<<
>>

§ 3.2. Ответственность государств за противоправные деяния против лиц, занимающихся профессиональной деятельностью журналиста в условиях вооружённого конфликта

Одним и краеугольных камней современного международного гуманитарного права является ответственность государств, которые допустили нарушение его норм[242].

Государства-участники соответствующих конвенций, посвящённых вооружённым конфликтам, ответственны за выполнение принятых на себя обязательств исходя из принципа pacta sunt servanda о соблюдении участниками условий заключённого договора[243].

В п. 4 ст. 25 Римского статута Международного уголовного суда указано, что ни одно положение настоящего Статута, которое касается индивидуальной уголовной ответственности, не оказывает влияния на ответственность государств по международному праву. Таким образом, несоблюдение государством принятых на себя международно-правовых обязательств представляет собой противоправное деяние и предполагает определённую ответственность. В рамках международного гуманитарного права и международного права прав человека государство несёт ответственность в условиях вооружённого конфликта за следующие виды нарушений:

- нарушения, совершенные государственными органами, в том числе и вооружёнными силами государства;

- нарушения, которые совершены образованиями или лицами, являющимися исполнителями элементов государственной власти;

- нарушения, совершенные индивидуально или в группе, которые фактически действовали по указаниям или под контролем, руководством государства;

- нарушения, которые совершены группами или частными лицами, признаваемыми и принимаемые государством в качестве собственного поведения[244].

Признание какого-либо лица виновным в совершении определённого нарушения норм международного гуманитарного права или международного права прав человека не является основанием для снятия с государства международной ответственности, что отмечено в Римском статуте Международного уголовного суда[245]. Положения Женевских конвенций в ситуации международного конфликта применяются к государствам, даже если одна из держав вооружённого конфликта не является участницей конвенции.

Следует отметить, что сам факт применения силы для разрешения конфликта или противоречия в случае неправомерности такого поведения для сторон конфликта может означать нарушение норм международного права, в частности, норм о запрете применения силы как фактора международных отношений, вооружённой интервенции и агрессии, невыполнение обязанности мирного урегулирования споров, добросовестного соблюдения принятых международных обязательств и прочее. Вооружённый конфликт по своей сути предполагает причинение определённого ущерба противостоящих сторонам, при этом ситуация осложняется ущербом, который причиняется лицам, не имеющим интересов в конфликте - некомбатантам, к числу которых по общему правилу относятся и журналисты, что не допускается нормами международного гуманитарного права. К числу таких правонарушений может относиться причинение ущерба здоровью, лишение жизни, нанесение ущерба имуществу и т.п. В Женевских конвенциях и Дополнительных протоколах к ним подтверждён принцип, предполагающий ответственность государства за действия представителей органов власти и должностных лиц, а также представителей собственных вооружённых сил. Принцип неотвратимости ответственности реализован в ст. 51 Первой Женевской конвенции, согласно которому договаривающиеся стороны не могут освободить себя или какую-либо другую страну от ответственности в случае серьёзных нарушений норм международного гуманитарного права.

В спектр международно-правовых обязательств государства в отношении уголовных преступлений и нарушений норм международного гуманитарного права входят следующие обязанности:

- обязанность расследовать каждый факт нарушений норм международного гуманитарного права и международного права прав человека;

- обязанность при наличии достаточных доказательств осуществлять уголовное преследование лица, подозреваемого в совершении правонарушения или преступления;

- обязанность привлекать лиц, ответственных за совершение нарушений международно-правовых норм, к наказанию и возмещению вреда;

- обязанность исключить возможность амнистирования лиц, виновных в совершении серьёзных нарушений норм международного гуманитарного права и права прав человека;

- предоставление жертвам вооружённого конфликта или их семьям и иждивенцам средств защиты и возмещения вреда[246].

