3. Доктрины индивидуальнаго права.
Какъ ни разнообразны эти доктрины, всѣ онѣ сводятся къ слѣдующимъ основнымъ идеямъ.
Являясь въ міръ, человѣкъ, какъ таковой, обладаетъ извѣстной властью, извѣстными субъективными
M Gierke, Die Grundbegriffe des Staatsredde und die neuesten Sta- atsreditstheorwn въ Zededir%ft fur dwgeeammteStaatsmesenschaft, Tubingen, XXX, стр 160, 1874; Preuss, Gemeinde, Staatr Reuh, 1889, въ частности стр.
205 и 206 Критику этихъ различныхъ доктринъ см Duguit, L’Etat, Ie droit abjedif et Ы Ioi positive, 1901, гл П — Op Krabbe, Dze Lehre der Meddssouve- ramtat, 1906; Seidler, Das junstische Krdenum des Staats, 1905.правами, которыя составляютъ ѳго естественныя индивидуальныя права. Онъ рождается свободнымъ, т.-е. съ правомъ свободно развивать свою физическую, умственную и нравственную дѣятельность, и въ то же время онъ имѣетъ право на результаты этой дѣятельности. Онъ имѣетъ право заставить всѣхъ уважать ©ту физическую, умственную и нравственную свободу; такимъ образомъ для всѣхъ возникаетъ обязанность уважать свободное развитіе физической, умственной и нравственной дѣятельности каждаго, и Эта обязанность есть первооснова права, соціальная норма.
Ho силою самихъ вещей, охрана индивидуальныхъ
C
правъ всѣхъ дѣлаетъ необходимымъ соотвѣтствующее ограниченіе индивидуальныхъ правъ каждаго. Отсюда слѣдуетъ, что въ индивидуалистической доктринѣ правовая норма, съ одной стороны, заставляетъ всѣхъ уважать индивидуальныя права каждаго, а съ другой стороны, ограничиваетъ индивидуальныя права каждаго, чтобы обезпечить охрану индивидуальныхъ правъ всѣхъ. Такимъ образомъ отправляются отъ субъективнаго права, чтобы подняться до объективнаго права; право объективное обосновываютъ на субъективномъ правѣ.
Эта доктрина заключаетъ въ себѣ идею равенства людей, такъ какъ всѣ люди рождаются съ одинаковыми правами и должны сохранить одинаковыя права.
Ограниченія правъ каждаго, сдѣлавшіяся необходимыми благодаря соціальной жизни, должны быть одинаковыми для всѣхъ; ибо если бы они были различными, люди одной и той же соціальной группы не имѣли бы всѣ одинаковыхъ правъ. Равенство, въ сущности, не есть нраво, но тѣмъ не менѣе ува-жать это равенство государствд обязано, ибо если бы государство посягнуло на него, то тѣмъ самымъ оно неизбѣжно нарушило бы чьи-либо права.
Съ другой стороны, эта доктрина заключаетъ въ себѣ ту идею, что норма права должна бъггь всегда одинаковой для всѣхъ временъ, странъ и народовъ; въ самомъ дѣлѣ, она основывается на естественныхъ Индивидуальныхъ правахъ человѣка, которыя были, есть и будутъ всегда и повсюду, для всѣхъ людей, одинаковыми правами. Несомнѣнно, народы имѣютъ болѣѳ ясное или менѣѳ ясное сознаніе о существованіи н объемѣ этихъ правъ и соціальной нормы, изъ нихъ вытекающей; но тѣмъ не менѣе, идеальное, абсолютное, естественное право существуетъ; человѣческія общества съ каждымъ днемъ все болѣе къ нему приближаются; одни еще очень отъ него удалены, другіе болѣе близки; это восхожденіе къ чистому праву имѣетъ моменты остановки, даже попятнаго движенія, но оно постоянно; и всѣ народы земли движутся къ этому общему идеалу. Задача юристовъ трудиться надъ отысканіемъ этого юридическаго идеала; задача законодателя реализовать его и санкцібнировать.
Въ слѣдующемъ параграфѣ мы попытаемся показать, насколько искусственна эта доктрина индивидуальнаго права. Ho> тѣмъ не менѣѳ она представляетъ первостепенный фактъ въ исторіи юридической мысли. Ея начало коренится въ отдаленномъ прошломъ; окончательно она выработана въ ХѴПІ вѣкѣ и свое точное выраженіе нашла въ Деклараціи правъ l%S9 г. „Люди рождаются и остаются свободными и равными въ правахъ. Цѣль всякаго политическаго соединенія,, есть сохраненіе естественныхъ и неотчуждаемыхъ правъ человѣка. Осуществленіе естественныхъ нравъ человѣка ке имѣетъ другихъ границъ, кромѣ тѣхъ, которыя обѳзпе- чиваютъ другимъ членамъ общества пользованіе тѣми же правами" (ст. 1, 2, 4).
Наши законы и наши кодексы въ большинствѣ случаевъ проникнуты духомъ этой доктрины. Хотя индивидуалистическая доктрина покоится на неправильныхъ идеяхъ, тѣмъ ве менѣе она сослужила громадную службу и была значительнымъ тагомъ впередъ: она позволила въ первый разъ точно установить ограниченіе государства правомъ 1).