Развитие права

Гражданское и хозяйственное право. Советское граждан­ское право оказалось в целом приспособленным для решения особых задач военного времени. Больше того, некоторые его принципы именно в условиях войны помогли наладить во­енную экономику, мобилизовать все силы на разгром врага.

Там, где действовали договорные связи, условия войны требовали твердой договорной дисциплины. Но наблюдалась и тенденция к сокращению гражданско-правовых договорных отношений в пользу отношений властных, административ­но-правовых, особенно заметно в случаях передачи военной продукции, стратегических материалов. Такого рода передача

оформлялась плановыми заданиями и другими администра­тивными актами.

Наркоматами был упрощен порядок регламентации капи­тального строительства, сокращен объем необходимых про­ектных документов, допускались отступления от проектов и смет. Право пуска объектов в строй предоставлялось самим наркоматам с последующим уведомлением СНК СССР. Были расширены права руководителей предприятий.

Законодательство военного времени в особом порядке за­щищало жилищные права военнослужащих и членов их семей. За всеми военнослужащими сохранялась жилая площадь. Для членов их семей был установлен льготный размер квартирной платы. Временные жильцы, занимавшие жилплощадь военно­служащего, обязаны были ее освободить по его возвращении. Они подлежали выселению в административном порядке без предоставления другого жилья.

Особый жилищно-правовой статус имели рабочие и служащие предприятий, эвакуированных на Восток. Они получали здесь новую жилую площадь, а их прежнее жилье поступало в распоряжение советских органов. Возвратив­шиеся из эвакуации, застав свои комнаты и квартиры заня­тыми, имели право требовать в судебном порядке выселе­ния новых жильцов.

Во время войны были усовершенствованы нормы совет­ского наследственного права. Массовая гибель людей потре­бовала расширения круга наследников по закону и установ­ления очередности призвания наследников. Указ Президиума Верховного Совета СССР от 14 марта 1945 г. “О наследниках по закону и по завещанию” ввел две новые категории наслед­ников: трудоспособных родителей, а также братьев и сестер. Наследники по закону были разделены на три очереди: 1) дети, в том числе и усыновленные, супруг, нетрудоспособные роди­тели и другие нетрудоспособные лица, находившиеся на иж­дивении покойного; 2) трудоспособные родители; 3) братья и

сестры наследодателя. Наследство делилось между наследни­ками на равные доли.

Семейное право. Весьма значительным актом в облас­ти семейного права в период войны явился Указ Президиума Верховного Совета СССР от 8 июля 1944 г. “Об увеличении государственной помощи беременным женщинам, многодет­ным и одиноким матерям, усилении охраны материнства и детства, об установлении почетного звания “Мать-героиня” и учреждении ордена “Материнская слава” и медали “Медаль материнства”. Согласно Указу, только зарегистрированный брак порождал права и обязанности супругов. Однако в под­законных актах оговаривалось, что иски о взыскании алимен­тов на содержание ребенка, рожденного до издания Указа от 8 июля 1944 г., от лица, с которым мать не состояла в Зарегис­трированном браке, при условии, если ответчик был записан в качестве отца ребенка в книгах записи актов гражданского состояния, подлежат рассмотрению в суде.

Кроме того, дети, родившиеся до издания Указа от 8 июля 1944 г., от родителей, не состоявших между собой в зарегист­рированном браке, имели в случае смерти отца право наследо­вания наравне с детьми, родившимися в зарегистрированном браке. Признание законным только зарегистрированного бра­ка создало новый правовой институт - так называемых “одино­ких матерей”, т.е. женщин, родивших вне брака.

Значительные изменения вносились и в законодательство о разводе.

Следуя курсу, взятому еще в предвоенные годы, Указ от 8 июля 1944 г. наметил меры, стимулирующие рождаемость. Теперь единовременное пособие выдавалось при рождении не седьмого, а уже третьего и каждого последующего ребенка. Предусматривались и ежемесячные пособия матерям, имев­

шим троих и более детей. Устанавливалось ежемесячное посо­бие одиноким матерям в зависимости от количества детей.

На экономическое стимулирование рождаемости были направлены нормы о налоге на холостяков, одиноких и мало­семейных граждан. Впервые такой налог был введен Указом Президиума Верховного Совета СССР от 21 ноября 1941 г.

Трудовое право. В связи с призывом миллионов людей в ряды армии и флота обострилась проблема рабочих рук в промышленности, на транспорте, в строительстве и на селе. Советское государство было вынуждено обратиться к таким правовым формам, как трудовая мобилизация и тру­довая повинность.

Мобилизация для работы на производстве распространя­лась на все трудоспособное население. По Указу Президиума Верховного Совета СССР от 13 февраля 1942 г. уклонение от мобилизации влекло за собой уголовное наказание. На основе Постановления СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 13 апреля 1942 г. было также разрешено в напряженные периоды сельскохо­зяйственных работ производить мобилизацию населения го­родов и сельских местностей для труда в колхозах, совхозах и МТС. Привлекать к трудовой мобилизации или трудовой повинности можно было мужчин в возрасте от 16 до 55 лет, а женщин - с 16 до 50. В конце 1941 г. были объявлены моби­лизованными на период войны рабочие и служащие предпри­ятий военной промышленности.