В соответствии с международной и региональной судебной практикой ответственность государства за непроявление необходимого усердия при установлении и определении ответственности частных лиц, виновных в нарушениях соответствующих норм, выражается в обязывании государства к принятию мер по возмещению причинённого жертвам ущерба и по предупреждению подобных нарушений в будущем. Правовые обязательства, зафиксированные в международном гуманитарном праве и международном праве прав человека, сегодня являются общепризнанными и в соответствии с принципом универсальной юрисдикции разрешают государству осуществлять преследованию лиц, виновных в грубом нарушении Женевских конвенций, независимо от их гражданства и места совершения преступлений. Данное положение закреплено в Женевской конвенции VI о защите гражданского населения[247]. Смысл принципа универсальной юрисдикции раскрывается М. Робинсон следующим образом: отдельные виды преступлений причиняют международным интересам значительный ущерб, в связи с чем государства не только наделены правом, но и обязаны возбуждать дела против виновных в их совершении лиц вне зависимости от гражданства жертвы или нарушителя или места совершения преступления[248]. Государства могут выдавать подозреваемых в нарушении лиц другим странам, если они располагают достаточными основаниями для предъявления таким лицам обвинения.

В некоторых случаях обязательства по установлению ответственности определённого государства определяются международным трибуналом или судом. В частности, юрисдикционная компетенция Международного уголовного суда охватывает указанные в Римском статуте международные преступления, которые совершены на территории страны-участника статута или в случае принятия соответствующего решения Советом Безопасности ООН[249]. При этом принцип взаимодо- плняемости, закреплённый статутом, предполагает осуществление Международным уголовным судом своей юрисдикции в данном случае только тогда, когда соответствующее государство не имеет возможности или желания самостоятельно осуществлять виновных лиц.

Таким образом, основную ответственность за привлечение к ответственности лиц, виновных в нарушениях прав журналистов в вооружённых конфликтах, несут государства, а Международный уголовный суд выполняет данную задачу лишь в исключительных случаях.

Определённую роль в привлечении к ответственности за нарушения прав журналистов в ситуациях вооружённых конфликтов или близких к ним ситуациях играет Европейский суд по правам человека. Показательным в этой связи является дело «Килич против Турции» по рассмотрению жалобы брата погибшего журналиста о возмещении ему материального и морального вреда[250]. По мнению заявителя, смерть брата в возрасте 30 лет может быть расценена как суммированная потеря им заработка в размере 182000 фунтов стерлингов, но во избежание неосновательного обогащения заявитель установил сумму компенсации материального ущерба в размере 30 тыс. фунтов стерлингов (данное требование не было удовлетворено судом, так как не была установлена зависимость заявителя от доходов брата). При этом ЕСПЧ признал нарушения ст. 2 и 13 Конвенции по поводу непредоставления Ке- малю Киличу, который умер после схватки с неизвестным вооружённым преступником, защиты жизни, и присудил заявителю 2500 фунтов стерлингов в счёт возмещения морального вреда (вместо 40 тыс., определённых заявителем).

Следует отметить, что такая аргументация достаточно часто используется в судебной практике ЕСПЧ по возмещению морального вреда в денежном выражении родственникам лиц, не принимающих участия в военных действиях и погибших в ситуациях вооружённых конфликтов[251].

При этом возможность обеспечения защиты каждому лицу, нуждающемуся в ней в ситуациях вооружённых конфликтов, вряд ли возможно в принципе. Так, в особом мнении судьи Ф. Гюльчюклю указывается, что юго-восток Турции представляет собой регион повышенной опасности, в котором активную террористическую деятельность ведут представители Курдской рабочей партии и организации

«Хизболла». Власти Турции предпринимают значительные усилия для стабилизации ситуации в регионе, при этом позиция ЕСПЧ заключается в возложении на государство обязанности по предотвращению опасности в отношении граждан не как абсолютной цели, а с точки зрения приложения максимума усилий к её достижению (§ 63 - 66 Постановления ЕСПЧ по делу «Килич против Турции»).

Профессиональная деятельность К. Килича, по мнению судьи, была крайне опасной и ставила его жизнь под угрозу, в связи с чем сам журналист должен был проявлять повышенную бдительность и осторожность. При этом, осознавая повышенную опасность, он предпочёл возвращаться на автобусе в тёмное время суток, в то время как за автобусом следовал подозрительный автомобиль и не предпринял дополнительных мер предосторожности, выйдя из автобуса на пустой остановке, где никто не мог бы оказать ему помощь в опасной ситуации. Справедливым представляется аргумент Ф. Г юльчюклю о том, что государство не имеет возможности приставить к каждому лицу, которому угрожает опасность, охранников и телохранителей, обеспечить персональную защиту лиц в зонах активных действий террористов. Эти доводы обосновывают несогласие судьи с позицией ЕСПЧ по данной жалобе. При этом сложно оспорить, что государство не приняло достаточно усилий для объективного расследования этого убийства, что свидетельствует о не предоставлении национальным судом эффективных средств правовой защиты как одного из факторов проблемы безнаказанности.

В позиции Ф. Г юльчюклю, по нашему мнению, справедливо отмечена пристрастность ЕСПЧ при принятии решения по данному делу: заявитель, являясь братом погибшего журналиста, по степени родства не является близким родственником и получил за один вид ущерба двойную компенсацию (материального и морального) вреда. Таким образом, представляется необходимым четко обозначить в международном и европейском законодательстве круг лиц, которые могут претендовать на возмещение материального и морального ущерба в случае смерти журналиста при исполнении профессиональных обязанностей в ситуации и иной экстремальной ситуации при недостаточной эффективности национальных судов.

Традиционно возможности для беспрепятственного и эффективного отправления правосудия и установления ответственности виновных лиц появляются на конечных стадиях вооружённых конфликтов. Практика показывает, что объявление амнистии некоторым группам участников конфликта способствует скорейшему прекращению огня и переходу к процессам мирного урегулирования противоречий.

Очевидно, что в данном случае государство не должно распространять амнистию на лиц, виновных в совершении военных преступлений, преступлений против человечности, геноциде, так как это несовместимо с международными обязательствами государства по установлению ответственности. Данное положение отражено в 24 принципе Объединённого свода принципов защиты и поощрения прав человека посредством борьбы с безнаказанностью[252], его актуальность неоднократно подчёркивалась в выступлениях Генерального секретаря, в исследовательских работах, рекомендациях и комментариях органов ООН.

В последние годы активно развиваются новые механизмы привлечения к ответственности в конфликтных и постконфликтных ситуациях. В частности, на национальном уровне активно применяются механизмы правосудия переходного периода для прекращения военных действий и решения проблем безнаказанности. В странах, выходящих из военной фазы немеждународных вооружённых конфликтов, формируются так называемые комиссии по установлению истины, которые в относительно короткие сроки расследуют наиболее резонансные случаи нарушения норм международного гуманитарного права и международного права прав человека, проводят открытые судебные разбирательства и готовят по результатам своей работы соответствующий доклад. Роль данных комиссий высока: оперативно расследуя наиболее резонансные дела, они препятствуют уходу от ответственности лиц, виновных в совершении нарушений, определяют форму и меру ответственности в условиях переходного периода, когда преследование виновных маловероятно или невозможно в связи с иными приоритетами государственного регулирования, боязнью свидетелей давать показания и прочими причинами[253].

Ещё одним альтернативным механизмом, используемым для установления ответственности и возмещения причинённого ущерба, являются международные комиссии по компенсациям. В 1991 году была сформирована Компенсационная комиссия ООН при Совете Безопасности ООН, в обязанности которой входило рассмотрение исков о компенсациях ущерба, понесённого в результате нападения на Кувейт со стороны Ирака.

Альтернативным механизмом, способствующим выполнению международных обязательств государства в сфере нарушения норм международного гуманитарного права и международного права прав человека могут стать национальные официальные комиссии по расследованию таких нарушений, круг обязанностей, состав, название и срок работы которых существенно варьируются. В некоторых случаях государства могут расширять мандат комиссий, наделяя их полномочиями по подготовке предложений соответствующих реформ.

Следует отметить, что формирование специальных комиссий по расследованию случаев нарушения прав журналистов на национальном уровне происходит в зонах вооружённых конфликтов и переходных зонах крайне неактивно. Малоэффективны и прочие механизмы привлечения виновных лиц к ответственности за нарушения прав журналистов в условиях вооружённых конфликтов, что можно проследить на примере Ирака.

За отстранением С. Хуссейна последовали обещания о формировании в Ираке демократического общества. Однако, администрация П. Бремера установила существенные ограничения свободы слова, подписав несколько ужесточивших цензуру в СМИ директив, предусматривающих в отношении «не угодных» журналистов меры дисциплинарного взыскания, предусматривающих ограничение на публикации и тиражи некоторых СМИ, процедуру согласования лиц на замещение должностей главных редакторов частных печатных средств массовой информа- ции[254]. В некоторых директивах предусматривалась обязанность сотрудников СМИ сообщать о своих коллегах при подозрении их в нарушении установленных требований, например, в отношении публикации критических материалов о коалиции, потенциально способных спровоцировать беспорядки[255]. Положения таких нормативных актов создавали возможности для вторжения военных контингента НАТО или полицейских в помещения редакций газет и журналов, телевизионных каналов, профессиональных сообществ журналистов в Ираке, арестов сотрудников оппозиционных коалиции СМИ[256].

Сегодня в условиях обострения ситуации в Ираке журналистская деятельность на месте событий требует от иракских корреспондентов мужества. Средства массово информации ежегодно тратят значительные суммы на обеспечение безопасности в районе военных действий безопасности своих сотрудников, доля таких расходов может составлять до 20-30% в совокупном бюджете телерадиокомпаний Ирака[257]. В условиях разрастания вооружённого конфликта международные информационные агентства неоднократно отмечали повышение риска для независимых журналистов, которые осуществляют свою профессиональную деятельность в зоне конфликта[258]. Если защита аккредитованных журналистов обеспечивается вооружёнными силами Ирака, обязанными обеспечивать им безопасность, то для независимых журналистов такая обязанность не предусмотрена, более того, они могут стать при определённых условиях источником опасности для неприкомандированных журналистов. Однако, «прикомандирование» сотрудников СМИ к военным одного из участников конфликта влияет на уровень объективности предоставляемой информации, часто военные осуществляют неафишируемый контроль, цензуру материалов прикомандированных журналистов[259], что вряд ли повышает объективность информационных материалов о конфликте и соответствует принципу предоставления равных прав журналистам в соответствии с Декларацией о безопасности журналистов и СМИ.

Многие договорённости в сфере обеспечения защиты прав журналистов так и остались декларациями. Например, до сих пор не реализовано соглашение, достигнутое с Международной федерацией журналистов, о формировании для расследования фактов убийств журналистов специальных палат. На примере Ирака и ряда других стран, в которых в условиях вооружённых конфликтов в последние годы зафиксировано значительное число серьёзных нарушений прав журналистов, можно сделать вывод о том, что национальная инициатива по формированию комиссий по расследованию данных фактов минимальна. В этой связи следует активнее работать над механизмами принуждения государственной власти в этих странах к формированию совместно с международными правозащитными и экспертными организациями по учреждению таких комиссий.

По смыслу принципов выражение «тяжкие преступления по международному праву» охватывает серьёзные нарушения Женевских конвенций и иные нарушения международного гуманитарного права, являющиеся преступлениями по международному праву, геноцид, преступления против человечности и иные нарушения защищаемых в международном плане прав человека, являющиеся преступлениями по международному праву и/или подлежащие по международному праву уголовному преследованию со стороны государства, такие как пытки, насильственные исчезновения, внесудебные казни и обращение в рабство.

Так, государства обязуются принять законодательство для обеспечения эффективного наказания лиц, совершивших грубые нарушения международного гуманитарного права. Ни в общей статье 3, ни в Протоколе II, напротив, нет конкретного положения о пресечении серьёзных нарушений установленных в них норм. Однако в решениях Международного уголовного трибунала по бывшей Югославии и Международного уголовного трибунала по Руанде отмечалось, что военные преступления могут быть также совершены в контексте вооружённых конфликтов немеждународного характера[260]. Более того, с учётом комплементарного характера юрисдикции Международного уголовного суда включение в его Римский статут военных преступлений, совершенных в контексте вооружённых конфликтов немеждународного характера, означает, что на государства возлагается также обязательство расследовать и пресекать серьёзные нарушения общей статьи 3 Женевских конвенций, а также другие серьёзные нарушения законов и обычаев, применимых в вооружённых конфликтах немеждународного характера[261].

Значительную проблему сегодня представляют принятые во многих странах нормы, позволяющие привлекать журналистов к ответственности, вплоть до уголовной, за высказывание мнения о вооружённом конфликте и его участниках, отличного от официальной версии. Нагнетанию данной проблемы способствуют нормы о защите представителей власти от критики (законы об оскорблениях, о чести и достоинстве и т.п.)[262].

Нельзя не согласиться с мнением Б. Пантелеева, отмечающего обязанность государств - участников конвенций по международному праву прав человека и международному гуманитарному праву по формированию условий для развития свободы слова и свободы выражения мнения[263]. В данном контексте следует признать, что активное развитие в государстве образовательных программ для журналистов в рамках их профессионально подготовки к освещению событий в «горячих точках», контроль над соответствием учредительных документов средств массовой информации и кодексов профессиональной журналистской этики нормам международного права, поддержка общественных юридических организаций, центров консультирования и общественных советов, работающих в сфере защиты прав журналистов, занимающихся на регулярной основе проблемами разрешения конфликтов в информационной сфере будут способствовать сокращению числа фактов нарушений соответствующих прав.

<< | >>
Источник: Хассон Дия Хассон. МЕЖДУНАРОДНО-ПРАВОВАЯ ПРОБЛЕМА ЗАЩИТЫ ЖУРНАЛИСТОВ В УСЛОВИЯХ ВООРУЖЁННЫХ КОНФЛИКТОВ. ДИССЕРТАЦИЯ на соискание учёной степени кандидата юридических наук. Москва - 2018. 2018

Скачать оригинал источника

Еще по теме § 3.2. Ответственность государств за противоправные деяния против лиц, занимающихся профессиональной деятельностью журналиста в условиях вооружённого конфликта:

  1. 3. Ответственность государства за причинение вреда.
  2. Объективно-противоправное деяние.
  3. Особенности ответственности государств-членов ЕС за нарушение европейского права
  4. ОГЛАВЛЕНИЕ
  5. Глава 3. ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЗА СОВЕРШЕНИЕ ПРОТИВОПРАВНЫХ ДЕЯНИЙ ПРОТИВ ЛИЦ, ЗАНИМАЮЩИХСЯ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬЮ ЖУРНАЛИСТА В УСЛОВИЯХ ВООРУЖЁННОГО КОНФЛИКТА
  6. § 3.1. Права журналистов как жертв противоправных деяний
  7. § 3.2. Ответственность государств за противоправные деяния против лиц, занимающихся профессиональной деятельностью журналиста в условиях вооружённого конфликта
  8. § 3.3. Ответственность физических лиц за противоправные деяния против лиц, занимающихся профессиональной деятельностью журналиста в условиях вооружённого конфликта
  9. Международно-правовая ответственность государств за неблагоприятные последствия изменения климата, приводящие к затоплению государственной территории
  10. Ответственность государств в международном праве
  11. Абсолютная ответственность государств и международных организаций в международном праве
  12. 3.1. Ответственность государств за деятельность органов УВД
  13. Ответственность государств за неправомерные действия в отношении воздушных судов
- Авторское право - Аграрное право - Адвокатура - Административное право - Административный процесс - Антимонопольно-конкурентное право - Арбитражный (хозяйственный) процесс - Аудит - Банковская система - Банковское право - Бизнес - Бухгалтерский учет - Вещное право - Государственное право и управление - Гражданское право и процесс - Денежное обращение, финансы и кредит - Деньги - Дипломатическое и консульское право - Договорное право - Жилищное право - Земельное право - Избирательное право - Инвестиционное право - Информационное право - Исполнительное производство - История - История государства и права - История политических и правовых учений - Конкурсное право - Конституционное право - Корпоративное право - Криминалистика - Криминология - Маркетинг - Медицинское право - Международное право - Менеджмент - Муниципальное право - Налоговое право - Наследственное право - Нотариат - Обязательственное право - Оперативно-розыскная деятельность - Права человека - Право зарубежных стран - Право социального обеспечения - Правоведение - Правоохранительная деятельность - Предпринимательское право - Семейное право - Страховое право - Судопроизводство - Таможенное право - Теория государства и права - Трудовое право - Уголовно-исполнительное право - Уголовное право - Уголовный процесс - Философия - Финансовое право - Хозяйственное право - Хозяйственный процесс - Экологическое право - Экономика - Ювенальное право - Юридическая деятельность - Юридическая техника - Юридические лица -