Луной, участками на ней, а также другими небесными телами. Ничто не может трактоваться государствами как повод для возникновения исключительных прав на Луну, участки на ней и небесные тела. [197]

Таким образом, полноценный суверенитет государства сохраняют лишь над своими космическими и аэрокосмическими аппаратами, оборудованием, установками, станциями и сооружениями на Луне.

Статья 9 Соглашения предусматривает право государств-участников создавать на Луне обитаемые и необитаемые станции. Непременным условием является то, что указанные станции будут использовать только площадь, необходимую для обеспечения собственных потребностей. Некоторые юристы- международники отмечали, что указанное право государств не соответствует принципу не присвоения небесных тел и не провозглашения на них суверенитета. Данная позиция была основана на том, что государства исходя из собственных интересов могли создавать станции и осуществлять с незначительными ограничениями фактическое владение участками небесных тел, на которых располагалась станция . На государствах лежит обязанность немедленно информировать Генерального секретаря ООН о месторасположении, целях и планируемой деятельности станции. Дальнейшее информирование относительно созданной станции осуществляется на ежегодной основе. Возможное создание обитаемых и необитаемых станций приведет к необходимости усовершенствования механизма спасания космических и аэрокосмических аппаратов и их экипажей.

В настоящее время, согласно положениям Соглашения в случае совершения аварийной посадки на Луне космического или аэрокосмического аппарата, государство, обнаружившее факт посадки, обязано незамедлительно известить об этом государство, запустившее объект, а также Генерального секретаря ООН.

Кроме того, государства обязуются принимать все возможные меры для охраны жизни и здоровья лиц на Луне. Для этой цели человек на Луне рассматривается как космонавт в смысле термина, указанного в Договоре о космосе. [198]

Статья 14 указанного Соглашения установила, что государства несут международную ответственность за любую деятельность на Луне, вне зависимости от круга субъектов, которые ее осуществляют: правительственные органы или частные лица. Государства обязуются обеспечивать соблюдение положений Соглашения о Луне всеми лицами, осуществляющими деятельность. В случае неисполнения указанными лицами требований Соглашения, ответственность возлагается на государство. Деятельность юридических лиц осуществляется только под контролем и под постоянным наблюдением соответствующего государства.

При возникновении необходимости Соглашением о Луне предусмотрена возможность заключения детальных договоров об ответственности государств за деятельность на Луне в развитие положений действующего международного документа.

При возникновении споров между государствами, касающихся нарушений правового режима Луны или иных небесных тел, государства имеют право проводить консультации. При этом они должны «стремиться к взаимоприемлемому урегулированию любого спора и учитывать права и интересы» всех других государств. В случае, если стороны не смогут решить спор консультациями, они имеют право принимать все иные мирные средства для урегулирования в соответствии с обстоятельствами и характером спора. Кроме того, Стороны обязуются уведомить Генерального секретаря ООН о том, что проведенные консультации не привели к урегулированию спора.

Правовой режим Геостационарной орбиты

ГСО - часть космоса, представляющая собой круговую орбиту, расположенную над экватором Земли на высоте приблизительно 36 000 км, находясь на которой искусственный спутник обращается вокруг планеты с угловой скоростью, равной угловой скорости вращения Земли вокруг собственной оси. Благодаря этому спутник, запущенный на ГСО, постоянно находится над определенной точкой экватора Земли[199] [200]. По этой причине сформированный правовой режим ГСО в отдельных элементах отличается от правового режима космического пространства или небесных тел. Представляется, что часть аэрокосмических полетов могут осуществляться на ГСО или через нее при межпланетных полетах или полетах на Луну, в связи с этим действующий правовой режим указанной орбиты представляет интерес для целей аэрокосмических полетов.

Пространство ГСО является ограниченным природным ресурсом, поскольку при нахождении спутников, расположенных на ГСО, на слишком близком расстоянии друг от друга, их радиоаппаратура может создавать взаимные помехи. Создание единой системы управления космическим движением, в первую очередь, могло бы повысить эффективность заполнения ГСО космическими объектами (сократить расстояния между ними), а во-вторых, значительно снизить риск их столкновения друг с другом, что улучшит безопасность аэрокосмической навигации как на ГСО, так в целом в околоземном пространстве.

На ГСО могут быть выведены спутники следующего назначения: обеспечивающие региональную и глобальную связь, осуществляющие

метеонаблюдение, непосредственное телевизионное вещание и другого

200

назначения .

В силу указанных факторов ГСО обладает огромной экономической привлекательностью для государств.