Администрации предприятий и учреждений было разре­шено применять обязательные сверхурочные работы продол­жительностью от 1 до 3 часов в день. Отпуска во время войны предоставлялись лишь подросткам до 16 лет.

Колхозное и земельное право периода Великой Отечес­твенной войны было направлено на укрепление колхозного

строя и государственных сельскохозяйственных предприятий, развитие производства в целях обеспечения армии и населе­ния продовольствием, промышленности - сырьем, а также возрождения разрушенного фашистами сельского хозяйства в освобожденных районах. Постановлением СНК СССР и ЦК ВКП (б) от 13 апреля 1942 г. был установлен на период вой­ны новый повышенный минимум трудодней - в зависимос­ти от региона. Колхозников, не выработавших этот минимум, предавали суду и наказывали исправительными работами в колхозе на срок до 6 месяцев с удержанием 25% трудодней в пользу колхоза. Допускалось исключение таких лиц из колхоза с лишением их приусадебных участков.

Было также установлено обязательное участие колхозни­ков и членов их семей в возрасте 14 лет и старше в уборке уро­жая независимо от выработанного ими минимума трудодней. Основная масса колхозного крестьянства, а в годы войны это были прежде всего женщины, дети и старики, проявила неви­данный трудовой подъем, перекрывая, порой в несколько раз, установленные нормы выработки и при этом фактически ни­чего не получая на трудодни.

Уголовное право. Война резко повысила общественную опасность всех преступлений и, естественно, потребовала уси­ления ответственности за их совершение. Появились и новые составы преступлений, специфичные для военного времени.

Особую опасность представляли преступления государс­твенные: измена, шпионаж, диверсия и др. При их расследо­вании и рассмотрении органы следствия и суда руководс­твовались Положением о преступлениях государственных, принятым еще в мирное время. В связи с необходимостью усилить борьбу с распространением ложных слухов Прези­диум Верховного Совета СССР 6 июля 1941 г. издал указ “Об ответственности за распространение в военное время ложных слухов, возбуждающих тревогу среди населения”, согласно ко­торому это преступление каралось тюремным заключением

на срок от 2 до 5 лет, а при определенных обстоятельствах и суровее.

Была ужесточена борьба с хищениями государственной и общественной собственности. Особо сурово карались лица, участвовавшие в хищениях, если по долгу службы они сами должны были охранять государственную и общественную собственность. Много внимания государство уделяло борьбе со спекуляцией и злоупотреблениями продовольственными и промтоварными карточками.

Актуальным был вопрос об уголовной ответственнос­ти фашистских захватчиков за совершенные ими зверства по отношению к военнопленным и мирному населению. В Заявлении Советского правительства от 14 октября 1942 г. указывалось, что оно считает необходимым незамедлитель­ное предание суду специального международного трибунала и наказание по всей строгости уголовного закона каждого из фашистских главарей, оказавшегося в годы войны в руках го­сударств, борющихся против гитлеровской Германии. Что же касается остальных военных преступников, то Президиум Верховного Совета СССР указом от 19 апреля 1943 г, устано­вил, что дела о злодеяниях немецких захватчиков, совершен­ных на оккупированной территории СССР, рассматриваются советскими судами. В качестве наказания преступников могла применяться смертная казнь через повешение или ссылка на каторжные работы сроком до 20 лет.

Процессуальные право. По Положению о военных три­буналах в местностях, объявленных на военном положении, и в районах военных действий, утвержденному Указом Пре­зидиума Верховного Совета СССР от 22 июня 1941 г., они мог­ли рассматривать дела по истечении 24 часов после вручения копии обвинительного заключения обвиняемому. Приговоры

кассационному обжалованию не подлежали и могли быть от­менены или изменены лишь в порядке надзора.

Повышенное внимание уделялось проверке дел в отноше­нии приговоренных к высшей мере наказания. О каждом “рас­стрельном” приговоре следовало немедленно сообщать пред­седателю Военной коллегий Верховного суда СССР, Главному военному прокурору иди Главному прокурору Военно-Морс­кого Флота. Приговор о расстреле приводился в исполнение, если от председателя Военной коллегии Верховного суда или Соответствующего прокурора в течение 72 часов не поступа­ло телеграфного уведомления о приостановлении исполнения приговора.

Кроме того, военным советам и командующим округами, фронтами, армиями, флотами и флотилиями также предостав­лялось право приостанавливать приговоры военных трибуна­лов к высшей мере наказания с одновременным сообщением по телеграфу своего мнения председателю Военной коллегии Верховного суда СССР, Главному военному прокурору или Главному прокурору Военно-Морского Флота. Указанные особенности уголовного судопроизводства распространялись и на военные трибуналы железнодорожного и водного транс­порта.

4.6.