§2. Порядок заключения и форма договора

И, наконец, четвертое требование к оферте — направленность одному или

нескольким конкретным лицам. Н.Д. Егоров отмечает, что это «обусловлено

тем, что в момент заключения договора должно сниматься предложение его

заключить. В противном случае в отношении одного и того же предмета

может быть заключено несколько договоров, из которых реально можно 173

исполнить только один» .

Правовым последствием оферты является связанность оферента. Связанность оферента означает, что если конкретный адресат оферты

ответит на нее и выразит свое согласие заключить договор на предложенных условиях, договор - будет признан заключенным. В этой связи большое значение приобретает правильное определение момента, с которого оферент считается связанным сделанной офертой.

Существуют две принципиально различных точки зрения на этот вопрос. Так, согласно первой из них, связанность оферента, как и действие оферты, «начинается с момента направления ее будущему контрагенту»^[171]. Основным аргументом в пользу данного вывода является тот, что оферент может и не знать о моменте получения его предложения адресатом, тем самым не зная о том, что он становится связанным сделанным предложением. Приведенный аргумент, а также тот факт, что в тексте ГК достаточно часто используются словосочетания, связанные именно с направлением оферты, позволяют автору сделать вывод, согласно которому «направление оферты — юридический факт - односторонняя сделка, для совершения которой необходимо и достаточно воли одной стороны и создающей обязанности для лица, ее совершившего (ст. Г54, 155 ГК)»^[172].

Точка зрения на оферту и акцепт, как на односторонние сделки, вызывает много возражений со стороны цивилистов.

выражение, то есть единым, с юридической точки зрения, «волевым 177

актом» .

Вторая точка зрения на оферту, разделяемая большинством ученых- цивилистов, и предусмотренная действующим ГК (п. 2 ст. 435), заключается в следующем: оферта связывает направившее ее лицо с момента получения ее адресатом. Так, до получения оферты адресатом или одновременно с ее получением, оферент вправе отозвать оферту, «тем самым снять предложение заключить договор»^{[174] [175]. Следовательно, в том случае, если бы оферта связывала оферента с момента ее направления, руководствуясь общим правилом о безотзывности оферты, отказ от предложения заключить договор был бы не возможен с момента ее направления. Однако не только до получения оферты адресатом, но даже и после ее получения, оферент вправе отказаться от оферты, но лишь в случаях, когда это вытекает из существа предложения либо из обстановки, в которой сделана оферта. Тем самым можно говорить, что именно получение оферты адресатом выступает юридическим фактом, связывающим оферента. Следовательно, ответственность за все, что произошло с момента выражения воли и до восприятия извещения адресатом, несет тот, от кого оно исходит[176]. Имеются в виду утрата почтового отправления, выдача корреспонденции ненадлежащему лицу, задержка его действия и пр. И именно отправитель извещения, а не его получатель, будет испытывать все неблагоприятные последствия указанных случаев.}

Свое согласие заключить договор на предложенных условиях адресат оферты должен выразить посредством акцепта — ответа лица, которому адресована оферта, о ее принятии. ГК РФ (п. 1 ст. 438) предъявляет два основных требования к акцепту: он должен быть полным, т.е. выражать одобрение всех положений оферты, и безоговорочным - не содержать в себе никаких дополнительных условий. Если же ответ дан на иных условиях, чем

предложено в оферте, указанный ответ не является акцептом. Такой ответ признается отказом от акцепта и в то же время новой офертой.

По своей юридической конструкции акцепт схож с офертой, и в отношении него действуют некоторые правила, относящиеся к оферте. В частности, связанность акцептанта, а вместе с тем и заключение договора, возникает не с момента направления извещения об акцепте, а с даты получения данного извещения адресатом. Аналогично оферте решается и вопрос с отзывом акцепта: если извещение об отзыве акцепта поступило оференту, ранее акцепта или одновременно с ним, акцепт считается не полученным.

Волеизъявление акцептанта на принятие оферты может быть выражено различными способами. Основным и самым распространенным является направление письменного ответа о заключении договора оференту. Вместе с тем ГК РФ предусматривает возможность акцепта посредством совершения конклюдентных действий и молчания. Придание молчанию правообразующего значения носит исключительный характер и возможно лишь в случаях, если это если это предусмотрено либо законом, либо обычаем делового оборота, либо вытекает из прежних деловых отношений сторон. При этом п. 2 ст. 438 ГК имеет в виду, что в указанных трех случаях речь идет только об акцепте. Тем самым снимается вопрос о возможности использовать молчание в качестве оферты^[177].

Конклюдентные действия признаются заключением договора, если иной вариант акцепта не предусмотрен законом, иными правовыми актами или офертой. П. 3 ст. 438 ГК предусматривает примерный перечень действий, свидетельствующих о принятии оферты - отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и пр. Первая по счету ситуация имеет место в случае, когда в роли оферента выступает покупатель, вторая - предполагает, что оферентом является заказчик услуг, при третьей - в этой роли выступает заказчик работ, а четвертая - возможна при любом возмездном договоре, который связан с оплатой предложенных оферентом товаров, работ или услуг^[178]. Еще раз необходимо подчеркнуть, что указанный перечень действий не является исчерпывающим и суд вправе оценить в качестве акцепта и иные действия, кроме указанных в статье «Акцепт» Гражданского кодекса^[179]. При этом, действия, свидетельствующие об акцепте, не обязательно должны представлять собой исполнение акцептантом всей своей обязанности. Указанная позиция содержится в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. № 6/8, согласно которому: «Для признания соответствующих действий, адресата оферты акцептом Кодекс не требует выполнения условий оферты* в полном объеме. В этих целях для квалификации указанных действий в качестве акцепта достаточно, чтобы лицо, получившее оферту (в том числе проект договора), приступило к ее исполнению на условиях, указанных в оферте, и в установленный для ее акцепта срок»^[180].

Брагинский М.И., Витрянский В.В. Указ. соч. С. 203.

Отсюда, не следует забывать и о таком важном условии, как срок для акцепта. Оферент, направляя адресату предложение заключить договор, может предусмотреть срок для акцепта — в этом случае договор считается заключенным, если акцепт получен оферентом в пределах указанного им срока. Если же срок для акцепта офертой не предусмотрен, договор считается заключенным, если акцепт получен в пределах срока, установленного закон или иными правовыми актами, а если такой срок не установлен - в течение нормально необходимого для этого времени, которое является оценочной категорией и определяется применительно к каждому конкретному случаю и должно складываться не только из времени, необходимого на пересылку оферты и акцепта с учетом способа связи, но и времени, достаточного для изучения предложения. Вместе с тем, нарушение срока для акцепта или нормально необходимого времени для акцепта может повлечь за собой

признание договора не заключенным. Приведем пример из судебной практики.

Судом установлено, что между Исполнителем (истцом) и Заказчиком (ответчиком) подписан договор на оказание услуг от 05.10.2005 г. № 17/37- 01/05.

Обращаясь в арбитражный суд с иском, истец сослался на то, что ответчиком в нарушение условий вышеуказанного договора не исполнены обязательства по оплате оказанных услуг.

Пунктом 1 ст. 433 ГК РФ установлено, что договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта.

Согласно ст. 441 ГК РФ, когда в письменной оферте не определен срок для акцепта, договор считается заключенным, если акцепт получен лицом, направившим оферту, до окончания срока, установленного законом или иными правовыми актами, а если такой срок не установлен, - в течение нормально необходимого для этого времени.

Как установлено судом, договор от 05.10.2005 г. № 17/37-01/05 подписан заказчиком (ответчиком) и передан исполнителю 23.03.2005 г., исполнителем (истцом) подписан только 05.10.2005 г., а ответчиком подписанный договор получен только 18.10.2005 г., то есть спустя семь месяцев с момента направления оферты.

Таким образом, кассационная инстанция считает, что суд сделал обоснованный вывод о том, что указанный срок не может быть признан нормально необходимым по смыслу ст. 441 ГК РФ, в связи с чем правомерно признал условия договора от 05.10.2005 г. № 17/37-01/05 несогласованными сторонами, а сам договор - незаключенным^[181].

Однако даже угроза признания договора незаключенным не всегда позволяет предотвратить ситуацию с опозданием получения акцепта. Возможны два варианта последствий такого опоздания (ст. 442 ГК): во-

первых, когда своевременно направленное извещение об акцепте получено с опозданием, акцепт не считается опоздавшим, если сторона, направившая оферту, немедленно не уведомит другую сторону о получении акцепта с опозданием, и, во-вторых, если сторона, направившая оферту, немедленно сообщит другой стороне о принятии ее акцепта, полученного с опозданием, договор считается заключенным. Оференту либо подтверждают, что договор заключен, либо сообщают, что его оферта не принята. В том же случае, если оферент ответит молчанием на поступивший с опозданием акцепт, молчание не может играть правообразующей роли и по отношению к запоздавшему акцепту означать согласие.

Согласно п. 1 ст. 432 ГК договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в надлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. При этом, как отмечает Л. Андреева, в действующем Гражданском кодексе Российской Федерации в отличие от законодательства западных стран содержатся достаточно жесткие требования к форме договора. Это объясняется прежде всего-тем, что еще не преодолена недооценка договора, существовавшая в советский период, когда плановые акты имели приоритетный характер, а договор играл вспомогательную роль¹⁸³.

Как мы уже отмечали, в недавнем прошлом заключение договора транспортной экспедиции осуществлялось в плановом порядке. Следуя логике Л. Андреевой, ГК РФ в целях преодоления «недооценки договора» должен был бы установить «жесткие» требования к форме договора транспортной экспедиции. И ст. 802 ГК на первый взгляд так и сделала, закрепив «жесткое» требование соблюдения письменной формы договора транспортной экспедиции. Но более внимательное изучение вопроса позволяет сделать вывод - письменная форма- договора экспедиции не является тем условием, нарушение которого влечет недействительность договора. И подтвердить сделанный вывод достаточно просто. ^[182]

Андреева Л. Форма договора и последствия ее несоблюдения // Российская юстиция. 1999. № 2. С. 15-16.

Несоблюдение простой письменной формы лишает стороны-, права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства. При этом недействительность договора в случае несоблюдения простой письменной формы возможна, только если это прямо предусмотрено законом (ст. 162 ГК). Ст. 802 ГК, как видно, не предусматривает в качестве последствия нарушения письменной формы договора транспортной экспедиции его недействительность. И законодатель, как мы полагаем, сделал это не случайно. Для транспортного процесса важна четкость, слаженность, мобильность. Клиентура заинтересована в максимально быстром удовлетворении транспортными компаниями своих интересов в доставке товаров в определенное время и место. И лишние формальности в данном контексте будут только замедлять и осложнять процедуру заключения договора транспортной экспедиции.

И все же, в подавляющем большинстве случаев договор экспедиции заключается в письменной форме. При этом, как установлено п. 2 ст. 434 ГК, письменная форма договора считается соблюденной, не только когда сторонами составлен единый документ, но и тогда, когда стороны обмениваются документами посредством почтовой, телеграфной, электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.

Развитие глобальных коммуникационных систем влечет за собой появление не только новых способов обмена документами при заключении договоров, но и проблему доказывания условий указанных договоров в суде.

Так, одной из проблем является возможность обмена документами посредством факсимильной связи и электронной связи при заключении договора.

Арбитражно-процессуальный кодекс 1995 г. допускал использование в качестве доказательств документов, полученных по факсимильной связи, если они позволяли определить источник их получения.

Основными реквизитами, позволяющими установить источник такого

документа, являлась «строка, которая должна быть расположена в верхней

части принятого документа, позволяющая идентифицировать передающий

аппарат и содержащиеся реквизиты: наименование передающей организации,

дату и время передачи, номер телефона и номер страниц»^{[183] [184], принадлежность}

факса, с которого были отправлены документы, являющиеся доказательством 187 .

по делу .

АПК РФ^[185], принятый в 2002 г., ограничил допустимость таких доказательств только случаями, предусмотренными федеральными законами, иными нормативно-правовыми актами или договором. Учитывая, что действующее законодательство не предусматривает таких случаев, фактически допустимость факсимильного (электронного)- документа связывается исключительно с наличием соглашения сторон об этом^[186].

Что касается сети Интернет и других видов электронной связи, то возможность заключения договоров по каналам электронной связи признается законодательством в единственном случае — при использовании сторонами электронной цифровой подписи (ЭЦП), общие правила регулирования и использования которой установлены Федеральным законом от 10.01.2002 г. № 1-ФЗ «Об электронной цифровой подписи». Однако электронный документ с электронной цифровой подписью имеет юридическое значение только при осуществлении отношений, указанных в сертификате ключа. При этом при ЭЦП возникает «промежуточный» участник правоотношений — удостоверяющий центр, правомерные и добросовестные действия которого могут влиять на действительность сделки и ее правовые последствия. Эти, и иные трудности влекут, как следствие, ограниченность применения ЭЦП в современной деловой практике.

С учетом изложенного, и руководствуясь положениями п. 2 ст. 434 ГК РФ, стороны на практике оформляли свои отношения по транспортной

экспедиции путем составления заявок, направляемых клиентом экспедитору, и содержащих все существенные условия договора. Однако ввиду отсутствия унифицированных форм экспедиторских документов, бланки заявок и поручений разрабатывались самостоятельно каждым экспедитором и существенно отличались между собой как по форме, так и по содержанию. Как правило, такими самостоятельно разработанными документами пользовались экспедиторы, оказывающие услуги внутри России. Как пишет В.Г. Петров, такие документы являются своеобразной защитой экспедитора перед органами государственного контроля, поскольку, правильно оформленные, они являются не только доказательством заключения договора транспортной экспедиции, но и гарантом его выполнения^[187]. Экспедиторы, организующие доставку грузов из-за рубежа или за рубеж, как правило, использовали формы, разработанные и применяемые Международной федерацией экспедиторских ассоциаций (ФИАТА).

В настоящее время ситуация изменилась. Правительством РФ были утверждены Правила транспортно-экспедиционной деятельности, которые детализировали порядок заключения договора транспортной экспедиции, а также установили перечень экспедиторских документов (документов, подтверждающих заключение договора транспортной экспедиции). Как отмечает А.Ю. Метелева, в проекте Правил изначально предусматривалось восемь форм транспортно-экспедиционных документов (поручение экспедитору, интермодальное весовое свидетельство отправителя, декларация отправителя о перевозке опасных грузов, складская расписка, экспедиторская расписка, экспедиторский сертификат перевозки, мультимодальный транспортный коносамент, мультимодальная транспортная накладная - прим, наше А.С.). Все они были позаимствованы из международной практики и являлись копией экспедиторских документов, разработанных ФИАТА. По существу планировалось придать документам

ФИАТА официальный статус в России^[188]. В окончательном же варианте Правил осталось только три таких формы: поручение экспедитору, экспедиторская расписка и складская, расписка, как наиболее распространенные в российской практике. При этом Правилами (п. 7) установлено, что порядок оформления и формы экспедиторских документов

должны быть утверждены Министерством транспорта РФ, что и было

!

сделано Приказом № 23 от 11.02.2008 г.

Итак, для заключения договора транспортной экспедиции клиент в качестве оферты выдает заполненное и подписанное им поручение экспедитору (аналог поручения на экспедирование ФИАТА — FIATA Forwarding Instruction, FFI). Поручение должно содержать полные и достоверные сведения о характере груза, его маркировке, весе, объеме, а также о количестве грузовых мест.

После того, как экспедитор получит поручение, он должен рассмотреть и направить его клиенту с отметкой о согласовании либо с отказом в согласовании подлежащих оказанию транспортно-экспедиционных услуг с указанием причин отказа. На ответ экспедитора распространяется, правило о моменте, с которого акцептант считается связанным сделанным акцептом — поручение экспедитору подлежит исполнению с момента получения клиентом письменного подтверждения его согласования экспедитором.

Однако приведенная ситуация возможна, если речь идет о разовом поручении или поручении в рамках уже заключенного договора на транспортно-экспедиторское обслуживание. В том случае, если поручение экспедитору не является разовым или оно направлено не в рамках уже заключенного договора экспедиции, включение в поручение всех существенных условий не превращает его* в договор транспортной экспедиции. Об этом говорят и Правила транспортно-экспедиционной деятельности (п. 7), указывающие, что экспедиторские документы являются неотъемлемой частью договора транспортной экспедиции. Как верно отмечает А. Степанова, перед тем, как воспользоваться услугами экспедитора

Метелева Ю.Л. Указ. соч. С. 68.

(посредством направления поручения экспедитору - прим, наше), клиент „ 192

должен дополнительно заключить договор транспортной экспедиции . Таким образом, законодательством прямо предусмотрено, что поручение экспедитору - это не договор, а документ, подтверждающий факт заключения договора транспортной экспедиции.

Другими документами, подтверждающими заключение договора транспортной экспедиции, являются экспедиторская и складская расписки.

Экспедиторская расписка является документом, подтверждающим получение экспедитором груза от клиента либо от указанного в поручении экспедитору грузоотправителя. Экспедиторская расписка выдается экспедитором клиенту при приеме груза и предоставляет экспедитору право владения грузом до момента передачи груза клиенту либо указанному им грузополучателю по окончании перевозки. Применение экспедиторской расписки в российской практике отличается от практики ФИАТА.

Так, выдача экспедитором экспедиторской расписки (FIATA Forwarders Certificate of Receipt, FIATA FCR) свидетельствует, что экспедитор принял товар и в дальнейшем право распоряжения принадлежит исключительно ему. Продавец получает FCR как подтверждение того, что он выполнил свои обязательства по продаже. С момента выдачи FCR продавец теряет право распоряжения грузом, о чем говорит соответствующий пункт в FCR, согласно которому инструкции по экспедированию груза могут быть изменены или отменены только при условии возврата экспедитору оригинала FCR. Принимая от экспедитора FCR, продавец подтверждает это.

Однако экспедиторская расписка согласно законодательству РФ не обладает таким свойством. Пункт 10 Правил транспортно-экспедиционной деятельности говорит, что клиент на любом этапе исполнения договора транспортной экспедиции имеет право отозвать ранее выданное поручение ^[189]

экспедитору с обязательным возмещением последнему фактических расходов, связанных с исполнением поручения. Отзыв поручения экспедитору\' влечет за собой обязанность экспедитора вернуть клиенту принятый груз. Тем самым, экспедиторская расписка не лишает продавца права распоряжения грузом и не является безотзывной.

Складская расписка выдается клиенту в том случае, если экспедитор принимает груз клиента на складское хранение. Расписка подтверждает получение складируемого товара и содержит условия его хранения^ и выдачи (или ссылку на них). При этом, как пишет А.С. Кокин, ФИАТА обращает внимание, что ее экспедиторская складская расписка (Forwarder\'s Warehouse Receipt - FIATA FWR) не относится к числу документов, именуемых «складское свидетельство - варрант» (recepisse - warrant)^[190]. Складская расписка, выдаваемая экспедитором клиенту, согласно действующему законодательству, не является обращающимся инструментом и потому передача прав по ней (например, права изъятия товара с товарного склада) происходит на основании общих норм об уступке требования.

Вывод о том, что именно три указанных выше документа подтверждают заключение договора транспортной экспедиции, сделан и судебными органами.

Так, стороны заключили соглашение об организации перевозки нефтепродуктов внутри РФ. В соответствии с соглашением поставщик принял на себя обязательство выполнить и/или организовать выполнение определенных соглашением транспортно-экспедиционных услуг, связанных с перевозкой товара покупателя, а покупатель — принять услуги поставщика и оплатить их в порядке, оговоренном в данном соглашении. При рассмотрении дела, связанного с нарушением указанного соглашения, суд высказал следующую правовую позицию: само по себе указание в соглашении на обязанность поставщика оказать или организовать оказание транспортно-экспедиционных услуг не может свидетельствовать о заключении сторонами договора об оказании транспортно-экспедиционных услуг. Характерными признаками договора транспортной экспедиции являются оказание услуг по организации перевозок грузов любым видом транспорта и оформлению перевозочных документов, документов для таможенных целей и других документов, необходимых для осуществления перевозок грузов.

Кокин А.С. Международная морская перевозка груза: право и практика. М., 2007. С. 342.

При этом заключение договора транспортной экспедиции в силу

положений ФЗ «О транспортно-экспедиционной деятельности» и Правил

транспортно-экспедиционного обслуживания должно подтверждаться

соответствующими экспедиторскими документами (поручением

экспедитору, экспедиторской распиской, складской распиской). Однако

ответчик не смог предоставить указанных экспедиторских документов.

Указанное обстоятельство послужило основанием для отказа в признании ~ 194

соглашения договором транспортной экспедиции . ^[191]

194