Важную роль в правовом регулировании деятельности в пространстве ГСО играет Международный союз электросвязи (далее - МСЭ), так как деятельность по использованию ГСО неразрывно связана с применением радиочастот, необходимых для функционирования геостационарных

спутников.

В соответствии с регламентами, принятыми под эгидой МСЭ, все государства, обладающие соответствующими технологиями для осуществления запуска спутников, имеют равный доступ на ГСО. Фактически же в силу ограниченности пространства ГСО, МСЭ придерживался следующей позиции: «первый запустил - первый использует»[201]. Таким образом, позиции на ГСО занимаются, в первую очередь, немногочисленными космическими державами, имеющими в настоящее время возможность осуществлять запуски спутников. Именно этот фактор стал причиной длительных споров как о правовом статусе ГСО, так и о режиме ее эксплуатации.

Начало спора было положено в октябре 1975 г., когда Колумбия заявила о своих суверенных правах на сегмент ГСО, находящийся над ее территорией. В 1976 году в Боготе (столица Колумбии) Колумбия, Конго, Эквадор, Индонезия, Кения, Заир, Уганда и Бразилия (в качестве наблюдателя) провели первую конференцию экваториальных государств, на которой обсуждался вопрос распространения суверенитета обозначенных государств на части ГСО, расположенные над их территориями, в результате которой была принята Боготская декларация.

Несмотря на то, что претензии были отвергнуты как противоречащие основному принципу международного космического права - не присвоение любых частей космического пространства, установленному Договором по космосу 1967 г., государства - члены Боготской декларации еще долгое время пытались доказать принадлежность ГСО к воздушному пространству Земли, а не к космосу, предлагая все новые и новые обоснованиях[202].

Впервые попытка разрядить сложившуюся ситуацию с учетом интересов всего человечества была предпринята в 1992 г. В ст. 44 Устава МСЭ зафиксировано следующее положение: «При использовании полос частот для радиосвязи члены Союза должны учитывать то, что радиочастоты и орбита геостационарных спутников являются ограниченными естественными

ресурсами, которые надлежит использовать рационально, эффективно и экономно, в соответствии с положениями Регламента радиосвязи, чтобы обеспечить справедливый доступ к этой орбите и к этим частотам разным странам или группам стран с учетом особых потребностей развивающихся стран и географического положения некоторых стран». Многие ученые- международники полагают, что «справедливый доступ» отнюдь не означает «равный доступ». Именно различия в этих понятиях по их мнению, являются основным объектом критики экваториальных государств[203].

В связи с этим важнейшей задачей, стоящей перед государствами, заинтересованными в размещении собственных спутников на ГСО, является достижение равновесия между двумя факторами: 1) максимально эффективное использование ГСО; 2) надлежащий учет прав и интересов развивающихся стран.

Полагаем, что единственным способом достичь равновесия может послужить справедливое распределение благ, полученных от эксплуатации спутников на ГСО, среди всех членов международного сообщества. Экспертами международного космического права предлагались различные варианты для достижения этой цели[204]. Общим для всех подходов к решению данной проблемы является осознание необходимости создания международной системы предварительного планирования и координации использования ГСО. Такая система должна быть, с одной стороны, достаточно гибкой и обеспечивать максимальную эффективность использования ГСО, а с другой - гарантировать доступность ресурса ГСО для государств, не запускающих в настоящее время космические объекты в силу отсутствия соответствующих технологических и экономических возможностей.

Недостаточная гибкость имеющейся системы использования ГСО привела к возникновению в конце XX в. ряда проблем: «проблема бумажных спутников», «проблема спутников-призраков». Первая проблема в силу

экономических причин получила большее распространение и заключается в тенденции заявления рядом стран - членов МСЭ орбитальных позиций с целью не развертывания собственных спутниковых систем, а превращения их в предмет купли-продажи. Одним из ярких примеров проблемы стало заявление в 1992 г. небольшой компанией «Тонгасат», зарегистрированной в государстве Тонга и представляющей интересы указанного государства,

31 геостационарной позиции для запуска спутников, причем использование этих позиций, вообще не планировалось. Впоследствии Королевство Тонга уменьшило количество заявленных позиций до шести. Все, из которых были проданы или переданы в аренду. Аналогичные действия по заявлению позиций на геостационарной орбите для целей дальнейшей купли-продажи также предпринимались Китаем, Таиландом, Пакистаном, Папуа-Новой Гвинеей. Вторая проблема заключается в заявлении государствами для размещения на ГСО спутников, разработка которых находится на ранних стадиях и вполне может не завершиться. В результате таких действий замедляется работа всей системы МСЭ, так как каждая заявка требует тщательного рассмотрения и обработки. Кроме того, нельзя не отметить тенденции увеличения количества стран, в том числе, развитых, использующих схему «бумажных спутников» для получения выгоды от космической деятельности.

В настоящее время МСЭ предпринимаются попытки создать международно-правовые механизмы, которые помогли бы исключить заявления государств в отношении позиций на ГСО для так называемых «бумажных спутников» и «спутников-призраков». Среди факторов, которые призваны ограничить возможность заявления «бумажных спутников» и «спутников призраков» можно выделить следующие: оформление заявок на платной основе или на основании внесения депозита с возможностью последующего его возвращения, сокращение срока действия заявки с 9 до 7 лет

205

и некоторые другие . [205]

Можно предположить, что в ближайшее время государства начнут работу над новой концепцией эффективного и рационального использования ГСО, которая сможет удовлетворить интересы и потребности как космических держав, так и государств, не имеющих в настоящее время технологических возможностей запуска космических объектов. Не случайно, вопрос изучения физической природы и технических характеристик ГСО, возможности ее использования и применения с уделением особого внимания потребностям и интересам развивающихся государств на протяжении нескольких лет

неизменно включается в повестку дня ежегодной сессии Комитета ООН

206

по использованию космического пространства в мирных целях .

Некоторыми специалистами-международниками высказывается мнение относительно необходимости создания единого международного соглашения, которое урегулировало бы все вопросы использования пространств ГСО и создал бы базу для частных правоотношений в космосе. По мнению специалистов, указанный документ не может быть принят в рамках МСЭ в связи с тем, что указанная организация в настоящее время стала скорее международной платформой для обсуждения коммерческих вопросов в рамках освоения космоса между частными компаниями, нежели органом для решения вопросов правовых отношений государств по использованию космического пространства. В обоснование своей позиции приводятся два аргумента: возможность платного членства в организации для частных компаний и рекомендательный характер документов, принимаемых рабочими группами и секторами МСЭ.

С доводами указанных специалистов можно согласиться. Такое международное соглашение могло бы закрепить правовой режим ГСО и тем самым снять большинство существующих проблем, связанных с ее использованием. Правовой режим ГСО должен включать вопросы обеспечения безопасности навигации космических объектов в пространстве ГСО, использования и выделения радиочастотного спектра, борьбы с космическим мусором, справедливого распределения благ, полученных от эксплуатации спутников на ГСО, среди всех членов международного сообщества.

Международно-правовой режим космического пространства и небесных тел еще не сформирован полностью. Некоторые правовое вопросы космической деятельности в настоящее время остаются не урегулированными, в частности: аэрокосмическая навигация, коммерциализация данной сферы и др [206] [207]

2.3.

<< | >>
Источник: Ганенков Евгений Олегович. ПЕРСПЕКТИВЫ МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ АЭРОКОСМИЧЕСКОЙ НАВИГАЦИИ. ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата юридических наук. Москва - 2015. 2015

Скачать оригинал источника

Еще по теме Современный международно-правовой режим космического пространства и небесных тел:

  1. § 1. Понятие международного экологического права
  2. § 2. Принципы международного экологического права
  3. Глава III. ИСТОРИЯ СТАНОВЛЕНИЯ И РАЗВИТИЯ МЕЖДУНАРОДНОГО ЭКОЛОГИЧЕСКОГО ПРАВА
  4. Раздел 2. МЕСТО РКРТ СРЕДИ РЕЖИМОВ НЕРАСПРОСТРАНЕНИЯ ОРУЖИЯ МАССОВОГО УНИЧТОЖЕНИЯ
  5. Современный международно-правовой режим космического пространства и небесных тел
  6. Международно-правовой режим элементов космической навигации
  7. Содержание международно-правового режима аэрокосмической навигации
  8. § 1. Международная ответственностькак последствие космической деятельности, связанной с повышенным риском
  9. § 4. Влияние процесса коммерциализации на институт ответственности в международном космическом праве
  10. Правовые проблемы борьбы с незаконными агапами против судоходства па современном этапе
  11. § 3.2. Правовые основы сотрудничества Российской Федерации и Европейского космического агентства
  12. § 1.2. Развитие международно-правового регулирования космической деятельности
  13. § 1.3. Современное состояние международного космического права
  14. § 2.3. Трансформация положений «мягкого права» в области космической деятельности в национальное законодательство (на примере отдельных государств и Европейского Союза)
  15. § 3.1. Содержание современных угроз в области космической деятельности и международно-правовые решения по их устранению
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -